"Our sins"

Переступить порог квартиры было для неё сравнимо с полетом в пропасть. Запах одеколона, забытые впопыхах вещи и, что давило на итак мутнеющий рассудок, букет ее любимых цветов, стоявший на прикроватном столике. Рядом с ним лежал конверт, на котором было написано всего одно слово – прости. Возможно, она будет жалеть об этом уже через каких-нибудь минут пять, но Клава уже стоит на балконе своей квартиры и разрывает эту записку на мелкие кусочки. Ветер разносил остатки фальши, собранной на одной бумажке, а заодно и подсушивал катившиеся из глаз девушки слёзы. В голову лезли разные мысли и, даже смешно, складывались в строчки песни. Ноги были ватные, любой шаг давался тяжело, будто предательство близкого человека было подкреплено ножевыми ранениями, пронизывающими болью каждый миллиметр тела. − Как же так… — Клава еле выдавила из себя шепот. Она посильнее закуталась в кардиган, пытаясь немного согреться. Столько лет им с Димой Гордеем удавалось скрывать их отношения. Любая новость, слух или сплетня в СМИ отзывалась в Клаве горечью и разочарованием. Изначально она понимала, что журналисты будут пытаться вламываться в ее личную жизнь со скоростью света. Клава подпускала их к себе довольно грамотно, умея поддержать интерес прессы неожиданными заявлениями, «горячими» фотосессиями и откровенными интервью, но никогда не афишировала личную жизнь. Всегда оставалось то, что было скрыто от посторонних глаз. Отношения с Димой казались ей сказкой: за много лет она нашла того человека, который был похож на нее: известная личность, он также имел толпу фанатов и кормился за счет прибыли с ютуб-канала. Они понимали друг друга с полуслова. Клава была уверена в том, что он не предаст её доверия и не посмеет использовать что-то против нее. Она бросает мимолетный взгляд на кухню. «Запивать горе я еще никогда не пробовала, вот и выдался повод» − грустно ухмыльнулась про себя Клава и подошла к кухонной барной стойке. Открыв бутылку прилично стоящего шампанского, она с горечью смотрела на стремящиеся к поверхности маленькие пузырьки. Ей казалось, что жизнь проходит с такой же быстротой, а найти искренне любящего её человека так и не удалось. Воспоминания поглотили её: когда-то Дима был центром Вселенной для девушки; порой им было хорошо настолько, что весь мир казался совершенно ненужным. Пост в Инстаграме оказался камнем преткновения, ведром с холодной водой, выстрелом в сердце, какие синонимы не подбирай, слова означали лишь одно − боль. Взяв телефон в руки, она посмотрела на время. Часы для неё сейчас пролетали незаметно, поэтому она не сильно удивилась, увидев на циферблате час ночи. Уведомления показывали кучу непрочитанных сообщений от Люси со словами поддержки и приглашением напиться в каком-нибудь баре. Клава тяжело вздохнула, собираясь вежливо отказать подруге, как вдруг заметила еще одно уведомление. Девушка внимательно вчиталась в имя адресата: Егор часто не спрашивал разрешения на определенные действия, обычно пуская ситуацию на самотек, поэтому Клава не особо удивилась, увидев короткое, но понятное предложение:

00:45. Через 20 минут буду у тебя

Сообщение было отправлено 15 минут назад, следовательно через 5 минут он должен был появиться в квартире девушки. Клава бы хотела возразить, но понимала, что именно сейчас ей как никогда необходима поддержка, пока она окончательно не свалилась в пропасть собственных переживаний. Прошло меньше минуты. Звонок в дверь заставил ее подняться со стула возле барной стойки и открыть дверь. В голове было совсем пусто. Поступок Димы настолько сильно поверг её в шок, что она сомневалась в том, сможет ли объяснить Егору хоть что-то. Но точка невозврата уже достигнута. − Я бы никогда так не поступил с тобой. Мужчина стоял в парадной, внимательно всматриваясь в