С возвращением

Тихая и спокойная ночь подходила к концу, удивительно, но в этот раз мастера никто не беспокоил, его измученный разум получил небольшую передышку, кошмары отступили и эти несколько часов показались оазисом посреди пустыни. И Шэнь жадно погружался в эту воду, затыкая уши, глаза и нос, чтобы не слышать и не видеть ничего вокруг. Его тело приятно охлаждалось, бело-голубые одежды тянулись вверх, поближе к поверхности, однако их владелец всё быстрее приближался ко дну. Кап. Кап. Как тихо... Кап. Кап. -Учи...! Кап. Кап. Шэнь Цинцю через силу открыл глаза, слизистая соприкоснулась с водой и всё вокруг стало мутным, словно мастер плыл в тумане, рассекая ногами воздух, ведь руками он всё ещё зажимал уши. Вот только и воздуха тут нет, об этом говорит горящая огнем грудь. Кап. Кап. Откуда этот звук? Как под водой может что-то капать? Шэнь оглянулся в одну сторону, в другую, но звук не затихал. Словно по барабану, он отчётливо бил в голову, заставляя мастера хмурится да вертеться в попытках сдвинуться с места, вот только что-то очень настойчиво не позволяло ни проплыть, а ведь Шэнь Цинцю уже использовал руки, ни опустится на дно окончательно. Так мастер и завис в этом неведомом пространстве. Он размахивал руками и ногами, но вода оставалась непоколебима. Воздух кончался, паника нарастала, а затем вместо противного "Кап" Шэнь Цинцю услышал знакомый голос и немедля расслабился, будучи не в силах поверить. -Учитель! - крикнул кто-то так волнительно, так громко и...умоляюще. Этот мастер узнает и тон и человека, из чьих уст вырывается столь дорогой сердцу голос из тысячи других, даже если все объединяться в попытке заглушить его. Кудрявая макушка пробралась сквозь толщ воды, искаженное болью лицо почти светилось за счёт счастливых глаз, а губы мастера немедля были взяты в плен, наглейшим образом раскрыты и зацелованы. Этот учитель наконец смог вдохнуть и вместе с воздухом внезапно вернулась возможность говорить, а вся вода вокруг пропала. И только руки, в какой-то момент вцепившиеся в запястья Шэнь Цинцю, удерживали его на месте, но то не имело смысла. Ему итак некуда бежать в царстве снов. -Учитель! Учитель! - Его ученик, Ло...этот бестолковый мальчишка не раз являлся учителю во снах, каждый раз вытворяя что-то несуразное. Вот только тогда он был реален. А сейчас... Пришлось сглотнуть, чтобы не выказать эмоций, и всё же тень печали проскользнула меж сведённых вместе бровей. -Ты снова мне снишься...-Ло Бинхэ кивнул, сжав запястья учителя крепче, его взволнованный взгляд скользил по мокрому телу мастера, по его черным распущенным волосам, прилипшим к вискам и лбу, по нежной коже рук, шеи и ключиц, которые приходилось восстанавливать по памяти, ведь его учитель оставался неизменным.. -Учитель, вы замёрзли? - Юноша был похож на щеночка, виляющего хвостом перед хозяином, таким его и запомнил Шэнь Цинцю, таким он всегда желал его видеть. Нежным лотосом, что готовил ему по утрам, тренировался на пике и подметал в бамбуковой хижине, гасил свет по вечерам, желая учителю спокойной ночи, пока тот всё ещё сидит за чтением. Но последнее воспоминание о Бинхэ было иным. Что там...кажется, он собирался припугнуть учителя на кровати, бесстыдно облапав, но внезапно уснул. Его юный лотос... Шэнь не нашелся с ответом, обойдясь лёгким кивком, его ученик опустил глаза вниз и, казалось, щёчки его слегка покраснели. Это выглядело бы мило, не будь он на голову выше мастера. -Тогда..позвольте вас согреть. - И в тот же миг Бинхэ отстранился, отступив всего на шаг, чтобы развязать пояс верхнего одеяния черного цвета. Ткань тихо соскользнула с плеч. Наблюдавший за этим Шэнь потупил взгляд, вздыхая. Ему не было дела до тела этого ученика, не было дело до его эмоций, что так и выставлялись напоказ, не было дела и до накинутого на него одеяния... Ты же ушел.. как смеешь ты появляться в моих снах? -Хватит.- оборвал мастер и закрыл глаза. -Но, учитель,..- И снова этот голос, так и вымаливающий ласку. -Я не куплюсь на твой жалобный тон. Посмел уйти, так не возвращайся. - И лишь теплая рука снова коснулась его руки, переплетая пальцы, а в ушах загудело точно поезд проехал совсем рядом. Жаль, что Бинхэ не знает что такое поезд. *** Из этого сна его вытаскивает не менее нежное прикосновение к щеке. Чужая ладонь медленно скользит по гладкой коже, изучая ее, забирая лёгкий аромат яблока и едва уловимый запах крови, противно оседающей на губах мастера. Ему стоит огромных усилий открыть глаза вновь. Ресницы трепещут пока тонкие пальцы сбрасывают с себя руки мужчины, а холодный взгляд едва ли не пробивает молнией аппонента, но тот остаётся непоколебим. -Вам хорошо спалось, Лорд Шэнь? - вежливо интересуется гость, его темные кудрявые волосы, собранные в высокий хвост, перекинуты на спину, но пара прядок всё же соскальзывает, устремляясь на лицо мастера. Тонкие волосы щекочат щеку, но ни единый мускул не дернулся, знакомые темные глаза устремились прямо на Шэнь Цинцю, и им открылась весьма болезненная картина. Горный лорд Шэнь уже некоторое время был заточен в покоях во дворце Хуаньхуа с тех пор, как добровольно покинул хребет Цанцюн вместе с Ло Бинхэ. В то время он пребывал в смятении, но последние несколько недель обернулись настоящим адом, вымотавшим этого человека настолько, что тот не находил в себе сил даже встать с кровати уже пару дней. В добавок к этому под его глазами появились синяки, а кожа болезненно побледнела, что уж говорить об усталом взгляде.. А всё дело в том, что в день, когда Бинхэ попытался запугать учителя любовными утехами, он внезапно упал. Просто навалился на тело Шэня, придавив всей его массой к простыням. И сколько бы тот ни звал, ученик сохранял молчание. В беспокойстве за него учитель проверил пульс, течение духовной энергии и даже оттащил меч подальше, решив, что это очередной всплеск энергии со стороны Синьмо, однако юноша так и не очнулся. Позвать кого-то он так и не решился, полагаясь на свои силы, день и ночь вливая в его тело теплую духовную энергию. И его ученик вскоре очнулся, но...что-то было не так... -Оо, Лорд Шэнь, вы ли это? Рад познакомиться с вами, меня зовут Таньлан-Цзунь. С этой фразы всё началось.