Разукрась мои воспоминания

Воспоминание четвёртое. -Товарищ Аметистов, не желаете перекурить? -вопрошает Зоя Денисовна. - Я собиралась выйти во двор, вот думаю и вас позвать. В Зоиных руках красная пачка Мальборо. -Да, с удовольствием. - Произносит Александр проверяя наличие сигарет в кармане брюк. Пельц открывает шкаф и достает оттуда черное длинное пальто. Встряхивает и накидывает на плечи. Аметистов так и выходит во фраке. Вот они стоят на улице, сигарета тлеет в изящных руках. Кузен пытается о чём-то вести беседу, но Зоя молчит. Снова подняв руку, дабы сделать последнюю затяжку Пельц слышит вскрики кузена. -У вас пуговица оторвалась!!! Ее срочно нужно найти!!! - Он смотрит под ноги, в надежде найти ее. А Зоя, улыбаясь, перехватывает окурок другой рукой, а свободной тянется в карман, от куда достаёт чёрную блестящую пуговицу. -Вот эта пуговица оторвалась? -Да, её таки нужно пришить! Тут Пельц разбирается хохот, и она начинает смеяться, так чувственно, так искренне. -У этой пуговицы, друг мой, огромная история. Они ловят взглядом друг друга и немного погодя женщина вещает. - Как и большинство историй, она связана с Павликом. То есть, с Павлом Фёдоровичем. Мы познакомились летом, регулярно пересекались. Но в то время у меня был муж, поэтому ухаживать Павел Фёдорович не решался. Но вот наступила осень, муж уехал в командировку. Я выхожу с работы и вижу стоит он, в этом пальто и с букетом. Он проводил меня до дома. На следующий день произошло абсолютно то же самое. Так продолжалось с неделю, у нас оставалась ещё одна до приезда мужа. Но однажды он почему-то не встретил меня, я очень переживала, вдруг что-то случилось. Отчётливо помню, он не встретил меня в пятницу. В субботу он припёрся под мои окна, увидев его, я вышла, вышла без плаща. Думала позову его к себе. Я вышла и ужаснулась, его лицо и руки украшали синяки. Синевато-серый фингал под глазом и синяки на запястьях. На мои вопросы что случилось он ответил не сразу. Как оказалось, его мать терпеть не могла собственного сына. Мать и ее фаворит калечили парнишку, на то время он был зелен и глуп. Наивно любил их, искренне любил. Я позвала его к себе, он отказался. Мы стали гулять во дворе, забрели в парк. Болтали, мне было так хорошо. Мы были счастливы. Но вечерело, стало прохладно, я в платье. Мы стояли, смотря в глаза друг другу. Тогда мы поцеловались…- Пельц немного засмущалась, на лице проступил румянец. - Начался дождь и его локоны намокли, движением рук он запрокинул волосы назад. Но наш поцелуй разорвался, Павлик глянул на часы и сказал, что ему нужно идти. И внутри у меня все похолодело. Я схватила его за запястья, он скорчился от боли, я стала тянуть его за руки. Стала кричать, чтобы он остался у меня. -Паш! Тебя там хоть любят? Паша! Пожалуйста! - Тянула девушка, с ее лица текли капли, то ли слезы, то ли дождь. Обольянинов молчал в ответ, он не пытался вытащить и без того больные руки из любовных тисков. -тебя там хоть любят? Лелеют? Тебя обнимают? - Зоя резко вжалась в парня. -Скажи мне ты счастлив? Но объятья их были недолгими, они снова стояли визави. Пельц опять держала его костлявые запястья, но тут он уже дёрнул рукой, от чего оторвалась пуговица. Девушка посмотрела в свою ладонь и зарыдала ещё сильнее, нет не было ей жалко пуговицы, было ей больно за паренька. Но тот лишь улыбнулся, снял пальто и накинул ей на плечи. - Прощай. - Поцеловал он ее и ушел. Он шел, пиджак его был усыпан крапинкой, от капель дождя. С волос текло, но он шел. Руки в карманы и походка его была легка. Дождь стучал по асфальту, по крышам зданий, по лавкам и клубам. Зоя так и осталась стоять с пуговицей в руке, его пальто на плечах. От вещицы веяло его ароматом. Ароматом уюта, ароматом любви. Зоя Денисовна вздрогнула, посмотрела на собеседника и поняла, что ее поглотили воспоминания. - Что-то я замечталась, пойдёмте. Она бросила бычок, шваркнула по нему обувью и порхнула в здание. Лицо ее было по-прежнему красное, она по-прежнему глупо улыбалась. Казалось, от этих воспоминаний в животе у нее летали бабочки.