Светлячок

***

Ты злишься. Злишься от своей беспомощности. Та змея отняла у тебя силу. Ты думаешь, что бесполезен. Кай, пожалуйста, не надо так. Ты не виноват. Ты абсолютно не виноват. Тебе плохо. И я не в силах тебе помочь. Ты — мой свет. За это я и прозвал тебя светлячком, милый. Твой огонь тёплый и яркий. И я говорю не про тот, что пылает в твоих ладонях когда ты в бешенстве. Твой огонь освещает мой путь. Я пойду за тобой хоть куда. Пожалуйста, будь со мной. — Светлячок, как у тебя дела тут? — я подхожу и, взяв неподалёку лежавшую шубу, сажусь рядом с тобой у костра, после чего укутываю нас обоих. Ты весь продрог, но не подаёшь виду. Без твоей силы тебе гораздо холоднее. Неужели гордость не даёт сказать, что ты замёрз? От тебя ни звука, ведь ты всё ещё подавлен. Мне не остаётся ничего кроме как дать тебе время принять это, а также дать тебе свою любовь, чтобы ты знал, что не один.

***

— Разжигатель огня! Разжигатель огня! Разжигатель огня, — повторяют жители снова и снова, широко улыбаясь. Ты не бессилен. Ты велик и великолепен. Тело немощно падает на колени от сильного перепада температуры, на что я быстро тебя ловлю и прижимаю к себе, снова кутая, чтобы ты точно был в порядке. — Ты невероятен, светлячок, — шепот уходит тебе в волосы, в которые я незаметно зарываюсь, наблюдая за восторгом всех поселенцев вокруг. Теперь ты стал светом не только для меня.

***

Мы всё ещё не дома. По моей вине. Это я потерял чай странника. От осознания, что самый беспомощный здесь теперь я, не хочется ничего кроме как разрыдаться. Во всяком случае, свернуть калачиком и покачиваться — точно. Но я же Коул. Я же сильный Коул. Как говорили: «каменная опора всей команды». Неужели я буду рыдать подобно маленькому ребёнку из-за какого-то там чая? Нет. Я же найду выход из этой ситуации... Всё-таки рука заползает в волосы, чуть сжимая их, я невольно кусаю губу в размышлениях. Что мне делать… — Коул, — прежде чем я успеваю обернуться, кровать чуть скрипит от твоего веса. Горячая рука ложится мне на плечо, в ответ мой ледяной нос утыкается в неё. Молчание... — Эй, старик, всё хорошо? — я еле поднимаю на тебя глаза, полные печали и стыда. «Старик»? Ты так и не хочешь выделять то, что мы вместе? Хорошо, не имею ничего против, милый. — Ладно, твои глаза тебя снова выдают, — через секунду ты охаешь. Тебя озаряет, не так ли? — Ты винишь себя из-за чая странника? Эй, всё же хорошо, — нет, Кай, всё не хорошо. Светлячок, пожалуйста, хватит врать мне в лицо. Хмурюсь от дискомфорта осознания этой лжи и выпрямляюсь, твоя рука соскользает с плеча на внутреннюю сторону моего локтя, пока ты не убираешь её совсем, а сам ты нервно бегаешь глазами по полу, будто нужные слова будут написаны хотя бы там. Недолго подумав, ты аккуратно кладёшь ладонь мне на висок и безмоловно просишь наклониться. Всё ниже, ниже, ниже, пока я не оказываюсь головой у тебя на коленях, а твои чуть огрубевшие от мороза руки не начинают меня нежно гладить по голове, груди и плечам, иногда поднимаясь на лоб или шею. Одна рука гладит, другая почухивает мою голову. Хорошо, ты знаешь как меня успокоить. Твои руки такие тёплые. Ты постоянно греешь меня своими обьятьями или простыми прикосновениями. Длительно ласкать кого-то вообще не в твоей манере, но наедине со мной ты правда более нежный. Как и твои руки когда мы были ещё в Ниндзяго Сити. Ты слишком любишь ухаживать за собой. Лосьоны для волос, кремы для рук и прочие штуковины, суть которых мне до сих пор не дано понять. Но ты такой приятный на ощупь после всех этих махинаций, что я и не думаю возражать. — Я уже говорил почему зову тебя светлячком? — ты согласно киваешь. Я повторял это уже десятки раз, подобно ребёнку, что когда-то вычитал какой-то малопопулярный научный факт и теперь всем хвастается, что знает его. — Ну и почему же? — тебе правда нравится слышать это? Тебе правда нравится, когда я искренне улыбаюсь и снова говорю уже давно выученные наизусть слова? — Потому что ты правда словно светлячок для меня. Ты и твой огонь такие яркие, способные осветить мне путь, по которому я буду идти за тобой. А ещё «светлячок» звучит безобидно. Как ты и любишь — чтобы прозвище не выделялось и было ощущение что мы всё ещё просто друзья. Как ты и хотел, — твоя нежная улыбка… Так обычно любящий родитель улыбается своему ребёнку, что только что узнал что-то новое или он добился ещё одного своего маленького достижения. Почему я чувствую себя именно так? Будто я выиграл что-то? Я слишком искренне люблю тебя. Мой светлячок...

***