Благословение.

— Олеж, — парень на его коленях приоткрыл глаза, показывая, что внимательно слушает, — Как добиться расположения твоего брата? У Шепса будто вся дрема вмиг проходит и он с шоком смотрит на Диму. — А тебе меня мало стало? Матвеев недоуменно глядит на юношу и в следущий миг заливается хохотом, запуская свою ладонь в длинные волосы партнёра в успокаивающем жесте. — Ты фанфиков перечитал, Олеж, — все ещё с смешинкой произносит Дима, — Мне надо у него спросить одну очень важную вещь, а для этого надо, чтоб он меня хотя бы не воспринимал, как чужого, — чернокнижник мягко улыбается и рукой, что сейчас не занята и ранее покоилась на груди младшего, щелкает его по носу, возвращаясь на место, — И к твоему сведению, тебя мне более, чем достаточно и я этому безмерно счастлив. — А почему ты не можешь спросить у меня эту личную вещь? — в необыкновенной красоты глаз читается успокоение и лёгкое недоумения — По этому вопросу, мне нужен именно Саша, — зная о некоторых проблемах, что касается семьи, Матвеев сразу продолжает свою речь, — Олеж, ты прекрасный медиум и человек. Ты не хуже брата и ни в чем ему не уступаешь, просто, сейчас такие обстоятельства. — О которых мне даже знать нельзя? Олег не против того, что двое близких ему людей будут общаться, но странно с чего это вдруг парню понадобился Александр. — Кто же сказал, что нельзя? Можно, конечно, только позже, а точнее после того, как я к нему схожу. — Ладно, — медиум быстро соглашается, ведь доверяет ему и брату, — Тебе не надо ничего делать, чтобы добиться его расположения. Иногда, мне кажется, что он больше тебя любит, чем меня, — хмыкает длинноволосый, получая лёгкий шалбан — Глупости то не говори, — недовольство так и сочится, однако оно быстро меняется на нежность — Он тебя любит, а знаешь кто ещё? — Не догадываюсь, — ухмыляется Шепс, — подскажешь? — А ты приподнимись для начала, все расскажу и покажу. Дима убирает свои руки от парня, чтобы тому было легче и Олег без долгих размышлений усаживается напротив чернокнижника. Тот же сокращает короткое расстояние между ними и касается пухлых губ своими, проводя по ним кончиком языка и не старается его углубить, просто мягкое и нежное касания. Матвеев взял в свои ладони лицо парня и посмотрел в его глаза, как бы прося и его их не отводить. — Тебя люблю я. Ты для меня значишь намного больше, чем мог бы себе представить. Ты приносишь в мою жизнь комфорт, уют, умиротворение. Мне ни с кем и никогда не было так хорошо. Спасибо тебе, что ты у меня есть. После этих слов чернокнижник, вновь нежно касается чужих, ставшими родными, губ, но на этот раз он не был столь долог. — Я тебя тоже люблю, Димаш, и пока у тебя есть возможность сбежать к Саше - беги, а то я уже не намерен тебя никуда отпускать. Олег мягко улыбнулся, перехватив талию Димы и оставив поцелуй в области щеки, отпуская. Ему всегда было сложно и трудно открыто выражать свои чувства. Для него проще показывать это действиями и сейчас, когда Матвеев наговорил ему столько всего, что залезает в сознания и остаётся там на долго, как одно из лучших моментов жизни, Шепс готов только прижать его к себе в крепких объятиях и подолгу целовать, оставляя поцелуи на каждом сантиметре лица, и впиваться в губы. Но проще для обоих будет, если Дима быстро решит вопрос, перестанет себя мучать, а позже расскажет все Олегу. — Скоро вернусь, котенок. Шепс предупредил Сашу, что к нему нагрянут гости и заботливо вызвал такси, пока чернокнижник переодевался из олеговых вещей. На прощание Матвеев оставил поцелуй и вышел из квартиры. Дима часто тут бывал, когда братья жили вместе, поэтому не терялся в большой многоэтажке, точно запомнив квартиру и этаж, быстро добирается. Юноша стучится в дверь, недолго ожидая и увидев солнечную улыбку и яркие голубые глаза, не может в ответ не улыбнуться. — Проходи, Димка, — старший распахивает по сильнее дверь и отодвигается, — Где Олежика потерял? — А он не предупредил, что я приеду один? — Дима немного смутился и закрыл за собой дверь. — Неа, но так даже лучше, отдохну от него, — Саша залился мягким звонким смехом, показывая, что он не всерьез, — Проходи на кухню, я чай с травами заварил. Матвееву всегда была комфортно в этом доме. Сначала казалось, что это потому, что рядом Олег, а потом пришло осознание того, что старший