Звезданутые

      Ремус знал, на что идет. Он знал это еще с самого первого кастинга — его парень действительно талантлив, разумеется, ему предложили контракт, потом еще один, и еще. Он знал это, когда папарацци совали ему в лицо камеры, ослепляя вспышками и оглушая щелчками затворов. Он знал это даже тогда, когда они с Сириусом впервые вместе вышли на ковровую дорожку и интервьюер, обращаясь к Сириусу, как будто самого Ремуса там не было, спросила «и чем же занимается ваш спутник», а потом сморщила напудренный носик, услышав скучное и обычное «преподает историю в средней школе».              Вообще-то Ремус любил свою профессию, даже обожал. Но разве он виноват, что по звездным меркам учитель оказался не интереснее помощника младшего ассистента старшего ассистента? Зачем им столько ассистентов?              В любом случае, Ремус с самого начала знал, что на фоне Сириуса, который, под стать одноименной звезде, блистал и освещал все вокруг, он навсегда останется блеклой вспышкой, урвавшей свой звездный час только потому, что он был парнем самого Сириуса Блэка. Но, честно говоря, Ремус не имел ничего против, пока Сириус разделял его мнение.              Их многолетние отношения были пропитаны взлетами и падениями, и глупо надеяться, что эти постоянные пикирования будут выходить в подобие баланса. Ремус помнит, как на гонорар с первых гастролей Сириуса они наконец-то смогли погасить остаток по ипотеке, и еще целый месяц жили, ни в чем себе не отказывая. Сириус еще шутил, что Ремус может спокойно уволиться. Потом, три месяца спустя, в карьере Сириуса наступило затишье, и крошечная зарплата Ремуса стала настоящим спасением (и сдача половины дома в аренду каким-то богатеньким студентам).              Сейчас Ремус разглядывал линейную диаграмму с гордым названием «Отношения с Сириусом Блэком». Согласно имеющимся данным, они подбирались к очередному пику, после которого последует неизбежный спуск. Вот такие американские горки. Ремус по опыту (и что, что это было всего однажды, когда ему было одиннадцать) знал, что чем медленнее вагонетка ползла вверх, тем резче она сорвется вниз, несясь так быстро, словно человек, который должен ее контролировать, запрограммировал поездку на двойную скорость и ушел пить чай, позабыв о несчастных пассажирах, которым только и остается, что молиться. Ремус, кстати, в Бога не верил. Так что ему и это не помогло бы.              В общем да, сейчас у них с Сириусом все хорошо, но Ремус понимал, что это временное явление. Тем не менее, он с самого начала знал, на что шел, поэтому старался не волноваться лишний раз, читая на всех новостных каналах сплетни, которым не было конца и края. Нет, некоторые из них были действительно бредовыми. («Сириус Блэк замечен на мероприятии в компании пожилого мужчины. Что их связывает? Работа? Нечто большее?») Ремус даже зачитывал их Сириусу, а потом они вместе смеялись.              — Ты променял меня на старика, серьезно?              — Прости, дорогой, я давно хотел сказать тебе, что дядюшка Альфард для меня не просто дядя…              Но некоторые, те, которые он находил среди новостей о политике и науке, Ремус сохранял и перечитывал бессчетное количество раз. Он даже не понимал, по какому принципу отделял очевидные слухи от того, что могло оказаться правдой.              Вот, например, кое-что из свеженького, что мучало Ремуса уже несколько дней. Он решительно не знал, куда определить данную новость.              Согласно инсайдерским данным названа муза четвертого студийного альбома Сириуса Блэка, выход которого запланирован на ноябрь этого года. Осведомитель, который пожелал остаться неизвестным, говорит о том, что это не человек из близкого окружения певца, а сам альбом будет сфокусирован вокруг становления артиста и его жизненного пути. Стоит ли нам ожидать появления «другой женщины»?              С одной стороны, это полный бред. Там даже имени не было. Откуда этому осведомителю знать, кто стал музой альбома, если Сириус всегда очень яростно охраняет свои идеи, он даже Ремусу не сказал!              Он даже Ремусу не сказал.              Это его и беспокоит.              Сириус всегда рассказывал Ремусу о том, над чем работал.              Лунатик, а кому еще мне хвастаться? Ты мой самый важный слушатель. Я писал бы песни только для тебя одного, если бы нам не надо было платить коммуналку и покупать продукты!              Не в этот раз.              В общем, Ремус старался не накручивать себя. У него буквально не было на это времени. Попсиховать можно и на выходных, когда Сириус уедет на благотворительное мероприятие. А сейчас у Ремуса остался всего час, чтобы сварить суп к приходу своего парня домой.              Ремус обожал готовить. Это его вторая страсть в жизни. Нет, третья. Первая, естественно, — Сириус, потом преподавание и кулинария. Ну, вы видели все эти кастрюльки, сковородки и лопатки? Чего стоит набор швейцарских ножей, который они с Сириусом купили сто лет назад во время их первого совместного отпуска! Десять лет прошло, а режут как новенькие.              Когда Ремус состарится настолько, что будет путать даты и правителей, тогда он обязательно откроет ресторан. Сириус, который будет уже достаточно старый, чтобы скакать по сцене, размазывая подводку по лицу, сможет петь там иногда. По выходным, например. Да, такой план на жизнь Ремусу определенно нравится.              Но до этого еще лет тридцать. Сейчас — суп.       

