Два шага до разрушения

— Профессор, ваш сын не ответил ни на одно из моих сообщений. Кажется, наладить связь так и не удастся. Прошу прощения. В глубинах таинственной лаборатории, за запертыми дверями, открывается удивительный мир исследований. Приглушенный свет от научных приборов образует мрачные тени на стенах, образах людей. Девушка замирает, когда мужчина стискивает зубы и ничего не отвечает, лишь хмыкает себе под нос. На ней длинный медицинский халат, маска, закрывающая половину лица, а волосы убраны в пучок и закреплены под небольшой шапочкой. Мужчина делает легкое движение кисти, будто говоря: «Можешь быть свободна» и та растворяется за дверью. — Сынок снова сбежал? — Не твоё дело, Ли. — Потому что воспитывал его как бандита, вот и вырос такой… Тишина сама за себя говорит. Профессор оттягивает маску вниз к подбородку и смотрит, и так знает о своих проблемах. На его голове пару седых пучков, это о чём-то да говорит. — Будешь учить меня как быть хорошим отцом? Разве не от тебя недавно сбежала иностранка с ребенком? — собеседник закипает. — Ещё раз назовёшь моего сына бандитом и я сделаю так, чтобы эксперименты ставили на тебе, ясно? И этого хватает, чтобы Ли умолк. Никто не хочет оказаться на этом столе под ножом учёных. — Держите крепче, скоро очнётся. — подаёт голос одна из ассистенток. — Вы уверены, что мы не должны сообщать об этих вещах в лаборатории? — Люди боятся науки, а сильнее боятся неизвестного. Если скажем, то нас тут же прикроют, — и он хватается за холодную плоть, не замечая как Ли — самый молодой из присутствующих — засматривается на лицо испытуемого. В центре помещения располагается массивный стол из нержавеющей стали, а на нём человек. Его мертвенно бледное лицо можно было сравнить с мелом, за исключением синих венок на веках, лбу, руках, исколотых до дыр. Свечение экспериментальных аппаратов, словно звезды в бездонном космосе, окутывает лабораторию мистическим сиянием. — Ради науки? — Ради науки, — отзывается профессор и не поднимает взгляда. Как только он заканчивает фразу, плоть под его руками начинает движение. Сначала нечленораздельные звуки, кровь брызжет, попадает на белоснежный халат, затем тело обессиленного Ли летит на мраморный пол, пачкая всё вокруг себя. Тот успевает ещё пробормотать невнятное, а в завершение задохнуться в собственной крови. От неожиданности профессор смотрит на ещё двух девушек — его помощниц — и хватает в руку скальпель. Ассистентки же испуганно бегут к дверям, но останавливаются, когда профессор кидает одно единственное слово им в след: — Заражённый!

***

— Ты можешь хоть раз поднять свою задницу с дивана и сходить в магазин, когда я прошу тебя? За окном апрельское утро. Холодное, оживленное, как и обычно это происходит в Сеуле. В такую погоду из дома выходить не хочется, даже если ближайший продуктовый в соседнем доме. И, в прочем, Тэхён этим и занимается каждый день, просиживая свободные от работы выходные в квартире. Тут более или менее тепло, или это Тэхён привык ходить в шерстяных носках, ни на секунду из них не выныривая. А вот Тэён наоборот — любил щеголять без лишней ткани на лодыжках. — Беспокоишься за мой зад? — Тэхён хохочет, продолжая смотреть дораму по телевизору. Не то чтобы ему интересно, однако это лучше, чем тухнуть от скуки. На экране очередной романтично-сопливый сериал, где девушка плачет от невзаимности любви. — И вообще, сходил бы сам, раз так просишь. Не маленький. Вон, уже скоро целых девятнадцать стукнет. — Я тебя об этом прошу, тупица. — раздражительный тон Тэёна ещё сильнее отбивает желание. — Да ладно, схожу я, схожу. Психуешь, будто я неделями дома сижу, — Ким поднимается с дивана, попутно выключая телевизор. Шум больше не мешает разговору и Тэхён смотрит на недовольное лицо брата. — Чё там нужно? Овощи, молоко? — Ещё захвати по рамёну, готовить не хочется. Тэхён накидывает на плечи пальто, уже готовясь к жуткому холоду на улице. Телефон убирает в карман, как и бумажник из которого торчала смятая фотография, а сам лениво плетется к выходу, пока Тэён не