Колдотворец. Сказки крымского леса

Тина сквозь сон почувствовала что-то неладное. А затем внезапную нехватку воздуха. Она распахнула глаза и увидела перед собой Лену. Та нависла над девушкой, прижав ее к кровати. Она расплылась в мерзкой улыбке, а голубые глаза стали горяще-синими. Ее кожа приняла зеленоватый оттенок, лицо стало худым и изможденным. Резкий выпад. Руки Лены сцепляются на шее Тины. - Ты не настоящая! Ты моя выдумка, мой кошмар, уходи! – попыталась закричать Тина, но не смогла издать и звука. Из нее вырвался сдавленный хрип. Девушка выпучила глаза, с ужасом глядя Лене в лицо и мотая головой. Руки были будто прикованы к кровати. Ленины золотистые волосы переливаются красным, а пальцы медленно сжимаются на Тинином горле. Она смотрит на нее. Слишком близко. Это ощущение холода и страха, отрешенности и безысходности. Ее светящийся синий взгляд не просто вызывал холодок по коже. Когда эти глаза настолько близко, они залезают в душу и замораживают все мысли и эмоции, оставляя только первобытный ужас. Тина лежала в слезах, абсолютно беспомощная, и понимала, что с каждой секундой у нее остается все меньше и меньше воздуха в легких, раскрывая рот, пытаясь выхватить хоть один вдох, и завороженно смотрела в глаза Лены, находившиеся в нескольких сантиметрах от ее глаз. Нечем дышать. Картинка поплыла перед глазами. Тина проснулась от собственного крика. Перенесенный ужас заставил ее по инерции сесть в кровати. Она схватилась за горло, судорожно глотая воздух. В комнате было тихо и душно. Бледное лицо Лены, ее светящиеся зрачки снова и снова всплывали перед глазами. Девушка начала метаться по комнате. Казалось, стоит обернуться, а из-за двери на нее снова смотрят эти глаза. Тина шарила взглядом по темным углам, желая убедиться, что там ничего нет. Наверное, это был сонный паралич. Состояние сейчас напоминало густую кашу из мыслей и эмоций, запутанный клубок бредившего сознания. Оно сдавливало виски и делало невозможным трезвое мышление. Девушка последовала в ванную, чтобы умыться и скинуть с себя груз заворожившего сна. Тихо щелкнув выключателем, она вошла в маленькую комнатку, отделанную светлым кафелем. Все звуки там делались гулкими. Дверь осталась приоткрытой и теплый свет от лампочки просочился в коридор, осветив угол и входную дверь. Тина согнулась над раковиной, оперевшись на локти и подавляя рвотные позывы. Она не могла выцепить ни одной отдельной мысли. Все вокруг было вязким. Журчание воды из крана слегка убавило это ощущение. Девушка намочила руки и, зажмурившись, сбрызнула лицо. По коже прошелся прохладный ветерок, а дверь за спиной звонко захлопнулась. Тина вздрогнула и резко развернулась, прильнув спиной к раковине и уставившись в проход. Но она увидела, что дверь в ванную все так же оставалась приоткрытой. Девушка знала, что во время шума воды часто мерещатся посторонние звуки, и попыталась успокоить себя этим, намочив руки еще раз и приложив их к пульсирующим векам. Она вглядывалась в зеркало над умывальником. В свои карие глаза. Ей мерещилось, будто на какое-то мгновение ее отражение пропадает, а его место занимает бледное лицо Лены, которая смотрит на нее с хищной улыбкой. Тина опустила взгляд на монотонно текущую струю воды, поднеся под нее ладони и пытаясь сконцентрироваться на успокаивающем ощущении. Капля чего-то рыжеватого упала на белоснежную раковину и растеклась пятном. Тина вгляделась в это пятно, скованная страхом, боясь понять, откуда оно. Вслед за каплей по стенке раковины тонкой струйкой потекла бордовая жидкость, которая, смешиваясь с водой, принимала оттенок ржавчины. Еще одна капля попала Тине на ладонь и тут же смылась. Струйка не скуднела, а продолжала стекать откуда-то сверху. Тина медленно подняла взгляд, уставившись на зеркало. Казалось, оно мироточило. Белая полка под ним выглядела так, будто на ней разлили томатный сок. Тина, выпучив глаза, смотрела