лицо певицы. В его глазах не было намека на неискренность, лишь только сочувствие и понимание. − Я знаю, Егор — она пыталась выглядеть так, будто ничего не случилось, но еще не успевшие высохнуть мокрые дорожки на щеках говорили сами за себя — Тебе не стоило в такое время… Она не успела договорить, потому что в эту же секунду оказалась в объятьях Егора. Он обнимал довольно крепко, но не налегал, чтобы не сдавить по неосторожности все внутренние органы девушки. Клава почувствовала себя охваченной спасательным кругом, который помогает ей держаться на плаву и не пойти на дно. Она обхватила его за талию двумя руками и положила щеку на его плечо. Так бы они стояли и обнимались, если бы Егор вдруг не почувствовал дрожь. Он взял Клаву за плечи и аккуратно поставил ее рядом с собой. Клава не хотела показаться слабой даже близкому другу, поэтому устремила свой взгляд в пол. Он нежно взял двумя пальцами её подбородок, приподнял так, чтобы Клава смотрела на него и прошептал: − Я готов убить его за всю боль, что он причинил тебе. Пойдем в ванную. Клава лишь кивнула, вкладывая в это движение всю благодарность, которую она позже выскажет Егору. Конечно, убивать певец никого не собирался, но был бы не против сказать Диме парочку ласковых слов. Если говорить начистоту, Егор никогда не одобрял персону Гордея. При первой встрече он показался Криду напыщенным идиотом. Но Егор понимал, что если Клава сделала такой выбор, у нее были на то причины; и все, что ему оставалось — смириться и не заикаться о том, что думает. Пока Клава приводила себя в порядок, он ушел на кухню делать обоим чай. Увидев открытую бутылку шампанского, он быстро отправил её в холодильник. «Со мной ты точно напиваться не будешь» − с грустной усмешкой подумал Егор. Когда Клава вышла из ванной, Крид уже сидел на диване в гостиной: он поставил чай и несколько сладостей на край прикроватного столика. В данный момент его очень занимали цветы в вазе. Выражение лица парня означало, что в данный момент он серьезно думает о чем-то. Как только пазл в голове сложился, он посмотрел на Клаву и немного с усмешкой произнес: − Ты не против, если мы уберем эти цветы куда подальше? Мне кажется, они совсем не сочетаются со стилем комнаты. − Напомни мне, когда ты успел пополнить ряды дизайнеров — с натянутой улыбкой сказала Клава. «Она улыбается — хороший знак» − подумал Егор и продолжил — Как только увидел эту безвкусицу на твоем столе. К вазе претензий нет, но вот цветы…что-то мне в них не нравится. Будто они здесь не к месту — парень резко нахмурился − Ровно также, как и их отправитель. Кажется, будто в этот момент Клаву пронзило что-то острое — она резко поменялась в лице. Егор быстро считал её эмоции на лице, шумно выдохнул и жестом пригласил её сесть вместе с ней. Клава вновь закуталась в кардиган, словно пыталась укрыться в нем от всех своих проблем, и села на противоположный от Крида край дивана. Егор сложил руки в замόк, взглянул на камин, находящийся напротив, и медленно начал говорить. − Я здесь не для того, чтобы давить на тебя и требовать рассказать мне всё то, что произошло между вами. Буду рад, если ты поделишься всем этим со мной, когда будешь готова. Я здесь, чтобы дать тебе понять — ты не одна. И даже если тебя предаст весь мир, я всегда буду рядом. Ты знаешь меня — я не даю тех обещаний, которых не смогу выполнить. Клава не стала утруждать себя и его длинными речами с благодарностью. Она пододвинулась ближе к нему и приобняла за плечи: − Спасибо — наверное, это было самое искреннее «спасибо» за всю её жизнь. В одно это слово была вложена вся любовь и благодарность парню, так что последующие фразы были бы излишни. Он взял её руку, лежащую на его плече, и нежно огладил. Клава подвинула к себе кружку — у нее было довольно много чая дома, но