скрывает собственной радости. Наконец удалось старшего выгнать из дома, да ещё и с самого утра. За окном снег пойдёт. Съехав от родителей однажды, Тэхён твердо для себя решил, что не вернётся обратно, а это означало никогда не видеть младшего брата, но не тут то было. Из-за очередной ссоры Тэён медленно перебрался в квартиру старшего брата. Тяжело назвать это «медленным», учитывая, что он ворвался тогда в квартиру среди ночи, заявляя, что будет жить здесь. Ссоры с матерью становились рутиной, что у одного, что у другого, поэтому жить бок о бок — единственный вариант без лишней нервотрепки. Запах выпечки рассыпается в лёгких. Нос мгновенно мерзнет, из-за чего Ким прячет румянец в дебрях пальто. Его купил отец ещё несколько лет назад, но Минхо не расстается с ним, даже если в карманах образовались дыры. Люди, спешащие взад и вперед, словно актеры в спектакле, придают улице особую живость и динамику. Каждое движение, каждое слово создаёт симфонию города, поток страстей и эмоций, связывая всех вместе в непрерывную сагу жизни. На улице Сеула звучит изощренная мозаика звуков: рассказы прохожих, радостный смех, треск автомобильных колес, музыка, барабанные ритмы и мелодии поп-культуры. Все это создает гармоничную дорожку звуков. Люди жизнерадостные, улыбаются друг другу, машут, бурно обсуждают последние новости, один Тэхён идёт укутавшись в пальто и шипя от холода. Продуктовый находится в паре шагов от дома. Поэтому добирается Тэхён слишком быстро, подмечая сигнализации машин, маты мужчин между собой и непонятный переполох, ради которого даже останавливаться не хотелось. Рутина. Сейчас у него одна единственная цель — купить всё необходимое, чтобы Тэён наконец успокоил свои нервы. Когда Ким заходит в магазин, то сверху, как и всегда, звучит колокольчик, оповещающий о новом покупателе. Женщина на кассе не ведёт и глазом, раскладывает товар. Это были шоколадки с нежной клубничной начинкой, несколько видов печенья. Тэхён брал такие однажды и подытожил, что они приторно-сладкие даже для него. Внутри шумно. Вероятно, за счёт нескольких девушек, которые столпились вокруг снэков, ну или матери с ребенком, девочка выпрашивала очередную вкусняшку, а та противилась. Ничего необычного. На фоне играют новости: монотонный голос ведущего убавлен на минимум, чтобы не засопеть. Тэхён проходит вглубь помещения, лавируя между стеллажей с продуктами. Сначала хватает молоко в бутылке, зажимает его подмышкой. Потом плетется к рамёну, беря одной рукой две пачки и идёт к кассе — там всегда можно было спокойно отобрать овощей, а выбор юноши пал на несколько картофелин и морковь. Ким оплачивает покупки, складывая все по разным пакетам — молоко с рамёном в один, а овощи в другой. Когда Тэён только переехал к брату, приходилось ежедневно покупать рамён. Со сбережениями напряг, а Тэхён никак не мог найти хорошо оплачиваемую работу, чтобы не тяготить жизнь младшего брата. К счастью, этот период был не таким долгим, как это казалось. Уже через неделю такой жизни, всё пришло к стабильности. Треск разбитого стекла, непонятная возня, доносящаяся с улицы, и крики. От этого шума покупатели ринулись к дверям, а кассирша погромче включила телевизор, немного заглушая переполох. Тэхён хватает продукты, рванув к дверям. Женщины испуганно выглядывают из-за витрин, одна из них держит за руку дочь и крепко сжимает её ладонь. Маленькая девочка то и дело, что тяжело дышит, почти плачет. Все на взводе, как и Тэхён, который с каждым взвизгиванием напрягает плечи. — Вирус опасен. Пожалуйста, будьте бдительны, закройте двери, не выходите на улицы и… — ведущий делает паузу, от которой идут мурашки, — берегите себя. По кусочкам пазла Тэхён собирает информацию, пока перед стеклом не пробегает человек. Мертвенно-бледное лицо сравнимо с мелом, он весь в крови, изуродован и мчится так, словно одна из его ног была вывернута в другую сторону. Кажется, Тэхён даже видел кость… От этого зрелища женщину на кассе вырвало, маленькая девочка начинает плакать, а Тэхён, сам того не осознавая, отпихивает всех от