Феникс под луной

Серые облака закрыли за собой солнце, земля оросилась холодным дождём. Лошадей загоняли под самодельные стойла. С крыш минки стекала вода и ручьями струилась по земле, стекая в самые укромные места узких переулков. Звери и птицы находили защиту от холодного дождя у деревьев или крыш. Все обитатели Канадзавы скрылись, оставляя улицы и тренировочные поля пустовать. Лишь стражники оставались у ворот, сжимая в руках Цуруги и неизменно смотрели в даль, за внешние пределы стен, в ожидании врага. Посреди города стояла резиденция ''Фуккатсу''. Она выделялась из всех в своём величии и строгости, ни одной лишней дощечки или узора. Чайные сады создавали атмосферу полного покоя и отрешённости. Трава сгибалась к земле и покрывала её словно ковёр. Лепестки сакуры опадали на землю, не выдерживая напора дождевых капель. Наблюдала за этим хозяйка резиденции. У сидящей на террасе девушки, были розовые волосы, заплетённые в длинную косу и пронзительно жёлтые глаза. Белая кожа создавала сильный контраст с чёрным кимоно, от чего она казалась чуть ли не прозрачной. Девушка сидела за чайным столиком и безмолвно смотрела развернувшуюся картину, ожидая чего-то. — Гёкко-Сама. Девушка посмотрела в сторону юной служанки. — Что такое? — у неё был ровный и глубокий женский голос. Девочка склонилась: ‘’Пришёл Такаши-Доно, он выполнил ваше поручение и теперь ждёт вашего дозволения войти’’. Девушка встала, полностью повернувшись к служанке. — Пусть войдёт. — Будет исполнено, Гёкко-Сама, — девочка скрылась за фусумой под пристальным взглядом хозяйки. — Локи. В ту же секунду на террасе загорелся огонь, из него появился юноша в ханьфу ханьских лучников, и ярко рыжими волосами. На столь эффектное появление девушка никак не отреагировала. — Здравствуй принцесса, — расплылся он в лукавой улыбке, — соскучилась? — Сотри это со своего лица, сейчас не время для игр. Лучше подай Нагинату. Хироши Судзуки привели. Лицо юноши вмиг потускнело и обрело серьёзный вид. — Так скоро? Они точно его привели? — Сейчас проверим. — девушка взяла Нагинату, повернув её острием вниз. Через небольшой промежуток времени, послышался тоненький голосок служанки: — Такаши-доно прибыл. Фусумы разъехались в стороны и на террасу вошли двое мужчин. Хотя вошёл только один, но сначала втолкнул туда второго. Того, кто толкнул, нельзя в полной мере назвать мужчиной — это был юноша лет двадцати, одетый в нижнее и верхнее кимоно, подвязанные поясом со штанами хакаяма. Второй выглядел лет на сорок, он упал в 4 сяку от розоволосой. Юноша встал на колени сразу. Он склонил голову перед своей госпожой и выжидающе посмотрел на мужчину, который повторять за ним не торопился. — На колени, ублюдок! — в седые волосы вцепилась рука и ударила мужчину лбом о пол. — Кто по-твоему перед тобой?! — было видно, что только один вид мужчины, вызывал в нём глубочайшую ярость. Девушка подняла ладонь: — Довольно Такаши. Такаши послушно убрал руку от затылка Хироши Судзуки. Девушка обратила свой взгляд на мужчину. Словно орёл смотрел на добычу. — Господин Судзуки, вы знаете, почему вас сюда привели? — Боюсь, что нет, Гёкко-сама. — Тогда я вам проясню. До меня дошли жалобы на ваши преступления, в них входят: изнасилования, похищения, лжесвидетельство, пытки и убийства. Вам есть что сказать? Хироши Судзуки растирал между пальцев ткань своих рукавов. — Гёкко-Сама, боюсь это какое-то недоразумение, — его голос был тихим. — то что вы сказали — слухи, что распустили мои недруги. — Хотите сказать, что это не правда? — Это слухи. — Локи, — девушка протянула руку и Локи положил в неё свёрток. Он был брошен к Хироши. — Взгляните. Мужчина так и сделал. Старик развернул свёрток и начал его читать, и чем дольше он его читал, тем сильнее белела его кожа и дрожали руки. — Г-Гёкко-Сама, это… — Это доказательства ваших деяний. Будете отрицать? — Гёкко-Сам… — Молчать. — Наконечник Нагинаты оказался у носа старика. В комнате воцарилась полная тишина. Никто не шевелился. Хироши Судзуки в ужасе замер глядя на лезвие, Такаши и Локи ожидали. Девушка цепко вцепившись в оружие, глубоко дышала и впилась взглядом в