Часть 3
1 декабря 2023 г., 15:35
Спустя 30 минут Хан стучит в дверь. Хёнджин встречает его, и они обнимаются.
– Господи, Джинни, мне так неловко, что я забыл про день рождения Бина, – шепотом говорит Хан. – Как думаешь, он сильно на меня злится?
– Чанбин-хён сегодня добрый, тебе повезло. Пойдем уже.
Они проходят в гостиную. Бан Чан сидит в телефоне, что-то сосредоточенно печатая, Чанбин развалился на диване, спиной к входной двери и смотрит какое-то тупое телешоу. С кухни доносится приятный аромат брауни. «Феликс как всегда»
Хан подходит со спины к Чанбину, кладя руки ему на плечи.
– С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ, ДВЕККИ! – Джисон кричит на ухо во все горло.
– Твою мать, ты что пришибленный? – Бин поднимается с дивана и идет в направлении идиота, что вздумал его напугать.
– Я тебя сейчас пополам сломаю, а-ну иди сюда, мелкотня.
Хан с воплями начинает носиться по квартире, чтобы спастись от разъяренного хёна. В конце концов они падают вместе на диван, когда силы покидают их, и пытаются отдышаться.
– Я не обижаюсь на тебя, – говорит с придыханием Бин, – из-за того что ты забыл про мой день рождения.
– Я знал это.
– Ты просто мелкий засранец, – улыбается Чанбин.
Феликс заходит в гостиную, неся в руке поднос с брауни, в который аккуратно вставлена свеча. Минхо подтягивается к остальным, выходя с балкона. Они неловко переглядываются с Ханом.
Чанбин загадывает желание про себя, задувает свечу. Все радостно хлопают и принимаются за торт. Через некоторое время, когда с угощением было покончено и разговоры утомили, все снова проголодались и решили заказать пиццу. Хенликсы ушли за выпивкой, не упуская возможности побыть наедине.
– Чан~и, Чан~а, – не унимался Хан, – чего ты такой хмурый, хён?
Бан Чан оторвался от своего телефона. Он взъерошил свои волосы и тяжело вздохнул:
– Агенству не понравился наш трек. Сказали, что звучит слишком дешево. Да что они вообще понимают!?
– Эй, тише, друг, – Чанбин аккуратно положил свою руку на спину Чана. – Что бы они еще понимали, правда?
– Да, хён. Запишем новую песню, – добавил Хан.
– Вы пишете песни? – разговор 3RACHA не мог не привлечь внимание Минхо. Он даже оторвался от разглядывания кошек в своем мобильном.
– Эм, да, – из Джисона вырвался нервный смешок. – Мы что-то вроде трейни.
– И успехи я так понимаю не очень?
– Как можешь видеть, - с досадой ответил Чан.
– Эй белка, – позвал Минхо, – споешь для меня?
– Ну уж нет, я слишком трезв для этого.
– Тогда мне придется напоить тебя, – Хо ухмыльнулся, и после этих слов Хенликсы завалились в квартиру, гремя бутылками с пивом.
Вечер протекал спокойно. Пиццу уже доставили, ребята с удовольствием поедали её и запивали хмелем. Алкоголь постепенно ударял в голову, из-за чего Хёнджин и Чанбин становились и без того очень громкими, Феликс прилипчивым, а Чан то и дело убирал лишние салфетки со стола и пустые бутылки. Только Хан и Ли все еще «не изменились» и изредка буравили друг друга взглядом. Джисон был как на иголках, после слов о том, что его хотят напоить. Он старался делать глотки как можно меньше, а перерывы между ними больше. Весь удар пришелся на пиццу, которой он набивал свои щеки. Он пытался ответить на бессвязные слова Хенджина и в этот момент что-то выпало из его рта. Минхо скривился.
– Господи, тебя мама не учила не разговаривать с набитым ртом? Мерзость.
В доме повисла тишина. Хан нервно сглотнул остатки еды. Немного помедлив он сорвался с места, чувствуя как его лицо наливается кровью, а глаза наполняются слезами. Он быстро выбежал из квартиры, громко хлопнув входной дверью.
– Какой же ты придурок, Минхо, – процедил Феликс.
