Визит

Погода испортилась быстро, меняя настроение Сони, что и до того позитивным не было. Участковая уже ушла, а она совсем забыла спросить, как там Маша. Сейчас узнавать было уже поздно, да и номера Гордеева ей не оставила. Первые капли ударились о подоконник и прочертили дорожки на стёклах. Соня дождь не любила и надеялась, что сильно он не разойдется. Такая погода невольно затягивала в хандру, казалось, что всё куда хуже, чем можно представить. Прикрыв глаза, Соня немного задремала. Она не знала, сколько прошло времени, когда в дверь постучали, и в палату вошла Арина Ильинична. Соня решила, что это просто судьба и уж теперь она точно спросит про Машу. — София Александровна, вы уж простите, что опять вас беспокою, но мне нужно вам кое-что показать. — Гордеева протянула ей два листа с фотографиями. — Возможно, вы кого-то из них узнаете. Возвращаясь мыслями в прошлый вечер, Соня до последнего сомневалась, что хоть немного запомнила лица похитителей. Однако, стоило взглянуть на кадры, как все сомнения мгновенно отпали. — Они, — кивнула Соня, — точно они. Она думала, что увидев их вновь, испытает ужас, впадет в истерику или что-то подобное, но на деле почувствовала облегчение. Полиции известно о похитителях, значит скоро их поймают. — Спасибо. Обещаю, что очень скоро мы их арестуем. Гордеева ушла, а Соня так и не спросила про Машу. Чувствуя себя ужасной подругой, постоянно забывающей о важном человеке, она вновь уставилась в окно. Радовало лишь, что дождь не усиливается. За дверью раздался тихий голос. Поначалу Соня вообще не обратила внимания, пока не поняла, что где-то его уже слышала. Разобрать ничего не удалось, да и вполне вероятно, что к ней это никакого отношения не имело. Узнать голос удалось, лишь когда его обладатель переступить порог. — Ну привет. Как себя чувствуешь? Перед ней стоял высокий молодой человек в больничном халате поверх чёрного пальто, которого Соня видела лишь раз, но появлению его была очень рада. И пусть в слегка замутнённой памяти хранились только «имя». Соня чуть приподнялась. Движение отдалось болью в раненом боку, но сейчас это казалось сущей мелочью. Сжав челюсти, она улыбнулась. Рядом с Джокером Соня чувствовала себя невероятно спокойно, хотя что-то подсказывало, что это странно и неправильно. Что простой человек «Джокером» бы не представился. И вообще она о нём не знает ровным счётом ни-че-го. Возможно, внутренний голос был прав, но сейчас Соня предпочитала именно спокойствие. Тем более, что ему от неё совсем ничего не нужно. — Кстати, подруга твоя уже заходила? Она поменяла позу, и бока опять коснулась лёгкая волна боли. — Нет. Я уже начала думать, что с ней тоже что-то случилось. Волнение вновь взяло верх над другими чувствами, но Джокер помог их развеять. — Под утро она была в полиции, так что с ней всё относительно нормально. Если хочешь, я привезу тебе и её, и необходимые вещи. Как бы ни противилось чутье, положительное впечатление укреплялось всё больше, вытесняя любые подозрения. Ну не может плохой человек делать столько хорошего для незнакомой девушки. Так ещё и просто за кофе. Разговор прервался, когда в палату уже в третий раз вошла участковая. Соня внезапно ощутила, как это совсем немного огорчило её. Но взгляд у Гордеевой был такой довольный, что Соня моментально выдохнула. — София Александровна, мы их задержали. Сейчас её хватило только на улыбку и короткий кивок, хотя глубоко внутри хотелось разреветься. Соня и надеяться не могла, что всё закончится настолько быстро и ей не придётся шарахаться от каждого шороха как минимум несколько месяцев. И всё же у мыслей была иная сторона: слишком быстро. Почему так быстро. У полиции есть фото, но они явно были сделаны не ими и совсем недавно — при свете дня. С первого разговора с Гордеевой прошло меньше двух часов, и тогда ей не было известно ничего, кроме того, что удалось узнать от самой Сони. Тогда как? Джокер и Арина Ильинична переглянулись, когда Соня задумчиво уставилась перед собой. — Всё нормально? — нарушил молчание Джокер. Всё казалось слишком подозрительным, Соня никак не могла перестать думать об этом. Ещё и визитёр оказался здесь одновременно с участковой. Совпадение? Возможно, но Соня в это не верила. Что он говорил полицейскому в коридоре и почему тихо? Вопросов был целый ворох и ни на один из них Соня не знала ответа. Но одна пугающая до дрожи мысль всё же вертелась. И Соня надеялась, что она не окажется правдой. Медленно подняв голову, она посмотрела Джокеру в глаза. — Они здесь были? Заметно напрягшись, он скрипнул зубами и хмыкнул. Отвечать не спешил, но всё и без слов было понятно. А вот участковая ничего не отрицала и не скрывала. — Да. Видимо, решили проверить местную больницу. Но всё уже закончилось, их везут в отделение. Соня улыбнулась и кивнула. — Хорошо. Она думала, что достаточно хорошо притворяется, но лица посетителей ясно давали понять, что натянутыми эмоциями не впечатлены. Арина Ильинична что-то хотела сказать, но тут Джокер медленно поднялся со стула и стянул с плеч халат. — Я за подружкой, — сказал он. — Какой у вас номер в гостинице? — Четыреста семнадцатый. Участковая вышла следом, пообещав передать с кем-нибудь новости или позвонить самой. Чувствуя, что на душе действительно становится понемногу легче, Соня легла обратно. Конечно, поимкой ничего не закончилось, ещё многое впереди. Но сейчас она может выдохнуть и немного поспать, будучи уверенной, что никакие бандиты к ней не проникнут. Ну и, наверное, совсем чуть-чуть поплакать.

