Вестник дракона

Наступило жаркое лето. Небо чистое, а солнце слепит глаза. Аника устроилась на качелях, которые свисали с ветки дуба. Уже неделя прошла с того, как они последний раз разговаривали. Алекс так и не подошёл к ней разъяснить ситуацию, как и Аника к нему. Девушка просидела здесь некоторое время, а затем неспеша поплелась к замку. Настроение было унылое, а сама она чувствовала себя так, как будто вот вот упадёт. Наверное, надо поспать. Сегодня ночью она практически не спала. Ей снились кошмары о родителях. Причём воображение само подрисовало, как они выглядят и какой у них характер. Хотя дядя всегда говорил, что мама Аники, по совместительству его сестра очень упрямая, и что она, Аника, пошла именно в мать. Дойдя до комнаты, девушка не обнаружила подругу, которая была ещё там, когда Аника уходила. Наверное пошла к кому-нибудь из парней. Но как только она плюхнулась на кровать, в комнату тут же забежала Джессика. - О, ты уже пришла! Как прогулялась? Слушай, всё хорошо? Ты выглядишь усталой, - затараторила девушка, и Аника сморщилась от быстрого говора. - Плохо себя чувствую, попробую уснуть. - Может тебе сходить к лекарю? - Обойдусь как-нибудь, - пробубнила девушка, подминая под себя одеяло. - Ладно, - без пререканий ответила Джесс, а затем опять ушла, бесшумно притворив за собой дверь. Аника попыталась уснуть, абстрагироваться от ненужных мыслей. Почему-то именно сейчас ей в голову опять пришли воспоминания об их ссоре с Алексом. Почему-то её очень волновало то, что они не общаются. Но помимо этих мыслей она всё чаще думала о родителях. Почему-то ей так захотелось, чтобы они на секунду были рядом. Чтобы Аника смогла их обнять. Чтобы мама накрыла её одеялом, принесла чай с мелиссой. Папа бы погладил её по голове и пожелав выздоровления и крепкого сна, сёл рядом с ней ней кровать. Но такого не будет. И сейчас Аника чувствовала бесконечную усталость и боль в голове. Грусть сквозила во всём теле, а в глазах на секунду защипало. Ей так хотелось, чтобы у неё, как и у многих детей были бы понимающие и любящие её родители. Каждый раз, когда она смотрела на отношения Кая и его матери, ей сразу становилось так тепло и одновременно холодно. Так страшно, грустно, одиноко, но при этом так хорошо. Наконец, Анике удалось ненадолго уснуть. Хоть этот сон и не отпечатался как что-то хорошее, но он всё же присутствовал. Почему-то всего через двадцать минут она проснулась, но встать не смогла и осталась лежать. Вскоре дверь в комнату открылась. - Джесс! - прокричал знакомый до боли голос. Ну конечно же это был Алекс. Затем, но увидел, что тот, кто ему нужен, в комнате нет. Но зато он увидел сжавшееся тело Аники. - Ты не видела Джессику? - обратился он к девушке. - Я не её секретарша, - хрипло то ли сказала то ли прошептала Аника, и поняла, что её горло очень сильно болит. - Ты еле говоришь, не хочешь сходить к лекарю? - Ты уже второй человек, который хочет отправить меня лечится, - еле выговорила девушка, вставая. Но её попытки не увенчались успехом и она обратно плюхнулась на кровать. - Потому что ты еле стоишь, - скептически сказал Алекс, - давай я тебе сюда лекаря вызову лучше. - Не надо, - прохрипела девушка, всё ещё не поднимая головы. Но парень ничего на это не ответил, и вышел, не закрыв лаже дверь. У Аники не нашлось сил, что-бы подняться и закрыть ее. Через двадцать минут в комнату вошла миловидная дамочка лет тридцати в белом халате и небольшим чемоданчиком. За ней вошёл и Алекс. Лекарь осмотрела Анику оценивающим взглядом и недовольно цокнула. - Как ты себя чувствуешь? - спросила она, придвигая стоявшую у стола табуретку ближе к кровати и садясь на неё. - Плохо. - немногословно сообщила Аника. * * * Прошло несколько дней с тех пор, как выяснилось, что Аника заболела. И все эти дни она лежала на кровати с температурой выше тридцати восьми. За больной присматривала Джессика. Иногда ее навешали друзья. Все, кроме Алекса, который видимо решил больше не появляться в поле её зрения. К Анике раз в день приходила та же женщина и каждый раз сообщала одни и те же результаты исследования. На поправку она не шла. Однажды к ней