Праздник

Заквиель щурится, хмурится, закусывает щеку изнутри, но в голову не лезет ни одной светлой мысли. Неадаптер стоит напротив, вяло машет хвостом и усиленно принимает самый невинный вид. У редстоунера болят ноги после долгой ходьбы по всему серверу, чтобы их затея вышла удачной. Новый Год — важный праздник. Особенно важный для их Божества, всего месяц назад начавшего контактировать с живым и имитирующим живое. Чтобы лучше понимать происходящее, сделаем шаг назад. 2 декабря вечером Заквиель настраивал механизмы, делая это в половину глаза. Второй глаз был закрыт и уже почти видел сон, а первый затуманился, потому что за механизмом неожиданно показался мелькнувший хвост. Списав все на усталость, болезнь, предновогоднее чудо, Зак прошел к следующей машине. Усталость, болезнь и чудо повторилось, только теперь в темноте под луной сверкнули глаза. Больше оправдываться перед самим собой Руина не видел смысла, а потому достал из недр ближайшего сундука фонарик, посветив им во тьму. Неадаптер собственной персоны нарисовался около механизма, виляя хвостом и мигая каждым глазом по очереди. Запоздалая мысль «сегодня поспать не выйдет» лениво стукнулась о сознание, пока Руина медленно приходил в себя. О Неадаптере ходили легенды еще со второго сезона, да и самому Заку выпадала честь лично знакомиться с Богом. Только потом произошло затишье и хвостатый куда-то смылся. Яблоки, правда, с завидной регулярностью продолжали пропадать. Теперь наступил Майншилд 3, и Божество, видимо, решило известить всех и каждого о своем присутствии, выбрав при этом максимально удачное время. — Привет… — невпопад проявил чудеса вежливости Заквиель. Неадаптер вновь махнул хвостом, подлетая ближе и требовательно протягивая руку. Зак расслабился. Все ясно — никаких сюрпризов или долгого контакта, он делал так еще на втором сезоне. Отчего-то Бог не говорил, имитируя семейство рыбьих, но просить яблоки это ему не мешало. — Держи. Больше ничего? — на всякий случай поинтересовался Зак, передавая целую корзину фруктов в руки Богу. К сожалению или счастью, надежды не оправдались. Полночи Неадаптер тихо и сосредоточенно выжирал запасы яблок. Остальную половину провел на кровати Заквиеля, методично вытесняя его на пол. На утро он не исчез, на следующий день тоже, и Зак как-то подозрительно быстро смирился с мыслью о новом соседе. С тех пор прошел месяц, относительно спокойный, насколько это возможно на смертоносном сервере друзей. Неадаптер присосался не хуже медузы, везде следуя за Заком. Иногда его внимание переключалось на других игроков, но против никто особо не был. Летающий рядом и иногда скидывающий на пол предметы неконтролируемым хвостом Бог даже… Забавлял. Поэтому ребята встретили его радушно, и даже провели мини акцию, насобирав побольше фруктов и вручив презент Неадаптеру. Заквиель умилился бы, если бы потом не обнаружил запрятанные подарки в разных частях своих механизмов, понятно каким образом туда попавших. Вчера между ними состоялся первый за всю историю знакомства диалог. Это можно считать прогрессом, но опять появлялось «но». Заку не понравился способ общения. Мало кому вообще нравится бесцеремонное и неожиданное проникновение в голову, следующая сразу за этим боль и желание как следует приложиться башкой об кафель. Договорились, что Неадаптер изучит письмо на табличках. Он изучил, продемонстрировав каллиграфический почерк на зависть большинству ребят. «Я хочу Новый Год». — Украсть? — ухмыльнулся Руина, читая надпись. Улыбка пропала, стоило редстоунеру взглянуть в блеснувшие опасным озорством глаза Неадаптера. Он примиряюще вскинул руки. — Шучу, не надо. Ты хочешь с нами отпраздновать, да? Последовал кивок, и Зак пожал плечами. — Да пожалуйста. Не думаю, что кто-то будет против. «Программа. Моя сцена, вопрос?» На расшифровку изумительно связанных меж собой предложений у Заквиеля ушло чуть больше 4 минут и 16 секунд, Неадаптер засекал, и наконец смертный глубокомысленно выдохнул, поднимая голову. — Ты хочешь устроить свое выступление в честь праздника, и для этого тебе нужна сцена? — дождавшись положительного ответа, Руина почесал голову, что-то сосредоточенно обдумывая. На обдумывание ушла еще одна минута и три секунды. Наконец, он кивнул сам себе. — Ладно. Это будет интересно. Я обсужу с остальными. Будь хорошим Богом и не ходи следом, лады? Естественно, чихать Неадаптер хотел на столь скучные просьбы, и потому левитирующим невидимым шаром отправился следом за другом. Заквиель обошел пару игроков, которые чаще всего организовывали и принимали участие в ивентах, особенно праздничных, спрашивая их мнение. Как он и предполагал, возражений не последовало. Сцена была построена за пару часов, декорации, какие-никакие, тоже были установлены. Заквиель все то время, проводя на спавне и подготавливая место для выступления Бога, не удосужился зайти на базу. Домой он возвращался уставший и с желанием грохнуться в первой же