дверей. Тэён один дома. Он никогда не закрывает дверь. Он никогда не закрывает дверь! Выбежав на улицу, оглушает звук сирены, взрывы от столкновений машин, пахнет гарью. Он даже не оборачивается на посетителей магазина, хоть и понимает, что его выживание зависит от того, как быстро сможет найти безопасное укрытие. Ким сглатывает ком в горле, начиная медленно пятиться в сторону дома. Его сшибают с ног мужчины, женщины, все, кто ещё может устоять на ногах. И только теперь картинка встаёт на свои места. Именно в тот момент, когда он видит, как на мальчика набрасывается монстр и перегрызает ему горло. Его одежда порвана, крохотные пальцы в крови. Он плачет, извивается, зовёт маму, но всё, что может сделать Тэхён — бежать. Броситься прочь от толпы зараженных, ловя парочку на хвост. По шуму позади и взвизгиваниям стало ясно, что стёкла витрин продуктового магазина не выдержали. Кричали все, но голос маленькой девочки утих первым. Тэхён перепрыгивает кровоточащие трупы, которые через секунду оживают, сшибает мусорные контейнеры и не оборачивается. Каждый шаг наполняется страхом и адреналином, а все вокруг разрушается прямо перед его глазами. Переполох не утихает, пока Минхо не врывается в дом, пытаясь подпереть вход балкой. Выходит медленно, но загородить путь мертвецам получается. Их морщинистые руки пытаются ухватить Ли за волосы, притянуть к себе, но ему удаётся увернуться с громким корейским матом. Он перепрыгивает через две ступени, и только сейчас осознает, что держит в руках только пакет с парой пачек рамёна, молоком. Остальное утеряно в бегах, потому что от пакета остались одни порванные ручки. Всё кажется нереальным. Разве возможно, чтобы вирус вырвался наружу? Разве люди могут настолько сходить с ума? И почему все так несправедливо. Это же не дорама какая, не книга в конце концов. Ему хочется проснуться от дурного кошмара, увидеть злое лицо Тэёна и выдохнуть спокойно, но вместо этого новый взрыв оглушает. Тэхён присаживается, прикрывая голову ладонями, потому что потолок неистово трескается. Побелка попадает на волосы. Обвалилось ближайшее здание? Но после пары секунд группировки, он продолжает свой путь с тремором в ладонях. Коридоры пустые, тёмные, впрочем, и в другое время здесь было тяжело что-то разглядеть. Лампочки то и дело, что перегорают. Только сейчас это место навевает ещё более жуткую атмосферу. Тэхён молниеносно преодолевает расстояние и оказывается у двери. У открытой двери в квартиру и он молится, чтобы не наткнуться на бездыханное тело брата. Ещё хуже — то, что от него осталось, лишенный здравого рассудка кусок мяса, который захочет его сожрать, не оставив и косточки. — Тэён! — тишина. — Тэён! Никто не отвечает. От адреналина сердце колотится. Тэхён оббегает помещение, проверяя на сохранность вещи, а самого главного здесь нет. Нет младшего брата. Он ещё раз оглядывается, подбегает к окну и утихает. Мир разрушается за один день. Те, кто пытается выжить, всё ещё ведут отчаянную борьбу на улицах Сеула. И это не играет в их пользу. Место скоро полностью будет захвачено, потому как огонь распространяется сильнее по улицам, а монстры не успокаиваются. Звук позади доносится отчётливо и Тэхён подпрыгивает. Он все думает о том, как было бы здорово сейчас встретить живого Тэёна, как хотелось бы услышать родной голос, но вместо этого на него мчится нечто. Это точно не брат. У зараженного нет одного глаза, за место второго же сплошное глазное яблоко навыкате, весь рот в крови, а руки морщинистые, бледно-синие с длинными тёмными ногтями. Тэхён отлетает в сторону, осматривая обстановку и единственное, что ему попадается на глаза — ножницы. Как раз те, которыми пользовался Тэён, чтобы вырезать красивые картинки из журналов для дипломной работы. Кто бы подумал, что в дальнейшем они будут использованы как орудие убийства. Мертвец раскрывает рот, вновь несётся к нему, а от страха Тэхёна сковывает. От монстра доносится шум, да и вонь приличная. Кажется, ещё немного и он упадёт, только испуг отступает на задний план, когда отчетливо слышит