Утро

      Восходящее солнце освещало комнату своим теплым светом. Проносясь мимо стола из дорогого тёмного дерева, кучи бумаг на нём, не самого удобного стула, солнечные лучи бежали дальше по полу и ковру, красиво освещая растрёпанные белоснежные волосы, похожие на гриву льва.

По комнате разносятся шорохи бамбукового одеяла.

      Луоча тихо мычит от ощущений шероховатых губ и острых зубов на своей шее. Цзин Юань, несмотря на свои прославленные боевые заслуги, оказался невероятно нежным и мягким любовником. И какой по счёту раз торговец в этом убеждался. Генерал оставляет томные поцелуи по всей шее возлюбленного и несильно покусывает кожу, после чего на небольшой промежуток времени останется розоватый след. Его грубые руки с многочисленными мозолями от постоянных тренировок, нежно водят по белоснежной коже, а губы спускаются всё ниже, постепенно подбираясь к груди и расцеловывая каждый участок кожи. Аккуратное несильное покусывание одного соска и сжатие второго пальцами вызывают слабое мычание от Луочи. Цзин Юань на это лишь коротко ухмыляется, опаляя горячим дыханием чувствительный ореол. Вдоволь наигравшись с красными бусинами, генерал продолжает спускаться всё ниже, проводя дорожку поцелуев через всё тело, не забывая при этом нежно ласкать тело возлюбленного руками. Луоче невероятно приятно, но он начинает сильно смущаться в тот момент, когда Юань доходит наконец до паховой зоны. Самого Юаня такая реакция торговца очень смешит и умиляет, хотя старается не показывать этого.

Он очень любит его нежный румянец на щеках в такие моменты.

— А’Лу? — слышится тихий голос генерала. Увидев, что взгляд зелёных глаз обратился на него, он так же тихо продолжает, пытаясь не разрушить атмосферу. — Не подашь мне масло, которое стоит тумбочке? — В золотом бутыльке или изумрудном? — Хм… золотом       Луоча привстает на локтях и одной рукой тянется к прикроватной тумбочке, что была сделана из такого же дерева, что и стол, стоящий недалеко от окна. Схватив золотой бутылёк с маслом, которое в идеале должно использоваться для мягкости рук, а не растяжки, он передаёт его Цзин Юаню, а сам спешит занять прежнюю позицию на мягкой постели. Юань аккуратно разводит ноги возлюбленного и удобно пристраивается между ними, осматривая полностью белоснежное, без единого шрама, тело. Его-то тело почти полностью усыпано шрамами, полученными при разных условиях. Какие-то он получил во время тренировок с наставницей, а какие-то уже будучи на службе. Но по-настоящему он смог их принять только после начала отношений с хитрым торговцем, который без устали твердил, что эти шрамы прекрасны и являются самым прямым и настоящим доказательством пережитых им моментов, а поэтому не стоит их стыдиться и скрывать. Цзин Юаню очень нравится, когда возлюбленный ласково проводит пальцами по шрамам и расспрашивает о том, как они появились.

Ох, как же он его любит.