попавшейся подворотне. Ноги чудом донесли тело до базы. Поправочка, украшенной базы. «Подарок. Одобрение, вопрос?» — вопрошала табличка, на которой чем-то очень похожим на зеленую кровь были пририсованы гирлянды. Зак сглотнул, медленно обводя взглядом преобразившуюся базу. Огромная сосна корнями впивалась в низ помещения, ее макушка выходила за пределы дыры, а ветки распластались по всем декоративным шестеренкам. На каждом сундуке были пришпилены венки цветов, причем настолько ядерных оттенков, что глаза начали слезиться уже спустя пару секунд просмотра. В комнатах, где имелись потолки, были привинчены крючки, на которых радужно сверкая, висели гирлянды, закрученные в петли. Что-то отдельно напоминающее снег укрывало складские помещения, отливая блестками и иголками от сосны. Заквиель с трудом выдохнул. — Очень… Оригинально. «Одобрение, вопрос?» — Да… да, одобрение. Ты… Молодец. А вот это… Эти… Гирлянды? — Заквиель отчаянно пытался подавить в себе желание развернуться и уехать подальше от всей чертовщины, творящейся на его базе, куда-нибудь на Мальдивы. Пить коктейль, загорать под лучами палящего солнца… Скучать, отлынивать от проектов, не видеться с друзьями, не присутствовать при безумных, но ставших родными проделках Неадаптера… Ладно, Мальдивы отменяются. «Людские традиции, подражание. Елка — укрась сам, традиция. Сцена готова, вопрос?» Зак вымученно кивнул, аккуратно дотрагиваясь до блестящего снега. Как он и думал, сугробы оказались сахарной ватой с мармеладными мишками на дне. Нужно будет потом объяснить Неадаптеру пару нюансов насчет отпразднования Нового Года… Честно сказать, Заквиель больше Бога переживал, что что-то пойдет не так. Игроки уже собрались, рассевшись по местам перед сценой, и негромко переговариваясь меж собой. Неадаптер летал за кулисами, наматывая хвост на ладонь и разматывая обратно. Почему-то сей процесс окончательно задел нити тревожности Заквиеля, и он быстрым шагом приблизился к Богу, перехватив того за руки. — Послушай, все будет окей. Это твой первый праздник, и типо… Проведи его с кайфом? Ты можешь говорить, или писать на табличках, или еще что-нибудь выдумать… Ну, постарайся все же не убить кого-нибудь ненароком. У нас тут постоянно фигня всякая происходит, но она интересная и веселая. Чтобы ты не задумал, будет круто. А это, вот… Тебе. На всякий. — Зак втиснул Богу заполненную листами папку, которая гласила: «На случай, если что-то пойдет не так и нужна помощь». Неадаптер изобразил улыбку — от которой кровь Заквиеля скрутилась и пошла обратным ходом — приблизившись к другу и легонько коснувшись кончиком носа щеки редстоунера. «Ну вот и славно» — подумалось Заку. Раздумалось, впрочем, также быстро, стоило Богу вылететь на сцену. Началось все с того, что Неадаптер попытался воспользоваться микрофоном, а микрофон заявил о правах, личностях и свободе — проще говоря не включился после множества махинаций. Тогда видимо Бог подумал, что использовать папку уже пора, раскрыв ее и — Зак готов поклясться — изумленно провожая взглядом разлетевшиеся по всей сцене листы. Игроки неуверенно посмеялись, усиленно соображая, является ли это частью программы или им лучше начать коллективное успокоение Бога. Бот, впрочем, подобрав первую попавшуюся в руки бумагу вновь улыбнулся. Зак напрягся. Это была шестая страница с коротким, но дельным советом: «если все пошло не так вообще полностью, то импровизируй». Вокруг игроков стали возникать огромные экраны, показывающие флешмобы всех произошедших за этот год моментов. Тут были и смешные, и грустные, пугающие и забавные, моменты любви и расставаний. Словно зачарованные, ребята оглядывались, стремясь увидеть каждый кусочек прожитых своих и чужих впечатлений. Спустя время экраны поднялись в воздух, взрываясь яркими всплесками салютов. Огни от фейерверков были в виде голов игроков, что на половину ребят произвело сильно впечатление, а на другую впечатление еще сильнее. Затем в воздухе стали появляться искрящиеся и мигающие всеми цветами надписи: «Счастье», «Семья», «Дом», «Друзья». Завершилось данное действие табличкой побольше других: «Вы». Где-то послышались умиленные вздохи. Наконец, решив на прощание подарить игрокам что-то непременно полезное и важное, Неадаптер заспавнил в руках каждого по ежику. Заквиель, нервно наблюдал за другом из-за кулис, едва не выронив животное, неожиданно оказавшееся у него в руках. Опустился занавес, раздались аплодисменты и подбадривающие крики, а Неадаптер как ни в чем не бывало кружил вокруг Руины, заинтересованно склонив голову и по всей видимости ожидая вывод. — Ты чудесно выступил, так держать! Я тобой горжусь, приятель! — Зак переложил ежа в одну ладонь, другой рукою несильно стукнув по плечу Бога. От возбуждения кончик хвоста закрутился, мелко подрагивая. Неадаптер, переполненный чувствами, прижался к Заку, издавая низкочастотные вибрации. «Хороший» — подумал Зак — «Это определённо хороший праздник».