парень не ошибся, выбрав вкус приторной клубники, мягко перемешанной с мятными листами. − Все еще удивляюсь, как ты с такой легкостью находишь абсолютно все вещи у меня дома. Неужели следишь за мной? — Клава немного отхлебнула чай, поглядывая из-за краев кружки на Егора. − Естественно — на полном серьезе откликнулся певец, от чего Клава прыснула — как раз в месте, где лежат залежи чайных пакетиков, стоит скрытая камера. Когда вновь будешь брать себе чай, не забывай махать мне. − Обязательно найду её и заклею, маньяк. Они оба посмеялись. Клава ощутила, что камень, лежащий у нее душе, вдруг раздробился на мелкие кусочки, и все они бесшумно начали отпадать. Двое друзей сидели в обнимку несколько минут в тишине. Егор был тем самым из немногих людей, с которыми тишина не могла быть неловкой. Сидя рядом друг с другом, оба почти забыли о неприятных событиях. Вдруг взгляд Крида упал на черный пакет, оставленный в коридоре. Вспомнив его содержимое, он тихо выругался про себя. − Кретин. − Что такое? — Клава, разнеженная объятиями, немного щурясь, с интересом смотрела на него. − Нужно было сразу отдать её тебе, чтобы ты не мерзла в своем кардигане. − Егор, говори по-русски. Мне итак кажется, что я начинаю сходить с ума, а ты только подтверждаешь мои догадки. − Не обещаю, что ты не сойдешь с ума, но точно удивишься. Клаву немного шокировало такое заявление, но в то же время заинтриговало. Она знала, что пытливый ум Егора может придумать всё, что угодно. Для него действительно не было ничего невозможного. Он встал, и зайдя в коридор, растворился в его темноте. Через секунды парень уже стоял около девушки, лукаво улыбаясь и держа что-то за спиной. − В начале нашей встречи я немного соврал − Клаве казалось, что количество её удивлений скоро превысит все допустимые нормы — я стал дизайнером два дня назад. Это, конечно, трудно назвать чем-то действительно достойным подиумов, но так даже лучше: я хотел, чтобы эта вещь стала уникальной и принадлежала лишь одному человеку — тебе. Он протянул ей пакет — доставай. Она несколько раз бросила на него недоумевающий взгляд, но все-таки пакет взяла. Клава удивилась, как она еще в первые минуты их встречи не заметила, что Крид пришел не с пустыми руками. Видимо, на тот момент она не замечала ничего вокруг… − Ты ненормальный — Клава сказала не с целью обидеть, а лишь показать, насколько она тронута таким подарком — Это потрясающе, Егор. Она держала в руках толстовку, размера S, черного цвета с белым вышитым принтом «Наши грехи». Это была прямая отсылка на их песню. − Возможно ты будешь смеяться, но в эту фразу я вложил некий смысл — парень немного засмущался. Он подошел к Клаве ближе, взял из её рук толстовку и указал на надпись — я хотел, чтобы ты всегда помнила, что твоя боль — моя боль, твои проблемы — мои проблемы тоже, наконец твои грехи — наши грехи. Это работает и в обратную сторону. Ты была рядом, когда у меня были тяжелые периоды в жизни, я проходил через них вместе с тобой. Это не просто плата за твою доброту, это обещанная тебе поддержка и преданность в настоящем и будущем. Не забывай об этом. Клава кротко улыбнулась, пытаясь вспомнить, дарил ли ей Дима что-то подобное за годы их отношений. Конечно, подарки были, причем за достаточно приличную сумму, но в них не было главного — ощущения вложенной души дарящего. Не мешкая, она сняла свой домашний кардиган и надела толстовку — она как нельзя лучше подходила ей, а вышитая надпись лишь добавляла девушке какой-то загадки в её образ. Крид смотрел на неё с неким ощущением победы добра над злом, злом в лице Димы Гордея. − Не помню, чтобы за всю мою жизнь я получала настолько приятные подарки — Клава осматривала новую вещь со взором, полным радости от сюрприза — я обязательно возьму эту толстовку с собой, когда к