даже пришла миссис Дуэт и принесла коробку печенья. - Как ты себя чувствуешь, Аника? - заботливо спросила она у гостьи. - Плохо, - честно отвечала девушка. - Что болит? - Голова, слабость, - хрипло отвечала та. - Я писала твоему дяде Уилу, сказала, что ты заболела. Но он ответил, что не сможет к тебе приехать из-за большого количества работы и пожелал скорейшего выздоровления, - неловко пожав плечами, сообщила мама Кая. - Да, я понимаю. Дядя всегда был занятым человеком и редко контактировал с племянницей, но все-таки, ей стало немного обидно. - Ну, я побегу. У меня столько дел, столько дел! - и миссис Дуэт ушла, оставив за собой стук удаляющихся каблуков и коробку печенья. Аника понимала, что в ближайшее время она не будет есть вообще. Послышался очередной стук в дверь, и в комнату вошла Джессика, а затем убедившись, что она не спит, пригласила войти Кая и Джека. - Привет, Аника, как ты себя чувствуешь? - спросил Кай, улыбнувшись. - Как обычно, - попыталась улыбнуться в ответ девушка. - Я сделаю тебе чай, - сказала Джессика, и опять скрылась за дверью комнаты. - Алекс отказывается приходить. Говорит, что ты не хочешь его видеть, - зачем-то произнёс Джек, а Аника подумала, что это не так. Просто у неё пропало доверие к этому парню после их разговора в библиотеке. А вдруг он тайный агент чернилунцев. - Это правда, - поддакнул Кай, а Анике потребовалось несколько секунд, чтобы понять, про что он говорит. - Чем это он так тебе насолил? - спросил Джек. - Да ни чем, - отмахнулась Аника. Ей вдруг стало очень неудобно разговаривать лёжа и она предприняла попытку сесть, но её тело сейчас было очень тяжёлое. Или она была слишком слабая. В любом случае это почти не имело значение. - К тебе сегодня уже приходила миссис Ранш? - спросил Кай. - Кто это? - нахмурившись, произнесла девушка. - Как кто? Лекарь твоя. - А, нет ещё. Она обещала принести сегодня жаропонижающие и таблетки выписать. - Осторожно, несу горячий чай! - дверь отворилась и за ней показалась лохматая голова Джессики. Она поставила кружку на табуретку. - Пей обязательно. Говорят, чем больше пьешь, тем быстрее выздоровеешь, - рекомендовала девушка. - Обязательно... - ответила Аника, а Джессика кивнула головой на её реплику. - Так ладно, ты не против, если мы здесь посидим или ты хотела побыть одна? - Всё равно, - помотала головой Аника, а Джессика улыбнулась. - Вот и здорово, тогда ты засыпай. Мы не будем сильно шуметь. Но если вдруг, будем тебе мешать, только скажи, мы пойдём в библиотеку. - А что вы делать будете? - спросила Аника. - Профессор Нотис задал делать доклад на тему современного искусства, - кисло сообщила подруга, - мы с Каем решили делать вместе. - А Джек и Алекс? - спросила Аника. - Алекс отказался ходить на искусство, а Джек в принципе не учится, забыла? Аника кивнула, хотя вообще не помнила, чтобы ей кто-то говорит, что Джек не учится. Да и вообще стало как-то грустно. Видимо, она пропустили начало учебной недели. Вскоре девушка заснула, и на этот раз кошмары не проследовали её во сне. * * * Алекс возвращался с УБИМ, расшифровывается, как урок боевого искусства мечей. Этот предмет он любил больше всего и когда перед ним предстал выбор между изобразительного искусства и УБИМ, он конечно без промедлений выбрал последнее. Он вошёл в комнату. Много дней прошло с убийства Эвели. Нему особо никем не была. Но он был с ней знаком, и от этого становилось тошно. Внезапно вспомнила Аника. Ему все-таки надо с ней поговорить, разъяснить ситуацию. Но точно не сейчас. Не сейчас, когда она болеет. Да ещё и непонятно чем. Врачи не поняли особо, скинув всё на обычную простуду. За окном вечерело, и кажется скапливались тучи, кажется ночью будет дождь. Алекс любил дождь. Надо будет погулять, развеяться, уложить свои перепутанные мысли. Закинув свою рюкзак в дальний угол комнаты, он прошёл через кучу валявшийся одежды и лицом плюхнулся на кровать. Сейчас на душе кошки скреблись. Из-за Аники, Из-за убиства Эвели, из-за отца, который, как казалось Алексу был причастен к её смерти. Было страшно. Парню впервые за долгое время было по-настоящему страшно. Кажется, Аника не