Не ломайся, Шаст

      Антон перевернулся на другой бок, но и тут не нашёл уже знакомую на ощупь простынь. Всё было такое тёплое, мягкое и уютное, словно он и не знал накрахмаленного одеяла, от которого так и несло порошком со свежестью. Шастун поморщился. С самого утра, которое он провёл в полудрёме, его не оставляло ощущение чего-то не такого. И интерес взял вверх.       Сжав в ослабевшем кулаке одеяло, Антона приподнялся и отдал себе пару секунд на то, чтобы привыкнуть к новому положению. Голова гудела, но парень чувствовал — пора вставать. Один за одним, Антон медленно открыл заспанные глаза, но увиденное вмиг согнало утреннюю вялость и остаток дремоты.       Комната, в которой по счастливой случайности проснулся Шастун, была совершенно ему незнакома. Привычная обстановка словно изменилась за ночь, а одна комната и вовсе появилась. Антон вскочил, озираясь по сторонам как напуганный зверь.       «Что за нахрен...»       Но тут из комнаты послышался звук сливающейся воды и через несколько секунд из неё вышел Арсений, совершенно невозмутимый. Он бегло посмотрел на Антона безо всякой эмоции и лишь потом зашевелился.       — Доброе утро, — Его голос был мягок и тягуч. Казалось, с утра привычное ему спокойствие перерастает во что-то большее, нежели просто тишина. Что-то, что ассоциируется со сладким мёдом, отливающим бронзой на ярком солнце...— Ты рано проснулся. Как себя чувствуешь?       Антон ещё раз недоверчиво посмотрел на мужчину и опустился обратно на кровать, что находилась у окна, из которого золотистые лучи разливались на пол тёплым светом. Утро действительно было восхитительным, хоть и морозным. Все оттенки светлого, оранжевого, жёлтого и золотого смещались с друг другом в плавном танце и окутали весь город.       — В порядке, но болит голова, — Заметил Антон, когда в мозг вновь впились неприятные иглы. — Как я здесь оказался? Ничего не помню.       — Ну, вы вчера с Серёжой, вероятно, очень удачно сходили по магазинам.       При этих словах на лице у Попова появилась небольшая ухмылка, как бы невзначай намекающая на то, что всё было не так просто.       — А потом вы каким-то чудом добрались до отеля, вот только ты не смог найти свой номер. Я хотел тебя оставить там, но испугался, что что-то произойдёт, ты меня извини, — Арсений скрестил руки на груди. — Я всё ещё помню, как ты ужасно переносишь алкоголь, так что решил перестраховаться.       Шастун отвёл взгляд. Стало крайне неудобно из-за такого замечания Попова, потому что Антон чётко помнил, что не хотел, чтобы тот заметил его неумение пить. А вышло всё наоборот. Так теперь и шутит, чёрт рогатый.       Но тут Шастуна посетила одна мысль, которая привела его в ужас. Он скованно уставился на Арсения, слово его парализовало.       — Арс, а мы не....       Попов в недоумении приподнял брови, но когда ему стали понятны слова Антона, расслабился.       — Не переживай, ничего не было. К тому же, воспользоваться пьяным человеком это слишком мерзко, — Но тут мужчина понизил голос и на лице его появилась та самая хитрая улыбка, а глаза будто бы блеснули своей голубизной. — Но всё же кое-что было. В нашей переписке.       И пока Шастун судорожно искал свои вещи на стуле, который стоял рядом, Арсений подошёл поближе, чтобы лучше оценить реакцию парня. Дрожащими руками, Антон нащупал в кармане джинс телефон и в несколько касаний зашёл в переписку.       Несколько мгновений он стоял неподвижно, пялясь в экран, пока на его лице появлялся багровый румянец. Арсений был доволен собой. Мужчина плавным движением пальца пролистал все сообщения до конца и остановился на самой последней фотографии.       Когда Попов сам ещё раз изучил каждую делать откровенной фотографии, что была бесстыдно отправлена ему вместе с кучей других, но менее дерзких, он подошёл ещё ближе, наклоняясь к самому уху Антона.       — Я действительно был расстроен тем, что не смог помочь тебе с этим.       Но Антон не отвечал. Воспоминания, подобно большому пазлу, по кусочкам восстановливались в его ватной голове, и он ярко помнил о том, что именно такой реакции он и добивался. Именно в такое положение он хотел вогнать Арсения. Но на деле всё получилось совершенно по-другому.       