В шкафу.

Прошло еще несколько минут с тех пор как родители вернулись домой, и не покидали спальню. Глэму пришлось отойти в ванную, а Вики осталась в спальне. Она устало откинулась на кровать. Но через минуту начала снимать с себя одежду. Уже через пару мгновений на Виктории было только нижнее белье. – Диии, мне страшно. – Успокойся, они, наверное, просто собираются спать лечь. Тут Глэм вернулся из ванной. - Ну что Вики, ты готова? – Ладно, только давай быстро, у меня нет на это особо настроения. – Тогда приступим. Тут Глэм тоже начал раздеваться, но уже снимая нижнее белье. В этот момент братья старались особо не смотреть, но какое-то странное чувство жгло в груди у обоих, похожее на теплое трепетание, то самое чувство что испытывают люди впервые открывая для себя порно или когда впервые оказываются в одной постели со своей любовью. Повинуясь этому неконтролируемому инстинкту, братья все же позволили себе наблюдать за происходящим, уже не слушаясь своих моральных принципов. Было странно, но им доставляло удовольствие смотреть на свою полуголую мать и полностью обнаженного отца, который щеголял по комнате, отсвечивая своей белоснежной, аристократической кожей, на которой красовалось скопище родинок. Вдруг Вики тоже решилась приобщиться к нагой тусовке своего мужа. Ее тело также покрывало множество веснушек и самых разных родинок. Но парней больше интересовали не родинки, а довольно большие груди своей матери, которые подпрыгивали каждый раз, как только она двигалась. А так же рыжий и кудрявый лобок, на котором было гораздо больше волос, нежели у Глэма. Как только пара полностью обнажилась, начало происходить самое интересное. Глэм достал мольберт практически из неоткуда, а так же в его руке оказался самый острый карандаш в их доме. Он попросил Викторию лечь в самую интересную позу, которую только мог придумать. В лежа на атласном одеяле их кровати, встала на четвереньки и подняла свой зад при этом широко раздвинув ноги. Поза была похожа на те, что обычно показывают по телевизору на канале посвященному йоге. – Вот так сойдет? – Да. Улыбка Глэма стала еще шире, что явно контрастировало с его разбитым носом и полным отсутствием одежды. Ди мог прекрасно наблюдать болтающийся, половой орган своего отца, которым его и Хэви зачали, прямо на этой кровати. А Хэви все никак не мог отвести взгляда от полового органа своей матери, ему было одновременно страшно, и интересно за ним наблюдать. Он даже подумать не мог, что у девочек под юбками есть такое. - Я закончу через, хмм, ровно 11 минут и 11 секунд. Время пошло. – Даже в такие моменты, пунктуальность Глэма его не подводила. Как только назначенное Глэмом время вышло, он отложил мольберт в сторону, и поспешил к Вики в кровать. Байкерша откинула одеяло в сторону и пригласила мужа в свое логово любви. Ди слышал про мужчин, которые любят насладиться соками своей жены, но то, что его отец один из них, он даже подумать не мог. Потом и Вики решила побаловать своего мужа, тем местом, которым она обычно матерится и пьет пиво. В темноте было не видно, но зрачки парней расширились в два раза. А на лицах отражались гримасы отвращения с примесью удивления и ужаса. После оральных развлечений пара приняла решение заняться традиционным методом, которым по всем справочникам обычно зачинают новую жизнь. - Они трах…Ди отчаянно начал закрывать рот Хэви ладонями. – Да, я сам в шоке, только тихо. Парни старались быть тихими, и к счастью из-за скрипа кровати и стонов их родителей было мало что слышно. Это все продолжалась еще где-то полчаса. Но за это время парни успели многое увидеть и узнать про своих родителей и про их личную жизнь. Они и поверить не могли что такое вообще возможно. Их умы были заточены, в какое-то подобие транса. Они не могли перестать наблюдать. Они не могли перестать думать. В конце концов, старший из братьев смог как то заставить себя отвести взгляд от щели разврата. Хотя если подумать, тут разврата вовсе никакого и не было. Но чтоб один человек рисовал, другого ради достижения сексуального удовлетворения…Такое он не видел ни в одном арт-хаусном фильме, которые они раньше часто смотрели с отцом. По прохождению еще десяти минут, оба родителя удалились в душевую. Видимо, чтобы продолжить свои дела там. Как только они ушли, Ди тут же открыл шкаф, в котором стало уже порядком душно. Он посмотрел на Хэви, который был явно ошарашен увиденным. Ди похлопал его по плечу. Хотя сам чувствовал себя не лучше. Братья постарались как можно тише покинуть родительскую спальню, даже не смотря на то, что из душевой доносился громкий звук воды, а также звук…смеха?