Офисные холмы

      За пару недель Лёша освоился в офисе. Привык и к ответственным задачам, и к людям, которые желают общаться. Он понимал, что народ потихоньку обсуждает и его самого. Третий сотрудник их отдела — Ярик, даже пытался выведать, какие отношения связывают Лёшу с Тумановым. Босс свой интерес нисколько не скрывал, и если сначала Лёшу это смущало, то вскоре он смирился. Хотя, как отвечать на не всегда корректные вопросы сплетников, так и не знал. Все, конечно, по запаху понимали, что секса у них не было, но очевидный вариант «ещё не было» окружающим, судя по всему, казался слишком скучными. Те несколько теорий, которые Лёша совершенно случайно подслушал, поражали своим размахом и неправдоподобностью. То один из них был болен, то они оказывались тайными родственниками, то ещё что. И все посматривали на Лёшу в ожидании, что он каким-нибудь случайным жестом подтвердит одну из их странных теорий.       Впрочем, в отделе сплетни Лиля пресекала. Она в целом как будто бы взяла Алексея под опеку. Ярик даже сначала выглядел расстроенным, но к счастью, потом увлёкся делом, и вскоре они уже все вместе неплохо работали.       Меж тем приходилось признать, что Тима прав — Рубен сделал свой выбор. Он окружал избранника заботой и вниманием, водил на обед и дарил вкусности. Где-то рядом маячило приглашение на домашний ужин. Рубен уже не раз упоминал своё умение готовить, можно было ожидать, что вскоре он позовёт Лёшу продегустировать что-нибудь в интимной обстановке.       Может быть он ждал от Лёши ответного шага? Но тот не мог его сделать, потому что ощущал только огромную растерянность. Всё как-то слишком быстро сорвалось в безумный круговорот. Едва Лёша освоился с работой уборщика и бытом одиночки в съёмной квартире, как его подхватило и понесло. Рубен заботливый и доброжелательный — абсолютная противоположность Диме. Димин адвокат, который пытался снять с клиента обвинение в клевете без суда и слал Лёше предложения, которые тот толком не понимал. Полиция со своими вопросами. Тима, носящийся с открытием салона. И безумно интересная работа в таких количествах, что иной раз Лёша приходил домой и сразу засыпал.       К тому же, теперь его рабочий день начинался утром, а не в обед. Заканчивался, конечно, тоже раньше. И это значило, что Лёша почти перестал видеть брата, работающего по ночам. Раньше они болтали в офисе, но теперь почти не пересекались ни там, ни дома. А в выходные Максимка устремлялся к своей девушке.       Правда, после пожара и слухов о поджоге, администрация здания решила установить турникеты на входе в бизнес-часть, и ввести систему пропусков. Максимка опасался, что охрана в отдельных офисах после этого станет не нужна, и его скоро уволят. Лёша не знал, как его поддержать, и не находил на это времени.       Туманов потребовал от их отдела презентацию с рассказом о проделанной работе и первых её результатах. Лиля наверняка могла рассказать всё необходимое сама, но решила дать слово каждому сотруднику. Благо их было только двое, а то тем могло и не хватить.       Лёша старался радоваться оказанному доверию, но в то же время трясся от страха. Одному Рубену он бы, конечно, рассказал. Они и так часто обсуждали разные рабочие моменты. Но начальница сказала, что там будут ещё какие-то люди. Другие руководители и партнёры.       — Может, без меня? — всё же спросил он в пятницу, когда до намеченного мероприятия оставался час.       — Не может, — отозвалась Лиля, которая, похоже, тоже нервничала. Впрочем, она тут же улыбнулась и сменила тон. — В этом вопросе ты разбираешься лучше всех. К тому же, ты очаровательный и всем нравишься.       — А Лиля заодно покажет, что она хороший демократичный руководитель, — влез Ярик. Вот он, похоже, не капли не переживал о своём выступлении. — У нас это в тренде, с тех пор как ушёл Пурвасов.       — Слушай, — встрепенулась Лиля, обращаясь к Лёше. — А вы точно не родственники?       — С кем? — не понял он.       — С Владимиром Пурвасовым, — пояснил Ярик, любопытно наклоняясь ближе. — Вы похожи.       — Я его не видел никогда, — с сомнением помотал головой Лёша. — Дима очень на маму свою похож. Её я знаю. А с его отцом так и не познакомился.       Коллеги удивлённо переглянулись.       — Дима Пурвасов, — попытался объяснить Лёша. — Мы учились вместе.       — Ходит слух, что его кто-то обвинил в домогательствах, — осторожно спросил Ярик.       — Так, — мгновенно взвилась начальница, — сплетничать в нерабочее время.       — В клевете, а не в домогательствах, — всё же пояснил Лёша и под грозным взглядом Лили уткнулся в свою презентацию.       Впрочем, Ярик мог этого и не услышать. Его телефон пискнул, он что-то прочитал и бросился в коридор. Лиля, как ни странно, сделала то же самое. Лёша какое-то время недоуменно смотрел на дверь и только потом догадался проверить сообщения из чата. Писали, что прямо сейчас полиция забирает кого-то в тюрьму.       В коридор высыпали, кажется, все сотрудники. Полицейские довели задержанного до дверей, но там ненадолго застопорились, столкнувшись с четой Витманов. Лёша был довольно далеко от них и всё пытался понять, кто же этот человек, который устроил пожар. Вроде бы не тот парень из технического отдела, который тогда выходил из кухни. Кто-то другой. Тот самый Саша — Димин друг? Или тот был полностью выдуманный.       — Он говорит, что не виноват, и его обманули, — шепнул Ярик, опасливо прячась за Лёшей, чтобы не получить очередной нагоняй от начальницы.       — А казался таким хорошим парнем, — всё же выразила своё мнение Лиля. — Обманули его!       — Сунул какую-то штуку в микроволновку и пытался всё свалить на уборщика, — смелее продолжил Ярик. — Но полицию так просто не проведëшь.       Лёша успел подумать, что он в тот день очень удачно опоздал. Ведь он мог не только оказаться подозреваемым, но и задохнуться в дыму. Неужели Дима мог сознательно так его подставить? Он ведь знал про Лёшину фобию. Правда, не знал, что Лёша — уборщик. Как же тогда всё это понимать?       Но времени обдумывать всё это не было.       Господин Туманов вышел в коридор и показал, что умеет выглядеть действительно сурово. Под его взглядом все разбежались по рабочим местам. К тому же, раз владельцы приехали, значит презентация должна была скоро начаться. Это волновало Лёшу куда больше.       В действительности всё оказалось совсем не так пугающе. В конференц-зале собрались трое начальников других отделов, Леонид и Евгений Витманы, тот человек, вместе с которым Рубен стащил у Лёши таблички для мокрого пола, и какой-то омега с ним. Лёша уже знал, что это Аслан и Геворг. Они выглядели довольно дружелюбно. Хотя Лёше показалось, что омега посмотрел на него как-то странно и хотел сказать что-то своему жениху. Будто до Лёшиного появления его как раз обсуждали. Но всё же говорить Геворг ничего не стал и улыбнулся очень тепло, как будто старался подбодрить.       Сначала выступил сам Рубен, коротко рассказав о своей идее. Потом слово перешло к Лиле, которая объясняла, как видит организацию отдела и самой их работы. Её приняли весьма дружелюбно. Немного, но это всё же помогло Лёше почувствовать себя увереннее. Он начал свою речь тихо, глядя в пол, но уже на втором слайде опомнился и продолжил нормально. Вроде бы его тоже хорошо приняли, но от облегчения, что испытание закончилось, Лёша почти не запомнил реакцию. Он вернулся на своё место и попытался слушать доклад Ярослава. Вот уж кто перед зрителями чувствовал себя, как рыба в воде. Было чему поучиться.       — И ты мне говорил, что не сработает, — рассмеялся Евгений Витман, когда все выступления закончились.       — Руководителю не пристало скромничать, — пожурил Рубена Аслан.       — Боялся сглазить, — развёл руками Рубен и посмотрел почему-то на Лёшу. Как будто тоже нервничал и нуждался в поддержке. Вероятно так и было. Лёша улыбнулся ему, как улыбался брату и сёстрам, когда они волновались о результатах контрольных или соревнований.       — А мы не боялись, — Леонид выложил на стол небольшую папку. — Предложение в силе, документы готовы.       Лёша не знал, о чём речь, но увидел, как у Рубена загорелись глаза. Он снова метнул взгляд в Лешину сторону. И у того напряглось что-то внутри, да и снаружи тоже. Похоже, тот день, когда его пригласят к Рубену домой, настал.       От этой мысли всё внутри трепетало то ли в страхе, то ли в предвкушении. Но это чувство немного развеялось, когда Лёша увидел в приёмной Оксану и Славика. С прошлой недели она записалась на какую-то групповую терапию, и на время занятия привозила ребёнка Рубену.       Славик сначала растерялся, увидев столько людей сразу, вцепился в отца, но потом радостно перебрался на руки дяди Аслана. Лёша тихонько вздохнул, но улыбнулся. Если сегодня его и позовут на праздник, то вряд ли они будут только вдвоём. Как бы Лёше не хотелось.       — Отличная причёска, — обратился он к Оксане.       