In Pain Not in Vain

По-хорошему, ее густые непослушные волосы стоило сначала намочить и помыть, однако вместо этого Света вылила на них приличное количество кондиционера. Только после его добавления расческа принесла ожидаемый результат, наконец-то разгладив капризные завитки. Ее прическа была во всем под стать хозяйке, упорно не поддаваясь. Зато массажный эффект от расчесывания расслаблял вальяжно разместившуюся на стульчике девушку, принося ей массу удовольствия, как в далеком детстве. Вот бы это не кончалось! Приведя к общему знаменателю клочки тут и там торчащих прядей, Света принялась формировать нечто на подобии легкой челки. Она не собиралась перебарщивать, но не удержалась. Творческий процесс унес за собой. Темно-каштановый оттенок волос идеально оттенял бледность лица. Стряхнув обрезки с плеч перед окончанием работы, мастерица случайно задела Анину шею за ухом. Такое простое касание – но от него тут же они обе дернулись, как от разряда молнии. - Посмотри, круто вышло, я сама от себя такого не ожидала! – пришлось сделать вид, что ничего не было, и перевести фокус внимания. Это будет их маленький секрет. - Спасибо тебе большое, - не могла налюбоваться собой Аня. Она, наконец-то, напоминала себя прежнюю, яркую и счастливую. Приятно возвращаться к тем временам, когда она не была сломлена, смело выделяясь на фоне остальных своими природными данными и экспериментальным стилем. Стрижка пошла немного не по плану, но от этого не хуже, - Следующий раз можешь резать смелее, - дала ей полную свободу на будущее девушка. - Значит, одобряешь мою технику? Называется «ленивый художник», – шутливо подмигнула ей через зеркало Света, ведь такое безграничное доверие очень льстило, - Что ты хочешь надеть, чтобы закончить образ? Моя фантазия кончилась, намекни мне, хотя бы. - Наверное, у нас разный размер одежды, поэтому ничего не получится… - почувствовалась печаль в ее словах. - Ну что ты, не все потеряно. Если надеть что-то свободное, с ремнем оно должно сесть по твоей фигуре, - свои обещания необходимо выполнять, так что Света направилась прямиком из ванны к высокому шкафу, копаться на его полках. Получив сразу несколько вариантов на примерку, Аня планировала удалиться в соседнюю комнату, чтобы сделать сюрприз неожиданным. На случай, если ничего не подойдет, ей вручили ненужную безразмерную футболку и дали добро на простор для творчества. Не сказать, что она заядлая модница, зависимая от шмоток, но ради такого события была готова потерпеть. В прошлом ей часто советовали работать на подиуме, так как туда попасть проще - но она никак не соглашалась. Там нет места индивидуальности, нет самовыражения, ради которого она бы прошла огонь и воду. Сама суть моделинга пуста и бессмысленна! Настоящая мясорубка, в которой ловить нечего. Предлагать такое актрисе – мягко говоря, моветон. Унизительнее этой работы только добровольно лезть на мужиков. Безусловно, всякое в жизни бывает, когда нужда тянет, как удавка на шее. Куда только ни пойдешь, если за квартиру платить нечем. Поэтому Ане не приходило в голову осуждать несчастных женщин, на месте которых может оказаться и она. Однако, ей очень жаль, что у нее нет богатых родственников, которые бы продвинули племянницу на самый верх без труда. Это не значит, что всем можно играть бездарно, но будь ты хоть трижды гением, в фильм позовут человека, место для которого уже куплено. И сиди со своим талантом, не имея возможности его даже показать. Он никому не нужен, вот и все. Чужие вещи смотрелись на ней так, словно их стащили из родительского гардероба. Быстро поняв, что единственный выход – пойти на риск и поколдовать над старой черной футболкой, Аня принялась смело резать ее на части. Пути назад уже не было. Ее ворот был таким огромным, что в нем спокойно умещалась ее талия. Дотянув проем горловины до груди, девушка заправила рукава сзади, чтобы их не было видно. Продев в отверстия на спине нижний отрезок ткани, она затянула его как можно туже на подобии корсета. Только таким образом создавалась иллюзия, что это действительно короткое платье, сшитое по фигуре, а не болтающееся не пойми что. Света