Живое преимущество

      Только его хватило на минуты четыре. Перепалка из разряда: "Ты мог", "Это моё решение" и "Глупый мальчишка", "Идиот трансформер", начала надоедать. Разумеется они это далеко не серьёзно. Медик не умеет выражать переживания по-другому, а Сэм подхватил это словно вирус. – Прошу, успокойтесь, – спокойно попросил Прайм, вклинившись в спор. – Это ничего не изменит. – Что? – не понял врач. – Повторюсь: я отлично проводил время в одиночестве, без вечных неуместных вопросов и занудства. Он начал со мной спорить. Я здесь не причём. – Неуместных? Занудства? – человек оскорбился. – Да ты сам был рад, что я заинтересовался вашим строением! – слабо ударил по приборной панели кулаком. – Нисколько. – Оптимус, он наглый лжец, – возмутился человек, не сводя глаз с меха напротив. – И это слышно от того, которого здесь могло и не быть. – Хватит, – повторение упрёка раз так десятый довёл Уитвики, отчего он зажмурился, запрокинул голову и коснулся макушкой кресла. – Или ты собрался мне всю жизнь припоминать это? – скрестил руки на груди. – По самый гроб, – саркастично подтвердил медбот.       Эти слова заставили задуматься и временно замолчать. Суть не сколько в самом желании, действии или смысле, а времени. Не смотря на неоднократное обдумывание, мысли поэтому поводу никуда не девались, разве что временно заглушались. Вариантов развития событий просто огромное количество. Даже одна, казалось бы, незначительная деталь в состоянии поменять всё в корень. Прямо как тогда, при побеге от копов. Он просто врезался в кого-то. Очки слетели, рядом проходили блюстители порядка и, не смотря на маску и кепку, узнали, либо догадались, кто перед ними. По сути, всего лишь ошибка, но она могла примести к непоправимым последствиям, если вообще не стать последней. А самое страшное для него — смерть. В особенности до встречи с родителями. С лидером автоботов тоже, но этот пункт уже выполнен. И ведь те начали стрельбу, пусть не так активно, как хотелось. Людей было не мало и задеть кого-то просто непозволительно. А Джеймс ещё и старался бежать петляя, то и дело прячась за прохожими или толкая их, чтобы задержать преследователей. Один раз манёвр вышел боком, ведь какой-то мужчина схватил его и попытался удержать, благо не смог избежать ударов в гортань и низ живота.       Почему эти подробности парень не поведал Прайму? Начать стоит с того, что тот и так обозлён на немалую часть человечества просто по факту существования, а подобная информация пагубно скажется. Не то чтобы после этого кибертронец стал убивать всех направо и налево. В отличие от Айронхайда резкими вспышками похожих желаний он страдает редко, и те не направлены на людей. Ну, по крайней мере не были.       К чему же всё это. Дело в том, что Сэм, не взирая на свои слова и действия, хотел жить. Собственно, а кто не хочет, верно? Сказать о собственной смерти раз плюнуть, но стоит дойти до реальной угрозы жизни... Нет, желания бросить всё не возникало, зато бдительность и осторожность в определённый моменты зашкаливали, доводя ситуацию до абсурда. К сожалению или счастью то являлось редкостью. И как бы человек не пытался отшутиться, подсознательно, и сознательно тоже, прожить ещё всего год, два или три как-то маловато. А после разговора с Оптимусом вообще стало обидно, что люди не в состоянии прожить и трёх сотен лет. – Не думаю, что ждать придётся долго, – пожал плечами мальчишка.       Сдавать позиции так легко он не собирался. Да, страх ранней смерти пугал и расстраивал, но если бороться, пусть даже словесно, то до конца и не важно с кем. – Сэмюэль, – по интонации явно слышно, что лидер не в восторге с такого заявления. – Что? – Уитвики резко выпрямился и положил руки на колени. – Не говори так. – А я что-то говорил? – притворно удивлён. – Вроде молчал. – Не делай из меня сумасшедшего, – прозвучало даже как-то обиженно. – Не поверишь, я с ним почти спятил, – подал голос Рэтчет, но уже через пару секунд решил вывести всё в нормальное русло. – Кхм, ладно. Какой план? – или хотя бы закрыть спор новой темой для размышлений.       