Она радостно повернулась, показывая себя со всех сторон.       — Твой друг — просто бог, — расплылась в улыбке Оксана. — Лучший парикмахер, которого я знаю. Я порекомендовала его уже всем своим коллегам. Приведу толпу на открытие его салона.       — Кто такой? Мне тоже надо, — влезла Лиля.       Оксана отшатнулась и нервно поправила идеально лежащую прядку.       Рубен упоминал, что у его бывшей жены какие-то проблемы, но в подробности не вдавался. Он считал, что раз уж она занялась лечением, то её нужно поддерживать. Лёша, признаться, немного ревновал, но в целом был согласен.       — Это мой друг, — пришёл он на выручку. — Тимофей. Меня тоже он стриг.       — Мне нужен его номер, — категорично заявила Лиля.       — Д-да, у меня есть визитка салона, — проговорила Оксана, как будто эта фраза была для неё подвигом.       — Открытие на следующей неделе, — добавил Лёша.       — Я забронировал зал в ресторане моего дорогого друга Доди Авалишвили, — громогласно прервал их Аслан. — Немедленно все едем праздновать.       Слишком большая для приёмной компания зашевелилась, Рубен пытался урезонить брата и сказать, что не доделал ещё какое-то важное дело. Оксана объясняла, что вечер у неё уже занят, и праздновать что бы то ни было она не поедет. Хотя было заметно, что отказ даётся ей непросто. Славик раньше не видел Геворга и, как бы тот не был дружелюбен к ребёнку, общаться с ним не желал. Попытался забраться на руки к Жене, но у Витманов были ещё какие-то дела с Рубеном. В результате мальчик не знал, куда деваться и захныкал.       Когда Витманы и Рубен с довольными лицами вышли из кабинета, Лёша уже один раз попытался смыться от этой галдящей компании в свой кабинет. Но его перехватил Аслан и попытался поговорить о чём-то, чего Лёша не понял. Какое-то приглашение. Кого? Куда? Еле удалось вырваться. Уже и в ресторан ехать не хотелось, как бы Аслан не расписывал прелести этого места. (Похоже, главная была в том, что он поставлял туда вина). Но отвертеться Лёше не дали.       Едва успел схватить свои вещи, вот его уже считай подпихивают в сторону лифтов. Правда, у выхода возникла небольшая заминка: Женя вдруг попятился и заглянул в каморку охраны.       — Это не вы тренируетесь у дяди Гоши по средам? — спросил он Максима, который ещё и куртку-то снять не успел. — А вы рассматриваете возможность работы помощником тренера? Я открываю свой центр, мне нужен будет помощник.       Максимка издал нечленораздельный звук и часто закивал, не веря в свою удачу. Лёша показал ему большой палец и поспешил пойти дальше, чтобы не мешать остальным. В лифте он оказался с Оксаной и Славиком.       — Побудешь с папой, — уговаривала она ребёнка. — Поиграешь с дядей Асланом. А я скоро приду.       Но мальчик недовольно мотал головой и цеплялся за мамину шею.       — Смотри, — когда они спустились, Оксана попыталась чем-нибудь отвлечь сына, и повертела перед ним карточкой временного пропуска. — Нам с тобой нужно засунуть эту карточку вон в ту коробочку. Хочешь сделать это сам?       Славик вроде как заинтересовался идеей, пропуск взял и заозирался в поисках той самой коробочки. Но вдруг вывернулся из рук матери, прошмыгнул под турникетом и помчался к выходу, размахивая пропуском.       Оксана врезалась в закрытую перекладину, и пока охранник соображал, что случилось и что-то переключал на пульте, Лёша выскочил и бросился за ребёнком. Славика он поймал на ступеньках крыльца и не успел повернуться обратно, как в бок уперлось что-то твёрдое.       — В машину иди, — потребовали в ухо Диминым голосом.       — Дима, что ты…       Но вместо ответа Лёшу только больнее ткнули в ребро. Он хотел обернуться, найти кого-нибудь знакомого. Ведь где-то там совсем рядом был Рубен и остальные. Они могли бы помочь. Но видимо, их лифт ещё не спустился. Да и посмотреть по сторонам Лёша не мог: с одной стороны в него вцепился Славик, с другой напирал Дима. Лёша медленно шагнул в сторону парковки, надеясь, что их всё же заметят. Но Димина машина оказалась почти у самого крыльца. Они уже успели тронуться, когда Рубен и Оксана, наконец, вышли из здания.       — Куда мы едем? Что тебе нужно? — возмущался Лёша, прижимая к себе ребёнка.       Вот бы попались какие-нибудь полицейские, которые обратили бы внимание на отсутствие детского кресла и решили бы остановить машину. Но это была пустая надежда. Лёша осторожно достал телефон, но срочно звонить и кричать, что его похитили, опасался. Мало ли что Дима выкинет в ответ, а он ведь за рулём.       — Заткнись, — велел Дима. У него на коленях лежал пистолет. Чёрный и опасный, не похожий на детскую игрушку. — Это быстро.       Лёша ничего не понимал, но дальше спрашивать не стал. Впрочем, ехали они недолго. Пара кварталов и машина остановилась у конторы нотариуса. Дима махнул пистолетом, веля выходить. Телефон пришлось убрать, хотя Лёша уже успел осторожно найти контакт полицейской, которая расспрашивала о фотографиях.       — Да не трясись ты, — внезапно улыбнулся Пурвасов. — Сейчас всё подпишешь, и катись, куда хочешь вместе с… Что за ребёнок, кстати? Ты всё-таки родил?       — Славик, скажи этому дяде, сколько тебе годиков, — нервно предложил Лёша, осматривая маленький кабинет.       — Тли, — тихо сообщил мальчик. — Сколо будет четыле.       — Это сын Рубена Туманова. И он будет его искать.       — А. Ну и пофиг, — пожал плечами Дима. — Садись. Вы подготовили бумаги?       Шкафы с какими-то папками сдавливали пространство кабинета со всех сторон. Да и поверхность стола терялась под стопками и целыми коробками документов и справочников. Сам нотариус — невысокий бета лет сорока, на посетителей смотрел равнодушно. Он отложил сигарету в пепельницу на одной из стопок бумаг и потянулся к другой. Лёша удивлённо следил за его движениями. Он так давно не видел, чтобы кто-то курил настоящие сигареты. Дедушка так делал, и то бросил.       Нотариус, впрочем, на дедушку был совсем не похож. Слишком безэмоциональный. Рыба, а не человек. Он положил перед Лëшей несколько листов, соединённых скрепкой, и ручку.       Славик потерся носом о Лëшино плечо. Видимо, его раздражал необычный запах. Да и незнакомые люди. Малыш в целом слишком смущался незнакомцев. Возможно, это было не совсем нормально. Хотя в случае с Димой Лёша вполне мог его понять. Мальчик вцепился в единственного человека, которого знал, и, когда Лёша попытался его как-нибудь отодвинуть, чтобы сесть к столу, принялся брыкаться и снёс одну из стопок бумаг со стола.       — Осторожнее с вашим ребёнком, — бесцветно возмутился нотариус. Он наклонился за упавшими документами и свернул ещё одну стопку.       Дима изобразил снисхождение на лице и всё же присел, чтобы её поднять. Лёша успел нажать вызов. Во всяком случае, надеялся на это. Он не мог видеть, идёт звонок или нет.       — Это не мой ребёнок, а моего начальника, — внятно повторил Лёша. — Если бы вас похитили, вам бы это тоже не понравилось.       — Да никто тебя не похищал, — фыркнул Дима, поднимаясь. — Просто подпиши заявление и вали к своему орангутангу. Или с кем ты там нынче.       — На себя посмотри! — вскинулся Лёша. — Рубен — не обезьяна.       — Папа — холоший, — поддержал Славик. — Мама сказала, он не настоящий мой папа, но мне всё лавно мозно его любить, потому что он холоший.       — Это ненадолго, — злобно буркнул Дима. — Наша куколка нарожает ему своих, не до тебя станет.       — Неплавда! — завопил мальчик, снова размахивая всеми конечностями и снося всё подряд.       — Дима, черт возьми, зачем ты это делаешь? — вскочил Лёша.       — Прекратите немедленно! — взревел нотариус, теряя своё рыбье безразличие.       — Потому что ты — идиот со смазливой рожей, — спокойно ответил Дима и настойчиво сунул в Лëшины руки папку и ручку.       Лёшин взгляд волей-неволей зацепился за буквы заголовка.       — Заявление о присвоении титула? — он не поверил своим глазам, но складывал строчку за строчкой. — Этого не может быть!       — Просто подпиши!       — Вы — единственный на данный момент граф Ушаков, — пояснил нотариус. — Все документы Дмитрия проверены. Царская администрация утвердит заявление в течение двух недель.       — Этого не может быть, — повторил Лёша и с надеждой посмотрел на Диму. Но тот только ухмылялся. — Я же не…       Взвыла сирена.       — Вы мне пожар устроили! — попытался её перекричать нотариус и кинулся к тому краю стола, где поднимался дым.       Видимо, окурок из пепельницы упал вместе с остальным хламом. А там была в основном бумага, которая прекрасно горит. Совсем немного времени и пламя рвануло вверх по корешкам старых папок в шкафу. Нотариус вынужден был отскочить. А Лёша лишь краем сознания фиксировал охватывающий его ужас, но продолжал смотреть на Диму, надеясь на объяснения.       — Черт бы тебя побрал! — вздохнул тот и потянул Лёшу за руку. — Не тупи!       Дима тянул Лёшу со Славиком к выходу пока не наткнулся на полицейских.