Без тебя я тону в этом море

Замороженными пальцами

В отсутствие горячей воды.

Заторможенными мыслями

В отсутствии конечно тебя

— Я надеюсь, ты больше не общаешься с Медведевой, — Аня, наливавшая в стакан воду, замирает от неожиданности. Карий взгляд теряет фокусировку, а в голове резко пропадают все мысли. — Аня? — девушка вздрагивает от громкого голоса матери и ощущения холодной воды, которая переливается через край стакана на руки. — Ты сама лично удалила её номер с моего телефона, а теперь спрашиваешь, общаемся ли мы? — усмехается Аня, вытирая руки. — Ответь на мой вопрос. — Нет, я не общаюсь с Женей, — тихо говорит Аня, стараясь не выдавать дрожь в голосе.       После того как родители Щербаковой узнали об отношениях девушек, Ане просто не оставили выбора, кроме как навсегда вычеркнуть Женю из своей жизни.       «Либо ты сама прощаешься с ней, либо я лично сделаю всё возможное, чтобы она больше никогда не появилась в твоей жизни» — слова матери поселили животный страх в Ане. Девушка стала безвольной куклой в руках своих родителей.       Было больно говорить человеку, за которого готов отдать жизнь, что ты больше не любишь его. Было больно смотреть, как мир в его глазах рушится, трескается, оставляя после себя лишь мелкие осколки. Было больно каждую ночь захлебываться в истерике, граничащей с панической атакой и просыпаться от кошмаров с её участием. — Я рада, что ты послушала нас с отцом. От этой девушки ничего хорошего нельзя было ожидать. Ты была в её руках лишь игрушкой. — Женя не такая… — шепчет Аня, намереваясь выйти с кухни, чтобы не слышать дальнейших слов своей матери. — Не смеши меня. Эта Медведева та ещё сука, только и знает, что пудрить мозги малолетним… — Не говори так! — терпение Ани лопается, и она срывается, — ты ничего не знаешь о ней! Она не такая! — А какая, Ань? Думаешь ты её знаешь? — женщина, сузив глаза, с усмешкой смотрит на дочь, — она манипулировала тобой, вбила тебе в голову всякую дурь, а нам с отцом потом выбивать её из тебя…       Аня без слов разворачивается и уходит в ванную, хлопув за собой дверью. Закрывшись изнутри, девушка включает воду. — Чёрт, опять горячую отключили.       Ледяная вода неприятно колет кожу, но заставляет на время прийти в себя. Оставляя кран открытым, Аня скатывается по стенке на холодный кафель. Глубоко вдохнув, девушка поднимает взгляд наверх, зарываясь холодными пальцами в волосы. Как же хочется обнять её, почувствовать её горячие руки на талии. Почувствовать Женю.       Карий взгляд падает на бритвенный станок, лежащий на бортике ванны. Она обещала ей ни при каких обстоятельствах не брать лезвие в руки. Но ведь, если человека больше нет в твоей жизни, обещание можно считать недействительным?       Аня зажмуривается до белых пятен перед глазами. Когда ты с детства живёшь по устоям родителей, очень сложно в одночасье всё перечеркнуть. Выйти за рамки привычного. Почему всё так сложно? Но не ты ли сам всё усложняешь? — Аня выходи, мы не договорили, — в дверь настойчиво начинают стучать. — Идите все к чёрту, — шепчет девушка, стирая подступившие слёзы. — Аня, если ты сейчас же не выйдешь, я… — женщина не успевает договорить, как дверь открывается.       Девушка, не сказав ни слова, идёт в коридор, накидывая поверх футболки первую попавшуюся толстовку и надевая кроссовки. — Анна! — мать Щербаковой недовольно скрещивает руки на груди, наблюдая за дочерью. — И куда ты собираешься? — Домой, — отвечает Аня, захлопывая входную дверь квартиры.

И мир, как будто бы в трещинах.

И всё, что нами обещано прежними —

С неба посыпалось хлопьями снежными

— Я… я не люблю тебя, Жень, — говорит Аня, опустив взгляд в пол. Ногти неприятно впиваются в ладошки, но боль внутри сильнее. Боль внутри ломает ребра и прожигает кожу. — Посмотри мне в глаза и повтори это, — голос Жени дрожит, но она из последних сил старается держаться. — Я. — Аня поднимает взгляд сталкиваясь с растерянными медовыми глазами напротив. — Тебя. Не люблю. — Медленно, по словам произносит девушка, будто пытаясь убедить в этом прежде всего саму себя. Но ведь сердце не обманешь, да? И мир уходит из-под ног, когда у Жени на глазах появляются слёзы. И хочется кричать, что это неправда. Это ведь чистая ложь. Аня жить не может без Жени. Аня задыхается без Жени. Как можно жить без кислорода? Но Аня молчит. — Я тебя услышала, — тихо проговаривает Женя и разворачивается, выходя из квартиры и тихо закрывая за собой дверь. — Ненавижу! — Аня с силой бьёт ладонями железную дверь. — Ненавижу, — девушка скатывается по металлической поверхности на пол, закрывая лицо руками. — Я ведь не смогу без тебя. — тихий шёпот срывается с губ девушки.

