Его тёмные волосы.

Платон лежал на пуфе, молча смотря в потолок, но при этом на его лице была спокойная улыбка. Он думал... Думал о парне, что сейчас лежал рядом с ним, забывшись сладким сном, с чёрными, как нефть, волосами. Его имя, голос и его вспыльчивый характер крутились каждую секунду в слегка нездоровой голове парня, не давая ему покоя. Когда Жора только пререехал в квартиру по соседству, хиппи не предал этому особого значения, ведь он знал, что ему со всеми удаётся найти общий язык и всё будет нормально. Но с каждой новой встречей он замечал за ним всё больше черт, что стали притягивать русого к брюнету. Он был необычным, он отличался от всех. Такой яркий и харизматичный... Не секрет что любовь к холерику засела глубоко в сердце хиппи, из-за чего стали проявляться первые знаки внимания. Он стал звать его к себе в гости, просто посидеть или попить чаю. Умышленно приобнимал за плечи и делал прочие тактильные действия, лишь бы дотронуться до его прекрасной, желтой кожи, потрепать за тёмные волосы, или даже обнять, прислонив его к своей груди, сердце в которой билось нестабильным пульсом. У него не было слов, когда на одной из обычных посиделок брюнет ненароком признался в любви к старшему. Эмоции бушевали внутри, хотелось накинуться на бедного инвестора и расцеловать у него всё что можно, все открытые участки тела, высказать столько приятных слов.. Но он ограничился простым взаимным признанием, не показав своих истинных чувств. Он ещё никогда не чувствовал столь блаженных ощущений, чем спя с Жорой в обнимку, чувствуя запах дешёвого одеколона, что исходил от него, в особенности от шеи. Стоит ли говорить, что в постели тот обращался с ним максимально аккуратно и бережно, будто-бы пытаясь не сломать? Его вздохи и стоны отдавались мурашками по спине хиппаря, он даже успел изучить все родинки и мельчайшие шрамы на жёлтоватом теле. Платон понимал, что это очень странно, но, чёрт, как же приятно... Его любовь медленно переростала в одержимасть холериком. Внутри было странное желание "убрать" всех чужих людей от него, что пытались как-то подружится с ним. Будто его добрая личность резко исчезала, оставляя от себя только одержимость. Но, слава Богу, что объект его обожания был весьма недружелюбен сам по себе и самостоятельно отталкивал всех неугодных ему людей. - Эх, Жора.. Пальцы заворошились в лохматые волосы, мирно гладя спящего инвестора. Сейчас всё хорошо... И будет всегда.