чертям оборву лист старой жизни и открою совершенно чистый. Но кроме неё — девушка взяла Крида за руку и потянула в свою сторону — я возьму еще и тебя. − Надеюсь рисуешь ты достаточно хорошо — Крид вновь притянул девушку к себе, чтобы заключить её в объятия — иначе если я не буду выглядеть как красавчик на страницах твоей жизни, мне придется заняться этим вопросом лично. − Что-что, а твоя безграничная любовь к самому себе будет преследовать меня на каждой страничке моей жизни. − Моя любовь к тебе будет её догонять — Егор резко понял, что в шуточном поединке зашел слишком далеко. − Прости, что? Сейчас Криду очень хотелось ударить себя несколько раз, чтобы раз и навсегда отбить привычку постоянно прямо говорить то, что на было уме. Он понимал, что рано или поздно сказал бы ей о своих чувствах, но явно не в тот момент, когда застал её плачущей в собственной квартире с «разбитым» сердцем после предательства бывшего. − Егор…− Клава выжидающе смотрела на него, испепеляя одним только взглядом всё его вмиг похолодевшее нутро. Певец никогда не отказывался от своих слов, чего и не собирался делать сейчас. Обычно он ориентировался в ситуации, и быстро находил выход, но в данный момент его охватил какой-то неведомый ему до этого страх. Он тяжело выдохнул: − Просто знай: ты не обязана сокрушаться и переживать из-за этого. Я собирался сказать тебе еще давно, но появился Дима, и мне ничего не оставалось делать, кроме как отпустить тебя. Наша дружба, Клав, для меня ценнее всего на свете, поэтому если ты предпочтёшь сделать вид, что ничего не было, я приму это без колебаний. Я идиот. На тебя свалилось слишком много, я не должен был… − Ты идиот — Клава довольно серьезно ответила, так что всё внутри Егора мгновенно похолодело — потому что только идиоты делают поспешные выводы. Она встала так, чтобы их тела находились на расстоянии нескольких миллиметров. Клава подняла голову, приблизилась к его лицу и негромко сказала: − Ты знаешь, почему я рассталась с ним? − Клава немного помолчала, как бы готовя себя и Крида к истории − Последние месяцы наши отношения близились к расставанию. Я поняла, что мы давно перестали понимать друг друга. К тому же − Клава замешкалась − как бы я не отрицала этого, но к тебе меня начало тянуть не просто по-дружески. Чувства есть чувства, они не поддаются никакому объяснению. Я сказала ему всё, как есть. Не в моем стиле кривить душой и играть на чувствах людей. Мне казалось, что мы разошлись как близкие друзья, которые будут хранить тайны и секреты друг друга до конца жизни. Я надеялась на понимание с его стороны, а получила взамен лишь сожаление и боль. − Клав…− Егор не успел сказать, потому что девушка прикрыла его рот ладонью. − Если пару часов назад я думала, что мир уходит у меня из-под ног, если я ощущала, что теряю связь с действительностью, то сейчас, услышав тебя, могу с уверенностью сказать, что прожила бы эти моменты раз за разом, если бы итогом было твое признание. Так ты еще хочешь сделать вид, что ничего не было? Вместо ответа Клава в то же мгновение ощутила губы Егора на своих губах. Спустя столько времени, что они провели, скрывая собственные чувства друг к другу, этот поцелуй казался вознаграждением за всё. Нежно переходя с верхней губы на нижнюю, Егор ласково касался шеи Клавы, проводя большим и указательным пальцем по коже. Девушка же в ответ зарылась руками в его мягкие волосы, слегка оттягивая их. На несколько минут они забыли обо всем, просто наслаждаясь моментом. Спустя некоторое время Клава и Крид сидели на диване и просто обнимались. Первые лучи солнца начали пробиваться сквозь окна, некоторые из них нежно касались лица Клавы. Проводя пальцем линии, параллельные светлым полоскам на очертаниях лица девушки, Егор спросил: − А все-таки, ты сможешь нарисовать меня?