Детская мечта

Медь-9, 3071 год. Спустя пару дней после концовки "3071-го слоя брони". Где-то в лесу за пределами города. Чёрный внедорожник на огромной скорости мчался по дороге. За ним ехали четыре не менее чёрных бронированных гусеничных машин с пушками и мигалками на крышах. В одной из таких машин произошёл следующий диалог: — Мы уже пол дня за ним гоняемся! — говорил тот, кто сидел за пушкой — Расстрелять его и дело с концом. — НЕЕЕЕТ!!! НЕ СТРЕЛЯТЬ!!! Ты с ума сошёл?! Это же Бигхорн девяносто четвёртого года, он же в Красной книге! — Да и чёрт с ним, там за рулём потенциальный убийца с солвером! — Терпение, друг мой. Бензин у него не бесконечный, а у нас ядерный реактор стоит. Расстреляем машину — расстреляют нас. Таких в мире осталось штуки три. Внезапно дорогу чёрному внедорожнику перекрыл белый Кадиллак Escalade. Внедорожнику пришлось остановиться. Сзади его прижали четыре бронемашины. — А вот ты и попался! — сказал водитель одной из бронемашин, покидая технику — Ну, теперь-то тебе бежать некуда! Не пытайся сопротивляться, нас больше и мы вооружены. Сиди там, где сидишь, сейчас я подойду к тебе и вытащу тебя сам. Никаких резких движений! Так, спокойно, открываю дверь. Я не хочу тебе навредить. Твою мать, ты праворульный! Так, спокойно, сейчас я обойду машину и вытащу тебя из неё. Вам, наверное, интересно, что же здесь происходит. Скажу одно: бронемашины и их экипаж — это антисолверная полиция. Они находят и отлавливают дронов с абсолют солвером для того, чтобы помочь им и не дать им навредить окружающим. Вернёмся к нашему полицейскому. Подойдя к водительской двери, он резко открыл её, затем ударил водителя и силой вытащил его из машины. Тем временем из Кадиллака, перегородившего дорогу, вышла Виктория. Она подошла ближе к чёрному внедорожнику, увидела, что там происходит и сказала: — Эй! Полегче с ним, он просто ребёнок! — Ты тоже. Без тебя разберёмся, не лезь во взрослые дела! — Эй, это грубо. Мне отправить жалобу в ЛСБ? — Прошу простить моего напарника. — сказал другой полицейский, подошедший к Виктории — У него сегодня день не задался. Понизили беднягу, а за что понизили он не рассказывал. — Ничего, я понимаю. Да и не пошла бы я писать жалобу в ЛСБ на такое. — Вы помогли нам поймать дрона с солвером, как я могу вас отблагодарить? — Мне ничего не нужно. А вот вам бы пора обновить автопарк. Как вы так долго не могли его догнать? — Догнать-то мы его догоняли, но нам всем сказали, что его машину трогать нельзя. Вот и ехали за ним в надежде, что сам остановится. Да и к тому же, чёрный Bradley IFV с мигалками уже стал для всех символом спасения от абсолют солвера. А вы хотите посмотреть на действительно быстрые машины? В центре города есть одно место, там устраивают гонки, загляните туда как-нибудь. Ладно, извините, мне пора. Нужно доставить этого в участок. До свидания! — До свидания. Полицейские разошлись по своим машинам, погрузив в одну из них водителя чёрного внедорожника. За этим внедорожником тут же прилетел транспортный вертолёт и начал пытаться его подцепить. Виктория вернулась в свою машину. Откинувшись на сидении, она закрыла глаза. Мысли о Киране никак не покидали её. — Держи. Себя. В руках. — говорила она себе. Но ей это не сильно помогало. Всё больше и больше она погружалась в свои дурные мысли. Но тут вдруг она открыла глаза и вслух сказала: — Место, где устраивают гонки. Центр города. Это же моя детская мечта — стать быстрее всех! Может это то, что мне нужно для счастья? Ну, как минимум поможет отвлечься. Виктория завела машину. Включив передачу, она нажала на педаль газа. Двигатель издал громкий звук, но машина не поехала. — Ну началось... Что сейчас? Ах, ручник... Виктория сняла машину с ручника и повторно нажала на газ. Двигатель снова издал громкий звук, но машина оставалась на месте. — Не беси меня! Что с тобой не так?! Ах, тебе на тормоз нажать надо. Гори в аду тот, кто это придумал. Зачем так сложно? Никак привыкнуть не могу. Дурацкая АКПП. С третьей попытки у Виктории получилось поехать. Но направилась она не в центр города, а к своему отцу. Она хотела кое-что у него спросить. Приехав на военную базу, она бросила машину на входе в штаб и пошла в кабинет к своему папе. Войдя без стука, она сказала: — Есть что для меня? — Виктория, господи! — сказал её отец, подпрыгнув на стуле от неожиданности — Стучись хотя-бы, а то так и помру от испуга. — Извини, больше не буду. Так что там? — Насчёт работы? — Да. — Похоже, что для тебя уже больше ничего нет. Всё, что нам необходимо, мы теперь собираем на конвейерах. Похоже, что ты можешь быть свободна. — А как же Тополь? — Его доделали без тебя. Уж слишком долго тебя не было на базе. Не было на работе, я имею ввиду. — И что? У них получилось? — Видишь там, в окне, далеко, падает метеорит? — Нуу... Да. — А это не метеорит, это они Тополь тестируют. Ракеты, вон, запускают. "Метеорит" в окне разделился на три части, каждая из которых упала на землю. Ни одна не взорвалась. — Нет, ни хрена у них не получилось. Но я уверен, что они справятся без тебя, Виктория. — То есть, я больше не нужна? — Нет, что ты, ты всегда нам нужна. Просто, на данный момент работы нету. Если что-нибудь сломается, то конвейер нам уже не поможет. Не переживай, отдохни пока. — Ну и ладно. Как раз я хотела попроситься отдохнуть. Кстати, а ты чего такой грустный? — Да так... Прошлое вспомнилось. — Опять то происшествие на борту C-130? — Да, оно самое. Никак не могу забыть... Особенно взгляд Макарова... — Может расскажешь уже, что там такого произошло? И кто этот Макаров? — Тебе рано об этом знать. В будущем обязательно расскажу... Может быть. — Ладно. Я поеду тогда. — Стой. — Что? — Тебе что-нибудь нужно? — Да вроде нет. — Может, вторая машина? — Зачем? — А новая одежда? — Меня моё платье устраивает. — Ладно. Просто... Очень люблю тебя, как единственную дочь... Если что, можешь просить меня о чём угодно. — Х-хорошо. Я пойду пожалуй. Виктория вернулась к своей машине. Генерал Айронсайд, оставшийся в кабинете один, негромко сказал: — Каким-то образом надо искупить свою вину... Рано или поздно... Она поймёт...