Я задыхаюсь, помоги мне

Я задыхаюсь, помоги

Я забываюсь, я забываюсь

      Выйдя на набережную, Аня опирается руками на парапет, скользя бессмысленным взглядом по реке. В небе кружат чайки, время от времени перекрикиваясь меж собой.       В голове всплывает воспоминание, как они с Женей на этом же с самом месте кормили птиц, иногда распугивая пернатых своим звонким смехом.       Одинокая слеза непроизвольно катится по щеке Ани, растворяясь в воротнике толстовки. Жениной толстовки. Девушка только сейчас замечает, что по привычке вышла на улицу в её толстовке.       На макушку Ани приземляется первая капля дождя. После — вторая, третья. Капает дождь, с каждой минутой лишь усиливаясь. Капает дождь, смешиваясь со слезами Ани. Капает дождь, оставляя набережную пустеть. Капает дождь. Одиноко и холодно. А в мыслях настойчиво крутится желание увидеть её, услышать её голос и запах.       Дрожащими то ли от холода, то ли от приближающейся истерики пальцами, девушка набирает знакомые цифры давно выученного наизусть её номера и, отгоняя последние сомнения, нажимает на зелёную кнопку вызова. Первый гудок. Что я делаю? Второй гудок. Женя всегда отвечала на третьем гудке Третий гудок. Пути назад нет — Аня? — из динамика доносится удивлённый голос Жени, которая точно не ожидала такой звонок.       А Аня молчит. Аня и двух слов связать не может. Аня вновь задыхается, но уже не от боли, а от непонятных ощущений внутри.       Неужели не все бабочки сгорели? — Ань? Что случилось? — в голосе Жени сквозит искренняя тревога. — Аня, не молчи. — Жень… — заикаясь от подступающей истерики шепчет Аня, надеясь быть услышанной сквозь шум дождя. — Жень, забери меня, пожалуйста.       И Женя слышит. Женя срывается, оставляя ничего не понимающую Алину одну в ресторане. Женя тысячи раз обещала себе, что никогда не сорвется к ней, но сейчас, не задумываясь, садится в автомобиль. — Скинь геолокацию, — просит Женя, заводя машину и пытаясь не терять спокойствие в голосе. В ответ лишь прерывистое дыхание девушки и знакомый адрес в чате телеграмма. В чате, где Женю заблокировали без объяснений два месяца назад. — Я приеду через десять минут, Ань.       И плевать, что навигатор показывает двадцать минут без учёта пробок. Плевать на количество штрафов, которые придут на следующей неделе. Плевать на мигающие светофоры. Плевать на сигналящие вслед машины.       Жене плевать на всё, кроме девушки на другом конце телефона.

В твоём стакане виски и кола,

Еле стоишь тебе больно.

Я к тебе автостопом,

мне поебать на погоду

      Аня стоит всё так же у парапета, опустив голову на руки. Волосы неприятно липнут к лицу и шее, но девушке всё равно. Руки дрожат, а слёзы уже давно смешались с дождём. А если она не приедет? — Аня! — Девушка оборачивается и не верит. Не верит, что она приехала, несмотря на всё, что между ними произошло. Не верит, что она приехала просто, потому что Ане плохо. Женя подбегает и мгновенно притягивает к себе дрожащую девушку. — Что случилось? — тихий шёпот в макушку. — Жень, я не могу так больше, — Аня хватается за кожаную куртку Жени, как за спасательный круг. По рецепторам сразу же ударяет до боли знакомый запах, заставляя сердце ускориться. Аня хочет задохнуться, утонуть в Жене, лишь бы больше никогда не отпускать её. Не отпускать человека, который стал для тебя всем. — Жень, я так виновата перед тобой. Я… Я не должна была так поступать, Жень. — Беспорядочно шепчет Аня.       Женя молчит. Она лишь немного отстраняется от девушки, заглядывая в потухшие карие глаза напротив и опуская руку на мокрую щеку. — Поехали домой, Ань. Тебе надо согреться и успокоиться, — Женя аккуратно тянет за собой девушку, направляясь в сторону машины. — К тебе? — тихо спрашивает Аня, садясь в машину. — Ко мне, — выдыхает Женя, закрывая за девушкой пассажирскую дверь. Женя поднимая голову к небу, чувствуя, как холодные капли стекают по лицу и шее. — Называется: решила забыть о ней. Блять, — Женя пинает колесо машины и идёт к водительскому месту, окончательно путаясь в собственных чувствах и эмоциях.