      После того как Луоча немного сжал свои ноги, таким образом намекнув, что генералу пора двигаться, он открыл бутылёк с маслом и хорошенько смазал свои пальцы. Наклонившись всем телом ближе к Луоче, он потянул свою руку к его ложбинке, медленно провёл по кольцу мышц, оставив часть масла, а после ввёл один палец, начав аккуратно растягивать. Через пару минут Цзин Юань добавил ещё один палец и томно поцеловал торговца, нежно сминая его губы. Генерал поцеловал Луочу в подбородок, а после снова спустился ниже. Он спустился в самый низ и быстро чмокнул головку члена возлюбленного, вызвав легкую тряску всего его тела, и тихо рассмеялся с этого, а после спустился ниже, став выцеловывать внутреннюю часть бедра.       Луоча охотно отвечал на все поцелуи и ласки, которыми его одаривал Юань. Его всегда откровенно вело от невероятной нежности и любвеобильности своего генерала, которую он старается скрывать, но совершенно не выходит. Довольно часто Луоче приходит мысль о том, что он похож на кота. Большого, довольного жизнью кота, у которого в жизни два обязательства: кушать и спать. Торговец тихо застонал, запустив одну руку в волосы генерала и слегка сжав их, стал аккуратно насаживаться на пальцы, находящиеся внутри него. — А’Юань, я готов — тихо прошептал Луоча между поцелуями. — Зато я не готов — генерал поднялся обратно к губам любимого и хихикнул прямо в них, и вопреки своим словам, оторвался от уже красных и опухших губ, приняв старую позу между ног возлюбленного.       Вытащив пальцы из желанного тела, Цзин Юань потянулся к ранее откинутой бутылочке с маслом для того, чтобы смазать свой стоящий член и нанести ещё немного масла на растянутое отверстие. Однако, входить внутрь торговца, он не спешит. Ему охота ещё немного подразнить его. Подставив головку к анусу, он просто стал водить по нему, но не входил в него и пресекал все попытки Луочи самостоятельно насадиться на член. — Цзин Юань! — спустя время Луоча всё-таки не выдержал и недовольно воскликнул. — Да, мой дорогой? — сквозь тихий смех ответил генерал. — Не издевайся надо мной. — взмолил торговец.       На это Цзин Юань решил не отвечать. Он лишь наклонился к нему и поцеловал его в губы, одновременно с этим вводя свой член внутрь. Луоча застонал прямо в поцелуй от долгожданного ощущения заполненности. Генерал дал пару минут мужчине для привыкания к этому чувству, после чего начал аккуратно двигаться в тихом размеренном темпе. Ускоряться он не планировал, только если сменить наклон и глубину проникновения и сделал он это не зря, ибо стоны Луочи стали более слышимыми. Цзин Юань стал двигаться чуть резче, но не ускоряя темп. Одновременно с этим он взял в руку член возлюбленного, и начал водить по нему для дополнительной стимуляции.       Луоча разрывался от ощущений. Резкие движения внутри и мягкие на члене вызывали сильный контраст. Не знав куда деть руки, торговец схватился ими за простыни.

«Прелестный» — единственная мысль, возникающая в голове у генерала, пока он смотрит на Луочу.

— Чёрт… — тихо прошипел Цзин Юань, держа рукой чужое бедро и чувствуя, как его сжимают внутри.       Луоча с каждым толком внутри и движением на члене стонал сильнее. Он был всё ближе к концу. Недолго продержавшись, он, сжав пальцы на ногах и сильнее схватив простыню руками, кончил марая свой живот и руку генерала, которой он ласкал его. Следом, быстро выйдя из разморенного тела, кончил и сам Цзин Юань, запачкав внутреннюю часть бёдер возлюбленного. После оргазма ничего не хотелось, поэтому Юань спокойно лёг поверх Луочи, уткнувшись ему куда-то в район ключицы. — Теперь в душ придётся идти — тихо, немного устало произнёс Луоча и потянул руку к волосам любимого и зарылся в эти чудесные лохмы. Он немного даже завидовал их густоте. У самого волосы были более редкими, но зато более мягкими, так как генерал не уделял должного внимания своим волосам. — Ты бы в любом случае пошёл в душ с утра. — ответил ему Юань, медленно расслабляясь под нежными касаниями к волосам и коже головы. — я бы сейчас вздремнул. — продолжил он, улегшись поудобнее и прикрыл глаза. — А’Юань… — мягко позвал Луоча. Ни получив никакой реакции, он решил повторить. — А’Юань. — чуть твёрже позвал он его. А в ответ услышал лишь недовольно мычание и тихое сопение.       Луоча, понимая своего возлюбленного, решил просто полежать и позволить ему вздремнуть пару минут. Поэтому он одной рукой схватил тонкое бамбуковое одеяло и накрыл их им.

Уткнувшись в волосы Юаня, пахнущие чем-то сладким и пóтом, он и сам уснул разморенный утренним оргазмом и тёплыми лучами солнца.