telephone

Спрос на телефонные будки-автоматы с приходом миниатюрных карманных смартфонов падал, однако власти не спешили убирать их с улиц: многие жители продолжали пользоваться стационарной телефонией для связи в огромном городе, а после восстановления сообщения с подземной частью возникла необходимость поддерживать связь и с шахтерами. Но, как оказалось, у телефонных будок было еще одно неочевидное преимущество. Сампо отметил это, когда Гепард затолкал его в одну из них. В душной маленькой кабинке едва хватало воздуха для двух разгоряченных молодых людей, но все же это было лучше, чем целоваться на улице, где их мог заметить любой прохожий или, того хуже, патруль. О свободном месте не шло и речи: чтобы банально закрылась дверь, пришлось плотно прижаться друг к другу. Ладно, не только из-за этого: кровь шумела в ушах, губы горели от поцелуев, а складка на брюках Гепарда говорила о том, что он очень очень рад этой незапланированной встрече. Впрочем, Сампо был не лучше. Он редко о чем-то жалел в своей жизни, но сейчас его раздражало решение надеть костюм с таким количеством ремней и бляшек. Хотелось скорее из них выпутаться и прижаться чувствительной кожей к горячему телу юного капитана. Судя по кислому выражению лица и нетерпеливым рывкам ремней, Гепард тоже не был в восторге, от своего костюма в том числе. Сампо чувствовал, как часть доспеха визави неприятно впивается в его грудь, а шипованный наплечник с противным скрежетом царапает запотевшее стекло. Собственный же наплечник и вовсе сбил несчастный телефон, и теперь тот мотался на паре проводов. В будке раздавались короткие гудки, но никто не обращал на них внимания. Жаркие вздохи и тихие стоны перекрывали все остальные звуки. К сожалению, будка не делала их невидимыми. При желании в стеклянные окна легко можно было разглядеть, какими непотребствами занимаются капитан Среброгривых Стражей и наемник из Подземного мира, так что оставалось только молиться, чтобы в столь поздний час соседи не высовывались из дома. В тусклом свете фонаря поблескивал снег, падающий с черного неба. Постепенно температура воздуха на улице росла, но иногда все еще случались заморозки, особенно ночью и когда поднимался ветер со стороны полей. Для ледяного мальчика Гепард был удивительно горячим. Сампо охотно жался к нему, хоть они не стали раздеваться полностью, ограничившись расстегнутой курткой наемника и приспущенными брюками. Вот еще тратить время! Хотелось скорее перейти к основному блюду. Сампо развернулся и оперся руками о покрытую потрескавшейся синей краской стену, стараясь не думать о том, что отдается, как самая дешевая проститутка. Член стоял и поблескивал каплями смазки. Сампо хотелось получить хоть крупицу близости. Он устал от людей, которые видели в нем либо бесчувственного исполнителя, либо пройдоху, которому неприлично даже руку пожать в обществе. Обычно Сампо было плевать – главное, что ему платили, но последняя сделка выдалась какой-то выматывающей, а еще пришлось подраться, отчего теперь ныло плечо. Хотелось быстрого секса, яркой разрядки, опустошающей мысли и не думать о невзгодах хотя бы короткое время. Сампо довольно застонал и прогнулся в пояснице, услышав, как позади зашуршала упаковка презерватива. Он прикрыл глаза и запрокинул голову, готовясь принять тягучую боль, которой сопровождается первый толчок, но ничего больше не происходило. Гепард невыносимо раздражающе тянул. Сампо попытался обернуться, чтобы шикнуть на него, но тут его развернули полностью и впечатали спиной в стену. Он собирался что-то спросить, но что – совсем вылетело из головы, когда Гепард прижался к его губам, голодно целуя, и без спроса закинул ноги на свою талию. Сампо хотел возмутиться, что так будет неудобно, но он не учел силу капитана Стражей, не один год сражавшегося на передовой. Гепарду не составляло труда удерживать его за бедра и прижимать к себе. На первом толчке Сампо неловко обхватил его за плечи, стараясь не свалиться, и несдержанно