Я моль

      Где-то из недр курилок и междусобойчиков к началу мая начали доноситься слухи о грядущем конце света: организационный отдел задумал провести тимбилдинг на природе.       Самые бывалые уклонисты за месяц начали нести справки о том, что они очень-очень больны, еле встают по утрам на любимую работу, но вот ехать в дикие места — о Боже! — без унитазов они никак не могут, даже ради обожаемого начальства, и даже под угрозой снятия месячной премии.       Самые эпичные шедевры секретарь зачитывала на еженедельных оперативках, и отличившиеся отделы получали дополнительные лучи добра и пожелания всраться от директора.       Также жёстко пресекались попытки умотать в длительные командировки куда подальше с самыми благими целями. Генеральный директор был крайне удивлён, когда обнаружил у себя в папке грамотно расписанный детальный план создания нового филиала компании в Зимбабве, самая важная часть которого, требующая личного присутствия, приходилась на даты проведения вылазки. План был хорош, но сроки с лёгкой руки Андрея Петровича передвинулись на июль, когда у особо инициативного зама финансового отдела по графику должен был быть отпуск, ибо нефиг.       Креативные креативщики из организационного помахали выкладками психологов и постановили, что просто забухать за счёт компании на природе — это слишком мелко и не будет способствовать сплочению коллектива. Поэтому ожидались дополнительные мероприятия и ночёвка, что пугало своей неопределённостью.       Чем ближе была дата вылазки, тем злее становился генеральный.       — Елена Викторовна, на следующей неделе марафон, — мрачно заметил директор, скрестив пальцы перед лицом. — Каковы наши действия?       — Отменить нафиг?       — Не могу, я проспорил. Уволить организационный в полном составе также не выйдет. Можем считать, что они накопили на наказание.       — Арендовать переносную спутниковую антенну, чтобы обеспечить стрим?       — У нас не будет на это времени, ведь придётся участвовать во всём этом безумии лично, раз я генеральный директор.       — Заминировать лесополосу?       — У организационного отдела есть запасное место проведения.       Повисло напряжённое молчание.       — Тогда участвовать во всём так, чтобы этот организационный отдел повесился в полном составе под конец?       Хищная ухмылка расцвела на лице Андрея Петровича.       — Открыт для дельных предложений, Елена Викторовна.       В день Х, названный по первой букве слова, с которым его чаще всего упоминали, сотрудники компании «Аптип» уныло погрузились на автобусы и устремились навстречу приключениям. Поскольку большинство основательно подготовилось заранее, то особо резвые повеселели ещё до выезда за черту города, и всеобщее настроение поползло вверх. Кроме мрачного отдела охраны труда, начальница которого, Степанида Аристарховна, вместо коньяка сразу же закинулась корвалолом.       А потом выездной цирк наконец добрался до лесополосы, и прояснилась главная засада.       — Итак, каждый сотрудник сейчас будет тянуть бумажку из этого мешка, и в зависимости от цвета, присоединится к одной из трёх команд, которые будут иметь отдельные лагеря! — жизнерадостно прокричала в мегафон юная и инициативная девушка-культорганизатор Алёна, когда все наконец выползли (некоторые выпали) из автобуса.       Размер подставы вырисовывался по мере жеребьёвки: совершенно случайным образом дробились по разным лагерям отделы, группки по интересам, крепко спитые компании, супружеские пары, сводя вместе в лучшем случае нейтрально настроенных или незнакомых людей.       Особого напряжения добавляло то, что последним жребий должен был тянуть подчёркнуто весёлый генеральный директор.       — Давай поменяемся, я хочу к другу, — прошептал Олег Елене Викторовне и показал красную бумажку. Массовики-затейники пытались управлять столпотворением из прожеребившихся и не очень, а также успевать записывать, кто что вытащил, чтобы всё было по-честному, но у них получалось не очень, так что некоторые под конец успели подкорректировать слепой случай в нужную сторону.       