Тот Эрен

Тишина в доме нарушается громким поворотом ключа в замке, а после уже не таким громким хлопком входной двери. Оглядевшись вокруг, Леви с горестью осознал, что пустота в его сердце добралась и до жилища, в котором он обосновался. А может, наоборот: отсутствие кого-то близкого в доме вскоре оставило отпечаток в душе хозяина. Он давно уже привык к одиночеству, старался не замечать его. Но не так давно рядом с ним ещё был зеленоглазый мальчишка, что стоял в прихожей, когда капитан открывал дверь, бросался на шею, смеясь на шуточное ворчание Аккермана. Именно шуточное, потому что ворчать не очень хотелось, но позволить Йегеру расслабиться Леви не давала гордость. Да и сейчас признаться обладателю атакующего титана в том, что тот скрасил его жизнь, а теперь отнял всё это своим уходом, не спрашивая на то разрешения, тоже не позволяла банальная гордость. А может Эрен только и ждёт, что в один из вечеров капитан постучит в его двери, скажет, что скучает. Может тогда все обиды, если такие и имелись, испарились бы, пропали, будто их и не было никогда, и всё бы вернулось на круги своя. Мужчина тяжело вздохнул и прошёл вглубь тёмного коридора, ища вход на кухню. Что за глупые мысли стали посещать его голову, Леви не знал. Понятно же, что уже ничего не будет как раньше. Как минимум потому, что Эрена Йегера, который когда-то пришёл к Аккерману и заявил, что они будут жить вместе с такой уверенностью, что никто бы не стал отказывать, больше не было. Вместо того потерянного и немного доверчивого мальчика теперь был крайне скрытный, озлобленный тактик, который замкнулся в себе, предлагая Главнокомандующему такие планы для борьбы с людьми за стеной, что даже у достаточно жестокого капитана волосы дыбом вставали. В этом молодом, по прожитым годам, но совсем не юному по виду и взгляду мужчине, уже нельзя увидеть хотя бы черты того смелого и упрямого мальчишки. Леви провёл подушечками пальцев по кухонному столу. Воспоминания накрывали подобно тёплому пледу. Перед глазами так и стояла картина того Эрена, что отчайно метался по холодной дубовой поверхности, тяжело дыша и шепча имя капитана, иногда вскрикивая от боли и постанывая от удовольствия. Конечно, в памяти отпечатался и звук собственного тяжёлого дыхания. Мужчина очнулся от внезапного наваждения, когда почувствовал, как резко вспыхнула острая боль в запястье. Леви настолько глубоко провалился в думы, что и не заметил, как кто-то вошёл в дом. Дверь отворилась бесшумно, слух также не уловил и звук чужих шагов. Боль же спровоцировала цепкая хватка чужой руки. Неизвестно, чего хотел незваный гость больше: привести капитана в чувства или всё же напугать. Перед Леви стоял высокий и сильный молодой человек. Раньше задорные и полные яркого света глаза, смотревшие на капитана с нескрываемым восхищением и любовью, теперь абсолютно пустыми и потухшими очами возарялись на старшего. Взгляд заставлял затылок похолодеть, а кровь стыть в жилах. Но Леви всё же хотелось разглядеть в этом мужчине, обладателе титана Прародителя, хотя бы слабую искру, отголосок того Эрена. Казалось, что ему даже удалось разглядеть скрытую, спрятанную нежность. — Здравствуйте, капитан. Давно не виделись, - Йегер опустил взгляд, внимательно осматривая капитана с ног до головы, - Успели соскучиться? - гадкая и мерзкая ухмылка растянула губы юноши. Каштановые волосы спали на лицо, скрывая его и создавая лёгкую тень. Голос, с непривычными железными нотками, будто заполнил собой всё окружающее пространство. Но Леви не чувствовал никакого страха. Внутри разлилось странное тепло, заставляющее изогнуть тонкие и бледные губы. Сколько бы не пытался, капитан больше был не в силах притворяться. Не сейчас, когда об Эрене ходят