***

      Сириус вернулся как раз в тот момент, когда Ремус чистил картошку. Иными словами, Ремус ни черта не успевал.              С тяжелым вздохом он отложил овощечистку, обтирая руки о фартук.              — Будет готово минут через сорок, — крикнул он, чтобы Сириус точно его услышал.              Сириус почему-то носился по всему дому как угорелый, перекладывая вещи с места на место. Пробегая мимо кухни, он на секунду заглянул внутрь, бросая сбивчивое «я не буду ужинать», и вновь улетел на космической скорости куда-то в сторону спальни.              Ремусу потребовалась секунда, чтобы осмыслить услышанное, а потом он сердито потопал за Сириусом.              — Это еще почему? Сам же просил суп с фрикадельками!              Сириус опустился на кровать, сжимая в руках «парадные» джинсы. У него все джинсы парадные, если уж на то пошло.              — Минни звонила, через час надо быть на закрытом показе, потом афтепати, но это недолго, — виновато вздохнул он.              Ремус нахмурился и потянулся к завязкам на фартуке.              — Почему ты не предупредил? У меня рубашка не гла…              Лицо Сириуса стало еще более виноватым.              — Нет, Лунатик. Сегодня я сам. Там какая-то накладка вышла, сказали без «плюс один». Я вообще не хотел идти!              — Так не иди, — сказал Ремус, пожимая плечами. Вообще никакой проблемы.              — Не могу, — протянул Сириус, — Минни сказала, что это отличный повод пропиарить альбом.              В голове Ремуса всплыла недавняя статья.              Стоит ли нам ожидать появления «другой женщины»?              Очень некстати.              — Ладно, — бросил Ремус через плечо, уже удаляясь в сторону кухни.              Спустя пару секунд он услышал, как Сириус бежит за ним.              — Ладно? — с недоверием переспросил он. — Это все, что ты скажешь?              Ремус с самым беспечным видом вновь принялся за чистку картофеля.              — Да. — Провел овощечисткой по блестящей коричневатой бочине. Шкурка свернулась ленточкой, падая в раковину. — Иди на свой супер закрытый секретный показ, — еще одно скользящее движение, еще один ошметок в раковине, — куда не пускают никого, — еще; кажется, Ремус уже счищал не кожуру, а тонкие слайсы картофеля, — а я буду сидеть тут, — лезвие зацепилось за глазок, — с этим дурацким, — опять зацепилось, — идиотским супом с фрикадельками, — Ремус отшвырнул овощечистку в сторону, — который я весь вечер готовил для тебя.              Он отложил несчастную картофелину в сторону и хлопнул в ладоши.              — Все супер, — сказал он, доставая из ящика нож и вновь обращая внимание на картофелину, которая сумела вымолить у своего крахмального бога секундную передышку. — Иди, — добавил Ремус, отворачиваясь к раковине.              Он чувствовал, как Сириус прожигал взглядом его спину, а потом, бросив почти неслышное «дурак», ушел в спальню. Почти неслышное.              — Это я дурак?! — крикнул Ремус, откладывая многострадальную картофелину. — Извините, что меня расстраивает тот факт, что я, как какая-то домработница, варю суп для вашей светлости, пока вы шляетесь там черт знает с кем.              Возмущенный Сириус снова появился в дверном проеме.              — Я не шляюсь! Никого там не будет, кроме… кроме… Блять, я даже не знаю, кто там будет, потому что я настолько не хочу туда идти, что даже не узнал, — растеряв весь запал, ответил Сириус.              — Так не иди!              — Я не могу! Альбом.              Стоит ли нам ожидать появления «другой женщины»?              — Конечно. Как я мог забыть, — с напускным сожалением протянул Ремус. — Это же тот самый альбом, в котором… О, точно я же ничего о нем не знаю.              — Лунатик, не начинай, — предупредил Сириус.              — Что не начинать? Почему ты ничего не рассказываешь мне? Что в нем такого таинственного?              — Это секрет, — недовольно проворчал Сириус.              — Но у нас нет секретов друг от друга.              Стоит ли нам ожидать появления «другой женщины»?              — Нет, — подтвердил Сириус. — Но это… другое. Просто наберись терпения.              — Для чего? Скажи честно, у тебя кто-то появился? — На последних словах Ремус поморщился, понимая, насколько внезапным и неловким оказалось последнее предложение. Но в его голове-то все логично.              — Что?!              Видимо, логичным это считал только он. Ремус вяло отметил, что вагонетка сорвалась вниз.              Спустя полминуты Сириус вылетел из дома, захлопывая за собой дверь с такой силой, что Ремус вздрогнул.              Он устало вздохнул. В голове пронесся вопрос, надел ли Сириус штаны, или все-таки нет.              Ремус с самым кислым выражением лица вернулся к недочищенной картошке. Глазки из нее он выковыривал с такой целеустремленностью, будто это они были виноваты во всех его бедах.       