Твоя любовь — это так красиво.

Твоя любовь — этих тактов сила.

Твоя любовь меня доводила,

но твоя любовь — это так красиво

      Девушки заходят в просторную квартиру Медведевой. — Так, ты первым делом — в душ, а я пока чай заварю, — Женя закрывает дверь и снимает куртку. — Малиновый? — пытается улыбнуться Аня. — Малиновый, — кивает Женя, проходя в спальню. — До ванной дойдёшь? Не заблудишься? — Дойду, — Аня идёт по знакомому маршруту в ванную комнату. Раздевшись и повесив насквозь промокшую одежду на батарею, Аня заходит в душ, настраивая горячую воду. — Я принесла тебе футболку и шорты, — в комнату заглядывает Женя, мгновенно отводя взгляд от размытого силуэта девушки за полупрозрачными створками душевой кабины и оставляя вещи на полке. — Долго не стой тут. Буду ждать тебя на кухне.       Через несколько минут Аня выходит из душа. Вытираясь, девушка останавливается взглядом на маленькой фотографии в углу зеркала, где Аня с улыбкой пытается вырваться из объятий Жени, которая, в свою очередь, крепко держит девушку за талию, целуя в щёку. Будто и не было этих двух месяцев порознь. Будто и не было громких слов и истерик.       Аня чуть встряхивает головой, отгоняя воспоминания и надевая просторную футболку и шорты. Запах Жени тут же укутывает девушки. Что-то в районе сердца болезненно ёкает.       Заколов волосы крабиком, Аня выходит из комнаты, чуть ежась от прохладного воздуха в квартире. Бесшумно зайдя на кухню, девушка забирается с ногами на стул, наблюдая за спокойными движениями Жени.       Женя оборачивается и скользит встревоженным взглядом по девушке. Женя думала, что больнее быть уже не может. Кажется, она ошибалась.       Сейчас, смотря на разбитую девушку напротив, сердце Жени вновь болезненно замирает. Синяки под глазами, свидетельствующие о многих бессонных ночах. Потухшие глаза, которые как будто стали на несколько тонов светлее. Покусанные губы с мелкими трещинками. Небольшие синяки на запястьях.       Женя судорожно вздыхает, опускаясь на соседний стул и ставя кружки с горячим чаем на стол. — Расскажешь? — тихо спрашивает, почти просит Женя. Она всегда даёт выбор.       И Аня рассказывает. Рассказывает всё с самого начала. Рассказывает, потому что доверяет. Рассказывает, потому что устала держать всё это в себе. — То, что я сказала тогда тебе — это всё неправда. Родители не оставили мне выбора. Манипуляции и запугивания сделали своё дело, а я просто сдалась, Жень. Я думала, так и в правду будет лучше, правильнее. Но это было моей самой главной ошибкой. Ничего не осталось кроме боли, Жень. Я порывалась много раз тебе написать, но каждый раз замирала на кнопке отправить или позвонить. Я… — Аня отставляет кружку с чаем на стол. — В последние дни я даже смотрела на лезвия, — на этих словах Женя вздрагивает, испуганно ловя карий взгляд напротив. — Нет, — мотает головой Аня, — я обещала тебе. — Котёнок, — мягко зовёт Женя, накрывая холодные руки девушки своими. — Жень, я так виновата перед тобой, — Аня поднимает глаза на Медведеву. — Нужно было сразу тебе всё рассказать. — Иди сюда, — Женя встаёт и тянет к себе подрагивающую Аню, обнимая её и невесомо целуя в макушку. — Ты мой маленький котёнок. Всё будет хорошо. Я никуда не уйду. Слышишь?       Аня еле заметно кивает, утыкаясь в футболку девушки, прижимаясь ближе. — Помнишь… ты когда-то говорила, что дом — это не место, а человек? — шепчет девушка. — Было дело. — Я сказала родителям, что ушла домой. Потому что мой дом — это ты. — А твоя мама, наверное, подумала, что ты окончательно сошла с ума, да? — улыбается своей же глупой шутке Женя. — Пусть думает, что хочет. Самое главное, что я вновь нашла свой дом. — Аня немного отстраняется от Жени, заглядывая в шоколадные глаза. — Мы сможем заново всё построить? — А ты дашь заново себя завоевать? — В этот раз тебе будет легче, — Аня, наверное, впервые за последние два месяца, смогла искренне улыбнуться. — Это почему же? — Женя с прищуром смотрит на девушку. — Потому что я люблю тебя.