голос брата. Истошный вопль, на который реагировать нужно быстро. И на Тэхёна набрасывается чудовище, сбивает с ног, в попытке утащить, уничтожить, опустошить тело. Ему удается схватить мертвеца за шею, лишь бы тот не вогнал зубы в плоть. И это происходит так быстро, что перед глазами картинка замедляется. Он хватается покрепче за ножницы, вонзает оружие в шею зараженного. Чёрная кровь брызжет из раны, но даже несмотря на это «нечто» старается укусить его, хоть и слабеет. Словно это цель, без которой он умрет. И тем не менее подыхает, оставаясь одиноко лежать на холодном полу гостиной. Тэхён сбрасывает с себя монстра и высвобождается из оков, пытаясь отдышаться и угомонить тремор. Пальто запачкано кровью, воняет гнилью и, ко всему прочему, в их квартире теперь тухнет тело. Тэхён резко поднимается и мчится из помещения, оглядывается налево, а потом несётся в противоположную сторону — к выходу на крышу. Вероятно, Тэён еще жив. Это придает сил и энергии. Длинный коридор кажется бесконечным. Единственное счастье — свет в этом крыле есть, видно что под ногами, но это не особо радует. Лужи крови Минхо предпочёл бы вообще удалить из памяти. За поворотом выход на крышу, только вот звуки оттуда доносятся отнюдь не самые приятные. Словно кто-то задыхается, борется за жизнь и Тэхён крепче держит окровавленные ножницы. Это куда лучше, чем идти с пустыми руками. Так хоть есть шанс выжить. Завернув за угол, картина еще более ужасающая. Впереди окровавленное человеческое тело с изрезанным лицом, дальше Тэён, который трясётся, смотря на это тело и задыхается в собственной панике. Затем двое мужчин дерутся с заражённым, и это играет в их пользу, поскольку у одного имелось оружие. Секунда, выстрел, грохот и монстр падает на пол. Тэхён первым делом перепрыгивает труп, подлетая к заплаканному лицу брата — он с распахнутыми глазами смотрел на стекающую кровь из подобия рта. — В порядке? Не ранен? Почему ты здесь? — столько много вопросов для шокированного Тэёна. — Он выглянул из квартиры, когда началась сирена, вот и захватили с собой, — один из мужчин рослый, крепкого телосложения. — Никто не заставлял и мы с братом хотели лишь спасти его. Все жильцы ждут помощи на крыше. — Всё так? — Тэхён смотрит в лицо брата, и чуть менее нервно выдыхает, когда он вяло кивает. — Кто это? Ким взглядом окидывает тело рядом, хотя внутри все органы сжались от вида крови. Лицо трупа изрезано, на месте, где должен быть нос, имеется сильный укус, а конечности вовсе переломаны. — Парнишка был с нами и шёл последним, пока на него не набросился заражённый, — тот, что всё это время говорил, пересёкся с братом взглядом. — Он с квартиры на втором этаже. Бедный малый. — Тэ, — шепчет Тэён, и, оперевшись на брата, поднимается на ноги, — вирус… убивает, да? — Не думай об этом, — отмахивается Ким, и пытается вслушаться в перешёптывания мужчин. — Но давай будем осторожнее. Даже им нельзя доверять. И Тэён сглатывает, кивая. Ему не хочется больше смотреть на тело, не хочется слушать шепот и стоять в холодном коридоре. Всё, что происходит сейчас, не хочется совсем. Тэён опускает голову к рукам брата и замирает, видя в них окровавленное оружие. Он поднимает стеклянные глаза к брату в немом вопросе, и не осмеливается заговорить первым. — На меня напал один из зараженных, пришлось защищаться, — устало заявляет Тэхён, ощущая на себе взгляды. — Все жильцы ждут на крыше, — повторяет мужчина, покрепче хватаясь за пистолет. Возможно, если бы другие обстоятельства, то Тэхён бы и не обратил внимания на его плечо, усыпанное множеством тату. И двое из присутствующих пошли первыми, оставляя братьев Ким позади. Тэён ещё что-то хочет сказать, но умалчивает. В такой тишине услышат, поэтому предпочитает потупить глаза в пол. Из последних событий, место позади тоже является опасным в толпе. И они шагают по ржавым лестницам наверх, медленно продвигаясь вперед. Грохот. Тэён замирает на месте, когда слышит непонятные звуки: то ли кто-то задыхается, то ли визжит безбожно. Это наталкивает на одну единственную мысль — это