на свое отражение, замерев в каком-то параличе. В висках пульсировало. Внезапно за спиной возник темный силуэт. Хлопнула дверь. Девушка поспешно бросила испуганный взгляд за спину, почувствовав присутствие, но комната была пуста. Ощущение присутствия нарастало. Тина судорожно вздохнула, повернувшись к раковине, и встретилась в зеркале с чужими глазами. На нее смотрело изуродованное, смутно знакомое обличие. Оно было мужским и выглядело так, будто по нему ударили ребром раскаленной лопаты, проломив череп. От глаза осталась слизистая жижа, кожа вспорота от виска до подбородка и расходится рваными кусками, под которыми видно обломки кости. Из этой раны сочится кровь, проходя через зеркало, и вот она стекает в раковину уже не струйкой, а течет лужей, так, что вода не успевает смывать ее. Где Тина его видела? В голове все смешалось в один огромный ком ужаса и отвращения. Кто это? Он смотрит на Тину, и, будто удостоверившись в произведенном впечатлении, медленно растягивает губы в ухмылке. Из его рта выплескивается кровь, брызнув Тине на футболку, растекаясь по ткани саднящим пятном. В комнате повис смрадный запах железа и гнили. Тина закричала так, что кафель загудел, и, казалось, пошел трещинами. Изображение в зеркале стремительно стало удаляться, пока не превратилось в маленькое цветное пятно в абсолютной черноте, перекрывшей все эмоции и мысли, не оставляющей ничего, кроме пустоты. Тина схватила ртом воздух, перевернувшись на живот, и скатилась с кровати. Это был Николай Клисеевич. Через приоткрытое окно в комнату лился запах мокрой листвы и стук моросящих по подоконнику капель. Верхушка старого дуба плавно покачивалась от порывов ветра. Сон постепенно оставлял разум девушки. Тина накинула плащ и выскочила в коридор. Каменные стены гудели от усиливающегося дождя, шаги Тины эхом раздавались на лестничных пролетах. Ее взгляд зацепился за длинный горельеф под потолком. На нем молодой паренек с развевающимся плащом, на коне, выставив копье, бросался на какую-то неведомую тварь, похожую на гидру и дракона одновременно. Тварь изгибала шею, хлопала крыльями и была вырезана до того скрупулезно и правдоподобно, что на ее круглом брюхе можно было разглядеть каждую рельефную чешуйку. «Эти сказки про рыцарей и драконов, и здесь тоже?» - подумалось Тине. Она с детства любила книги. У нее остались устойчивые воспоминания о том, как она сидит на коленях у отца, а тот держит перед ней какую-то очередную сказку с яркими картинками, которые отпечатываются в детском сознании, а потом приходят во снах. Поэтому Тина не любила, когда на страницах были нарисованы злые волшебники или кровожадные драконы. Тот парень с горельефа имел обреченный вид, в отличие от большинства рыцарей на других иллюстрациях, смело бросающихся в бой. Его тонкие пальцы сжимали копье, а во взгляде лишь страх, безысходность и ненависть. Наверное, именно так выглядят люди, когда встречаются лицом к лицу со смертью. Тина спускалась по лестнице, а мысли о парне с композиции не покидали ее. Такие как он обычно оказываются поверженными. На выходе из корпуса девушку обдало порывом холодного ветра с дождем. Вдалеке, где-то на вершинах гор, зарокотало, заблестело мелкими вспышками небо. Тина стояла под навесом портика между колоннами и наслаждалась мягким осенним воздухом. Ночной кошмар выветривался из головы, а на его место приходило лишь звенящее в груди чувство тревоги. В такие моменты она обычно брала в руки смартфон, но возвращаться за ним не было смысла. Девушка решила пробежать до главного корпуса и посидеть в библиотеке, если та не закрыта. В главном холле было темно, он подсвечивался лишь слабыми светильниками вдоль лестниц. Дубовые двери библиотеки оказались незапертыми. Они тяжело раздвинулись в полную темноту, и Тина пожалела о том, что не взяла с собой телефон с фонариком. Придерживаясь за полки и пройдя куда-то внутрь, она