не догадывалась о том, сколько лет Аня ходила на уроки вокала, еще задолго до того, как задумалась о поступлении в училище. В силу своего болезненного перфекционизма, обладательница уверенного сопрано недооценивала свои способности. Ей даже было стыдно петь перед другими, не подготовившись, ведь она замечала любое непопадание в ноты. Если другим можно многое простить, то себе – ни за что. Когда Света на скорую руку сыграла ей романс, это было очень мило, пусть и не идеально. Ей ни разу не приходила в голову мысль критиковать чужой порыв души. Можно было подумать, что она не разбирается – но это было неправдой. Учителя в музыкальной школе хвалили ее тонкий слух и требовательность к себе. Редко кому из учеников удавалось иметь честь выступать на каждом конкурсе, и при этом даже не уставать. Но она была невероятно трудоспособной, радуясь любой возможности сбежать из дома. И чем дольше, тем лучше. Ей удавалось занимать главные места на соревнованиях, но не столько из-за голоса, сколько благодаря эмоционально насыщенному выступлению. На каждый перфоманс она подбирала новую маску, вживаясь в нее с первыми шагами на сцене. С таким подходом никто не оставался равнодушным, закрывая глаза на мелкие огрехи. Из-за богатого опыта, набранного в течении многих лет, у нее не осталось страха публики, скорее даже наоборот – она чувствовала глубокое удовлетворение, когда выступала. Мало что способно с этим сравниться. Как же давно она этим не занималась! Вот он, ее шанс вновь сиять, и пускай только для одной зрительницы. Сейчас ей большего не нужно. Лишь бы Света оценила ее по достоинству. Без распевки голос мог подвести в самый неподходящий момент – ведь она собиралась петь не абы что, а партию своей любимой исполнительницы. Это не каждому под силу. Настраивая свою гостью на дальнейшее шоу, Аня медленно просунула обнаженную руку в проем двери, сопровождая это подводкой на французском языке. Можно было бы и не прибегать к этому, но с ней начинать намного эффектнее. Ее произношение – чистое волшебство. Даже не догадаешься, что это иностранный язык для человека, а не родной. Включив заранее найденный в интернете минус, девушка начала петь и первыми же нотами приковала к себе чужое внимание. Света могла лишь молча сидеть в кресле напротив, следя за руками. Ее пальцы не останавливались ни на секунду в своем чудном танце. То закроют половину лица, то в виде пистолета окажутся направленными прямо на цель. Они могли трястись в припадке, либо изображать удушение – когда видишь это вживую, то понимаешь, что их функционал воистину безграничен. Свете не терпелось включить свою камеру, как будто непростительный грех на ее месте – бездействовать. Скорее всего, этот кавер на Леди Гагу при условии подходящих декораций и оборудования выстрелил бы на миллионы просмотров. Как же она до сих пор не заимела большую популярность с такими способностями? Кто внушил ей необходимость официального диплома, если и без него у нее все есть? К черту образование, ей не следует тянуть, совершенствуя свои навыки. Так можно «прикапываться к мелочам» до бесконечности. Возможно, мама запрещала ей бросать учебу, но теперь все в ее руках. Как же хотелось поделиться с ней этим восхищением, но нельзя было прерывать представление на середине. Ее поставленный голос так ласкал уши, что слушать его можно было без остановки. И когда Аня подошла ближе к ее креслу, магия, образовавшаяся между ними, лишь усилилась. Словно слушательницу привлекли как реквизит к работе. Невольно чувствуешь себя ее подтанцовкой, но не сожалеешь об этом ни на мгновение. Напротив, мечтаешь, чтобы тебя использовали по полной. Сердце уже давно билось с такой частотой, что хуже некуда. Когда к Свете пришло осознание, каких долгих и упорных тренировок ей стоила подобная легкость, стало не по себе. Ее уровень, правда, хорош. Даже стыдно вспоминать свои натужные попытки, исполненные днем ранее и значительно уступающие по масштабности. Но с другой стороны, ей больше не хотелось сгорать со стыда и прятаться. Ее ведь не осуждают, а поддерживают. Почему бы им не объединить усилия? Может, если Света не будет