знала, что она вестница. Это плохо. Это очень плохо. Надо ей рассказать, предупредить, что ее ждёт смерть в виде проклятия! Или все-таки нет? Может это всё мифы, что человек с проклятием вестника должен умереть. Должен принести себя в жертву. Кажется, за такое короткое время девушка смогла его как-то зацепить за себя. Как-то так, что теперь он о ней думает. Один вопрос: почему? Почему он о ней думает? Кажется, дело и вправду плохо. Кажется, надо спасать себя из этого ужаса. А тем временем за окном наступала ночь. Она приближалась медленно, почти незаметно. Полумесяц выходил из-за тени невидимости. Звезды проявлялись на тёмном небе. Кажется тучи ушли, так и не скинув с себя дождь. А ведь Алекс ждал его. Дверь отворилась и в комнату вошёл Кай. Он посмотрел на всё также лежавшего друга и протопал к своей кровати. - Ты не спишь? - прошептал он. - Нет, - промычал в подушку Алекс. - А собираешься? - Не знаю. - Ну, я тогда выключу свет. День был тяжёлый. Слушай, Алекс, всё хорошо? - встревоженно спросил рыжеволосый. - Да... То есть, не знаю, - совсем запутавшись, сказал Алекс, наконец садясь на кровати, - день и вправду был тяжёлый. - Это из-за Эвели? Я помню, вы были близки. - Да не были мы близки, - вспылил парень, - она таскалась за мной, как собачка. Я к ней никак не относился! - Да, я уже понял, но может ты просто переживаешь из-за неё? - предположил Кай. Алекс тяжело вздохнул и прикрыл глаза. - Ложись спать, ладно? Я пойду прогуляюсь. - и Алекс вышел за дверь, оставив за собой лишь некоторую напряжённость. Кай нахмурился, разделся, выключил свет, а затем лёг на кровать. Он понимал, что ещё долго не уснёт... В замке было темно, он шёл на ощупь. Ему срочно надо было в комнату девочек. Алексу надо было поговорить с Аникой. Вдруг она ещё не спит. Вдруг удастся поговорить с ней наедине. Может все-таки выйти на улицу? Нет. Алекс твёрдо для себя решил, что не оставит это просто так. Аника и Джессика ещё не спали. В комнате светила лишь одна свечка, тем самым создавая слабое освещение. Они сидели на своих кроватях, в одеялах и кажется разговаривали. Но разом обернулись на звук, когда он открыл дверь. - Привет, - хмуро сказал он. - Ээ, привет... - неловко ответила Джессика, а Аника просто кивнула. - Можно с тобой поговорить? - обратился он к ней, смотря своими ледяными глазами. - Ты меня прости, но я еле сижу. Никак не смогу. Как жаль, - притворно сказала она. - Джесс, ты можешь выйти? - спросил он у ничего не понимающей девушки. - Говори здесь, - упрямо ответила Джессика. Алекс ещё пару минут ожесточённо на неё посмотрел, а затем, цокнув языком, обернулся к Анике. - Ты хотела знать мою фамилию? Да, я Керролл, - Аника вдохнула, с ужасом на него посмотрев, - но это ничего не значит, - разделяя каждое слово паузой, сказал он, - повторяю, ничего не значит. И да, мой отец Микаэль Керролл. Тот самый. Правая рука Чернилунского Царя. Но я сбежал от него ещё когда мне было десять лет. Потому что я ненавидел его. Ты поняла? Поняла? - и дождавшись её оторопелого кивка развернулся и зашагал к выходу. Громкий хлопок и девушки уже одни в комнате, которая насквозь пропахла непониманием. - Что? - еле слышно произнесла Джессика, - Он вообще понял, что он сказал? - Я думаю, что да. Он точно понял, что сказал. - А вот я, честно, ничего не поняла, кроме того, что его фамилия Керролл. Аника молчала. Она хмуро смотрела на недавно закрывшуюся дверь и обдумывала сказанные им слова. Алекс Керролл сказал, что сбежал от отца и ненавижу его, иными словами сообщив, что не опасен. Так? Или всё же наоборот, что следует держаться от него подальше? Аника запуталась. Сильно запуталась. Когда она вылечиться, она обязательно найдёт Алекса и силой выжмет из него объяснения. А сейчас надо было поспать. Выспаться и наконец выздороветь. Ведь сейчас ей хотелось этого как никогда. Кажется, это было грубее, чем планировал Алекс, но его так взбесила вся эта ситуация, что по другому не получилось бы. Парень быстро шёл в свою комнату, думая, что его громкие шаги вероятно слышит весь третий этаж, по которому он сейчас идёт. Мысли вроде бы улеглись. Или нет? Объяснил ли он