нащупала на одном из столиков светильник и щелкнула выключателем. Желтоватый свет разлился по ряду стеллажей, осветив разноцветные корешки книжек и два рыжеватых кресла по обе стороны от столика. Девушка прошлась вдоль ряда, склонив голову на бок, бормоча названия. - «Влияние реформ Петра I на магическое сообщество». «Война и магия». «Становление демократии в магическом мире». К концу стеллажа свет рассеивался и полки становилось видно все хуже и хуже. Соседний ряд выходил на окно, свет от которого загораживала колышущаяся дубовая листва, похлопывающая по стеклу. Одна из ветвей выходила прямо к подоконнику так, что в хорошую погоду можно было бы залезать в библиотеку по ней. Тина остановилась, вглядываясь в темноту на одной из полок, а затем подошла, аккуратно вынув оттуда узкую длинную книжку. На глянцевой обложке красного цвета золотистыми буквами было выведено «Магическое сообщество в эпоху социализма - Эдуард Нимигов, 1984 год». Девушка раскрыла книгу и зашагала к столику со светильником, на ходу разбирая слова заголовка: «ЛНИМСы как двигатель прогресса магов» Тина уселась в кресло с ногами и улыбнулась мыслям. В Великобритании многие волшебники посчитали бы такое изречение дичайшей глупостью, если не оскорблением. ... «...Глядя из сегодняшнего дня на историю, можно с уверенностью сказать, что современное магическое сообщество развито как никогда. Если говорить о причинах данного феномена, то тут же всплывает не просто использование технологий ЛНИМСов, но и перенятие их системы управления и структуры общества. Многие века магический мир был разрозненным. Знатные семьи часто враждовали между собой. Низшие слои общества не имели доступа к магическому образованию. Таким образом, мир терял магическую силу вместе со смертями магов, не пользующихся своим даром. Благодаря успешно воплощенной в период гражданской войны ЛНИМСов(1917-1922) программе «О магическом образовании и просвещении» А.Б. Рамзина, министерство оперативно находило людей с магическими способностями, связывалось с ними и помогало им по всей территории Советской России получить необходимые знания. Это стало главным шагом к построению современной системы магического образования. Мы можем с точностью сказать, что ни одна социальная программа, ни одна реформа не была бы реализована без влияния общественных настроений и изменений извне Магического Сообщества. Консервативные дворянские семьи магов никогда бы не допустили размывания границ между сословиями. В то же время, пролетарская революция у ЛНИМСов привела их в ужас, одновременно придав вектор магам из более низких сословий. Благодаря таким настроениям, переустройство порядка в Министерстве Магии произошло гораздо менее болезненно, чем то случилось с обществом ЛНИМСов. Партийная система, в которой существует и развивается Магическое Сообщество, повсеместная электрификация магических министерств, ведомств и других заведений, сотрудничество с ЛНИМСовским госаппаратом - эти и другие неотъемлемые части жизни современного мага приобрели такой вид именно в тот период. Для лучшего понимания причин переустройства Магического Сообщества, мы обратимся к историческим событиям, проследим, как мир ЛНИМСов влиял на мир магов. Глава 1. Раскол в магическом сообществе. С начала 1916 года главой Министерства Магии Таврической губернии являлся Никита Валерьевич Грацкий, избранный патрициями Совета Родов. Тяготы первой мировой войны отразились и на положении дел в Министерстве. В дореволюционное время были проведены реформы «о владениях» благодаря которым упростилось декларирование земель для сотрудников Министерства...» ... Что-то громко шлепнуло об пол с другой стороны стеллажа за спиной. Тина подскочила в кресле, выронив книгу из рук, и прислушалась к происходящему в библиотеке. Она была совершенно одна. Просидев так с полминуты, замерев, девушка подобрала книжку и, бросая взгляды по сторонам, вернулась к чтению. ... «...