Молчание вернулось, только на этот раз стало неловким. Не смотря на время, в которое Джеймс спал, ничего путного Оптимус придумать не смог. С чего начать и чем закончить есть, но из точки А в точку B ещё нужно добраться. Надо найти оставшихся автоботов и пропасть для Могильного ветра и K.S.I. раз и навсегда. Звучит легко, в исполнении та ещё головная боль. На сколько безопасно связываться с ними не знал никто, а ситуацию усугубляло то, что по внутренней связи мог сделать это только лидер. Кроме него все обрубили контакты друг с другом. Мало ли, что люди могут сделать. И оказалось, что не зря. Парень уже спрашивал у медика об этом, и получив ответ выдохнул, а после пояснил, что при поимке одного из ботов, который связывался с одним товарищем, не стало бы их обоих. Злосчастная компания не просто переплавляла трансформеров, но и черпала информацию с них. А вычислить координаты или, что ещё хуже, дать ложный сигнал сбора, на который клюнут всё, проще, чем могло бы. Как-никак, а им помогает сам Мегатрон, будучи за стеклом и подключённый к компьютерам. А уже этой информацией стоит поделиться с Праймом. – Ох, Праймус, – глубокий вдох и выдох. – Да, – неловко потёр шею. – И мне нужно что-то сделать с Йегерами... – С кем? – удивился врач. – Ну, я же тебе рассказывал про механика. – Да, помню, но я не припоминаю момента, когда они затесались в наши планы. – Я втянул их во всё это, так что должен помочь. – Слушай, пацан, у нас и без них проблем по самое не балуй, – всё же, в этом есть что-то забавное: человек набрался словечек от медбота, а тот в свою очередь от мальчишки. – Понимаю, один из них помог Оптимусу, тебе, нам всем по сути, но это не значит, что тебе нужно с ними возиться и спасать их шкуры. Да и посуди сам, за явное сотрудничество с нами будет ещё хуже, чем могло. – Их и так арестуют, терять им нечего. Буквально. – Зато нам есть что! – повысил голос медик. – Про других известно целое ничего, а тут какие-то непонятные органики! Я бы ещё понял, если речь шла о твоих родителях, Леноксе или Симмонсе, а ты их толком не знаешь. – Сэмюэль, тут я соглашусь с Рэтчетом. – И так знаю, – опустил голову, вновь схватившись за руль левой рукой. – Не пойми не правильно, но стоит ли доверять им так, как ты это делаешь? Один из них сдал нас. – Да, – слабый кивок в ответ, толи подтверждение слов, толи согласие с ними. – Всё же, если бы я мог сделать хотя бы один звонок Сеймуру, такой проблемы бы не возникло. – Сэм, – дослушивать Уитвики не стал. – Да-да-да, знаю, это не безопасно и всё такое, – уткнулся лбом в руль, немного ниже губка. – Чувство, будто этот вариант хуже, чем тащить их с собой. – Предлагаю вообще забыть о них, – непринуждённо предложил врач. – Я против. – А я с Праймом "за", ты в меньшинстве. Может, закроем тему и поедем куда подальше, как закончится дождь? Свяжемся с нашими и укатим в закат. – Да хоть в рассвет, – буркнул Джеймс. – Не прощу себе подобного поступка. – Главное, что мы простим. – А я вас нет, – резко выпрямился и посмотрел прямо на медбота. – И вообще, без меня тогда уезжайте, только довезите до той заброшенной заправки. Если нет, то и сам дойду.       Манипуляция в чистом виде. Парень как никто знает, что лидер автоботов выполнит любое его желание, если то ему по силам, а Рэтчету просто не остаётся выбора, повозмущается да успокоится. Конечно, это поведение не красивое и, по сути, не справедливое. Прайм всегда воспринимал Сэма как-то по-особенному, не взирая на малое количество проведённого вместе времени, поэтому все окружающие их трансформеры и люди имели не гласное правило: особо не пытаться лезть к нему и делать что-либо с конкретно этим человеком. Жаловаться вряд ли будет, но если Оптимус узнает, то последствия выйдут далеко не приятные, а может и катастрофические, в зависимости от того, что именно, как и когда случилось. Кстати, об этом знали и в K.S.I., только попытка надавить на меха через мальчишку так и не осуществилась. Рано их подопытная крыска сбежала, разобравшись, как открыть клетку. В общем, со стороны морали плохо, а действия достаточно эффективно. – Так и быть, – кибертронец смирился. – Посмотрим, что можно сделать.       Мальчишка постарался скрыть радость победы, оставив только благодарность и добрую улыбку для лидера, а в неком порыве решил даже обнять руль, прижавшись к нему щекой, стараясь не нажать на гудок. Действие вызвало лёгкое удивление, что быстро исчезло, сменившись на облегчение и теплоту.