не предвещает ничего хорошего. Поэтому Ким подталкивает брата сильнее к выходу, что он чуть не налетает на мужчин спереди. Голоса приближаются, топот не совсем людских ног. От звуков хочется вывернуться наизнанку, только Минхо поскорее пихает братца к дверям, а сам кладёт ладонь поверх тёмных ножниц. Двери распахиваются, оба брата вываливаются на свежий воздух, а дверь за ними закрывается теми же крепкими мужчинами. Сердце колотится бешено, руки испачканы, а Тэхён кое-как поднимается с пола. — Это? — заикается Тэён, пока старший брат и сам стоит в оцепенении. Мир разрушается. Сейчас единственное спасение — это вот такие небольшие компании людей. Ведь выжить куда проще в группе? Или нет? Тэхён не уверен в этом. Да что уж там, ни в чем не уверен, поэтому глаза потупил вниз. Звуки за железной дверью до одури неприятные. Хотелось верить в то, что со временем чудища замолкнут и уйдут по своим заражённым делам. Но то, с какой силой они барабанили по двери, вызывало табун мурашек по коже. Мужчина не врал, все жильцы с этого дома собрались на крыше с некоторыми вещами в руках. Некоторые даже взяли своих питомцев. А вот у Тэхёна и Тэёна есть несколько банок консервов, которые второй нашел в дебрях холодильника, да и ничего более. Овощи посеяны по дороге, другой пакет остался в квартире с наимилейшим трупом зараженного. Вот же дилемма. — Нас же спасут? Да? Спасут же? Мне слишком рано умирать, понимаете? — женщина с кудрявыми длинными волосами не унималась. — Я здесь не живу, проходила мимо. Мне нужно скорее домой к мужу! — Я не могу ничего обещать, — тот пожимает плечами. И оттого женщина вспылила, что схватила его за шиворот рубашки, начиная трясти и орать что-то нечленораздельное. Ровно до того момента, как не ощущает дуло пистолета себе в бок. — Мы не знаем, — подытоживает он с пистолетом. И от этого зрелища становилось не легче. Женщина отпускает, делает шаг вправо, упирается спиной в холодную стену и скользит по ней вниз, в попытке унять головокружение. Через некоторое время шум сменяется. Сирены больше не гудят, а тишина настигла Сеул слишком неожиданно. Сначала показалось, что это просто неудачная шутка правительства, а потом Тэхён посмотрел вниз с крыши и обомлел. Столько тел. Убитых трупов тех зараженных. Вероятно, тех, кто из-за полученных травм не смог заразиться вирусом. Тэён всё это время не сводит взгляда со своих рук. Словно на них рассказаны все секреты вселенной, а он пытался разобрать эти письмена, ударяясь в свои мысли. Двое братьев продолжали перешептываться между собой. Это настораживало. Но теперь хотя бы были известны их имена — Джиха — тот, что с пистолетом разгуливает, неразговорчивый, и Дживон — тот, что с каждым ведёт беседы. — Уже стемнело, а помощи как, нет, так и нет, — раздраженно произносит кудрявая. — Значит им тоже несладко, — подытоживает Тэхен, а все присутствующие молчат. Холодно. Вечера не располагают, чтобы толпа ребят ночевала на крыше здания без необходимой одежды. Радует, что женщины всё-таки успели захватить несколько пледов. Под одним таким сидели братья Ким — Думаете… Туда тоже пробрались заражённые? — тихий голос молоденькой девушки звучит чересчур тонко. — Если это так, то нам никто не поможет, — пухлый мужчина опускает глаза к своим рукам. Он держал что-то, но никто так и не смог разглядеть что именно. — В таком случае придется выживать самим, — голос Дживона твёрдый, властный, а родинка под щекой будто нарисована несмываемым маркером. — Самим? — яростно выкрикивает кудрявая. — Мы с этими страшными тягаться будем? Мы кто? Военные? Мы же сдохнем уже завтра. — Никто не заставляет, можете остаться тут. Тэхён смотрит на двоих, опускает взгляд на Тэёна, который почти заснул, и вновь слушает чужие разговоры. — И оставить нас одних без защиты? — женщина чуть ли не орёт, но девушка отдёргивает её за длинную куртку, словно говоря быть тише. — Других вариантов нет, — предельно твёрдо заявляет Дживон. — В таком случае, думайте. Завтра решим, каким образом будем добираться до военной базы и есть ли там спасение.

