Закаты

Дальняя дорога и поезд. Ревномерный стук и лёгкая тряска. Шесть друзей собрались в маленьком купе. Изначально, это плацкарт, но они решили закрыть проход одеялами. Немного душно, но зато как тепло и по-семейному. Играет музыка, тихая, ненавязчивая. На столе стоят чашки с уже остывшим чаем, открытые пачки сладостей. И вот эти шестеро, которые три недели назад были друг-другу незнакомы едут по домам. Пока что вместе, но как недолго это длится. И все чувствуют - скоро будет больно, очень больно. И все-таки как странно получается. Бывает, что вы общаетесь по-нескольку лет, но расставания воспринимаешь как обычно. Мол, уходит и ладно. Но вот с людьми, с которыми ты жил лишь 3 недели ты ни за что и никогда не хочешь расставаться. Потому что за эти три счастливые недели, они будто бы вплелись в тебя, в твою память. Но расставание неизбежно. И вы едете в этом несчастном поезде, и из-за всех сил пытается насладиться оставшимся мгновением. И вот эти шестеро рассуждают, как так получилось, как они сдружились. Ведь в обычно жизни, они бы ни за что не стали общаться, каждый думает: "Я видал похожих на вас, и я бы с ними не стал говорить, я бы даже не подошел, но с вами..." За окном день, но оно закрыто и не нарушает атмосферу. Атмосферу, в которой так и хочется говорить о себе открывая самые тёмные уголки души, вскрывать всю правду, когда хочется слышать тоже самое, когда хочешь знать все, абсолютно каждую мелочь о собеседниках. И вот уже вечереет. И поезд тормозит. Опять эта кошмарная пересадка. Ужасная суета, тревога, толкотня. Они вышли к вркзалу, а поезд ждать ещё два часа. И они смогли отпроситься погулять, недалеко от вокзала. Но всерьёз это обещание восприняла лишь сопровождающая. Они шли по маленькому городу. И нашли что-то вроде ТЦ. Хотя больше походе на месиво рыночных лавок. Они зашли внутрь, где было до странного пусто. И как-то так весело стало. Неожиданно, они будто забыли о чувстве скорой разлуки, начали бегать то там то тут, дурачиться. Это было влияние адреналина. Сбежали от взрослых, одни в маленьком городе, который, знает лишь один из них шестерых. Знают, что поезд скоро приедет, но возвращаться и не думают. За крики и игры их выгнали их ТЦ, старый охранник громко пыхтел и ругался, но они в ответ лишь смеясь вышли из странного здания. И вышли так вовремя. Был такой чудесный закат. Нельзя передать словами. Они встали, все шестеро, и тупо смотрели с опустившейся челестью. Там было полосатое небо, где-то синее, где-то алое. Где-то были тонкие полосы облаков. Один из них очнулся, он был уж очень поэтичен и нежен. Он сфотографировал сразу. И казалось, что с этим движением все ожили вновь. И тот кто знал этот город, повёл их к реке и лесу. Они вышли, с слева от дороги было море. Справа был искусственный ручеек. И к ним привязалась собака, маленькая и белая. До ужаса нежная. Они шли, лаская её и смеясь. Они вдруг заметили как потемнело. И времени не знал никто. Точнее могли бы узнать, но было вовсе не до него. Одна из них увидела, как облака принимают причудливую форму. Сначала естественную и простую, и море волнами её повторяет. Сначала это были горы, и море вторило как тень. Но с каждой фигурой море все больше темнело, тучи все больше, они уже будто имеют миллион плоскостей и осей движения. И фигуры стали уже просто чудом. Это был дракон, и закатное солнце, отблесками изобразило глаза. А море, бушевало, но все так же как небо, в нем был тот дракон, но он был тенью. А потом был огромный трехглавый пёс, у каждого были алые глаза, были разинуты пасти. И каждая голова с шеей двигались как хотели. И море, как ни невозможно это было, повторяло этого пса. И казалось, что она одна видет это чудо. Другие не сказали ни слова. Она повернулась на них, и вдруг почувствовала боль. Она вспомнила, что скоро они разъедутся и стало чертовски грустно. Сердце рвало, и это чувствоваволось физически. Она посмотрела под ноги, чтобы хоть как-то сдержать слезы. Обратила внимание на разговор, и поняла, что больше никто не смеялся. Говорили о чем-то серьёзном, и атмосфера стало выжидающе-грустной. Она посмотрела на всех и увидела, что где-то в областях сердец, у всех были дыры. Эти дыры пылали как на небе глаза трех больших псов. То красным, то черно-синим. Она поняла, что все чувства, что были сейчас у нее, испытывали все. Все боятся расстаться. Они шли и шли. И тот парень, что знал где они оказались, вдруг начал рассказывать, что за место и какая у него история. Это был тайный советский бункер. Теперь же из него сделали музей. Поставили вокруг кучу памятников и знаков. Та, что заметила чудо неба и моря, слушала все как бы на фоне. Она смотрела в лес, в горы, в ручей, что из искусственной струйки стал сильным потоком. А потом послышались вызги. Та собака, что увязалась за ними, сцепилась с огромным бродячим псом. Все шестеро отогнали здорового зверя, взяли на руки белого и пушистого друга, с окровавленной ногой и ошли обратно. Хоть куда-то, где им смогли бы помочь. И тут послышался отвратительный писк. Почему то знакомый, но до дрожи ненавистный, и только спустя пару мгновений, когда удержать прекрасную негу, уже невозможно, ты понимаешь что это просто будильник. И ты просыпаешься. Сидишь на кровати, пытаешься все осознать. Кусочки эмоций из сна, до сих пор тревожат сознание и сердце. Так больно в груди, словно её кто-то рвёт. И ты встаёшь, окончательно погружаясь в серую реальность, где нет тех друзей, где нет тех прекрасных закатов, где каждый хочет тебя лишь сожрать. -------------- Эпилог Я видела это во снах, Я видела реки и горы, моря и поля. Я видела как небо взрывалось, Искрилось, бурлило, а море смеялось. Я видела башни, что вниз уходили, И в них улетали, все мои родные, Они падали вниз, я за ними бежала, В каждый сон, исчезли, а я лишь страдала. Мне нравятся сны, Мне нравятся все те миры, Что лишь в сознании моем существуют.