Я уверен, что мы бы были большой и крепкой семьей
11 мая 2023 г., 15:13
В голубых глазах парня собираются слезы. Его розоватые губы, потрескавшиеся и обкусанные, открываются, но никакого звука не издают. Язык отказывается слушаться, словно он превратился в мягкую вату, которая медленно душит парня. Руки трясутся, и Томми, наконец-то, осмеливается поднять небесные радужки глаз на человека перед ним.
Уилбур стоит неподвижно. Он курит сигарету, а другую свободную руку засунул в карман своего чёрно-коричневого пальто. Сейчас на их базе в Погтопии нет никого. Ники и Квакити пошли с Таббо на улицу, дабы бывший помощник президента смог перевести дыхание после фестиваля. Техноблейд, после того, как выиграл у Томми в кулачных боях, ушёл на свою базу. Так что сейчас они были вдвоём.
Томми делает обычных вдох, но ему настолько больно, что этот один маленький вдох даётся очень трудно и прерывается. Уилбур стоит и даже не смотрит на Иннита. Когда блондин всё же падает на каменную землю, то Сут одаривает его взглядом. Томми выплёвывает слюну, смешанную с кровью, и поднимает злой взгляд на Уила. Мужчина лишь усмехается.
— Ты грёбанный псих, Уил! — Голос Томми срывается. Влага, которую парень пытался сдержать, начинает катиться из глаз по грязно-кровавым щекам.
— Спасибо. — Сут усмехается, выпуская ядовитый дым в сторону подростка.
— Как вообще тебя земля носит, а!? Как ты можешь смотреть и злорадствовать, когда твоего брата избивают!? — Иннит кричит громче. Его голос эхом отражается от стен каньона.
Сут смотрит на Иннита своими потемневшими карими глазами, что блондину кажется, будто мужчина пытается забраться в самую душу подростка и поглотить её. Словно демон из самых глубин земли. Но внезапно от стен каньона эхом разносится смех. Том вздрагивает, выходя из своих мыслей.
— Ох, Томми. — Сут продолжает тихо посмеиваться, театрально вытирая слезу. Он, улыбаясь, смотрит на мальчишку. — Кто тебе сказал, что мы братья? Или хотя бы ими были, а?
Сердце Томми на мгновение остановилось. Он неверующими глазами смотрит на мужчину, который продолжил, как в ни чем не бывало, курить и смотреть в стену перед собой. Разве он сам не говорил это? Что Томми для него брат. Они и являлись братьями.
Да, было дело в детстве, что Уилбур говорил такое, но потом смеялся и говорил, что из братьев — Томми самый любимый. Что поменялось? Если бы это услышал Фил…
Парень хочет что-то сказать, но слышаться шаги и голос Квакити, который что-то рассказывает. Томми вытирает кровь из носа, встаёт, опираясь на стену, дабы не упасть, и направляется в свою импровизированную комнату, не смотря на Уила.
Ему следовало давно уяснить тот урок, который ему пытался преподать Шлатт.
— Эй, у меня для вас есть подарки! — Томми резко вскакивает, чем удивляет находящихся людей.
— Что ты успел наделать, гремлин? — Уилбур усмехнулся, на что теперь настала очередь Томми закатить глаза.
— Пошел нахуй.
— Томми. — Фил всегда останавливал его.
Томми лишь кидает короткое "хорошо" и подходит к Эндер сундуку, открывая его. Рядом с ним появились фиолетовые частички, кружась вокруг блондина. Он достаёт три маленьких коробка, которые были в обёрточной бумаге, с цветами напоминающие каждого члена семьи.
— Это тебе. Желтый всегда напоминал кучи закатов и рассветов, наполненные теплом и заботой. Этот цвет всегда напоминал о тебе. — Том отдаёт коробок Уилбуру, под его удивленный взгляд. Брюнет открывает и чувствует, будто его облили холодной водой.
— Но и также мне это напомнило, что если подойти слишком близко к солнцу, то можно сгореть, как бы ты не любил это солнце.
