Дурной Вкус

POV Бан Чан - Ёнбоки. – Сынмин снова дразнит Феликса и швыряет в него небольшой подушкой, попадая прямо по затылку и взъерошивая светлые волосы. На что тот резко оборачивается, грозно смотрит и быстро прицелившись возвращает таким же ударом, но вдвое больше. - Не напрашивайся, щеночек. Это лишь малая часть моей мести, которая может тебя поджидать. Ты же знаешь, что мне привычней, когда меня называют Феликсом. – Он отчаянно вздыхает и киношно взмахивает руками. - Угу, поэтому и называю тебя именно так, Ёнбооок. – Он снова медленно протягивает его имя, бросает эти две злосчастные подушки прямо в нос и быстро убегает. Все бы ничего, но он с терском врезается в Хенджина, мирно вышагивающего и напевающего себе что-то под нос. От чего тот сразу же заваливается на пол, словно неуклюжий медвежонок и протяжно кричит, закатывая глаза. Драма квин снова в действии, но на этот раз действительно к случаю. Ведь он никак не был причастен к шуточной перепалке и получил за просто так, не напрашиваясь на участие в столь неожиданном действе. Ни в чем неповинный Хенджин не прекращая громко стонать заваливается на бок и растирает лоб одной кистью руки, не забывая второй взмахивать как крылом для большей драматичности, периодически бубня себе под нос. - Они меня ударили! Меня уронили! – взмах «крыла» становится ритмичней, и голова запрокидывается вверх. – За что? За что? Ааа! Его умирающие вопли прерываются грозным немного хриплым от простуды голосом откуда-то со стороны настольного тенниса. - Успокойтесь вы все! – не выдержав, встаю с мягкого дивана, на котором я так уютно устроился, чтобы настроится перед предстоящим выступлением в Сиднее. Которое между прочим уже состоится через сорок минут. - Чанни не злись. – Вскакивает Хан, обращаясь ко мне. – Ты же знаешь, мы просто немного дурачимся. - Я это и так вижу. – Встряхиваю затекшей рукой и бреду к нелюбимому автомату за чаем. – Лучше бы ту третью партию из Thunderous прогнали. - Не злись, Чанни. – Наимилейшим образом протягивает Чанбин и надувает губы. – С тобой все в порядке? - Да, просто немного не в себе в последнее время. – Слегка прыскаю сквозь зубы потому что снова слишком быстро хлебнув чая я обжег язык. В третий раз на неделе уже. Это становится какой-то злосчастной традицией. От которой мне бы пора избавиться. - Твое «не в себе» чуть-чуть затянулось. Мы можем тебе чем-то помочь? – Минхо взволнованно встает с пола и подходит ближе. - Все хорошо. – Ободряюще встряхиваю его плечо и возвращаюсь к черному диванчику с дымящимся стаканчиком в руке. Две недели спустя. Новый день в таком уже полюбившемся Нью-Йорке, который стал вторым домом для меня, сулит новые съемки для очередного популярного журнала. Только сегодня я без своих мемберов. Два месяца назад на их обложке был Хенджин, теперь настало мое время немного посверкать. Интервью было взято у меня еще вчера в уютном кафе-мороженном, теперь осталось дело за малым. Сегодня на улице дождь, как некстати. Ничего не имею против такой пасмурной погоды и всех прочих изысков всего этого, но как-то на душе становится немного тоскливо. Не то чтобы мне есть из-за чего расстраиваться или запариваться, но. Да, НО некие особые мысли автоматически начинают посещать голову. Вот ты вроде пару минут назад веселился, шутил, улыбался, проверяя свой смартфон, но вот щелчок и все. Сам не успеваешь заметить, как сидишь, уставившись в одну точку и раздумываешь: от чего же в твоей жизни все не так? Что ты мог сделать намного лучше или абсолютно по-другому? Мысли поглощают меня с головой в свое собственное укромное место, где можно свернуться клубочком и завернуться в теплое одеяло. Оно просто бурлит и завораживает без шанса отпустить тебя. Не люблю грустные мысли, но уже нет стопа или слова хватит, когда тумблер переключен. Иногда это состояние тебя просто не отпускает. В нем становится дико комфортно. Нравится ли мне то, как я сейчас живу? Правильно ли всегда