Советская власть своими декретами(1917) отменила разделение людей на сословия, ликвидировала сословные привилегии. Она отменила все титулы, почетные звания и чины. Был опубликован ряд декретов, уравнявших женщин в правах с мужчинами, провозглашалась свобода вероисповедания. Началась конфискация помещичьих земель. Это перевернуло сознание магов богатых дворянских родов, которые занимали большую часть должностей в Министерстве. Их эпохе был положен конец. 10 марта 1918 года в главном здании Министерства Магии в C прошла «забастовка мелких министров», большинство присутствующих происходило из купцов или обедневших дворян. Они собрались в главном холле Министерства под лозунгами "магия у всех равна". Этот протест был жестко подавлен гвардейцами. При столкновениях с гвардией погиб один человек, еще двадцать три пострадали. Новости об этом событии быстро разошлись по магическим поселениям, обернувшись общественным недовольством, забастовками и неподчинением Министерству. Крестьяне были возмущены необходимостью исполнять министерские распоряжения, к принятию которых они не допускались по сословному признаку...» ... Боковым зрением Тина уловила движение прямо возле своего плеча. Что-то темное приложилось к креслу. Девушка шарахнулась в сторону, вывалившись из кресла на пол, ушибив копчик, и отползла подальше. На спинке сидел огромный желтоглазый черный кот, тот же, что лежал на столе в кабинете зельеварения. Он поглядывал на Тину с издевательски-насмешливым выражением морды. Под перепуганным взглядом девушки кот вальяжно разлегся, свесив длинный пушистый хвост и покачивая им, как маятником. Зверушка прикрыл глаза, потеряв интерес к Тине и положил морду на лапы. Девушка смотрела на него, пытаясь разглядеть угрозу. Со вздохом она тяжело поднялась с пола, потерев ушибленные локти, плавно обошла кресло с котом, аккуратно присев в соседнее. Зверушка приоткрыл один глаз, глянул на Тину, и, не увидев ней ничего особенного, вернулся к дреме. Не сводя глаз с кота, девушка потянулась за книжкой, оставленной в том кресле, но ему было все равно. Настороженно поглядывая на него время от времени, она продолжила читать. ... «...Дальнейшие события произошли в деревне F Приозерного района. Ее жители вышли к зданию сельского управления под лозунгами ЛНИМСов «власть рабочим и крестьянам». В помощь местному приказчику был выслан спецотряд гвардии. Демонстрация была жестко разогнана, а протестующих судили на месте гвардейским советом. В тот день было расстреляно 19 человек. Теперь трагедия в деревне F изучается школьниками на уроках истории, как показательный пример отношения старой власти к народу. На следующий день работа в Министерстве "встала". К главному зданию съезжались приказчики, мелкие чиновники и крестьяне. Озвучивались требования ухода Н.В.Грацкого в отставку. После очередных столкновений с гвардией, по протестующим был открыт огонь. Вечером, в 16:46 по московскому времени, начался штурм Управляющего Отдела Министерства. Грацкий успел эвакуироваться, после чего той же ночью покинул Крым. Не всем из Совета Родов повезло так же. Впоследствии почти все, не успевшие выехать, предстанут перед гражданским судом. Пятерым будет вынесен смертный приговор, остальные будут приговорены к тюремному заключению за отдачу или содействие исполнению преступного приказа, связанного со стрельбой по протестующим. В этот день будет объявлено о независимости Министерства Магии Крыма от Российского Министерства и создании органа Совет Народных Депутатов. Главой Министерства Магии с этих пор является председатель Совета. В ходе революции в Министерстве Магии и в приказах по всему региону погибло более полутора тысяч человек...» ... По соседнему ряду послышались шаги. Тина встрепенулась и вжалась в кресло. Из-за стеллажа вышел Николай Клисеевич. У девушки перед глазами возникло его скривившееся