И я забрал его тело...

—знаешь путешественник, когда то, он умер, и я забрал его тело... Я вроде тебе это рассказывал? Это была первая фраза нашего любимого барда бродяжки, в их ночном разговоре. Немного давящее чувство нахлынуло на Венти, и тот хныкнув слегка улыбнулся. На данный момент никто, кроме путешественника не мог понять чувства барда; даже сам бард этого иногда не понимал. Паймон уже давно спала, пригретая в чайнике, ничего не мешало поговорить спокойно и на едине. Они вместе просидели бы всю ночь, если бы не замëрзли. Поэтому вскоре пришлось возвращаться в чайник. Венти и Итэр плавно опопустились на мягкую траву в чайнике, и младший повëл барда внутрь дома. Путешественник старался быть тихим, чтобы не разбудить свою спутницу. Но через несколько секунд раздался возмущëнный крик —ИТЭР! Почему ты оставил паймон одну?! И почему бард бродяжка вместе с тобой? Маленькое тельце паймон начало подлетать к путешественнику, всë больше возмущаясь —Ладно,паймон,паймон успокойся.—пытаясь успокоить маленькую девочку, начал говорить итэр— Я тебе принëс шашлык После этого паймон ещё сильнее начала возмущаться —Ты думаешь что я тебя прощу за какую-то еду?!.... Ладно, давай сюда Вскоре паймон довольно улетела, уплетая шашлык по пути. Итэр спокойно выдохнул, смотря на барда бродяжку, который всë ещё спокойно наблюдал за улетающей паймон. Взяв венти снова за руку, тот увëл его в отдельную спальню. Вскоре на обоих не было одежды, кроме нижнего белья. Когда они легли, то итэр сразу же уснул; а бард разглядывал его спящее лицо и улыбался