Девушка в ответ смерила его странным взглядом, но просьбу удовлетворила, отдав собственную зелёную. И продолжила очень напряжённо на него смотреть, будто ожидая с его стороны ещё каких-то действий.       — Что-то случилось? — взволновался менеджер, на всякий случай вытерев лицо.       — А, ну ладно, — расслабилась секретарь. — Я уж стала думать, что ты мне сейчас семечек отсыпешь.       — У меня есть тыквенные!       — Не те семечки, расслабься.       И тут Андрей Петрович торжественно достал из пустого мешочка свою бумажку, и она оказалась красной.       — Как же повезло, — выдохнул Олег и радостно умчался к группе зелёных, опасаясь, что обмен откатят назад. И не увидел тень довольной улыбки собеседницы.       — Теперь, когда все разбились по лагерям, пришло время огласить программу мероприятия! — уже не так жизнерадостно объявила ведущая. — По расписанию обед у нас в час дня, а до этого времени всем нужно разбить лагерь и приготовить поесть. После обеда у нас смотр лагерей, весёлые старты, затем конкурс самодеятельности, на который нужно будет приготовить номер, потом ужин…       Люди с ужасом слушали распорядок дня, но самая кошмарная новость была впереди.       — А ночью объявляется игра «Захват флага»! — вновь приободрилась девушка. — Цель команд — достать флаг соседей и не потерять свой собственный!       Где-то за спиной у Елены на одной ноте завыла Степанида Аристарховна и заматерился юрист.       — А утром будут подведены итоги, по результатам которых выигравшая команда получит неделю оплачиваемого отпуска вне очереди!       — Название команды будет — Нонсабы, — немедленно сказал директор, как только подтянулись все те несчастные люди, которым очень повезло вытянуть красную бумажку. Вопрос о выборе капитана команды при наличии САМОГО закономерно не стоял вообще.       — А вот щас обидно было, — шепнула Елена. — Давайте померяемся, у кого подписка длиннее?       — ПодПиска длиннее… Гы… — вдруг хрюкнул от смеха взрослый и самостоятельный генеральный директор целой компании.       Наивные люди вокруг начали предлагать альтернативные варианты, как будто это могло хоть на что-то повлиять.       — Раз все вытащили красную бумажку, то называться стоит Гриффиндор, — заметила секретарь.       — Гриффиндор сосёт жопу, — возразил Андрей Петрович. — Слизерин — топ. Но красный и Слизерин — вообще никакой логики. Так что будем Нонсабы.       — Тут никто не знает, что это такое! — продолжил спорить секретарша.       — Ничего страшного, надо будет, мы объясним. Ибо Пророк велик, а мы, апостолы его, призваны, дабы привести заблудших к истинному свету! — закончил Андрей Петрович, воздев руки к солнцу.       — Айя Ктулху, айя Блэк! — низким голосом добавила Елена Викторовна, сдавшись.       Над поляной повисло долгое молчание. Набожный зам транспортного отдела на всякий случай перекрестился.       — Вперед, Нонсабы! — не растерялся генеральный директор и указал направление движения широким жестом. — Не посрамим царя и Отечество!       — Это хотя бы не связано с БДСМ? — тихо поинтересовался начальник аналитического отдела, идущий рядом с секретаршей. После запроса на дикпики он стал чуть больше интересоваться некоторыми областями знаний.       — Кто знает… — философски пожала плечами та. — Андрей Петрович, я пойду воплощать первый пункт генерального плана — задалбывать оргов. Степанида Аристарховна, пойдёмте со мной, охрана труда в опасности!       Спустя час весь багаж и снаряжение было перетаскано сначала на обширную центральную поляну, а оттуда разошлось по отдельным лагерям. К моменту, когда все с грехом пополам расставили палатки, а особо умелые — даже правильно, секретарша (с мелко исписанным блокнотиком и с горящими глазами) и Степанида Аристарховна (с бледным лицом и трясущимися руками) вернулись обратно.       — Андрей Петрович, докладываю: первый пункт генерального плана выполнен. Организационный отдел обнаружил, что я доставучая стерва, а у культорганизатора Алёнушки дёргается один глазик, — шёпотом отчиталась секретарь.       — Молодец, держи сердечек, — так же шёпотом похвалил директор и сунул что-то в руки девушке.       — Это же листики с куста, а не сердечки!       Андрей Петрович мужественно проигнорировал глупые претензии и громко прокашлялся, чтобы на него обратили внимание.       — Значит так, Нонсабы. Сейчас будем рубить вуд и делать вещи!       — Будем собирать дрова и обустраивать лагерь, — невозмутимо перевела стоящая рядом Елена Викторовна.       — Назначаю замом по мероприятию своего секретаря Елену Викторовну…       — Мне впадлу руководить, я буду страдать хернёй и курить бамбук, пока секретарь всё разрулит, — так же невозмутимо перевела девушка.       — Дело наше правое, мы победим!..       — Мы в дерьме, — закончила секретарь, не обращая внимания на выпученные глаза окружающих. — Итак, суровая реальность такова, что по лагерю нужно распределить обязанности…       Под нежной рукой секретаря были оперативно сформированы разные функциональные группы, хозяйственный взвод немедленно начал работу по розжигу костра и приготовлению обеда, а временная инициативная группа во главе с секретаршей решала, как им сравнительно честно победить, пока директор бегал вокруг и самозабвенно делал вид, что участвует.       — Смотр лагерей тоже является конкурсом, — объясняла Елена Викторовна. — И он будет длиться до конца дня на самом деле. Вы и вы после совещания начнёте обносить наш лагерь символической оградой. Вы — изобразите название лагеря на табличке и обозначите внятный парадный вход. Я кое-что сделаю, чтобы выбить дополнительных баллов за крафт. Санитарный надзор — на Степаниде Аристарховне. Наша главная задача — избегать штрафов за мусор на территории. Ответственные за это люди — вы и вы…       Тут мимо её носа пролетела обёртка от Сникерса, который с аппетитом жевал остановившийся рядом Андрей Петрович, и приземлилась около костра.       — Мммм, вкуфно, — поделился он и довольный собой направился в сторону кухни.       — Вот ещё вы тогда будете лично следить за Андреем Петровичем, чтобы он не раскидывал мусор в пределах лагеря, — со вздохом добавила девушка. — Хм. А вот это уже не к добру…       Андрей Петрович тем временем поковырялся под ближайшим деревом и что-то вырвал, а потом подошёл к котлу.       — Что Вы собираетесь со всем этим делать? — поинтересовалась догнавшая его секретарша, глядя на охапку мяса, два острых перца и странный грибок в руках у начальника.       — Сварганить пряные стейки. Я видел, как это делается, ничего сложного.       — Если вы кинете это в казан, оно не попрыгает пять секунд и не превратится в блюдо с плюсом к сопротивлению холоду, — заметила девушка.       — Нет?       — Нет.       — Та ладно!       — Честное слово. Так что выкиньте бодровичок, отдайте мясо профессионалам и идите к нам.       Хозвзвод наконец спокойно выдохнул, когда большое начальство покинуло их закуток.       — Так вот, с лагерем понятно. Теперь про весёлые старты. Рекомендую задействовать всю охрану и водителей как наиболее физически развитых сотрудников, но их у нас из-за жеребьёвки меньше, чем в других командах. Сама также присоединюсь…       — Леночка, у меня идея, дайте мне скотч.       Секретарша снова прервалась, вытащила из своей сумочки моток и не глядя отдала директору, который сайгаком ускакал куда-то в чащу.       — …Если мы хорошо постараемся на этих конкурсах и закончим на первом или втором месте в общем зачёте, то на самодеятельность в принципе можно будет забить, поскольку в синей команде Виталий из транспортного приехал со своей гитарой, а в зелёной Кира Александровна занимается пол-дэнсом, и у нас нет шансов.       — Я могу спеть! — немедленно отозвался из кустов директор, треща ветками.       — НЕ НАДО! — хором ответила инициативная группа.       — Ой, в жопу идите, нытики. Кругом сплошные нытики, ноют и ноют… Шиш! — бурчал Андрей Петрович, удаляясь в кусты.       — И самая главная проблема — ночная игра, — сказала Елена Викторовна после того, как достала из сумочки маленький блокнотик и поставила там палочку. — Лагерь должен быть защищён, дополнительное снаряжение будет. Притом уже после того, как у нас вечером появятся судьи конкурса из организационного, поскольку у них сифонит в сторону руководства финансового, а капитан зелёных — их начальник, а у синих — начальник сбыта, но в замах у него зам финансового…       — Тот, что скоро станет начальником филиала в Зимбабве? — уточнил директор, вернувшийся из кустов с охапкой веток.       — Вам виднее, Андрей Петрович.       — Коллаборанты… — пафосно прошептал директор, сурово глядя вдаль, пока гипотетический дождь трепал его гипотетический плащ… А сотрудники навострили уши, уловив свежую сплетню.       — К сожалению, нагрузка снова ляжет на службу охраны и непьющих по состоянию здоровья. Могу предложить им выспаться до ужина, а ночью заступать на вахту по очереди. Также понадобятся пара человек авантюрного склада характера и навыками передвижения по лесу для вылазок в другие лагеря. Руководством займёмся мы с Андреем Петровичем непосредственно, мы подготовились.       — Это-то и пугает… — пробормотал главный аналитик.       — А сейчас предлагаю подумать над идеями для номера самодеятельности, пока помогаете на кухне, — закруглила собрание Елена Викторовна.       А довольный Андрей Петрович тем временем ломал ветки и выкладывал из них что-то непонятное.       — У Вас так хорошо получается, — мурлыкнула подобравшаяся вплотную к генеральному директору Юленька из финансового. По слухам, Юленька недавно рассталась с очередным парнем и теперь снова искала крепкое мужское плечо. — Весьма впечатляюще выглядит!       Андрей Петрович медленно повернул голову в её сторону и смерил долгим взглядом.       — Добро пожаловать в клуб подхалимов, — сказал он, понимающе ухмыляясь.       — Но мясо само себя не порежет, — добавила Елена Викторовна, рядом прилаживая ветки к дачному стулу. — Идите, милочка, не отвлекайте.       — Вашему вниманию представляется… Робобаба-3000, — гордо объявил Андрей Петрович, эффектным движением сдёргивая покрывало с дела рук своих. Было поразительно, как из палок и скотча за столь короткий промежуток времени у него в одиночку удалось сделать анатомически продуманную страхолюдину, похожую на роботов будущего из Терминатора, притом пугающую настолько, что даже бывалые охранники вздрогнули. А бабу в создании выдавали два торчащих пластиковых стаканчика в районе груди.       — Жениться Вам нужно, барин, — еле слышно заметила Елена Викторовна.       — Будет охранять наш лагерь от соседей, — пояснил директор непонятливым сотрудникам, которые сделали на всякий случай шаг назад.       — Я не знаю насчет соседей, но запор у меня, кажется, прошёл, — меланхолично заметил начальник аналитического отдела.       Где-то в стороне откачивали начальника службы охраны труда.       — Прикройте снова покрывалом, судьям это показывать нельзя, — распорядилась Елена Викторовна. — Или нет, вообще сейчас в палатку спрячьте, туда пообещали не лазить. Сюрприз будет. Поставим потом между кустами.       Первый визит судейской коллегии конкурса на лучший лагерь начался сразу после обеда. Коллегию сопровождали и представители двух других команд, которые зорко оглядывались и искали, где бы потыкать носом соперников.       — Представляю вашему вниманию Деревянный Трон! — махнула рукой на дачный стул после апгрейда Елена. — Он как Железный, только Деревянный.       К спинке раскладного стула были веером приклеены скотчем ветки разной толщины, расходящиеся за спиной сидящего на нём Андрея Петровича будто лучи. На верхнем лучике немного издевательски висел красный флажок, который очень хорошо рассмотрели и начальник финансового отдела, и его зам.       — Мы тут ещё умывальников навесили, и яму для отходов выкопали, — хвасталась она же и зорко следила за тем, какие баллы в протокол ставит Алёна.       На осмотр чужих лагерей пошли конечно же генеральный директор с верным секретарём.       — Зелёные ближе расположены, — прошептал Андрей Петрович. — Но заходить лучше с дальней стороны, там меньше кустов и подлесок без скрипучего сушняка.       — У синих вообще лагерь как проходной двор, — ответила Елена Викторовна. — Но к ним дальше идти и обязательно мимо зелёных.       — Сориентируемся вечером, к кому лучше сходить.       — Остаётесь за старших, — сурово сказал директор двум парам ног, храпящим в палатках. Одна пара ног согласно всхрапнула.       Остальные мрачные Нонсабы шли на весёлые старты.       На главной поляне под флагштоком с логотипом компании собралась все сотрудники из трёх лагерей.       Восстановившая боевой настрой культорганизатор Алёна для разогрева попросила команды представиться. В итоге вышло, что на соревнования прибыли «Сапфир», «Изумруд» и «Нонсабия». Прояснить название Андрей Петрович гордо отказался, хотя ранее был готов нести свет и всё такое.       Невинный конкурс по прыжкам в мешке закончился выносом мозга от Елены Викторовны: она обстоятельно доказывала организаторам, что когда охранник из зелёной команды на финише упал носом на контрольную линию — это нельзя было считать за правильный финиш, поскольку он не пересёк её всем телом, а она вообще-то за честную игру, а организаторы разве нет?       Во время челночного бега с девушкой на руках балластом оказалась Юленька как самая миниатюрная. Сначала она была не очень довольна, что её нёс не генеральный директор, а совсем даже простой охранник Юра, но к концу первого пробега прощупала бицепсы, как-то даже приободрилась и начала ему призывно улыбаться, чем сбила парня с ритма, так что пришли они последними.       — Ать-два, ать-два, ать-два, ать-два… — быстро, но чётко командовал директор, пока они с Еленой бежали по прямой со связанными ногами и делали остальных конкурентов как стоячих.       — Как плохо, что я знаю, для чего эта считалка у Артура, — негромко заметила девушка, когда они наконец добежали до финиша первыми. — Но блин работает.       И, несмотря на победу, ради воплощения второго пункта генерального плана по задалбыванию организационного отдела, секретарь долго и показательно нудила, что команда синих жульничала, потому что ноги у них были связаны не те и не так, и это давало им преимущество.       Ещё несколько конкурсов разной степени упоротости прошли ни шатко ни валко. За счёт дотошности Елены Викторовны общий зачёт соревновательного блока удалось вытянуть на второе место. В глазах Алёны горела чистая ненависть. В глазах Нонсабов — опасливое уважение.       — Поездите на спортивные соревнования с моё, — снисходительно пояснила секретарь.       Во время конкурса самодеятельности Кира Александровна из отдела сбыта была грациозна и пластична, пусть даже не смогла исполнить трюки на шесте за неимением оного, но свою порцию аплодисментов и восторгов от мужской части она сорвала. Виталий очень проникновенно пел под гитару какой-то никому не известный романс, но был грустен и загадочен, так что однозначно получал приз женских зрительских симпатий.       Сводный хор толпы Нонсабов, поющий «Комарово», с одной стороны был ужасен в своей массовости, а с другой — крайне вдохновлён дирижирующим генеральным директором, который постоянно порывался спеть вместо слова «Комарово» «Хайрулово». И конечно же почётное третье место ожидало их после такого перфоманса.       — Леночка, Вы слова песни про апельсин знаете? — докапывался после выступления Андрей Петрович по пути в лагерь.       — Нет.       — Плохо, и я не знаю. А «Даме-даме»?       — Тоже нет.       — Плохо, и я не знаю. Надо до новогоднего корпоратива выучить, и я сейчас серьёзно. К Уитни Хьюстон все уже привыкли и не так кринжуют.       — Ну хоть не Поползень, — пробормотала секретарь.       — Вы гений, Леночка! Её тоже выучите!       Финальный обход комиссии по смотру лагерей завершился незадолго от ужина. Даже штатный медик не нашла, до чего докопаться, хотя очень старалась, но на санитарных нормах Степанида Аристарховна собаку съела, так что красная команда заняла наконец первое место. Получалось, что по результатам трёх сводных конкурсов все три лагеря шли в общем зачёте одинаково, и ночная игра должна была решить исход.       — Итак, когда ЭТИ ушли, можем начинать навешивать систему оповещения, — объявил генеральный директор и достал из своей палатки позвякивающий мешок. — Внешний периметр — колокольчики. Внутренний — отражающая лента, чтобы были видны нарушители. От капканов и ловчих ям мы решили отказаться. Ииииии… Робобаба-3000 заступает в дозор!       Покрывало снова было театрально сорвано. Скалящийся древесный монстр в отблесках костра выглядел ещё более пугающе. Степанида Аристарховна, измученная за день, наполненный переживаниями, просто охнула, а потом хлебнула из кружки и быстро закусила огурцом.       Посиделки, ради которых всё и затевалось, в целом удались.       Главный аналитик рассказывал довольно смешные анекдоты. Охрана (за исключением Юрия — он куда-то делся вместе с Юленькой) травила байки про контрольно-пропускную систему. Водители выдавали классные тосты. Все были при деле.       Постепенно утомлённые длинным насыщенным днём люди расползлись по палаткам. Остались только замаскированные часовые.       Звуки храпа и шелеста листьев в какой-то момент стали разбавляться посторонним шуршанием.       Затем звякнули колокольчики со стороны входа в лагерь. А через пару минут — чуть ближе к кухне, где под навесом стоял Деревянный Трон.       Шуршание и звон со стороны кустов на секунду притихли, а затем оттуда донёсся истошный вопль ужаса и звуки удаляющегося ломового лося.       — Слаб, — констатировал вылезший из палатки Андрей Петрович и приобнял Робобабу-3000. — И не ценит мой конструкторский гений.       — Зря, ой зря, это он зря, зряяяяя, — согласилась Елена.       — Спите, жители Багдада, в Багдаде всё спокойно! — чуть повысил голос директор, когда в некоторых палатках люди начали спрашивать, что случилось.       — Кричал Ваня, — заметил дежурный охранник. — Он из зелёных.       — Ждём полчаса, а потом идём с ответным визитом, — постановил Андрей Петрович. — Пойдёмте готовиться, Леночка.       При свете тлеющих углей и тусклого фонаря пара диверсантов-аматоров натягивала на себя чёрные толстовки с капюшонами.       — Ничто не истинно, всё дозволено, — хрипло выдала Елена Викторовна из-под чёрной маски, скрестила руки и вместо выдвижных клинков показала два средних пальца.       — Жееееееесть! — восхитился Андрей Петрович, приклеивая хвостик новогодней гирлянды к своему костюму. Моток скотча был ещё жив, но уже заканчивался.       — А Вы хорошо ходите по лесу, — тихо отметила Елена Викторовна. — Служили?       — Военная часть в жопе мира и злые часовые, а выпить хотелось, — так же тихо отозвался Андрей Петрович. — Вы тоже вполне неплохо двигаетесь, Леночка.       — Походы на Урал и раздельные лагеря для мальчиков и девочек, а в карты хотелось.       — Мы рядом. Пффф, ну и охрана. Стелсссс, — прошептал кусочек мрака рядом с ним голосом Елены Викторовны, блеснул глазами, а потом снова растворился в темноте.       Несколько минут канули в лету, доносились обычные лесные звуки, охрана клевала носами.       — Я моль!!! — решив, что час пробил, закричал Андрей Петрович, нажал кнопочку на пультике гирлянды и, засияв призрачным голубым светом, выскочил на поляну и затарабанил половником в кастрюлю. — Мооооооль!!!       Два охранника из группы что-то орали из-за деревьев, трещали ветками и хаотично светили фонарями, добавляя неразберихи.       Атакованный лагерь просыпался, люди выглядывали из палаток, видели Дикую Охоту в лице пляшущего что-то первобытное генерального директора, вопили и пытались убежать, сбивая палатки и других людей, хотя наведший шороху директор уже скрылся в темноте.       И никто уже не заметил, как ассасин Елена стянула зелёный флаг из-под носа двух парней из службы безопасности.       Коньяк с остатками закуси особенно хорошо пошёл после забега по лесу, так что группа захвата очень быстро пришла в максимально благодушное настроение.       — Кто-то приближается, — вдруг шепнул охранник.       — Тук-тук, мы с миром! — понизив голос, сказал кто-то из кустов. — Переговоры!       Из веток на свет фонарей высунулась рука с белым платком.       — Пропустить, — лениво распорядился генеральный директор, как будто у него все кусты были в охране.       