поступаю? Часто ли задумываюсь о последствиях? Достаточно ли мне просто жить публичной жизнью совсем позабыв о таком далеком слове «личное»? Так много вопросов и ни одного ответа. Слишком уж часто я в последнее время стал обижать людей. Особенно близких. Что это? Словно иногда срываешься с цепи и не контролируешь себя. Кто-то незнакомый берет управление в твоей голове в свои руки, а затем умело в привычном режиме подчищает твою память. Но забывают ли об этом люди, которых я обидел? - Приехали. – Тихо откуда-то спереди раздается от водителя, и я дергаю ручку автомобильной двери, выбравшись на свежий воздух под темное устрашающее небо. Которое грозит разразиться еще более обильным пролитием. Несколько капель дождя орошают мое все еще сонное лицо без макияжа, и я вдыхаю поглубже запах осенней свежести. Вокруг люди бегут кто куда, и никто не обращает на меня внимания, а некоторые даже сталкиваются о мои плечи, следуя своему привычному ритму. Преодолеваю длинный коридор помещения и поднимаюсь на лифте на тридцать пятый этаж. Меня сразу подозрительно оглушает шумом громких голосов за дверью, в которую мне следует войти. Мне кажется или тут что-то явно не так? - Ох, Кристофер Бан, здравствуйте! Рады вас видеть. – Практически сталкиваюсь в дверях с женщиной средних лет с идеально уложенным каштановым каре. - Здравствуйте. – Сомнительно протягиваю я в ответ и оглядываю симпатичное медно-коричневое помещение. У дальней стены в углу стоит пара небольших бежевых диванчиков и столик с водой и закусками, а весь потолок увешан несколькими интересными подвесными лампами золотистого оттенка. Имеется даже несколько очаровательных растений в горшках, которые добавляют некого уюта. И все бы ничего, но там, где должна располагаться фотозона ярко выражается огромное темно-серое пятно на потолке. Да и еще с которого в данный момент эффектно хлещет фонтан, заливая все под собой. - Не обращайте внимания. Мы сейчас все исправим. – Подбегает ко мне неуверенный парнишка в серой толстовке и принимается лепетать, словно ужаленный. - Не обращать внимания? – вскидываю руками, осознавая, что назревает что-то неприятное. - Это небольшой форс-мажор. Мы уже работаем над этим, Мистер Бан. Нужно немного времени. – Продолжает он, поглядывая куда-то мне за спину. - Хорошо. – Нервно соглашаюсь я, а сам понимаю, что трудно оставаться спокойным. – Но у меня его не так много. - Мы понимаем. Извините пожалуйста за все причиненные неудобства. – Он глубоко кланяется и вероятнее всего прикидывает что-то в своей голове. - Ладно, если вы в процессе исправления неудобств, то давайте пока подготовимся к съемке. Где ваш визажист? Куда мне можно пройти? - Понимаете, дело в том… - В чем? – опережая его оправдания негодую, тем что все это явно пахнет непрофессионализмом. - Визажиста пока нет, но она уже в пути. – Весь свет в его глазах потухает, потому что я вижу с каким трудом ему дается мне это проговорить. - В пути? – нервно тру переносицу мысленно держа себя под контролем. – Это шутка? – не обращая внимания на свое учащенное сердцебиение и то, как часто я начинаю вдыхать, принимаюсь шагать из стороны в сторону. - Простите. Дождь, поэтому она немного опаздывает. - Что? Дождь? Тогда какого хрена я уже тут? – этот нелепый довод становится последней каплей и мои эмоции так отчетливо взбурлив не дают остановиться. – Вы издеваетесь? Думаете у меня есть время сидеть и просто ждать, когда все само собой исправиться? - Но мы… - он снова запинается, не выискав ничего нужного для дальнейшего объяснения. - Что вы? Облажались? Я заметил. – Пристально смотрю в бегающие глаза молодого парня и взъерошиваю свои темные волнистые волосы. – Тогда нам больше не о чем разговаривать. Я переговорю с вашим начальством. – Хочется что-нибудь разбить или громко покричать. К счастью, самообладание частично еще со мной. Я понимаю, что все мы люди и всякое в жизни случается. Но так нагло красть чужое время. Этого я не