бежать от судьбы, это ее шанс. Когда музыка оборвалась, Аня села отдохнуть к ней на колени, как ни в чем ни бывало – только затрудненное дыхание не нуждалось в объяснениях. Не выходя из-под магнетического транса, Света продолжала тонуть в ее глазах. Она не ожидала такого тесного контакта, но инстинктивно покрепче прижала к себе свою ношу, чтобы случайно не уронить. Это не составляло особого труда, даже если обходиться одной рукой. Черная ткань красиво облегала ее тонкую талию, открывая обзор на голые плечи и выделяющиеся острые ключицы. Соблазн «вкусить их» был чрезвычайно велик и победил бы, если бы не страх напугать этим. Еще страшнее только опустить взгляд ниже, позабыв, что нужно поднять его обратно, ведь на ней не было лифчика. - Ты не говорила мне, что умеешь петь, - кое-как связала первые слова Светлана, ведь ее язык не слушался, - Если бы я знала, ни за что не стала бы позориться со своим любительским пением и глупыми стихами. Надеюсь, тебе вчера моя фальшь слух не резала. Я все-таки самоучка, мне до тебя расти и расти. - Если бы у тебя плохо получалось, я бы сказала, - честно призналась Аня, не собираясь ее жалеть и давать поблажки, - Я сразу поняла, что ты не училась, но мне очень понравилось. В тебе есть что-то природное, уникальное, и это цепляет, - от полученной похвалы придумать ответ стало проблематично. Надо было срочно успокоиться, чтобы продолжать диалог. - Я бы снимала каждый твой шаг, со всех ракурсов, которые удастся найти. Ты выглядишь восхитительно, - Света переключилась на ее спину и нежно провела ладонью по ней, никуда не торопясь. - Вот так? – резко откинулась назад девушка, согнув руку в локте, как натурщицы с картин великих мастеров. На одной из фотографий, коими была завешана ее комната часом ранее, бывшая лежала именно в такой позе, и Аня это запомнила. - Не обязательно мне позировать. Ты можешь заниматься своими делами, и я поймаю нужный момент. Мне кажется, ты даже во время чистки зубов фотогенична. На самом деле, я обожаю естественность, так что чем проще, тем лучше! - притянув ее поближе к себе, Света усилила общее ощущение неловкости, после чего замолчала. Их лица разъединял сущий пустяк, и использовать этот факт было проще простого. Теперь пришел Анин черед нервничать. - Значит, в те короткие промежутки свободного времени, где-то между сном и чтением книг, ты будешь меня фотографировать? – Аня не успела провести с ней полгода, но уже раскусила ее привычный образ жизни, большая часть которого проходила на диване. Она не имела ничего против, ведь умела себя развлечь самостоятельно. Даже глухому и слепому понятно, какую важную роль в жизни Светы играет уединение и отдых – без них она не будет собой. - Очень смешно, - по-доброму ухмыльнулась Света, ущипнув ее за бедро свободной рукой. - Извини, пока я живу с тобой, тебе придется терпеть мои шутки, - пошла на попятную девушка таким нежным воркующим голоском, что обижаться на нее было невозможно. Ее наглость и прямолинейность удивительным образом веселила, а не казалась издевательством, - Ты хочешь меня поцеловать?.. – Аня не могла больше игнорировать тот факт, как девушка напротив нее кусала свои губы, потупив взгляд. - Да, очень хочу, - находясь так близко, что можно было почувствовать соседнее дыхание, Света жаждала разрешения на продолжение. Как более опытная сторона, она не волновалась, но и не торопила события. Анина честность ошарашила ее настолько, что моментально пересохло в горле, - Можно? – щекотливый шепот на ухо заставил Аню поежиться. А ведь это всего лишь шепот. - Блин.. – отвернувшись от нее в самый последний момент, младшая девушка испортила их робкую попытку поцеловаться. Внутри нее бушевал такой шторм из противоречивых чувств, что они не дали ей расслабиться, - Прости меня, я не могу! – избыток эмоций оказался для нее непосильной преградой. Как бы страстно ни хотелось попробовать, от страха Аня совсем потерялась. - Да ладно, - тяжело вздохнула Света, откинувшись назад и создавая видимость, что все в порядке, - Я и без этого знаю, что ты меня любишь. - Не смущай меня! - для надежности накрыв губы партнерши ладонью, Аня