Вышедшей к костру делегации из трех человек предстала картина маслом: на Деревянном Троне, замотанный в импровизированную тогу из покрывала, с венком из зелёных веток на голове и поварешкой в руке восседал Андрей Петрович, успевший к тому же навести на лице устрашающий боевой раскрас с помощью сажи с котла. За его левым плечом стояла так и не снявшая капюшон и маску Елена Викторовна, а за правым — скалила деревянные клыки Робобаба-3000, у которой с шипастой головы свисали красный и зелёный флаги.       — Излагайте.       Делегация была из синего лагеря. Присутствием скромный костерок почтили начальник отдела сбыта, заместитель финансового отдела и зевающий начальник отдела безопасности, который даже не старался делать вид, что он заинтересован происходящим, а просто пялился на деревянное исчадие ада.       — Андрей Петрович, мы слышали некоторые звуки из зелёного лагеря, и мы бы очень не хотели, чтобы такие звуки вдруг начались в синем. Так что вот… — заместитель торопливо достал из кармана немножко помятый синий флажок и протянул вперед.       — А оно можно, — степенно отвечал генеральный директор, сдерживая зевоту, которую активно провоцировал безопасник.       — И это… Насчёт Зимбабве… — замялся финансист. — Я… пошутил. Можно мне никуда не ехать? Пожалуйста?       — А данный вопрос мы обязательно всесторонне рассмотрим на следующей неделе в присутствии начальников других отделов, — тонко улыбнулся Андрей Петрович. — Пока подготовьте тезисы.       — Спа… Спасибо, — проблеял будущий начальник филиала и скрылся в кустах.       — Спокойной ночи, — откланялись и начальники отделов.       — Я думаю, теперь можно ложиться спать, — наконец зевнув, сказал Андрей Петрович и повесил третий флаг на своё детище, а потом побрёл в свою палатку. Шума в стороне лагеря организационного отдела он уже не слышал.       Утром злая и невыспавшаяся Алёнушка с дёргающимся глазом, напрочь растерявшая всю прежнюю жизнерадостность, пассивно-агрессивно согнала весь коллектив на главную поляну, чтобы огласить результаты.       Строй Нонсабов со сдержанной гордостью косился на охапку флагов в руках у своего капитана, и почему-то помимо трёх стандартных там торчал и флаг с логотипом компании.       — А этот откуда? — спросил главный аналитик.       — Никто не говорил, что лагерь организаторов вне игры. Я с ними обстоятельно побеседовала, и они согласились, что дополнительные очки за их флаг в финальном подсчёте — это лучше, чем, например, крапива в трусах. Или горсть пауков в палатке. Или злой директор, — отозвалась секретарша.       — Страшная Вы женщина, Елена Викторовна.       Результат оказался предсказуемым: команда Нонсабов за счёт ночной игры с отрывом победила, о чём очень кисло объявила культорганизатор. Андрею Петровичу была вручена символическая бутылка французского шампанского, а сам он торжественно пообещал подписать поданные списки на предоставление отпуска.       — Андрей Петрович, у меня есть для Вас три главных слова, которые сильно улучшат Ваше настроение, — прошептала Елена Викторовна, когда все наконец расселись по местам в автобусах, а телефон словил немножко интернета.       — Какие? — приподнял брови начальник.       — Артур. Не. Стримил.       — …       — Мы не пропустили стрим по Зельде, потому что у Ростелекома случилась авария, и у Артура не было интернета.       — Какая… ужасная потеря, — расплылся в улыбке Андрей Петрович и с хлопком открыл шампанское, сопровождаемый радостным гулом Нонсабов, севших в один автобус. Омак       Спустя какое-то время       — Леночка, зайдите, — ожил интерком на секретарском столе.       Когда девушка вошла в кабинет директора, Андрей Петрович загадочно смотрел в монитор компьютера, сложив пальцы домиком.       — Леночка, Поползень на новогодний корпоратив отменяется. Срочно учите слова Вотытрыл.       Елена Викторовна без тени эмоций на лице сделала пометку в блокнотике и устремилась к двери. Уже положив руку на ручку, она вдруг развернулась и в полном соответствии с неповторимым оригиналом выкрикнула:       — Сува-а-а-айв!       — Снэйк Итаааааа! — согласился Андрей Петрович.