На деле он вновь стоит перед мужчиной, весь красный и смущённый и не имеет ни единого туза в рукаве! Всё как обычно. Но может, именно это и заводит его ещё сильнее? Именно такой расклад. Такая переигровка, когда Арсений на шаг впереди. Когда он вновь вырывает победу из рук Шастуна прямо у финиша?       — Арс, мне кажется, между нами произошло недопонимание...       — И это было не то, чего ты хотел?       — Не то, — Не сразу ответил Антон, не поднимая глаз.       Лицо Арсения приняло серьёзное выражение, и приподняв голову, Попов оставил парня в покое. Шастун искоса проследил за его движениям, когда мужчина покидал номер, и только потом принялся в спешке собираться.       Но вещи валились из рук Антон, словно песок, просачивающийся между тонкими пальцами. Он неуклюже натянул футболку, в то время как мысли его были далеки от реальности. После того, как Шастун выглядел относительно прилично, он незаметно перебежал в свой номер, чтобы избежать ещё одной неловкой встречи с Поповым и переодеться.       Сегодня был завершающий день поездки, потому шоу обещало быть насыщенным. Ребята толпились в гримёрке, пока стилисты суетливо бегали вокруг и подготавливали их к выступлению.       — Десятиминутная готовность, — Дверь открылась, и из неё показалась кучерявая голова молоденького парня, который не первый час сообщал о времени и успел изрядно надоесть каждому. Хотя на деле хватило бы предупреждения за полчаса.       Стилисты, словно ужаленные, с новой силой принялись метаться по маленькому помещению, о чём-то громко возмущаясь. Антон стоял поодаль и с улыбкой наблюдал за ситуацией, которую ему раньше не доводилось видеть.       — Мы как на карнавал, — Заметил Позов, оглядывая всех разом.       И Антон не отставал от их своеобразного парада рубашек всех видов. Его свободная и широкая была тёмно-голубого цвета. Что-то из оттенков глубины самого атлантического океана, того цвета, за которым веками мог бы гоняться художник в поисках того самого.       — Ну всё, — Серёжа медленно встал с насиженного места. Вчерашние приключения давали о себе знать в его неслаженных движениях — Пора идти.       Стилисты все как один отбежали от артистов и скучковались у стен, оценивая свою работу со всех ракурсов. Арсений выходил последним и, воспользовавшись моментом, проходя мимо Антона, шёпотом бросил.       — Выглядишь невероятно.       Но прежде, чем Шастун успел опомниться, силуэт мужчины уже скрылся за поворотом в темноте коридора, откуда дружно доносились шаги команды.       Антон так и остался один в гримёрке — ему не было нужды бежать хвостиком за всей делегацией и присутствовать на самом начале «Импровизации». Ему вообще сегодня незачем было быть здесь, ведь все дела были сугубо для Александра Алексеевича. Тёплое чувство, разлившееся в душе Шастуна, заставило его остановиться и насладиться моментом.       От комплимента Арсения впервые стало невероятно приятно и радостно, что Антон улыбнулся самому себе. Он медленно подошёл к зеркалу с яркой подсветкой и ещё раз осмотрел себя, бережно поправляя непослушные волосы. Захотелось догнать Попова и... Но зачем? Парень сам не понимал причины такого импульсивного желания, но почувствовал крайнюю необходимость в том, чтобы именно сейчас взять Арсения за руку и посмотреть ему в глаза.       Но мечтал Антон не так долго, как хотел бы. Зашумевший зал говорил о том, что шоу началось и, грустно вздохнув, Шастун пошёл туда, ведь сегодня он был впервые в качестве зрителя, а на сцене выступал тот, кого Антон хотел видеть больше всего.       Концерт был великолепен. Антон отметил, что это было одно из лучших выступлений ребят, которое он видел. Энергичные, весёлые, заряженный, без сомнения профессионалы, провели они программу, казалось, в один миг.       Зал был в восторге, чему было свидетельством бурная реакция и отдача. Сам Шастун не без наслаждения участвовал в качестве зрителя, и, если бы мы провели параллели с каждым из гостей, то Антон хлопал однозначно громче всех. Предвкушение прекрасного вечера после не менее замечательного концерта окрыляло парня и делало его самым счастливым человеком во всё мире.       