***

      Прошло уже два часа, а суп все еще не готов.              Ремус придерживался очень четкой жизненной позиции — не распыляться. Поэтому он всегда занимался только одним делом, не пытаясь совмещать их. Да, медленно, но зато качество не страдало.              Так что последние полтора часа он просто сидел и плакал, чувствуя причудливую смесь вины и злости. После импровизированного перерыва на слезы Ремус вернулся на кухню, поставил на фон грустную музыку и занялся приготовлением фрикаделек для супа, который, кажется, есть уже никто и не будет.              В какой-то момент музыка стала прерываться все чаще — кто-то усердно пытался до него дописаться.              Телефон буквально разрывался от количества смс-ок от самых разных людей, начиная с ближайших друзей, заканчивая теми, с кем он пересекался пару раз на мероприятиях. Ему даже прилетели сообщения от учеников из его школы.              «Ремус, ты видел?! Что он вытворяет?»              «Мистер Люпин, вы теперь тоже звезда! Это же о вас?»              «Рем, это такой пиар-ход?»              «Этот придурок умудрился переплюнуть самого себя.»              Последнее сообщение прислал Регулус. Он, кстати, был единственным, кто додумался прикрепить ссылку, просветив ничего не подозревающего Ремуса.              Палец завис над кнопкой, а Ремус всерьез задумался над тем, надо ли ему это видеть или нет.              Стоит ли нам ожидать появления «другой женщины»?              С тяжелым вздохом Ремус перешел по ссылке, решив, что рано или поздно он все равно узнает.              Взгляд тут же зацепился за заголовок (собственно, в этом и есть главная функция заголовков).              Сириус Блэк устраивает перформанс на закрытом показе.              Ремус пробежался взглядом по статье, пропуская неинтересные факты о мероприятии, останавливаясь лишь на абзаце, где репортер целых пять предложений мусолила тот факт, что Сириус отказался подходить к фуршетному столу, сославшись на то, что его ждет домашний суп. Репортер, Скитер, судя по фирменному стилю писать ни о чем так, будто это невероятная сенсация, даже выдвинула догадку, что Блэк, наверное, сидел на какой-то специальной диете. Однако потом она отметила, что это не помешало певцу с двойным усердием налечь на алкоголь.              Ремус устало ущипнул себя за переносицу. Отлично. Хуже обиженного Сириуса только пьяный Сириус. Хотя комментарий про суп определенно согрел сердце Ремуса.              В самом конце статьи речь шла о том, что изрядно напившийся Сириус отобрал микрофон у ведущего и залез на сцену, прервав показ. (Ремус, кстати, так и не понял, что там показывали.) Он заявил о том, что сейчас пройдет эксклюзивное предпрослушивание сингла, который обязательно войдет в альбом, как только он доберется до студии.              Ремус похвалил Скитер за то, что она услужливо опубликовала видео. Даже не подписала никак… Видимо, там действительно что-то такое, раз Рита не смогла подобрать слов.              Видео Ремус включил уже без переживаний, он все еще был доволен тем, что суп зря не пропадет. Бульон с утра будет в самый раз.              