мужчину. Только последождевые капли нарушали ту пугающую тишину. — Вы позволили себе слишком много Хироши Судзуки. Вы опозорили себя, свой род, свою страну и сломали не численное количество жизней. — каждое слово Тайя произнесла чётко и медленно. — И за это, полагается — смерть. — Гёкко-Сама, умоляю, послушайте, я! — Мужчина, вскочив на колени, попытался ухватиться за край её кимоно. Но его лишь пнули в челюсть. Локи и Такаши переместились по бокам Хироши Судзуки, схватив его, вывернули в весьма непристойную позу. Тот закричал ещё отчаяннее и пытался вырваться, но безрезультатно. Тайя обхватила рукой Нагинату крепче, и опустила её у ног Хироши Судзуки. Одно мгновение, и по резиденции разнёсся мучительный вопль. Хироши кричал от раздирающей боли и бился в конвульсиях. Между ног растекалась лужа крови. Никто из троицы на это не реагировал, Тайя лишь спокойно сказала: — Уберите. На террасу вошли двое стражников и утащили орущего мужчину. Такаши пошёл за ними, за ним вошли на террасу служанки с тряпками и начали стирать кровь. Локи прикрикнул стражникам: — Не дайте ему умереть, через два дня будет суд, он должен дожить до него. –Тайя,.. – Когда Локи повернулся к ней, её уже не было. Он досадно скривил губами, а после исчез в пламени. *** Дождевая вода медленно капала с листьев бамбука на каменную дорожку. Несмотря на то, что дождь закончился, тучи не исчезали. Лишь слабые лучи света, освещают комнату погруженную во мрак. В самом дальнем углу стоял алтарь. Ему кланялась Тайя. — Эй, — Локи стоял облокотившись левой рукой о раму фусумы — Так и знал, что ты здесь. Тайя никак не реагировала на него, она продолжала сидеть у алтаря о чём-то задумавшись. — Хироши в темнице. Как собираешься от него избавиться после суда? — После суда и решу, — она всё так же не оборачивалась. Локи фыркнул. — Ты ведь не просто этот фарс с судом затеяла. Ты хочешь показать людям свою власть. Смотрите что я могу, и мне ничего не будет, бойтесь меня! Я прав? – краешек его губ поднялся в усмешке. Тайя ответила ему не сразу. — Семья Судзуки была одной из самых богатых семей в Канадзаве, более пятидесяти лет. У них было признание самого императора. Они были уверенны в своей безопасности, благодаря своему влиянию. Белая рука потянулась к алтарю и поставила ещё одну палочку благовоний сенко. — Сейчас же их глава под стражей, казнь неизбежна. Через два дня все их дела выйдут в свет и в скором времени дойдут до столицы, — На её лице расцвела умиротворённая улыбка — Долго ли ждать, пока император обратит на это свой взор? Холодный ветер был сильный, но никто не подавал виду, что чувствуют это. Он кружил в ветвях сакуры, срывая с неё лепестки цветков, неся их в танце. Один лепесток залетел в комнату. Он кружил в ней словно одинокий путник, что потерялся в горах. В конце концов он упал рядом с косой Тайи, сливаясь вместе с розовыми прядями. -Клан Кодзаэмона был удостоен чести быть главенствующим в Канадзаве императором, около тринадцати лет назад. Его глава — Рюноскэ Кодзаэмона должен был следить за порядком в этих землях. Однако, что мы имеем сейчас? Десятки семей лишились своих детей, народ живёт в страхе. Людей насильно забирают в рабство, игнорируя всякий закон. Сложно ли понять, что будет с главой Рюноскэ, когда император узнает об этом. Тайя взяла лепесток и сжала его в руке, перетирая его между пальцами. — Он не сможет оправдаться как бы не старался, нельзя было не заметить то, что происходит под носом. — Хочешь им управлять этим? Идея неплохая, но как ты скроешь его причастность? Допустим, ты сможешь заткнуть местных богатеев, но что сделать с народом? — Я найду как, не сомневайся. Девушка открыла ладонь высвобождая ошмётки лепестка. Она посмотрела на него пару секунд, а после – вспышка! Его поглотил фиолетовый разряд молнии. — Во всяком случае, император будет просто смотреть и молчать как слизень. А так, я смогу получить власть над главенствующим кланом и управлять Канадзавой без лишних трудностей. Как удачно всё сложилось, не правда ли? — Я бы сказал, даже очень. — у него были ещё вопросы, но озвучивать их не стал и исчез в пламени. Тайя