***

С наступлением утра казалось, что весь кошмар испаряется, исчезает с восходом солнца, однако холод пронизывает насквозь, напоминая об ужасе всех событий. Первым, кого увидел Тэхён, оказался спящий Джиха в объятии пистолета, вторым — Тэён, с трудом уснувший из-за тревожных мыслей. Некогда уложенные волосы Тэхёна теперь взлохмачены, а лицо припухло то ли от холода, то ли от неудобной позы сна. Чтобы заснуть требуется вывернуться в непонятной позе, чтобы одеяло укрывало обоих одновременно. Но сделать это на холодном полу невозможно. Глаза побаливают от стресса, поэтому Ким прикрывает их, ударяясь в собственные раздумья. Он и не понимает, как сон вновь накрывает его новой волной, подминая под себя. Как мысли становятся белой пеленой перед глазами и Тэхён растворяется в ней, сладостно причмокивая. Вот стоит он, брат, мать, отец. Все в сборе, только эта иллюзия отличается от реальности материнской улыбкой. Больше женщина не кричит, не замахивается, не упрекает, а обнимает всё семейство так тепло, так нежно. И этот вымысел хочется принять за истину. Женщина лохматит волосы своего старшего сына, затем крепко держит его руку и хочет что-то сказать, ведь рот её открывается, но вместо слов — истошный вопль. Вместо нежной ладони — обледеневший скелет, а лицо всех присутствующих меняется до неузнаваемости. Ужас накрывает Тэхёна с головой, он выныривает из этого круга мертвецов и всё тело дрожит от страха. Он просыпается в холодном поту и подрывается, принимая сидячее положение. Тэён настороженно смотрит на двоих мужчин, которые стоят и объясняют что-то жильцам. В его глазах не озвученные догадки. — Решено, — властно заявляет Дживон. Он выглядит так, словно выспался на несколько месяцев вперед. Его нос большой для корейского, вероятно, он метис, как и Джиха. Оба друг на друга похожи, только один разговаривал, а другой слушал. — Для нашего похода на базу нужны припасы и некоторые вещи. Удобно, что мы находимся на крыше, однако внутри ещё могут быть зараженные. — И как нам быть? Говорю же, надо остаться здесь и ждать помощи. Там нас ещё быстрее сожрут! — кудрявая завопила, но её прибивает к полу суровый взгляд Джиха. Все чувствуют это напряжение в воздухе, но не удосуживаются сказать об этом. — Нет смысла отсиживаться здесь без еды и воды. Рано или поздно мы должны спустится, — голос Тэхёна твёрдый, даже Дживон на это заявление отреагировал понимающим взглядом. Сердце Кима бьётся уже равномерно. — Боже, ну хорошо-хорошо! Шум в голове медленно отступает на второй план, когда люди расходятся понемногу по своим местам, а Дживон принимает вид сурового лидера у перил. Мужчина всматривается в окровавленные улицы и будто не чувствует ничего, по крайней мере, лицо его абсолютно нечитаемое. — Тэхён. Парня легонько бьют по плечу, но тот первое время игнорирует, заостряя внимание на кожаной куртке мужчины. Она протёртая, местами рваная, словно ей не один год, а то и больше. — Тэхён! — младший ударяет брата в другое плечо для привлечения внимания и это срабатывает. Тэхён вскидывает бровь в немом вопросе, а затем тяжело выдыхает. Мысли несли его потоком по мосту из фактов, к которому и хотел его донести брат. — Я должен рассказать тебе, — начинает было Тэён, и оглядывается по сторонам. На крыше следовало быть осторожнее в своих мыслях вслух. — Вчера, когда мы встретились, тот мужчина рассказал тебе как встретил меня — это правда, но… В голове всплывает изуродованный труп юноши на полу и Тэхен не обращает внимания, как Тэён делает долгую паузу, чтобы заговорить. — Парень изначально был побитым. — То есть, ты хочешь сказать, что ты встретил их втроем, когда тот человек был избит? И младший кивает быстро-быстро, словно за эти слова полагалась казнь. — Он шел последним, кое-как хромал, но знаешь, что ещё интересное? Здесь они строят из себя героев, но тогда — на лестничной клетке — они оба и глазом не повели, когда на человека напал