***

После полудня дождь разошёлся с удвоенной силой, почти обращаясь в ливень. Прогремел гром, сверкнула молния. Джокер стиснул зубы, подавляя зевок, и свернул с главной дороги. Дико хотелось спать, особенно осознавая, что раньше ночи он в постели не окажется. Но надо было потерпеть. Возможно, купить в ресторане гостиницы крепкий кофе. Пару-тройку чашек. Ворон бы такое не одобрил, но какая разница. Припарковавшись, Джокер немного подождал, глядя на небо. — Да уж, — цокнул языком, мысленно матеря себя за то, что оставил зонт на квартире. Немного прогулявшись под дождём до входа в гостиницу, он узнал на ресепшене в номере ли подруга Сони и поднялся на четвёртый этаж. Дверь ему открыли почти сразу, даже ничего не спросив. Маша была в тёмном клетчатом костюме и очень знакомом Джокеру бежевом пальто. Широко улыбаясь, она окинула Александра заинтересованным взглядом. — … отличный город, столько всего интересного! — радостно восклицала Маша, разговаривая по телефону. Махнув рукой, пригласила Джокера в номер и захлопнула дверь, не замолкая надолго. — Сегодня хочу посетить парочку музеев, а вечером в клуб. Тут, кажется, неподалёку от гостиницы есть какой-то крутой. Да не переживай, всё отлично. Джокер так и застыл на месте, наблюдая за ней. Поведение Маши никак не вписывалось в картину, которую он себе представлял. Она была хорошо одета, накрашена, выглядела очень довольной. Пока Маша расписывала кому-то планы на ближайшие несколько дней, Джокер стоял в коридоре и пытался как-то всё это оправдать. Но не получалось. «Херовая подружка, тебе не кажется?» — усмехался голос в голове. Наконец, Маша закончила разговор и повернулась к Александру. — Надо же, — она усмехнулась и, закусив губу, прислонилась спиной к стене. — Я, конечно, предполагала, что такси бизнес-класса крутое, но чтобы настолько. Вы там все такие обаятельные и привлекательные? Привычно растянув губы в широкой улыбке, Джокер хмыкнул. — Понятия не имею, потому что я от Сони. Резко вдохнув, Маша выпрямилась и теперь уже не казалась такой довольной. Поджала губы, скрестив руки на груди. — Как она? — Нормально. Хочет тебя видеть. Маша замялась и стала крутить головой, пытаясь зацепиться за что-нибудь взглядом. Стало сразу понятно, что она не хочет ехать к Соне. — Слушайте, я бы с радостью… но сейчас должно подъехать такси. Мы хотели сходить в музей, но тут такая ситуация… в общем не хочется, чтобы билеты пропадали. Может быть я заеду к ней позже. Сегодня вечером, например. «Да никуда она не поедет». Джокер это понимал, потому сказал, делая шаг ближе: — Тогда собери её вещи, которые могут в больнице пригодиться. — Хорошо, я завезу… — Сейчас. Тон напугал, поэтому она решила, что лучше сделать так, как просят. Маша достала сумку из шкафа и покидала туда некоторые вещи. — Телефон с зарядкой и документы не забудь, — бросил Александр, поправляя перчатки. Маша замерла на несколько секунд, а потом вновь забегала по номеру, гремя ящичками и чем-то звеня. Наконец, получив сумку, Джокер кивнул и вышел. Ему даже показалось, что Маша громко выдохнула и сползла по стенке. Вновь оказавшись под дождём, который даже не собирался заканчиваться или хотя бы затихать, Джокер быстро запрыгнул в машину и, тряхнув мокрыми волосами, выехал со стоянки. Проехав несколько метров, он стал ждать. Через пять минут из гостиницы вышла Маша. Подбежала к такси, с улыбкой подмигнула водителю и уехала. «Мне вот любопытно, а она вообще о пропаже заявляла?» — Мне тоже, — вздохнул Александр, набирая номер Гордеевой. Арина Ильинична ответила только после третьего гудка. — Капитан Гордеева, слушаю. — Я вроде на мобильный звонил, — усмехнулся Джокер, выворачивая руль. Путь его лежал обратно в больницу. В трубке раздался смешок. — Да… просто заработалась. Что случилось? — Арина Ильинична, у меня такой вопрос: вы наличие звонка по поводу Сони проверяли? — Ммм… нет, насколько знаю. Мария Глебовна сказала, что позвонила один раз, но её не стали слушать, потому что не прошло трёх суток. Ну и больше она не пыталась. А… почему ты спрашиваешь? — Представь ситуацию, — начал издалека Джокер, — ты приезжаешь с подружкой в незнакомый город. Через несколько дней тебя похищают, тебе удаётся свалить, но ты попадаешь в больницу. А подружка твоя, вместо того чтобы сразу лететь к тебе, с довольной р… лицом тащится по музеям и клубам. — Как вариант: решила, что подруге уже ничего не угрожает, и можно расслабиться. Но это всё, конечно, странно. — Точно. Вот поэтому я и задаюсь сейчас вопросом: а был ли вообще звонок? Только после того, как Гордеева пообещала всё узнать и перезвонить, Джокер успокоился. А через полчаса он уже сидел в палате Сони и занимал последние минуты перед тихим часом.