Fluffy Good Omens One-Shots: Зимняя спячка

Кроули открыл глаза, хотя держать их открытыми было намного сложнее, чем нужно. Он едва ли мог держать их с полуприкрытыми веками дольше нескольких секунд за раз. Его мозг работал на четверть мощности, далеко не готовый взаимодействовать с реальным миром. По сравнению с вялым органом его глаза казались сверхуспевающими. Что-то не давало покоя Кроули, но, покопавшись в своей туманной памяти, ничего не получилось. Часть его, большая часть его, просто хотела проигнорировать возникшее у него неотложное чувство и снова погрузиться в глубокий сон. Конечно же, примерно через полминуты он обнаружил, что утыкается носом в подушку и позволяет своим глазам закрыться навсегда. Пока таинственное обязательство не поразило его прямо тогда, когда он засыпал. Его растения! Кроули приподнялся в сидячее положение. Он застонал, протирая глаза, как будто это придало бы ему сил, необходимых для того, чтобы встать с постели. Это была одна из последних вещей, которые он хотел сделать в данный момент, но он знал, что позже пожалеет об этом, если не сделает. Он слишком хорошо знал свои растения. Они собирались замедлить свой рост, если он перестанет их проверять. Может быть, даже разработают некоторые из этих ужасных дыр. Он клянется, что они выкладывают эту хрень просто назло ему. Ухватившись за тумбочку, Кроули поднялся с кровати. Даже стоять было для него слишком тяжелой работой. Он все еще был дезориентирован, поскольку его мозг отказывался просыпаться. То, как он вообще помнил о существовании своих растений в таком состоянии, было чудом. Рука, которая не использовалась для поддержки, вместо этого была обернута вокруг его груди в бесполезной попытке побороть дрожь. В это время года в спальне гуляли сквозняки. Даже когда Кроули пытался обеспечить, чтобы в жилом помещении было достаточно тепло всю зиму. Его худощавое тело изо всех сил старалось сохранить хоть какое-то тепло. И как далеко он мог зайти, пока Азирафаэль не стал тем, кого пытали? Он не виноват, что его муж оказался змеем. Азирафаэль, конечно! Он попросил своего ангела присмотреть за растениями и был уверен, что сдержал свое обещание. Однако он знает, что Ангел также, вероятно, слишком мягок с ними. Он должен убедиться, что эти растения помнят свое место. Растения процветают, когда за ними хорошо ухаживают. Но как он вообще может претворять в жизнь свои ожидания от растений, когда бодрствовать - трудоемкая задача? У него ни за что не хватит сил наорать на них, если потребуется. Он вообще доберется до оранжереи? Потратив некоторое время на обдумывание этого решения, он продолжил свое путешествие. Попробовать стоило бы. Кто знает? Может быть, к тому времени, как он доберется туда, он будет более бодрым. К тому времени, как он прошел мимо дверного проема, из коридора раздался голос: - Кроули, что ты делаешь не в постели? Разве ты не должен быть… впасть в спячку в это время года? Кроули застонал, когда его прервали. Азирафаэль временами мог быть властным. Типично для ангела. Он ответил: - Да, но я просто хотел убедиться, что с моими растениями все в порядке. - Не нужно беспокоиться о растениях. Я присматривал за ними. Я следил за тем, чтобы они оставались самыми зелеными растениями во всем Лондоне. Кроули мог боковым зрением видеть фигуру Азирафаэля, приближающуюся к нему, но он был слишком измучен, чтобы даже утруждать себя зрительным контактом. На его плечо легла рука: - Возможно, тебе следует сосредоточиться на заботе о себе. Посмотри на себя, любимый! Ты совершенно измотан! - Все в порядке, - возразил Кроули мягким, усталым голосом, но закончил тем, что зевнул мгновение спустя, - в самом деле, просто немного устал. - Просто немного устал? Я думаю, что нет. Как ты можешь говорить мне это, когда ты едва можешь держать глаза открытыми? - Может быть, я проснусь, если немного погуляю. Я не знаю... - Я действительно думаю, что тебе следует вернуться в постель. Кроули прикрыл один глаз руками, пытаясь унять надвигающуюся головную боль от напряжения: - Я же сказал тебе, все в порядке. Азирафаэль глубоко вздохнул. Он схватил Кроули за колени и плечи и поднял его: - Эй, что ты делаешь? - Укладываю тебя в кровать. Кроули нерешительно проворчал. Он ненавидел быть таким уставшим и ему не нравилось, что Азирафаэль теперь несет его на руках, как ребенка, но ему также нравилась идея ложиться спать и чтобы его держали так на руках. Хотя Кроули не мог этого видеть, он мог сказать, что Азирафаэль закатил глаза в ответ на ворчание: - О, тише. С тобой все будет в порядке. Кроули больше не спорил. Он позволил уложить себя на кровать. Он даже не возражал, когда Азирафаэль плотно укутал его в одеяло. И не тогда, когда он поцеловал его в лоб. - Просто отдохни сейчас, дорогой. Теплое трепещущее чувство защекотало грудь Кроули. Он закрыл глаза и прислушался к удаляющимся шагам Азирафаэля. Прекрасно, если его ангел так сильно хотел, чтобы он спал, он собирался спать. ***** Углубление в кровати заставило Кроули очнуться от очередного глубокого сна. Он несколько раз моргнул и огляделся вокруг своим затуманенным зрением. Что происходило? Он взглянул на фигуру, лежащую рядом с ним. Принюхавшись, он уловил знакомый мускусный и сладкий аромат. Азирафаэль! Кроули скользнул туда, где отдыхал его ангел. Без приглашения он положил голову на грудь Азирафаэля и обнял его, наслаждаясь теплом и сладким ароматом. Чья-то рука обняла его и притянула ближе: - Тебе приятно сегодня вечером, не так ли? - Ммм, - это все, что смог ответить Кроули, слишком измученный для разговора. Пальцы нежно коснулись волос Кроули, легкого массажа виска было достаточно, чтобы заставить его растаять: - О, бедняжка! Ты все еще не в себе. Я надеюсь, что скоро станет теплее. Я скучаю по приглашению твоему приглашению на ланч. Легкая улыбка появилась на лице Кроули. Он также пропустил свидания за ланчем. Что бы он сделал, если не был таким уставшим все время, чтобы снова пить вино с Азирафаэлем… Он даже не был уверен, как долго он был без сознания. Недели? Месяцы? Он был уверен, что это было давно. Лучше бы оттепель наступила поскорее.