Внутри лежал белый цветок, с которым Томми постоянно сравнивали лишь два человека. Уилбур и Дрим. В один момент он думал, что прекрасен, а в другой, что он лишь жалкий человек. Конечно, Уил знал, что Томми нужна помощь, но думал, что парень сам выберется. Он же помнит каникулы, которые Том проводил на пляже, празднование его дня рождения у моря. Но сейчас мужчина не так уверен, после того, как многие сказали, что его воспоминания лишь путаница из ниток. Словно кот поиграл с клубком.
— Ты напоминал мне победу, революцию, но также и справедливость и решимость, которая всегда помогала мне идти вперед, даже не смотря на трудные обстоятельства. — Том отдает подарок Техно, который впервые в жизни колебался перед младшим. Хоть раз перед кем-то он так колебался?
— Но я забыл, что твоя жажда крови может убить и меня, но я позволял сделать это, ибо думал, что так стану полезнее.
Техно затаил дыхание, смотря на кучу бинтов. Ладно бинтов. Но чего он не ожидал так это кровавых бинтов, а также лезвие, на которой также были частички засохшей красной жидкости. Техноблейд, Бог крови, Великий воин. Сейчас все эти звания будто испарились. Сейчас простой Техно застыл, чувствуя холодок, пробегающий по спине. Он невольно обращает внимание на руки блондина. Но там были лишь длинные рукава его красно-белой кофты. Блейд поднимает глаза. Они встречаются с взглядами. Глаза Томми сейчас настолько ярко-голубые. Будто самый холодный айсберг в их Антарктической империи.
— Зеленый всегда был цветом безопасности. Он напоминал о теплых вечерах, которые мы проводили вместе, твоя защита, которая помогала успокаивать панику. Защита, которая давала шанс на спокойный вдох. — Том протягивает последний подарок отцу, который выглядит уже напуганным, лишь смотря на реакции своих сыновей.
— Но я забыл, что ты можешь придушить меня своей же собственной любовью и безопасностью.
Фил медленно открывает крышку, обнаруживая ключи. Такие ключи были лишь у их семьи. После воскрешения Уила и после того, как Том привел его к Филу и Техно, то они начали жить все вместе. Как раньше. И все было хорошо.
Но Томми – нет.
Фил поднимает свои глаза, замечая лишь холод в голубых глазах напротив.
— Почему?
— Разве вы не поступали со мной также, Фил? — Томми спокойно пожимает плечами, будто он только что не разбил сердце своей семье. — Я не ваш брат и не твой сын. Вы сами мне это говорили. Так почему вы так смотрите?
Уилбур вскакивает, отбрасывая коробку в сторону, и хватает младшего за плечи. Он говорит, что Том не может поступить так с ними. Не после того, что произошло. Иннит хмурит брови и отталкивает руки Сута от себя.
— Это конец.
Всё, что говорит Том и, разворачиваясь, идет к выходу. Парень открывает дверь, впуская морозный воздух внутрь помещения. Он поворачивает голову и улыбается.
— Может, в другом мире, мы будем действительно как семья...