Но Антон чувствовал, что этот вечер будет особенным лишь при одном условии —при присутствии только одного человека, который непременно подарит ему наилучшие эмоции. Поэтому парень уже продумывал то, как бы всё устроить и незаметно улизнуть вдвоём со всеобщего празднования.       Полтора часа пролетели незаметно, как и Шастун, когда залетел в гримёрку, чтобы поздравить ребят с окончанием своеобразного тура по Питеру. Но глаза были прикованы лишь к одному человеку.       — А вот и они, — С широко распахнутыми руками в комнату вломился Александр Алексеевич, а его сверкающая улыбка была натянута до самых ушей. — Мои герои! Ну что, готовы?       — Даже грустно как-то, — Серёжин пессимизм выделялся на фоне шумных поздравлений и уже начавшегося празднования.       Александр Алексеевич мигом загрёб его под левую руку и крепко прижал.       — Ничего, Серёж. Питер город красивый, но каких только красот ты ещё не увидишь! Это только начало.       Парни дружно разразились смехом и, оперативно собрав вещи, стали направляться к выходу, где их уже ждала машина. Антон хотел было напомнить о том, что стоило бы предупредить об уходе, но Александр Алексеевич лишь махнул рукой и на радостях небрежно бросил: "Сами разберутся, мы своё отыграли".       Поездка до ресторана, где намечалось празднование, выдалась не менее весёлой. Периодически кто-нибудь ходил по микроавтобусу и выкидывал смешную вещь, а Арсений и вовсе умудрился станцевать, тем самым заставив засомневаться Шастуна в том, что никто не успел нигде ничего выпить.       Но парень лишь с улыбкой наблюдал со стороны за ними. Мысли о его плане не давали покоя, а теперь и Попов, который вышел из своего обычного спокойного состояния. Примет ли мужчина приглашения Антона удалиться с банкета или всё же пожелает остаться?       Со своей стороны Арсений не подавал Антону никаких зашифрованных знаков, потому о его намерениях оставалось судить лишь по поведению.       Ресторан был наполнен множеством людей, которые Шастуну были совсем незнакомы. Если парни ещё могли кому-то пожать руку или переброситься словами, то Антон мог только дружелюбно улыбаться и подходить к очередной компании людей, где Александр Алексеевич в самых скромных предложениях представлял своего нового помощника.       Имена надолго не задерживались в голове у Шастуна, а тем более должности всего общества, в которое он попал, оставались ему неизвестны. Расслабляла лишь атмосфера праздника — энергичная музыка, которая вскоре стала громче и заглушала любые разговоры, и танцующие тела, что напоминали Антону самый обычный клуб. Шастун даже умудрился найти бар, где не отказался от бодрящего "Грязного мартини"       — Не нашли компанию себе по душе?       Неожиданный вопрос бармена удивил Антона, который бессмысленно залипал на стеклянные бутылки погружённый в своих мысли.       Светловолосый парень его возраста без особого энтузиазма смотрел на Антона в упор, одновременно протирая полотенцем хрупкие бокалы, которые сверкали от переменчивых лучей диско-шара.       — Типо того, — Кивнул Антон и сделал глоток своего напитка.       — С кем вы сюда пришли?       Настойчивость бармен напрягла Антона, но взвесив все аргументы Шастун, решил продолжить внезапный диалог, ведь вечер уже был провален — Арсений растворился в толпе людей, «но обещал вернуться»       — Я — помощник продюсера «Импровизации». В честь них, в общем-то, и праздник, как я понимаю.       — Вот оно что, — Бармен ловким движением собрал бокалы со стойки. —А то я вас раньше не видел. Как вас зовут?       — Антон.       Бармен вопросительно поднял бровь, когда Шастун так просто ответил ему. Антон в недоумении уставился на него. Сказал что-то не то или всё же стоит спросить имя в ответ? Но бармен опередил его.       — Значит, без формальностей. Вадим.        Антон пожал протянутую ему руку всё ещё пребывая в недоумении от такого быстрого знакомства.       Музыка начинала напрягать. Её настойчивый ритм и громкость изрядно надоели, а уши просили тишины и спокойствия. Шастун подумал, что не хочет здесь оставаться потому выходить на перекур смысла не было. Он поставил бокал и отказавшись от повтора напитка, собирался расплатиться.       