обернулась туда, где только что был юноша. Её лицо снова приобрело безучастный вид. Она снова повернулась к алтарю и погрузилась в раздумья. Хироши Судзуки ей никогда не нравился. С самой первой встречи. Когда он предстал перед её родителями на банкете предыдущего императора. Она до сих пор помнит его мерзкий взгляд. Будучи совсем ребёнком, она не понимала его природы. Мама тогда встала вперёд ней и прикрыла собой. Папа же отвлёк его на себя что-то сказав. Его брови сдвинулись на переносице, а рука взяла катану в боевой позиции. Он сделал это так, чтобы Хироши это увидел, и больше не попадался на глаза. До конца банкета они обеспокоено смотрели на неё, мама успокаивающие гладила по голове. Отец говорил Тайе, чтобы она никогда с ним не разговаривала, а если увидит его рядом, сразу бежала к ним. ''- мало что задумал этот ублюдок. Нельзя быть неосторожными'', — сказал тогда тихо Юичи Гёкко жене. Она уже давно забыла об этом... Возможно и не вспомнила бы, если не…: — Госпожа! На дорогу выскочила девочка лет двенадцати. Если бы Локи не остановил вовремя лошадей, та уже оказалась бы под копытами. Тайя хотела выкрикнуть что-нибудь не лестное девчонке, но та не дала. — Госпожа, умоляю! Помогите! — девочка была грязная, словно свалилась в отходную яму. Волосы её были торчали в разные стороны, всё тело было в синяках и царапинах. Её заплаканные глаза, смотрели на неё. — Мой младший брат! Он! Девочка схватилась за кимоно, на ткани остались кровавые отпечатки её ладоней Локи нахмурился и посмотрел на Тайю. Та в ответ кивнула. — Показывай. Девочка вела их через лес, поэтому лошадей пришлось оставить. Чем дальше они шли, тем сильнее был запах. Он заполнял лёгкие зловонием, от него кружилась голова и подступала рвота. Это вызывало далеко не самые приятные воспоминания. Через пятнадцать-шестнадцать тё, они вышли на поляну окружённою деревьями. Запах стал невыносимым. Посреди поляны была большая яма, в ней были мёртвые тела детей. Трупов было не меньше восьми. — Ято! Девочка бросилась к одному из них, упала на колени и приподняла худого, израненного мальчика. Его рваное хаори везде пропитано кровью. Девочка держала его одной рукой за голову, другой — спину и своими грязными рукавами, вытирала тому лицо. — Умоляю, помогите! — её голос подорвался, перейдя почти на шёпот. Из опухших глаз снова полились слёзы. Тайя подошла к детям и приложила палец к пульсу мальчика. Он был очень слабым, мальчишка вот-вот мог умереть. — Локи, немедленно вези его к лекарям! Если он умрёт, хоронить будешь сам. « А то у эта паршивка не сможет точно...» - девочка и впрямь выглядела очень жалко. До невозможного худая и грязная, того гляди помрёт. Услышав это, девочка зарыдала ещё сильнее. Локи взял мальца из рук сестры и скрылся в чаще. Тайя осталась с рыдающей девочкой одна. — Как тебя зовут? — Хотару… Хотару Ч-Чиба. — Хотару, кто сделал это с этими детьми, ты знаешь? Хотару замерла, не смея даже вдохнуть: — Я… Это… я… - Говори чётче! - П-простите... Я не могу... Не могу! — Хорошо. Скажи, ты знаешь кто я? — Нет — прошептала она. — Я Тайя Гёкко, глава клана Гёкко, и если я задаю вопрос, ты должна ответить, — золотые глаза недобро прищурились. Хотару сжалась ещё сильнее: «Я… Ааа!» — Тайя схватила её за подбородок, вынудив посмотреть себе в глаза. — Смотри мне в глаза и отвечай на вопрос. — Хироши...Судзуки...— произнесла едва дыша. Тихий звон фурина разрушил тишину, заполняя комнату только ему понятной мелодией. Хироши похищал детей, развлекался ими. А когда они умирали, он приказывал слугам избавиться от тел. Чтобы не получать неприятностей – подкупал главенствующий клан, денег было у него предостаточно. «Чёртовы выродки, думали, что им всё сойдёт с рук» Донёсся стук бьющихся друг о друга мечей и боевой клич. Наступил час пса, время тренировок на катанах. Тайя обернулась в сторону звука — «Уже? — подумала она с досадой. — Неважно». Тайя снова повернулась к алтарю и посмотрела на именные таблички. «Мама, папа, пожалуйста, подождите ещё немного. Уже скоро всё будет готово, — белые ладони сжали кимоно, — и тогда, наконец, мы вернём всё, что они отняли».