***
Томми кое-как стоит на ногах. Сильная отдышка, пот, из-за которого прилипает одежда и кудрявые, словно пшеница, волосы, и раны, ноющие и кровоточащие. Он держится за одну из ран на плече. В его глазах виднеется непонимание и страх. Томми всегда боялся Техноблейда. Но это был страх, как всегда говорил отец, братский. Томми всегда склонялся к тому, что он его сильно уважал. Но сейчас в глазах Иннита был настоящий страх. И Техно смотрел со злостью. Техно никогда не злился на Томми, также как и Уилбур. Как бы мальчишка не доставал старших или мешал им, его любили сильнее всех в семье. Том всегда желал стать великим воином, как и Техно. Так называемый «Бог Крови» никому не давал пощады в тренировках. Особенно Томми. «Мальчишка сам подписался на это, Фил» – так всегда отвечал Блейд отцу, когда его зеленые глаза с жалостью смотрели на то, как блондин еле держится на ногах, едва удерживая меч, или заматывал руки в бинтах от мозолей и ран. Блейд никогда не признается, но Томми походил на его приемника больше, чем кто-либо. Но Техно никогда не злился на Томми. Мог фыркнуть, либо похмуриться, что-то бормоча, а если Томми доставал сильнее, то просто крикнуть его имя и, схватив, повалить на диван или кровать, а может даже куда попадется, ведь мальчишка мог его доставать хоть в конюшне, хоть на улице. Конечно же, Техно всегда следил, чтобы младший приземлялся мягко. А после начинал щекотать его. Томми сдавался сразу. Но сейчас его гнев, был подарен Томми. Впервые. Будто смотрел на своего врага. — Техно, ты не можешь уничтожить эту страну. — Томми рвано выдыхает. — Ты не можешь... — Почему нет, Томми!? — Голос Техно прерывается взрывами блейзов. Томми пару раз моргает, ощущая влагу. Он вспоминает тот день в Погтопии, когда вызвал на дуэль Техно и проиграл. И разговор с Уилбуром. Блондин махает головой. Сейчас не время думать об этом. — Одна из причин - я твой брат! — Томми кричит, пока люди вокруг них пытаются убить созданных воином монстров. — То, что я считал Уилбура братом, ещё не означает, что и на тебя распространяется это звание. Томас с шоком смотрит на Бога Крови. Он мотает головой с отрицательным ответом и тихо шепчет, что это не правда. Томми не понимает, что он делает не так. Почему сначала один, а теперь и другой брат от него отказываются. Слезы наворачиваются на глаза, и парень резко их сжимает до звёздочек. Он сжимает ткань костюма и надетой на него красной мантии. Она сливалась с его кровью и пропитывалась его слезами. Или всё-таки это был дождь? Почему они постоянно заставляют его плакать? Томми кусает нижнюю губу. Он стоит ещё пару секунд и разворачивается спиной к тому, кого ещё недавно считал своим братом. Его накидка развивается и сейчас он похож на Техно. Забавно, что он стал на него похожим после того, как от него отвернулись. Но он стал тем, кем мечтал стать с детства. Техно должен им гордиться. Но Бог стоит неподвижно, не обращая внимания на мальчишку. Томми уходит. Его сердце, от которого оторвали частичку, снова было сломлено.***
Томми мечется по земле, одновременно пытаясь не поскользнуться на грязи и лужах и не попасть под взрывчатку. Он несколько раз падал и уже замарал свою одежду, а на ладонях появились маленькие ссадины. Томми откидывает челку рукой и осматривается. Всё его друзья находились в относительной безопасности, а рядом летал призрак. Взгляд Иннита снова падает на него. Гостбур. Что-то отдалённо похожее на его брата, но не являющимся им. Он любит синюю субстанцию и всегда предлагает её другим. В особенности Томми. Во время его изгнания лишь он был с ним. Том бы не страдал так сильно от нападок Дрима и одиночества, если бы не это существо, называющее себя его братом, вызывая боль в душе и заставляя слезам появляться. После всех событий, дружелюбный призрак только больше заставлял разбитое сердце изливаться кровью. А потом он сбежал к Техно. И воин принял его. Дал еду, одежду, крышу над головой. Но самое важное для Томми было не это. А его семья. Его брат снова был с ним, шутя как когда-то в детстве и защищая его. Гостбур теперь не был