в ухмылке окровавленное лицо, и ее мелко затрясло. Сейчас на его лице красовалась лишь спокойная улыбка. - Что вы делаете в столь поздний час в библиотеке? – поинтересовался он, аккуратно присаживаясь в кресло напротив Тины и закидывая ногу на ногу. Черный кот, развалившийся на спинке, вздрогнул и подтянул лапы. Тина открыла рот, подбирая слова для ответа, но затем вместо этого просто показала обложку книги. - Социализмом интересуетесь? – поднял бровь преподаватель. – Могу подсказать несколько любопытных книг. - Нет, - смутилась Тина. – Это так, просто. Первое, что попалось. - А хотели бы что-то определенное, душечка? – преподаватель оглядывал Тину. - Нет, ну, может про замок, - задумалась Тина. – Про архитектуру, историю построения. Здесь очень красиво. - Хорошо, - улыбнулся Николай Клисеевич. Он выставил руку в резком жесте. С одной из верхних полок сорвалась книга в светлой обложке и влетела ему в ладонь. Преподаватель аккуратно положил ее на столик перед Тиной. Девушка отложила «эпоху социализма» и потянулась к предложенной книге. Глянцевая новая обложка с пейзажем замка. «Колдотворец. История и архитектура». - Спасибо, - кивнула девушка, прижав к себе книгу. – Я же могу взять ее из библиотеки? - Можете, - Николай Клисеевич откинулся на спинку кресла. Черный кот приоткрыл глаз, пробежавшись взглядом по Тине и книжке, а затем отвернулся. - Скажите, а что мне стоит почитать по вашему предмету? - подала голос Тина. – В моей старой школе мы не делили монстров на нечисть и нежить, а еще у нас нет кикимор. - Все ждал, когда вы спросите, - иронично сказал преподаватель. – Что вы знаете про здешнюю мифологию? - Ну-у-у, - задумалась Тина. Она вспомнила их прогулку с Лешей, как он рассказывал ей сказку про гусей-лебедей и смотрел на нее своими теплыми зелеными глазами, постоянно держа за руку. Девушка смутилась от своих мыслей. – Сказку про гусей-лебедей и Бабу Ягу знаю. - И все? – поднял бровь Николай Клисеевич. Он встал и прошелся вдоль ряда, сложив руки за спиной. – Что же вам предложить? – преподаватель в раздумьях разглядывал корешки, а затем свернул в другой ряд стеллажей. Тина слушала звуки его шагов, шуршащих по пустой библиотеке. Николай Клисеевич вернулся c двумя книгами. Тина приняла их из его рук, не вглядываясь в обложки. - Мы никогда не проводили ритуалы, - прервала повисшую тишину девушка. Николай Клисеевич расселся снова в кресле напротив. - Вы хотите узнать, как это работает? – получив согласный кивок, он вскинул руку и продолжил: - Я наслышан о том, что в Британии и в Крыму исторически разный подход к магии. Если у вас она воспринимается как составляющая волшебника, то здесь придерживаются мнения, что магия – это невидимая материя вокруг, а волшебник лишь ключ к ее использованию. Взаимодействие с материей не обязательно должно быть через волшебную палочку и заклинания. Заклятия, ритуальные жесты, а главное, через самого волшебника, - он бросил на Тину интригующий взгляд. – Что вы чувствовали во время ритуала? Эти жжение и покалывание, эта наполненность энергией. Не так ли? Вы сама – проводник магии, что окружает вас, а слова заклятия и свечи – ваши помощники. Это и есть весь секрет ритуалов. - А можно ли как-то еще колдовать без палочки? – Тина сидела ошеломленная, постукивая пальцами по столу. - Как вы могли заметить, - усмехнулся преподаватель и изящным жестом пригласил себе в руку еще одну книгу со стеллажа и зачитал с обложки: – «Парадоксы квантовой механики. Магия в физике». Хотели бы научиться? - Квантовой механике? – недоуменно переспросила девушка. - Волшебству без волшебной палочки, - усмехнулся Николай Клисеевич и одним жестом послал книгу на место. – Вы действительно многого не знаете о моем предмете, а исключительно теоретическими знаниями вам не обойтись. Если вам что-то не ясно – обращайтесь к Дариме. Вы нашли себе очень хороших подруг, - улыбнулся он. – Однако