На видео Сириус, пошатываясь, пытался объяснить музыкантам, какую мелодию им играть, а потом он психанул и, отобрав электрогитару у напуганного гитариста, недовольно рыкнул на барабанщика.              — В такт стучи, понял?              Он принялся наигрывать незнакомую мелодию, иногда слегка сбиваясь с ритма, но, в общем и целом, справляясь неплохо.              А потом он запел. Ремус сидел, широко раскрыв рот.              — Куда ты тянешь свои ручки, сучка? За моей спиною королева!              Ремус фыркнул. Сириус не раз называл его королевой в своих песнях, аргументируя это тем, что парни без фантазии могут петь эти строчки своим девушкам, и еще шутливо добавлял, что Ремус и впрямь королева. Драмы.              — И даже если я шагаю криво, еще совсем не значит, что я шагаю налево.              Вновь вернулось чувство вины. За все годы их отношений Сириус, несмотря на всю свою известность и постоянное внимание к своей персоне, ни разу не дал Ремусу повода усомниться в своей верности и искренности.              — Без тебя одни страдания и муки! Я обещаю, котя, все эти шлюхи не дождутся нашей с тобой разлуки…              Именно на этой фразе на сцену выбежали охранники (вполне справедливо, между прочим) и попытались остановить Сириуса, осторожно уводя его под руки за кулисы. Это не помешало Сириусу еще трижды проорать последние строчки, пока звуковые операторы не спохватились и не отключили ему микрофон.              Потом в кадре появилась Минерва, или Минни, как ее называл Сириус, попытавшаяся сгладить ситуацию и задобрить публику, раскрыв название альбома.              — Слушайте «Волчью звезду» с пятнадцатого ноября на всех площадках!              Последнее слово заглушили овации, и видео закончилось.              Ремус дважды просмотрел появление Минервы, не веря услышанному.              Волчья звезда. Пятнадцатое ноября.              Глупое прозвище, придуманное Регулусом для их парочки, и дата начала их отношений.              Стоит ли нам ожидать появления «другой женщины»?              Ремус рассмеялся.              

***

      Еще час спустя Ремус дошинковывал петрушку. Последний штрих и суп готов. Самый долгий суп в его жизни.              Ремус уже мыл руки, когда услышал копошение в дверном замке. Он тут же поспешил открыть дверь, пока Сириус не успел ободрать всю краску с замка.              — Я хочу съесть свой суп, — заявил Сириус, спотыкаясь о свои же ноги и буквально падая в объятия Ремуса, будто они в какой-то дурацкой романтической комедии.              Ремус ухмыльнулся, прислоняя Сириуса к шкафу и помогая ему снять куртку.              — Суп готов, котя.              — Вот не надо тут смеяться, твое имя не рифмовалось. Я пытался! — надувшись, сообщил Сириус.              — Ладно-ладно! — Ремус поднял руки в оборонительном жесте, но тут же опустил их обратно, подхватывая поехавшего куда-то вбок Сириуса.              — А откуда ты вообще знаешь? — с запозданием спросил Сириус.              Ремус расхохотался.              — Ох, дорогой мой человек, я тебе утром такое покажу.