заражённый. Словно он шёл как щит позади. Тэхён опустил глаза вниз. Всё это остаётся наравне со всеми непонятностями в поведении Дживона и Джиха. Они изначально выглядели как те, кого стоит опасаться и лучше избегать. — Не знаю, они ли это были, но с ними нужно быть осторожным, — подытоживает Тэён как раз вовремя. Некоторые жители начали толпиться возле железных дверей, в которые ещё вчера долбились монстры. Может, в этот день им суждено умереть, но лучше погибнуть в попытке выжить, чем от холода и голода в ожидании спасения. После пяти минут ожидания, к толпе присоединились братья Ким и Дживон с Джиха, возглавляющие поход по квартирам. Он предполагал найти необходимые вещи для выживания и некоторые припасы для передвижения к базе, предполагающей спасение. Также обговаривалось наличие оружия, Дживон несколько раз упомянул — его отдавать исключительно ему. Словно боялся, что в один момент ситуация обернётся не в его пользу. И после рассказа Тэёна это имело место быть. Прохлада заставляла держать разум такой же температуры. Делать выводы раньше времени не стоило, но и оставлять так, как оно есть, не хотелось. Если Тэхён сейчас здесь и сейчас, а брат идёт рядом в компании двух головорезов с ним — ничего хорошего из этого не выйдет. Или закончится плачевно для обеих коалиций. Дверь со скрипом отворяется и Тэхён напрягается, когда за железом не оказывается никого пугающего. От этого легче не становится, особенно, когда Дживон делает несколько шагов внутрь, оглядываясь по сторонам, но, видимо, не находя ничего примечательного, двигается дальше. Не остаётся ничего, кроме как следовать за ним в кромешную темноту по лестнице вниз. И каждый шагает медленно, прислушиваясь к каждому шороху, словно жертва, которая боится наткнуться на логово хищника. За Дживоном шел Тэён, затем Тэхен и кудрявая женщина, остальные следом, а замыкал эту колонну Джиха с пистолетом в руках. Его взгляд то и дело, что пересекался с братским. — Ну что там? Что? — Тихо, — рычит Дживон. И от этого рыка все затряслись от страха ещё сильнее. Тэхён чувствует затылком, как женщина оглядывается по сторонам, будто толкает его к брату, но опускал этот момент. Не место для ссор, особенно, когда от каждого шага зависит твоя жизнь, жизнь всех жильцов в целом. Движения аккуратные, поэтому преодолеть лестничный пролёт проще всего. Жильцы останавливаются внизу, прячась за углом — как раз за тем, где вонь распространяется с новой силой. Тело умершего парня гниёт, а от зрелища хочется вывернуться наизнанку. Ощущение, что Джиха вовсе игнорирует существование трупа, запаха; он концентрируется на единственной задаче — прикрыть своего брата от заражённых в случае чего. Жильцы закрывают ладонями нос, рот, отворачиваются, чтобы не завопить от ужаса. Дживон делает несколько движений ладонью, говоря этим, что всё чисто и никаких признаков заражённых пока не найдено. За исключением стены, заляпанной кровью, но никаких звуков, словно все чудовища исчезли. И в это хотелось верить. — Медленно будем прочёсывать этаж, — шепчет Дживон. — Делимся на две группы. В случае чего… Он делает длительную паузу, но все додумывают моментально: «пиняйте на себя». И в этом нельзя было его осуждать. Все хотят выжить в этом хаосе. Так образовалось две группы: в одной состоял Тэхён, Тэён и ещё несколько женщин, во главе — Дживон, вторую же возглавлял его братец. Было в их поведении что-то, что не вселяло доверия, или это Ким стал чересчур внимателен после слов брата. И они действительно разделились. Страшно до жути, особенно Тэён постоянно трясся. Его можно понять — на глазах умер человек. После такого к психотерапевту надо, а не выживать в подобных условиях. И тем не менее, Тэхён не отходит от него, придерживает иногда за руку, поглядывает на рядом идущего Дживона, но ни в коем случае не оставляет одного. Темнота всему этому ужасу стала другом, иначе почему они вместе нагоняли страх в двойном