тем бельмом на глазу. Казалось, что все пришло в норму. Пока он пришел обратно в Л’Мэнбург. А, точно. В Новый Л’Мэнбург. А Таббо, его старый друг, его президент. Томми гордился, если бы не обида. А потом драка, в которой Том снова стал на сторону Тоби, вызвав бурю эмоций у Блейда. И его слова, эхом отдаются в голове. Том вздыхает и смотрит наверх. Где-то там находятся Дрим, Техно и Филза. Его враг, брат и отец. Парню не верится, что его отец решил присоединиться к ним. Ему до сих пор не верится и в то, что его лучший друг пытался убить Техно и даже посадил Фила на домашний арест. Парень возможно посмеялся над этим, но не сейчас. Пока он смотрел на призрака, который подставлял ладони для капель дождя и смеялся от звука шипения, то боковым зрением уловил движение крыльев. Это был Фил. Он спустился на землю, осматривая или что-то ища. Томми не верит своим глазам, даже пару раз моргая. Он открывает свой рот, и… — Фил! Томми срывается на крик, зовя своего отца. Он встаёт с колен, начиная бежать в сторону крылатого. Парень кричит его имя, слезы снова начинают копиться. Когда Филза поворачивается, то на его лице нет никаких эмоций. Он смотрит на Томми как на чужого. — О, Фил, ты не представляешь, как я рад тебя видеть! — Томми кривит губы в улыбке, пытаясь сдержать слезы. Постепенно он переходит на шаг, а потом и вовсе останавливается. Фил хмурит брови и смотрит со злобой. Томми проказничал в детстве, и отец злился, но не так. Том сглатывает. Его прошибает дрожью, когда сознание говорит, что его взгляд схож со взглядом Блейда. — Фил? — Что тебе нужно, Томми? Холодно. Фил говорит так холодно, что Иннит невольно ежиться. Он отводит взгляд, боясь встретиться с глазами напротив. Фил ведёт себя по-другому. И Томми это не нравится. — Я... — младший прикусывает нижнюю губу. — Я хотел спросить. Что ты делаешь? Фил смотрит разъярённо и в неверии. Будто он только что сказал, что убил человека. У всех на глазах. Хотя, этим сейчас никого не удивишь. Фил сжимает кулаки и разворачивается, собираясь уходить. — Фил! Мужчина останавливается, но даже головы не поворачивает в сторону своего младшего сына. Томми хватается за ткань его мантии, сжимая в кулак. Словно малое дитя берет одежду матери. Томми дрожит. Томми понимает, что если он сейчас отпустит, то потеряет и отца. Ему страшно. Впервые в жизни Том хочет быть ребенком. Он хочет плакать. — Сначала Уилбур, потом Техно! — Томми чувствует как влага щиплет глаза, а потом скатывается по и так мокрым щекам. — Хотя бы ты не делай вид, что я не твой сын! Фил резко смотрит на Томми, будто он произнес запретное заклинание по призыву. Совершил ошибку, которая непростительна. Но парень даже не понимал, что сделал не так. Может, все вокруг были правы и он просто глупый ребенок?... — Но это правда, Томми. — Филза разводит руками. — Это все ваш выбор, ваша правда. А вот тебе моя. — Он за пару шагов подходит к непонимающему мальчишке, тыча пальцем в грудь. — Вы основали страну на незаконном деле; вы устроили революцию и каким-то образом победили; ты был изгнан из своей же страны; я убил своего собственного сына; Уилбур мой сын; Техно мне как сын; Но ты не родной мне! Ты никогда не был им. Томми кусает язык, чтобы не закричать от боли, что заполонила его сердце. Фил последний раз смотрит на Томми и улетает обратно к Техно, который был такой же, как и Томми, но оказался роднее, как Уилбур. Иннит смотрит на свои ладони, ища в них ответ. Что он сделал не так? Это он виноват? В нем ошибка? Почему? Он чувствует как за эти ладони, его берут руки его лучшего друга, а по спине гладят другие руки. Он видит лишь синюю шапку, которую обычно носит Квак. Он улыбается, пару раз моргая, а потом не выдерживает. Томми остается там. Остается, когда взрывы прекращаются. Остается, когда все ушли. Остается, даже когда тучи освободили место для острого месяца в небосводе, а от страны, которую он защищал ценой жизни и дисков, ничего не осталось.***