Заново завоевать

Заново, заново, заново

Заново не понимать

Самого, самого главного

      Аня в последний раз оглядывается на многоэтажный дом и ежится.       Женя, облокотившись на капот машины, закуривает сигарету. Она не торопит девушку, понимая, насколько тяжело ей даётся этот шаг.       Вздохнув, Аня твердым шагом направляется к автомобилю, закидывая в багажник оставшиеся вещи и закрывая его. — Готова? — спрашивает Женя, наблюдая за девушкой. — Да, — Аня берет сигарету из рук своей девушки, поднося к губам. — Я оставила им письмо на столе. Больше не хочу видеть их в своей жизни. — Девушка выдыхает дым, отдавая сигарету обратно Жене. — Прекращай курить. — Кто бы говорил, — хмыкает девушка. — Я курю только из-за тебя, и ты это прекрасно знаешь, — закатывает глаза Аня, садясь в машину.       На это Женя лишь хрипло смеется и, потушив недокуренную сигарету, выкидывает её, после чего садится в автомобиль. — Домой? — Домой. Они обе прекрасно знают, что у них всегда будет одна сигарета на двоих.

Ведь целого мира к твоим ногам мало,

Я всегда это знал сам

Мило в облаках там

Мы с тобой летаем

— Опять воруешь мои футболки? — Аня вздрагивает от неожиданного шёпота девушки. Обернувшись, она видит в дверях кухни заспанную Женю, потиравшую глаза. — Они на мне лучше смотрятся, — улыбается Аня, утягивая девушку к себе в объятья и целуя в щеку. — Как будто тебе своих вещей мало, — фыркает Женя. — Ты чего так рано вскочила? Опять кошмары? — Нет, — Аня отрицательно покачала головой, садясь на подоконник и смотря на падающие снежинки за окном. — Ты думаешь, я правильно поступила тогда? Просто ушла из их жизни…       Женя вздыхает. Аня поднимает этот вопрос не в первый раз. — Анют, ответь мне, пожалуйста на один вопрос, — тянет Женя, подходя к девушке и аккуратно убирая её выбившуюся из хвоста прядь за ухо. — Ты сейчас счастлива?       Аня ловит медовый взгляд напротив. В её голове давно есть ответ на этот вопрос. — Я вместе с человеком, в ком уверена здесь и сейчас. Я счастлива с тобой, Жень. — Тогда ты сможешь сейчас сама ответить на свой вопрос, — проговаривает Женя, целуя Аню в лоб и переводя взгляд за окно.       Снежинки кружатся в рассветном солнце, лениво падая на землю. И где-то в этой морозной тишине, прерываемой лишь дыханием любимого человека, Аня в который раз убеждается в правильности своего выбора. Ведь поступи она иначе, этого утра могло и не быть.

Позови меня с собой,

Я приду сквозь злые ночи,

Я отправлюсь за тобой,

Что бы путь мне не пророчил,

Я приду туда, где ты

Нарисуешь в небе солнце,

Где разбитые мечты

Обретают снова силу высоты

— Что у нас сегодня на ужин? — Аня чувствует горячий шёпот в шею и крепкие руки на талии. По коже тут же пробегаются миллионы мурашек. Аня улыбается и расслабляется в руках своей девушки. — Твои любимые котлеты и пюре, — отвечает Аня, дорезая огурцы для салата. — Как у бабушки? — глаза Жени загораются. — Да. Иди мой руки, — Аня разворачивается к девушке, оставляя мимолётный поцелуй на её губах. — Будет сделано, капитан, — говорит Женя, параллельно с этим стараясь украсть ломтик огурца с доски позади девушки. — Женя, руки! — Аня строго смотрит на девушку, которая кидает в рот огурец. — Иду я, иду, — Женя скрывается с места преступления, довольно пожевывая любимый овощ. — Как ребёнок, ей богу, — закатывает Аня глаза, улыбаясь. Это и есть дом?

I had a dream,

I got everything I wanted.

But when I wake up, I see

You with me

Женя выбрала ту, ради кого она готова сорваться в любое время в любую точку мира. Аня выбрала ту, кто держит её за руку, когда страшно. Женя выбрала ту, кто делает её жизнь ярче в несколько раз. Аня выбрала ту, в ком уверена здесь и сейчас. Женя выбрала ту, кто постоянно таскает её вещи, оправдываясь тем, что на ней они лучше смотрятся. Аня выбрала ту, кто точно способен согреть её вечно холодные руки. И пусть эта маленькая история будет вечным напоминанием о том, что дом — это не место, дом — это человек.