༄ ༄ ༄
На улице бушевал ливень. Несмотря на то, что Минхо бежал, когда он оказался на пороге квартиры Джисона, то промок до нитки. Дрожь пробежала по телу. Он прислушался. Всхлипы за дверью прекратились, сменившись на неторопливые шаги, шаркающие об пол. Дверь открылась, и он увидел заплаканное лицо Джисона и его красные, большие глаза. Хан тут же поспешил закрыть дверь. – Подожди, выслушай! – Ли схватился за дверь, выставляя пальцы в проем. – Можно мне войти? Хан ничего не ответил, лишь отпустил ручку и отошел в сторону. – Спасибо, у тебя не найдется полотенца? Я как мокрая кошка. Джисон вновь прошалкал ногами до шкафа и достал оттуда чистое махровое полотенце. Когда с последствиями стихии было покончено, Минхо замялся, подбирая нужные слова. – Феликс сказал мне, – лицо Хана стало еще мрачнее. Казалось, будто он погрузился в воспоминания. – Точнее, он не сказал, что именно случилось. Он лишь объяснил мне, что я идиот. – О, а ты не догадывался об этом раньше? – укол был неприятный, но Минхо решил стерпеть его, так как чувствовал свою вину. – В любом случае, я не хотел обидеть тебя. Я не мог знать, что ты отреагируешь так. – Да, но ты мог быть деликатнее с людьми, которых ты не знаешь! – Хан закричал. – Почему ты такой самоуверенный? Думаешь ты лучше всех, да? – крики становились отчаяннее, больше походя на приближающуюся истерику. – Эй, сладость, тише, – Минхо сделал несколько шагов навстречу, выставляя руки вперед, в успокаивающем жесте. – Ты даже представить себе не можешь, что я пережил! Джисон тихо всхлипывает и это последняя капля. К нему подлетает Минхо и заключает в крепкие объятия. Он ёжится от ощущения мокрой одежды, но зарывается в плечо и начинает рыдать. Теплые руки, что обхватывают его спину, действуют успокаивающе. И мелодичное «Тише», согревающее ухо, в конце-концов унимает дрожащие от слез плечи. Парни медленно спускаются на пол, не разрывая объятий. – Извини меня за эту истерику, – Хан отстраняется, заглядывая в глаза Ли, – я сегодня не в себе. – Это ты меня извини. Я должен был думать, прежде чем говорить. Когда дыхание Джисона окончательно выровнялось, Хо поднялся на ноги, потянув его за собой. – Ладно, мне пора. В тот же момент за окном сверкнула молния, а еще через некоторое время раздался гром. – Честно говоря, – Хан замялся и посмотрел в окно, где все еще красовался ливень, – ты можешь остаться здесь. Я не думаю, что идти сейчас домой - это отличная идея. – В любом случае моя одежда промокла и мне нужно будет сменить её и привести себя в порядок, – Минхо развернулся, направляясь к двери. – Подожди, – маленькая ручка схватила его за край джинсовой куртки, – пожалуйста останься. Я дам тебе свою одежду. Хо остановился, обдумывая слова. А правильно ли будет остаться? Когда он мельком осмотрел комнату, то увидел лишь одну полуторную кровать. «Нет, я ни на что не променяю свою уютную постель» Он уже хотел отказаться, но подняв взгляд на Хана, из его рта отказались выходить любые звуки. В его глазах парень, стоящий напротив выглядел таким крошечным и… нуждающимся? Да, это верное слово. Почему-то в этот момент, находясь в комнате с приглушенным светом всего в одном шаге друг от друга, Джисон выглядел самым одиноким человеком в этом мире. Что-то треснуло в груди Хо и он начал медленно снимать свою мокрую куртку. Хан не дурак, намек понял и поспешил вновь к шкафу, чтобы достать чистые вещи. Он вложил футболку и домашние шорты в руки и показал в какой стороне находится ванная, чтобы переодеться. – Где я буду спать? – Минхо вышел из душа, переодевшись в сухое. – О, – замешкался Хан, – я лягу на пол, а ты можешь занять кровать. – Вот и славно. Минхо запрыгнул на кровать, развалившись рядом с Джисоном. Он касался его плеча своими еще влажными волосами. Он ощущал сладкий запах инжира, который окутывал и его самого. Вероятно из-за нахождения в домашней одежде Хана. – Мои родители, – прервал тишину Джи. – Тебе не нужно рассказывать мне, – Хо кладет свою руку на его спину. – Я хочу это сделать, – он немного задержался, а затем продолжил. – Мои родители погибли в в автокатастрофе, когда мне было 16 лет. Я тогда переходил в старшую школу. Это стало огромным ударом для меня. Я замкнулся и перестал выходить на контакт даже с Хенджином, хотя мы дружили с первого класса. Мои родители были самыми любящими людьми на всем белом свете. Надо мной взяла опеку моя бабушка. Но ей, честно говоря было плевать. Она сделала это только ради пособий, которые пропивала, как только получала их. На меня ей было плевать, поэтому я шатался ночами по темным переулкам с наушниками в ушах, стараясь заглушить боль, разъедающую мое сердце. В одну из таких ночей я сидел на лавочке с закрытыми глазами и напевал себе под нос. Чья-то рука опустилась на мое плечо и я вздрогнул. Передо мной стоял большой парень, легко одетый, несмотря на прохладную погоду. Я вытащил один из наушников и он представился Кристофером. Он сказал, что у меня отличный голос и пригласил записать с ним трек. В моей голове был хаос. В тот момент я даже не думал, что идти куда-то ночью с незнакомцем – не самая хорошая идея. Так мы и познакомились с Бан Чаном. Он дал мне возможность выплеснуть все, что накопилось во мне, преобразить эти эмоции в музыку. Она не только исцеляла, но и давала мне мотивацию двигаться дальше. После смерти родителей моя жизнь вновь наполнилась смыслом с появлением в ней 3RACHA, – Джисон посмотрел на Минхо со слезами на глазах. – Я не хотел вот так убегать. Просто я давно не вспоминал своих родителей и никто из ребят также не затрагивал эту тему. Ты будто содрал корку с давно зажившей раны. Как оказалось, она не затянулась должным образом. Ли поднялся с кровати, дав Хану вновь возможность уткнуться носом в его плечо и тихо всхлипывать. Он медленно поглаживал его плечи, вдыхал запах инжира, что дурманил его голову. Когда клубок нервов в его руках перестал содрагаться, он медленно опустился на кровать, не выпуская Хана из объятий. Тот свернулся калачиком, становясь еще крохотнее в объятиях. Сердца начали биться в унисон, и комната погрузилась в сон.