всяческие слухи, а он сам замкнулся глубоко внутри себя. Не сейчас, когда они по прихоти того же самого Йегера вступили в опасную войну. Назад нет дороги. Неизвестно, что с ними будет завтра. Возможно, к концу этого лета их двоих уже не останется в живых. И что же, Аккерман должен продолжать непонятно ради чего скрывать свои истинные чувства и эмоции. Он не боится смерти. Он боится не успеть сказать то, что должен. — Йегер, черт тебя дери, - Леви мягко завел прядь волос юноши за ухо, дабы лучше его видеть. Он сильно похудел. И ухмылка стала больше походить на укус ядовитой змеи. Эрен даже ухом не повел, когда капитан коснулся его. Юноше правда было всё равно, или же он решил притвориться? Понять это было невозможно по непроницаемому выражению лица. — Я Вас потревожил? Какая жалость, - без тени вины в голосе проговорил Йегер, проводя кончиками пальцев по синим венкам на ладонях капитана, - Никогда не видел Вас таким задумчивым. Должен признать - забавное зрелище, - Эрен отстранился от Аккермана и прошёл глубже в кухню, оглядывая помещение, - Меня так давно здесь не было, но, ощущение, что ничего не поменялось. Удивительно, правда? - зелёные очи вновь устремили свой взгляд на капитана, который, в свою очередь, замер и всё ещё не сдвинулся с прежнего места. И вправду: как Йегер внезапно возник в этом доме, превращая обычное необжитое строение в настоящее убежище души, также он и пропал отсюда, никого не предупреждая и отнимая всё тепло и уют. Леви на утро после одной из их ночей просто не нашел юношу рядом. Они продолжали работать вместе, сражаться бок о бок, но Эрен, казалось, даже не смотрел на него. Эта ситуация так и повисла между ними неразрешённой размолкой. И вот, спустя столько времени, Йегер самолично заявился на порог его дома, будто ничего и не случилось. — Почему ты ушел, ничего не сказав, просто испарившись? - первичный шок наконец прошел, а на замену ему прибыла накопленная злость, которая грозилась вырваться наружу. Леви оказался рядом с младшим, пытаясь заглянуть тому в глаза и увидеть в них хотя бы тень сожаления. И сердце вмиг оттаяло, когда он увидел прокатившуюся по щеке слезу. — Я скучал, Леви. Безумно, - что-то заставило сердце капитана болезненно сжаться, сводя судорогой конечности. Густой ком слез застрял в горле, не позволяя выдавить из себя даже тяжёлого вздоха. Эрен взял ладонь мужчины и прижал её к своей груди. Под одеждой что-то гулко и часто стучало, - Это всё из-за тебя. Только ты можешь вызвать во мне такие чувства, - сжимая чужие пальцы, он притянул их к губам и покрыл лёгкими поцелуями, после продолжая шепотом, - Я больше не хочу уходить. Эти слова поступили точкой невозврата. Момент, когда Эрен Йегер выбрал верную стратегию. Секунда, в которой Леви Аккерман сдался. Как они оказались в спальне, через время будет очень сложно сказать им двоим. Первым за поцелуем потянулся Эрен: всегда стеснительный, когда дело доходило до близости, сейчас он проявлял уверенную инициативу. Леви же, уже не соображая ничего, просто ответил на порыв своего подчинённого, по-настоящему включившись в игру через пару минут. Кажется, Йегер прижал его к столу, собираясь опрокинуть прямо здесь. Возможно, Аккерман прошептал что-то о том, что им стоит пойти в спальню: там куда удобнее. — Раньше подобное Вас не заботило, капитан, - усмехнулся юноша прямо в губы, прежде чем вновь сплёл их языки в поцелуе. Леви всегда доминировал. Он брал на себя всю инициативу, подготовку, заботился о том, чтобы Эрену не было больно. Думал о его наслаждении больше, чем о своём. Но сегодня, судя по всему, Йегер решил нарушить привычный ход вещей. Его напор не закончился на поцелуе, стремительном раздевании и перемещение. Опрокинув