потерпел, а потому и взорвался. О чем вероятнее всего я бы обязательно пожалел, если бы нашел на это время со своим бешеным ритмом жизни. POV Сиена Ну почему именно сегодня все идет не так, а через одно причинное место? Моя любимая погода, но полное отсутствие времени и дурацкая пробка не дают ей насладиться в полной мере. Да еще и опаздываю. Мне сказали, что это очень важная съемка, которую мы должны отработать по максимуму. - Извините, а можно тут как-нибудь срезать? – нервно тереблю телефон в руках, пытаясь что-нибудь придумать во избежание позднего прибытия на работу. Я не волшебница и не фея с прекрасными расписными крыльями. А как хотелось бы. Особенно иногда, когда в жизни происходит столько неподвластного тебе. Не то чтобы у меня перебор, и я не могу, когда что-то находится не под моим контролем, но все же. В данной ситуации парочка магических заклинаний мне бы пригодилось. Мечтательница. Как часто я слышала это в свой адрес. Люди, не пытавшиеся узнать меня поближе ни единожды сразу же ставили на мне клеймо проговаривая, что мечтать – это развлечение только для маленьких детей. Будто бы взрослые слишком круты, что не могут себе этого больше позволить. Ага, как же. И что тогда нас ждет? Все краски жизни постепенно смешаются в единую серую палитру различных оттенков? Неужели современные реалии превращают нас в роботов, запрограммированных только работать абсолютно позабыв о том самом желании именно жить. Чувствовать, творить, наслаждаться. Но каждому свое. И если для кого-то я буду выглядеть лишь несмышлёным ребенком с удивительной фантазией, вероятнее всего найдутся и те, для кого я стану пусть даже слабым лучиком солнца, который подарив надежду на что-то светлое поведет за собой и вытянет из мрака. Один квартал. Другой. Осенний Нью-Йорк прекрасен как никогда. Запах свежего дождя. Лужи, отражающие в себе всю красоту такого бурного режима никогда не спящего города. Все высотки обрамлены красными и желтыми листьями засыпающих деревьев. Нью-Йорк словно застывает в невероятной картине, где художник не поскупился и вдоволь наляпал красками, чтобы радовать нас каждое мгновение. Чтобы каждую прогулку превратить во что-то значимое и волшебное. Но заметим ли мы это? Вот мы подъезжаем и я, выскакиваю из машины, попутно заплатив таксисту. Верчу головой по сторонам, кидаю взгляд на часы и понимаю, что все же опоздала на сорок две минуты. Быстро прикинув самые достойнейшие оправдания забегаю в темно-оливковый холл и врезаюсь в Кендалла, выходящего из лифта. - На сколько все плохо? Я сейчас быстро приступлю к работе. – Заранее уверяю друга, а по совместительству ассистента начальницы, что максимально готова к тому, чтобы все исправить. - А уже и не надо. Нас только что всех уволили. – Он отчаянно чешет затылок светлых волос и смотрит куда-то сквозь стену позади меня. – Этот недовольный клиент позвонил генеральному руководителю, на что Хендерсон просто взял и уволил нас всех. Стараюсь отыскать в его лице хоть малейший намек на то, что это просто неудачная шутка. Розыгрыш. Как вообще возможно такое. Взять и уволить всех действующих работников фотостудии. Одним махом. Тут точно что-то не так. - Что случилось? – сама не замечаю, как подо мной оказывается диван, потому что ноги становятся совершенно ватными. Кендалл присаживается рядом и кладет руку на мое плечо. - Что-то помимо твоего опоздания? – ассистент начальницы вскидывает бровь, но слабая полуулыбка твердит о том, что он не собирался меня как-то задеть. – Вот кстати этот Кристофер. – Друг переходит на шепот и слегка кивает на темноволосого азиата в белой толстовке и светлых джинсах, который только что недовольно прикусывая губу вышел из лифта. - Кто он? – наблюдаю как он медленно проходит по холлу, миновав навесные черные арки и стойку администратора. - Лидер популярной к-поп группы. – Тоскливо отвечает Кендалл, в то время как незнакомец, устроивший нам проблемы громко хлопает за собой дверью.