размере. Все разбрелись: вторая команда продолжила прочёсывать этаж, первая же спустилась ниже — на третий. От каждого шороха сердце билось быстрее, а Тэён жмурился, в то время как дамы позади охали от неожиданности. — Думаешь, на этаже нет их? — вдруг шепчет Тэён, в его голосе чувствовалась очевидная дрожь. — Не уверен, — Тэхён осматривает залитый кровью пол. — Может у них сходка? — Тэён ловит на своей спине взгляд брата. — Я пытаюсь разрядить обстановку, не начинай. — Это странно, — голос Дживона ровный и на него отзываются все присутствующие. — Кажется, этаж правда чист. — Думаете… Монстров действительно нет и они ушли? — кудрявая испуганно заглядывала к себе на плечо, словно боялась увидеть за спиной тень. Ответом служит тяжелый вздох и вместе с ним Дживон заходит в одну из первых квартир на этаже. Он пихает уже приоткрытую дверцу ногой и покрепче хватается за свой карман — только сейчас Тэхен смог увидеть очертание охотничьего клинка за тканью джинс. Ничего не происходит даже когда он испаряется в темноте помещения, а идти за ним никто не намеревается из-за страха. Не сказать, что Тэхён был трусом, но поджилки тряслись не сколько из-за себя, сколько из-за обеспокоенного брата. Дживон возвращается чересчур быстро, сразу же закрывая за собой дверцу. Все присутствующие заметили в его руках несколько тканевых женских сумок, набитых вещами. Он сразу вручает их братьям Ким без лишних слов. Наверное, именно этим Дживон и настораживал. Обычно он много разговаривает, приводит множество аргументов, однако сейчас — когда первая квартира третьего этажа была позади — он молчал. Однажды ровный его голос вдруг стих. Что же такого в этой квартире, что сам Дживон казался встревоженным? — На каждом этаже по десять квартир, — возникает перед Дживоном одна из девушек, которая сопровождала кудрявую на протяжении всего «путешествия» по этажам. Европейская внешность, блондинистые волосы, а еще родинка рядом с носом, на которую каждый смотрел невзначай. — Нас шестеро, так почему не разделиться на пары и ускорить работу? Чудищ же на этаже нет, значит и бояться некого, — кудрявая тут же ринулась к подруге и ударила её по плечу, хмуря брови. — Замолчи, Джаин! — Это хорошая идея, — неожиданно соглашается Дживон, а остальные лишь удивлённо хлопают глазами. — Разделимся на пары и будем прочёсывать этаж. И почему Дживон был уверен в том, что заражённых здесь нет — оставалось под вопросом. Он распределил всех на пары, а затем захватил к себе одну из девушек, испаряясь в дверях второй квартиры. Дуэт кудрявой и красавицы Джаин исчез без лишнего шума за третьей дверью. — А если монстры всё-таки… — Не бери в голову, — резко говорит Тэхён и разворачивается назад. Младший в первые секунды стоит на месте. — Идём уже, надо разобраться кое в чём. И Тэён кивает, подлетая к брату, когда тот уже стоял у двери в первую квартиру. Они быстро заходят, закрывая за собой и вдыхают приятный запах книг. Человек, живший здесь, имел собственную библиотеку из романов, детективов, триллеров различных авторов. Книгами были усыпаны все стеллажи гостиной, а их было немало. От этого захватывало дух. Квартира сама по себе светлая, бежевые обои с незамысловатым рисунком, посередине имелось большое кресло из кожи и журнальный столик, немного поцарапанный. От вида гостиной оба и забыли для чего здесь оказались, но Тэхён отмирает первым. — Идём. — Так что мы ищем? Что-то подозрительное? И Тэхён кивает, осматривая двери помещения. Все комнаты открыты за исключением одной единственной. И это становится отправной точкой для размышлений. Тэхён делает один шаг по пути к ней, но за руку его отдёргивает брат. — Человек на фото… Сначала Тэхён не понимает о чём речь, затем переводит взгляд на брата, поворачивает голову в сторону и натыкается на фоторамку. На ней юный парень в обнимку со своей кошкой. На нём клетчатая рубашка, очки округлой формы и улыбка на лице яркая. — Он шёл позади.