— Ты просто такой придурок! — Ну, я бы хотя бы не мелкий гремлин. — В его защиту можно сказать, что он не ест песок, как некоторые. — Ты вообще за кого?! — Мальчики, прекратите. Томми заливисто смеется, тыча в Уилбура пальцем. Техно, сидевший на кресле возле камина и читавший очередную книгу про греческую мифологию, легко улыбается. Фил также тихо посмеивается, сидя на соседнем кресле. Уилбур, сидевший на полу вместе с Томми, лишь закатывает глаза, но улыбается. Иннит ложится на деревянный пол, посматривая на огонь. Его завитые кудри, которые теперь также имели белоснежные локоны, как и у Уила, распластались по полу, а глаза прикрылись. Уилбур перебирает его волосы, иногда массируя кожу головы. Прям картина умиротворения. Но не для Томми. Это для них семейная идиллия. Но для Томми они явно дали понять, что он не входит в их семью. Поэтому парень решил все.*Bonus*
Томми открывает глаза и потягивается. Точнее пытается. В машине это сделать намного труднее. Но под спиной ощущается что-то мягкое. Но все равно. Ему неудобно. — Ты закончил? Блондин поворачивает голову и встречается глазами с мужчиной постарше. Он старается выглядеть недовольно, но его улыбка рушит весь образ. Том улыбается и наваливается на своего компаньона. — Даже не знаю, Уил, твои колени такие удобные. — Саймонс укладывается на ноги друга и продолжает тянутся, руками доставая до противоположной двери и задевая другого человека. — Это не значит, что ты можешь будить меня и трогать мои колени. Техно, который спал до этого момента, сонно ворчит, пытаясь провалиться в сон обратно. Но все в машине уяснили одно. Если Томми проснулся, то и другим спать нельзя. Но, видимо, никто и не был против этого. — Мелкий гремлин. — Тупой музыкант. — Да ладно, Томии, все знают, что ты без ума от музыки Уильяма. — Женщина, сидевшая на переднем пассажирском сиденье, мило хихикает, поворачиваясь к двум парням. Между парнями завязалась мини-драка. Хотя сложно назвать это дракой. Томми размахивался руками, пытаясь задеть старшего, в то время, как Уилбур просто взял его за запястья и удерживвал. — Кристин, спаси меня. — Уилбур лишь серьёзно просит о помощи, удерживая руки, которые тянутся к нему. Том пыхтит, пытаясь что-то сделать, вызывая усмешки у всех, кто сидит в машине. — О, нет, дружище, давай сам. Никто не может справиться с ним лучше, чем ты. — Фил лишь улыбается, сидя за рулём и смотрит в зеркало заднего вида. — Все знают, что вы сильно любите друг друга. Эти слова вызывают приступы смеха у всех, кроме названных персон, которые были теперь заняты тем, что пытались оправдаться. — Я думаю, что Фил имел в виду, что вы как семья и очень бережёте друг друга. Томми отворачивается к окну, но видит, что Уилбур смотрит на него с легкой улыбкой на лице. Саймонс не может не улыбаться, видя ее. Он осматривает всех в машине. Кристин и Фил что-то обсуждают и мило смеются. Женщина одновременно вводит что-то в их GPS и переключает музыку. «Я хочу послушать песни моего сына, Фил!» – названный мужчина смеётся. Он не может сказать нет этой женщине. Техно снова принялся читать книгу с греческой мифологией. Иногда в поездке Томми слушал его. История увлекала, особенно, когда это рассказывал он. Редко они останавливались где-то в пригороде, чтобы Филза мог отоспаться. Были ночи, что Томми не мог уснуть. Он выходил из машины, вставая у багажника и смотрел. На природу, небо, звезды, слушал музыку, дышал. Но уснуть не помогало. В такие моменты Блейд выходил из машины, они прислонялись к машине и Техно рассказывал свои любимые легенды и мифы. Да, Том запомнил их уже наизусть, но это по-прежнему помогало. Он спал до следующего вечера. А Уилбур. Уил бесился с ним и шутил. Снимал влоги и истории в соцсети. Покупал ему что-то. Ведь как Томми не может сказать «нет» Уилбуру, так и Уилбур не может сказать «нет» Томми. Блондин мог хоть Эйфелеву башню захотеть. Уил сделает все, лишь бы Том получил. Он всегда смотрит на старшего с восхищением и огромной любовью. В ответ младший получает взгляд, полный гордости, и столько же любви в ответ, а может и больше. Саймонс улыбается от таких воспоминаний, снова уходя в себя. — Да, я уверен, что мы бы были большой и крепкой семьей.