себе ситуацию или только сильнее запутал? В любом случае утро вечера мудренее. Это значит, что сейчас, он должен прийти в комнату и немедленно лечь спать. Но уснет ли он? Кажется теперь Алекс запутал себя ещё больше. И если раньше у него был клубок Ариадны, чтобы найти выход из лабиринта, то теперь он в полной темноте. На развилке между поворотами в его комнату и на лестницу, он на автомате выбрал на лестницу, и потом уже понял, что она приведёт его на улицу. Но в общем-то парень не был особо сильно против. Скорее всего это к лучшему. Надо было развеяться и все-таки всё разложить по полочкам. Хотя бы попытаться. * * * Утро наступило вместе с приходом мадам Ранш. Она осмотрела Анику и после этого вынесла вердикт, что девушка поправляется и надо усиленно пить таблетки, чтобы уже завтра окончательно стоять на ногах и пойти на учёбу. Девушка не особо поняла, радуется ли она таким событиям или была бы не прочь по болеть ещё денёк другой. - Я выпишу тебе курс таблеток на неделю, они буду лежать у тебя на столе, - сообщила Мадам Ранш, - а выпишем тебя завтра, если будешь себя хорошо чувствовать. Но даже если завтра будешь уже на учёбе, пить таблетки обязательно. Укрепит здоровье. И на последних словах лекарь вышла за дверь. Анике захотелось открыть окно, в комнате находиться стало практически невозможно из-за жары. Поднявшись на ноги, она протопала к подоконнику, и распахнула окно, предварительно убрав занавески и тюль. В комнату проникли прохлада и свежий воздух, от чего сразу стало легче дышать. Прикрыв глаза, она немного навалилась на подоконник, и сразу услышала голос проснувшейся подруги: - Ты что творишь? Умереть что ли захотела? Отойди от окна. Аника обернулась и с удивлением посмотрела на лохматую подругу. - Ты чего? Я же просто окно открыла! - Окно она открыла! Ты чуть не вывалилась! - возмутилась Джессика. Она подошла к Анике, стоявшей рядом с подоконником, и с хлопком закрыла окно, которое хоть немножко, но успело продуть в комнату свежесть. - Ты как себя чувствуешь вообще? - уже смягчившись, спросила Джессика. - Ну, уже очень даже хорошо, - преувеличенно бодро сказала Аника. - На учёбу пойдёшь? - Мадам Ранш сказала, что только завтра, и то, если буду себя хорошо чувствовать. - Это хорошо. Ладно, давай, мне надо собираться, а то я опоздаю. - Да, пока, - махнула ей Аника, а сама протопала к кровати. Лежать уже не хотелось. Хотелось наконец гулять. Почувствовать свежий воздух и свободу. Сидеть в четырёх стенах ей уже изрядно надоело. Конечно, если её увидят, будут ругать, но с другой стороны. Правильным решением ей показалось выйти после завтрака. Часы пробили восемь часов. Это значит, что скоро уже придет кто-то с подносом еды. На сколько знала Аника, первый урок начинался в девять утра, а значит, что именно с этого времени она пойдёт гулять. Вскоре девушке принесли завтрак, она вежливо поблагодарила парня, который тащил поднос. Он ответил что-то вроде: «всегда готов помочь» и скрылся в пределах коридора. Аника без раздумий открыла окно и... Идея была не очень безопасной, но если она промедлит ещё хотя бы час, то точно не переживёт. Уцепилась за ветку уже полюбившейся яблони. Сейчас было сложновато спускаться по дереву. Организм ещё не окреп, чтобы применять физическую силу, но девушка в конце концов приземлилась наземь. Она ощутила, как босые ноги приземлились на шероховатую и прохладную траву, от чего по телу пробежал едва заметный электрический разряд холодка. Шаг, второй, третий, и она уже рядом с тем самым фонтаном, посвящённый Каю Дуэт. Она так и не расспросила у друга ничего про эту статую. Но это могло подождать. Сейчас она ловила только момент счастья от природы. От того, что могла походить на свежем воздухе. Девушка не могла долго находится взаперти. Это было главным её наказанием. Дядя всегда запирал её на несколько дней, если она в чём-то провинилась. Поэтому она ненавидела болеть. Потому что это похоже на то, что тебя запирают за провинность. Внезапно вдалеке она увидела Джека, который кажется подметал тротуарную плитку. - Привет, - Джек окликнул её раньше, чем она смогла сообразить, - Уже вылечилась? Девушка