Шепс никогда их не осуждал и мягко подкалывал, добавляло кого-то особого уюта. Возможно это глупо, но и для чернокнижника Александр стал кем-то вроде брата. Дима присел за кухонный стол и тут пришло понимание, что вот так, только вдвоем, они никогда и не были. Они проходили вместе испытания и, как говорилось ранее, младший тут часто бывал, но один на один они толком то и не были. Стало немного неловко, но отступать уже не куда. — Эй, ты чего расслабься! — Саша был эмпатом, поэтому перемену в настроении заметил сразу, — Неужели топорик с собой не взял? — Нет, но одолжил у Надежды Эдуардовны осиновый кол, — поддержал шутку Дима, — Слушай, Саш, я не просто так пришел. Шепс поставил перед ним обещанный чай и сел напротив, стал внимательно слушать, но теплота с глаз его не пропала. — Димка, я не кусаюсь. Говори прямо и как есть, — медиум делает глоток чая и продолжает, — Я так понимаю это касается Олежки? — Да, — Матвеев вцепился в кружку, думая насколько все же его фраза сейчас будет звучать абсурдно, — Ну в общем, я хочу попросить твое благословение. Саша давится чаем и Дима вскакивает со своего места, заботливо похлопывает его по спине. — В том самом смысле? — все же решается спросить Шепс — Да. Я абсолютно серьезно хочу взять его в мужья, — Матвеев не может сейчас считывать эмоции старшего, из-за паники от его первой реакции, но слов не меняет. — А он об этом знает? У Саши веселые искорки в глазах и такая же, как и очи, радостная улыбка, что придает чернокнижнику хоть какую-то уверенность. — Нет. Вообще не о нашем разговоре, не о моем желании, но кольцо уже есть, а ещё я чуть не спалился утром. — Ну чтож, — Саша запускает ладонь в волосы юноши, растормошив прекрасную укладку, — Я только за. Я не слепой и вижу, что вы буквально живёте друг другом, ей Богу, как Ромео и Джульетта, поэтому я буду счастлив, если ты сделаешь первый шаг. Олег довольно стеснительный и неуверенный, хоть по нему и не скажешь. Он бы долго мучился и думал предложить или нет. Был бы не уверен, что достоин тебя. Я настаиваю, чтобы ты купил цветы нашей прекрасной Джульетте и признался, как только вернёшься в вашу квартиру. Дима внимательно слушал старшего, улыбался от шуток и настораживался от открытия. Он безусловно знал об этих чертах любимого, но все же хочется, чтобы Олег не сомневался в себе и их отношениях, чтобы правда поверил утренним словам Димы. Матвеев потонул в нем давно и надолго. Он не может отпустить младшего Шепса и хочет вечно дарить любовь. Свои серьезные намерения он решил укрепить связями брака. Под конец монолога Александра, чернокнижник решил так и сделать, но прежде крепко обнял старшего, словно одна из его фанатов. — Спасибо, Саш, я рад. Дима мягко улыбнулся ещё немного поговорив с медиумом и допил чай, поехал выполнять грандиозный вместе придуманный план. Кольца он носит с собой, а цветы не проблема, поэтому зайдя в ближайший цветочный, он взял изящный алый букет роз и заказал такси, недолго ожидая. Матвеев открывает ключом квартиру и тихо проходит внутрь. Он знает, что Олег в это время обычно отдыхает в спальне, поэтому с грацией и аккуратностью проходит туда. К его везению Шепс лежит затылком к двери, уткнувшись в телефон, поэтому не видит его. Подойдя к кровати Дима встаёт на колено. — Олеж, — мелодично зовёт он. От неожиданности медиум немного вздрагивает, но увидев позу парня и протянутые ему цветы, глаза становятся, будто пять копеек. Олег садиться на кровать перед Матвеевым. — Те слова, что я сказал сегодня, не выражают то, что я к тебе испытываю. Ты буквально мое все и я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь, — старший залез в корман пиджака, достав от туда кольцо из белого золота, — Не согласишься ли ты стать моим мужем? У Олега не было слов. Он был в шоке, даже не так в ахуе. Из серых глаз начали литься слезы. Слезы неимоверного счастью. Шепс бросается на колени рядом с Димой, захватывая его в объятия, наплевав на букет. Тот кто спасал его в самые трудные моменты жизни, тот кто всегда был рядом и поддерживал, тот кто заботиться, тот кто любил и любит, сделал ему предложения. — Я согласен, — хрипло произнес младший. Дима выкинул мешающий сейчас веник, крепче перехватив парня в свои объятия и из его карих глаз потекли несколько радостных, счастливых, наполненный любовью слез.