злилась на себя за свою робость и скованность. Да, это ее вина - но ей же простительно! С кем не бывает? Вряд ли она одна такая на планете, кто волнуется перед первым поцелуем… Даже если его безумно хочется. Пока мучительные размышления терзали девушку, Света пыталась безуспешно промычать ей что-то. - А затыкать меня было обязательно? – как только та дождалась освобождения, начала ее по-дружески упрекать. В такой реакции явно не всё было чисто. Чем ее возмутил столь безобидный жест – непонятно. Настоящая причина крылась гораздо глубже Аниного понимания. Возможно, сейчас не самый подходящий момент, чтобы признаваться в том, как всё это возбуждает. И вообще – Света тайно мастурбировала в ванной, представляя как раз нечто подобное. Ох, сколько же ей придется потом рассказать… Бороться с этим желанием нет никаких сил, да и надо ли? Чисто технически, нет ничего грязного и постыдного в том, что она фантазировала о ней в прошлом, удовлетворяя себя – ведь теперь они вместе. А значит, близки. Может, снова прибегнуть к этому, чтобы не мучиться? Свете нравятся поцелуи до потери дыхания – долгие, глубокие… Нравится глушить в них громкие стоны, которые обычно у нее не получается сдерживать. Поэтому вошло в привычку всегда прикрывать рот рукой, даже став одним из фетишей. Когда Ане будет психологически комфортно, она обязательно покажет ей, каким может быть поцелуй. Неважно, когда именно – сегодня или через неделю, а может и через месяц. Терпение не вечное, но его должно хватить. Как бы она ни мечтала о возможности предаться своим фантазиям, придется подождать. - Мне, пожалуй, надо в душ.. А то я в дождь сегодня попала и промокла до нитки, - ловко придумала себе оправдание девушка, неспособная усидеть на месте. Ее высокая половая конституция – это настоящее проклятие! Однако, она ей совсем не мешала до тех пор, пока не появилась Аня. С ее появлением жизнь заиграла новыми красками. Только посмотришь – и сразу хочется трогать, прижимать к себе. И это еще самые невинные мысли. Света успела забыть о том, насколько она может быть тактильной. Это сущее безумие, которое невозможно усыпить. - Опять? Ты на меня злишься? – расстроено надула губы девушка сверху, не желая слазить. Как бы ее ни спихивали, все было бесполезно, - Не прогоняй меня, - крепко-накрепко вцепившись в ее плечи, Аня не подозревала, в чем причина такой спешки. По сути, она сама ей и являлась, даже не догадываясь об этом. Начиная буквально гореть от давления, которое на нее оказывалось, Света не оставляла попыток выбраться на воздух, где ее ждало спасение. Обстановка вокруг накалилась до предела, и продолжаться так дальше не могло. Риск сорваться был слишком велик, приходилось балансировать на грани. Аня заводила ее настолько, что она чувствовала себя животным, у которого в голове не осталось мозга. С такой одержимостью бороться – дохлый номер, еще пара минут, и она за себя не отвечает. Покрасневшая до кончиков ушей девушка изнывала от происходящего до дрожи в руках. Вжимаясь в сидение и дыша шумно и загнанно, она воображала, как они переспали бы прямо на этом кресле и прямо сейчас. Всего лишь, стоит Ане опустить руку ниже, к рабочим штанам... Расстегнуть молнию, просунув пальчики внутрь... Ещё ни одна партнёрша из тех, кто у нее был, не доводила до исступления заранее, одними лишь словами и намеками, без действий. А что будет, если она пойдет в активное наступление? Скинув с себя непослушную девушку, с которой никак не получалось договориться, Света так и сбежала от нее в ванную. Становится не до объяснений, когда счет идет на секунды. В прошлый раз, когда ее изводили, держаться было гораздо проще. Как прикажете контролировать свои руки от стремления залезть ей под юбку, если их разделяет несколько сантиметров? Как игнорировать губы напротив, напрашивающиеся на продолжение? «Я больше не дам ей садиться так близко, чур меня!» - клялась всем святым, что в ней есть, Света, умываясь под холодной водой. Однако оно было без толку – хоть целиком в воду лезь. Вполне ожидаемо, ведь тело требовало иного. Без разрядки она отсюда не выйдет. Чтобы там ни происходило, за дверьми.