капитана на кровать и нависнув над ним, он продолжил избавляться от ещё оставшихся предметах одежды. Когда Аккерман приподнялся, дабы поменяться ролями с младшим, тот прижал его к матрасу одним лёгким движением руки. В этот момент кровь отлила от лица Леви. Внезапно снизошло осознание того, что этот мальчишка может с лёгкостью сломать его напополам, пока сам капитан будет нежиться в объятиях партнёра. Резко схватив юношу за руку так, чтобы при необходимости вывернуть её, Аккерман прошипел сквозь зубы: — Ты что задумал, щенок? - внутри всё клокотало не то от возбуждения, не то от накопившейся злости, перераставшей в ярость. Он злился скорее на себя за то, что позволил себе ослабить бдительность. Но отступать было слишком поздно. Он уже сделал свой выбор. — Расслабьтесь, капитан. Вы всегда так галантно обхаживали меня. Теперь и я хочу доставить Вам удовольствие, - Эрен проговорил это, прижимаясь губами к животу капитана, медленно спускаясь ниже. Это было великолепно. Леви даже не подозревал, что от секса можно получить такое колоссальное наслаждение. Где Йегер подобного нахватался - вопрос хороший, но вслух капитал не решился его задавать. Если сначала юноша и вправду был крайне обходительным: грамотно подошёл к прилюдии. От одних ласк и поцелуев Леви чуть было не кончил, извиваясь под Эреном. Так, наверняка, и случилось бы, если бы Йегер не устроил мужчине игру в горячо-холодно, остановившись прямо перед тем, как Аккерман был готов получить разрядку. Тогда капитан вспомнил все ругательства, что слышал за свою жизнь. Но абсолютно все слова и мысли исчезли, как только Йегер вошёл в напряжённое и разомлённое тело любовника. Комната наполнилась голосами двух мужчин, звуками тел. Пространство будто давило и схлопывалось, а воздух стал тяжёлым, осязаемым. Настоящее единение не только тел, но и душ. Леви казалось, что сейчас они стали ближе, чем когда-либо ещё. Сердце трепетало как в первый раз, заставляя вновь и вновь отводить взор в сторону, не пересекаясь взглядом с зеленоглазой причиной всего этого волнения. Кажется, капитан признался в любви за эту ночь чаще, чем за всю прошедшую жизнь вместе взятых. Вспоминая этот момент в будущем он попытается напрячь мозг и ответить на вопрос: "А ответил ли на это Эрен? Хотя бы раз?" На утро сероглазого Аккермана ждало зрелище, которое он хотел увидеть меньше всего. Пустота. Соседняя половина кровати уже давно охладела, а вокруг не было ни единого намёка на то, что ночью здесь был кто-то ещё. Леви судорожно обошел весь дом несколько раз, подобно сумасшедшему. Ничего. Ни одной детали, которая бы подтвердила, что случившееся вчера было не просто фантазией. Капитан устало опустился на стул в кухне. Больно? Скорее да, чем нет. Но было ощущение, будто внутри что-то сломалось, надломилось и разлетелось вдребезги. Если в нём ещё осталось то, что можно было ненароком задеть и разбить. Он уже никогда не узнает о том, что убравший все следы своего пребывания Йегер сидел на самом краю постели, ссутулившись и искоса наблюдая за мирно спящем Леви. Он не издал ни звука. Когда выходил из комнаты, шёл по коридору, затворял за собой входную дверь. Лишь оказавшись под плотным покровом ночи, юноша обернулся к дому, глядя ровно в окно спальни. Губы на секунду тронула мальчишеская улыбка. — И я Вас люблю, капитан. Это были последние слова, сказанные Йегером Аккерману. Ночной холодный ветер сорвал сказанное с губ и унёс куда-то далеко в сторону. Никто бы, даже попытавшись, не смог бы догнать эти оставленные любимому человеку, пропитанные нежностью и чувствами слова. Это была их последняя встреча. Ни один из них больше не ступит на землю проклятого острова Парадиз - место, где расцвела, жила и увяла их любовь.