я не думаю, что это решит вашу проблему. Поэтому я хочу предложить вам приходить вместе с Даримой ко мне на дополнительные занятия. - Да, хорошо, - закивала девушка. – Дарима говорила, что темная магия – очень редкий дар. Вы же темный маг, да? А сколько еще темных магов вы знаете или учили? - Ну конечно я темный маг. Дарима абсолютно права, за весь свой длительный опыт преподавания мне попадалось всего несколько таких учеников. Дарима – одна из них. - А чем способности темного мага отличаются от обычных способностей? Мы же все колдуем темные заклинания, и я тоже, получается, проводила ритуал. Но ведь я - обычный маг. - Дело в энергии, с которой вы взаимодействуете и которой пользуетесь. - Да, Дарима говорила что-то подобное, но в тот момент, когда мы занимаемся темной магией, чем наше волшебство различается? - Темные маги созданы для взаимодействия с потусторонним миром. Мы являемся проводниками сами по себе, поэтому нам не нужно прикладывать усилий для прорубания перехода за грань. Мы и так на ней стоим. Это своеобразная аномалия. Но вот колдовать обычные заклинания, стоя на грани, нелегко, силы так и норовят перетечь сквозь миры и унести с собой потоком все, что смогут зацепить. - Звучит пугающе. - В этом нет ничего страшного, но только если волшебник умеет правильно использовать свои силы, - Николай Клисеевич сделал паузу, заглянув Тине в глаза. - Но если темный волшебник не сумеет совладать с собой... - он щелкнул пальцами и светильник на столе погас. Библиотека погрузилась во тьму. Тина вжалась в кресло, предвкушая неладное. По окну стучал ливень, вдали зарокотал гром. По стеллажам волной прошелся странный сквозняк, со свистом перебирая торчащие ли из книжек листы. - Тина, - прозвучало отрывисто. Девушка закрутила головой, не понимая, с какой стороны звук. Перед глазами, не привыкшими к темноте, стояла черная пелена. Пряди волос вздернулись порывом воздуха. Темнота густела вместе с нарастающим чувством тревоги. Голова кружилась и гудела. Все вокруг будто находилось в воронке смерча, закручивая Тину с головой, снося все с полок и стеллажей, превращая в хаос все, к чему прикасалось. Из-за черноты невозможно было разглядеть ничего. – Вам страшно? - Да, - шепнула в пустоту девушка и резко протянула руку, нащупав светильник и щелкнув выключателем. Все будто застыло, а, может, и было таким все это время. Тина смогла разглядеть спокойно стоящие стеллажи. Кресло напротив оказалось пустым. Лишь черный кот на спинке нервно подергивал хвостом, уставив желтые глаза куда-то Тине за спину и сузив зрачки. - Тина, душечка, - произнес голос Николая Клисеевича прямо над ухом. Девушка резко дернулась в сторону. – Ну что вы. Хотя вы правы. Если я скажу, что я не хотел вас напугать, я солгу, - улыбнулся он, наблюдая за ее реакцией. – Надеюсь, вы простите мне мою любовь к спецэффектам. Темная магия не оставляет равнодушным, верно? Тина сдавленно закивала, уставившись на него. - Я, пожалуй, оставлю вас наедине с вашими мыслями. Надеюсь увидеть вас на занятии, - кивнул он, убедившись в произведенном впечатлении, а затем покинул библиотеку. Тину мелко трясло. Ей предлагалось добровольно пойти к нему на урок? Черный кот, до этого сидевший на спинке кресла, окинул ее насмешливым взглядом и фыркнул, сползая на сидение и сворачиваясь поудобнее. С другой стороны, нельзя все время бояться. В этом новом мире Тину пугало почти все, принося чувство тревоги и паники. Одна поездка в поезде чего стоила. Но, наверное, стоило научиться приспосабливаться к новой реальности, мириться с ее пугающими деталями. К тому же, лучше больше знать про нее, а значит, дополнительные занятия по некромантии необходимы. Тина слишком часто накручивает себя из-за пустяков и, вероятно, эти, как он выразился, «спецэффекты», были очередным таким пустяком. Пора учиться проще относиться к миру. И возможно некромантия сможет в этом помочь.