решила пропустить этот вопрос мимо ушей, как-будто не услышала. Парень прищурился. - Прогуливаешь? - без злостно усмехнулся он. - Кто бы говорил! - возмутилась девушка. А Джек рассмеялся. - Да ладно-ладно, я же шучу. Мне всё равно, ходишь ли ты на уроки или нет. А я не учусь, забыла? Я здесь только работаю. - Да, точно, - вспомнила Аника недавние слова Джессика кажется... Почему-то она слабо помнила происходящее во время её болезни. Ей смутно помнилось все разговоры, будто те были во сне. Но зато кое что она помнила наизусть. Каждое сказанное им слово. Точь в точь. Букву в букву. Ей казалось это всё неимоверно странно. Всё происходящее. Немного постояв рядом с Джеком, она двинулась дальше, напоследок сказав ему что-то вроде прощания. Девушка поняла, что ей захотелось очень пойти на качели. Побывать там, где была лишь однажды, но где ей было очень хорошо. Она пришла к качелям. Аника не помнила как на них залезать, но решила попробовать дёрнуть за рычаг. Это сработал. Качели подплыли прямо к её ногам. И девушка практически шагнула на шершавую поверхность доски, как... - Стой! - громкий возглас пронзил уши девушки. Она обернулась. Перед ней стоял Алекс. Растрепанный, заспанный, но его выражение лица говорило о чём-то важном. Как-будто в его глазах промелькнуло беспокойство? - Ты чего? - с удивлением спросила Аника у стоящего перед ней парня. - Умереть захотелось? - зло спросил он. - Нет, просто покачаться, - всё ещё недоумевая, ответила девушка. - А ты пробовала расспрашивать про подобные штуки до того, как испытывать их. Аника нахмурилась. По всей видимости, не настораживало поведение парня. Алекс глубоко вздохнул. - Эти качели подчиняются только Дуэтам. Больше никому. А сейчас мы видим обычную иллюзию. И если ты на неё наступишь, то просто упадешь в пропасть. В знак подтверждения, парень подошёл к имитации доски и присев на корточки, аккуратно провёл рукой сквозь качели. Иллюзия сразу растворилась. - Ого, - оторопела девушка. До неё только что дошло, что если бы сюда не подоспел Алекс, то она бы уже давно разбилась о камни, что виднелись внизу. - А ты что гуляешь? Выздоровела уже? - парень подозрительно прищурился. - Как видишь, - оскалилась девушка. - Ну, раз ты выздоровела, ты должна быть на уроках. Прогуливаешь? - А ты? - решила поменять стрелки Аника. - Я первый спросил, - ухмыльнулся Алекс. Его зелёные глаза сверкнули хитрецой и в зрачках появился странный блеск. - Ха-ха, как остроумно! Ты кстати не хочешь объясниться? - переменила тон девушка. - Не знаю, за что, - спокойно сказал Алекс и прошел мимо Аники к оврагу, а затем уселся на камень, свесив ноги в пропасть. - Могу объяснить, - прошипела девушка. - Вперёд. Последовала долгая пауза. Аника задумалась. С одной стороны у неё очень много вопросов, а с другой, практически на все парень ответил ещё в прошлый раз. - Ты действительно Кэрролл? - почти шёпотом, спросила девушка и подойдя к Алексу села рядом с ним. Он не обратил на неё никакого внимания, просто помотал головой, а затем вздохнув, сказал: - А разве, ты не знаешь ответ на этот вопрос? - он повернул голову в её сторону и встретился взглядом с хрустально голубыми глазами. Но Аника решила промолчать, - да, я действительно Кэрролл. Но, понимаешь, я не хочу быть чернилунцем. И этот отпечаток, который нарисован у меня между ключиц весит на мне как не смывающееся клеймо. Мне противно осознавать, что мой отец поклоняется Чернилунскому царю. Я не хочу состоять в их обществе. Я сбежал от отца в десять лет. И каким-то образом встретился с Каем. Его мама сразу всё поняла и приняла меня как собственного сына. Я на светлой стороне. Ты мне веришь? Долгая пауза последовала после монолога парня. Аника думала. Он правда мог говорить правду, но вдруг... Она решила повременить с ответами. А тем временем Алекс уже поднялся на ноги. Девушка тоже встала, и на последок уловила его долгий внимательный взгляд устремлённый четко на неё. Будто смотрящий прямо в душу. - До встречи, Фрейлин, - металлическим голосом отчеканил он, и развернувшись, проследовал по тропинке, ведущей к замку. Все-таки странный. Этот Алекс Кэрролл.