застонал в губы. Неудобно все же было: куски доспехов и брошей впивались в кожу, полочка телефона билась о больное плечо, будка угрожающе шаталась, задница ныла из-за отсутствия нормальных предварительных ласк. А Сампо, вообще-то, любил долгие прелюдии и имел богатую фантазию, чтобы разнообразить досуг, не говоря уже о коллекции особых игрушках. Проблема была в том, что имя Гепарда было слишком громким и заявиться с ним в отель означало все равно что огласить помолвку. В казармах Сампо тоже никто не был бы рад видеть, а в Подземелье уже брезговал спускаться Гепард, сразу находя важные дела в Запретной зоне. Да и трудно представить его в сияющих доспехах и белом меху среди пыли и грязи шахт. Представить его рядом с собой Сампо тоже мог с трудом, но почему-то они все-таки иногда пересекались и заканчивалось это примерно одинаково: так, что улыбка Сампо потом была еще более слащавой, а в вырезах одежды мелькали синяки отнюдь не от драк. Гепард не был с ним жесток, но иногда они были неосторожны, как сейчас, или малыш Ландау обнимал его так крепко, как будто забывал, что люди – не монстры из Фрагментарума и не могут выдерживать хватку железной руки. Но Сампо не любил оставаться в должниках, поэтому возмещал это укусами и царапинами или опускался на колени и отсасывал так, чтобы член потом ныл. Чем глубже становились толчки, тем сильнее сбивалось дыхание. Сампо крепче держался руками за Гепарда, уткнувшись носом в белый мех его воротника. «Б-быстрее», – только и мог выдохнуть он, зажмурившись и подмахивая толчкам. Про кого угодно можно было пошутить, что размер оружия компенсирует размер достоинства, но не про сына Ландау. Сампо льстило, что Гепард жадно его хотел, и подбрасывало до вершины удовольствия, когда его богатство входило полностью. Восхитительно. В этих непростых условиях Гепард задавал именно тот темп, который они любили, и ради этого Сампо смирился с тем, что завтра появятся новые синяки от полки и острых деталей костюмов. Главное, чтобы сейчас Геппи не останавливался. – Алло? – незнакомый голос, искаженный помехами, заставил обоих замереть и вспомнить, где они находятся. Висевший на проводах телефон ожил, поймав какой-то сигнал. – Я вас слушаю… Это общество… правовой… помощи… Сампо был готов не то уничтожить этот телефон (Гепард возмутился бы порче городского имущества), не то рассмеяться. В итоге он решил стонать еще громче, так, что даже уши бывалого солдата покраснели, а из телефона посыпались раздраженные вопросы. В итоге «Общество» отключилось, но Сампо уже не мог перестать стонать, раздражая горло. Слишком было хорошо. Рука сжималась на собственном разгоряченном члене, а между бедер разливалось приятное тепло и легкая щекотка, отчего поджимались пальцы на ногах. Он повел задницей, попытался сделать круг, чтобы член снова попал по чувствительному местечку внутри, и почувствовал, как Гепард крепче сжал его бедра, насаживая на себя. Кончили они почти одновременно, раскрасневшись, часто дыша, прижимаясь к стенке и продолжая целоваться. Гепард был самым неподходящим человеком, с которым мог сойтись Сампо, но все же это не мешало им приятно проводить время. Очень приятно. Нужно было уже взять свои накопления и купить дом в Верхнем мире, зря, что ли, Сампо столько работал? Дом привязал бы его к одному месту, что было бы не слишком удобно с его занятостью, зато это комфорт, а еще возможность показать Гепарду, что такое нормальный секс, когда люди никуда не торопятся, не боятся быть застуканными и просто наслаждаются друг другом. – Надо купить дом, – услышал Сампо у своего уха. Гепард успел поставить его на ноги, но не спешил отпускать, продолжая одной рукой обнимать за талию, а другой ласково поглаживать торчащие сине-фиолетовые пряди. Смешок сорвалась с губ сам собой. – Что? – подозрительно нахмурился Ландау, а Сампо просто нравилось, что их мысли сходились. Вместо ответа он улыбнулся и прижался губами к хмурой морщинке, чувствуя, как она тут же разгладилась.