Но внезапно чья-то рука приобняла его за талию и слегка грубо подтолкнула к себе. Шокированный Антон не сразу понял в чём дело, а лишь потерял координацию и чуть не упал, если бы не опора в виде человека, который удержал его. Выпученными глазами Шастун уставился на нарисовавшуюся фигуру, но это оказался никто иной как Попов, на приход которого парень уже не надеялся.       — О чем это вы тут болтаете? —Совершенно невозмутимо спросил Арсений, но смотрел он лишь на бармена.       — Арс, — Выдохнул Антон, когда смог самостоятельно встать на ноги. — Не думал, что сегодня ещё увижу тебя.       — Я лишь отошёл поздороваться.       Шастун прикусил язык, чувствуя, что хочет съязвить. За временем он не следил, но был уверен — прошло больше часа спустя как они зашли сюда. Не желая продолжать эту сцену, он рассчитался с Вадимом и, попрощавшись, направился к выходу. По ощущениям Попов был настроен только на веселье, поэтому вряд ли он будет обижаться и вообще вспомнит эту ситуацию с утра.       Когда Антон пробрался через толпу людей на выход, свежий воздух приятно обдул лицо после душного ресторана. Не отходя далеко от заведения, парень поспешно закурил, снимая нарастающее напряжение самым действенным способом. Осталось придумать, как добраться до отеля и желательно перекусить по дороге.       — Ты хотел провести вечер вдвоём?       Шастун не сильно удивился, хоть и допускал возможность того, что Арсений пожелает остаться на празднике. Потому парень с явным наслаждением повернулся к мужчине и демонстративно выпустил пар изо рта. Его глаза встретились с голубым взглядом, тут же приковавшемуся к сигарете. Антон ухмыльнулся, наслаждаясь последовавшей реакцией.       — Мне казалось, что ты достаточно выпил. Звучит как аргумент, чтобы вернуться внутрь, — Шастун затянулся ещё раз.       — Я не пьян, а ты кажешься обиженным.       — И чьё же положение лучше?       Но Попов не ответил на очередную колкую провокацию.       — Я схожу за пальто и вернусь. Стой тут.       Антон отвернулся, но послушался. Как бы ему не было неприятно за то, что произошло, винить Попова он не мог. Особенно после того, как всё пошло по его задуманному плану.       Совсем скоро вернулся Арсений. Его силуэт вновь заставил Шастуна засмотреться на него, ведь отрицать, что мужчина выглядит во всём слишком притягательно, он не мог.       — Куда пойдём? — Спросил Арсений, подходя к парню. Он снова впился взглядом в дымящуюся сигарету.       — Я хотел отправиться в отель, но ты можешь составить мне компанию, — Антон подумал и добавил. — Зачем ты меня обнял при том парне?       — А что не так?       — Он мог тебя узнать.       Вместо ответа Попов забрал у Антона никотиновую палочку и без разрешения впился в раскрытые губы парня. Шастун успел испугаться за недокуренную сигарету, но, сообразив, ответил на такой дерзкий поцелуй. Сегодня он не собирался уступать явно раздражённому Арсению, ведь сам имел к нему парочку претензий.       Мужчина по-хозяйски проник языком в рот Антона, словно в первый раз изучая влажное пространство. Когда парень обмяк в его руках, Арсений прикусил его нижнюю губу, заставив того вздрогнуть от неожиданности, и так же внезапно завершил поцелуй.       — Горько, — Прокомментировал Арсений, смакуя во рту оставленное послевкусие.       — Сам полез.       Антон утёр губы и сердито смотрел на мужчину, который выглядел довольным проделанной работой. Но вскоре Шастун не смог так просто устоять и уже сам полез к Попову, накрывая его лицо своими холодными руками.       Пара минут прошли незаметно, пока Шастун пытался насладиться желанным поцелуем, о котором думал последние несколько дней. Он сбавлял и увеличивал напор, зарывался в волосы Арсения длинными пальцами, пока тот смиренно стоял и позволял парню брать вверх.        Когда же Антон отстранился, чтобы перевести дух и отдышаться, мужчина достал телефон и нетерпеливо набрал номер.       — Значит, всё же в отель.

***

      Прибыв в отель, они поспешно зашли в лифт. Уже не в силах сдерживаться Антон вновь притянул к себе Арсения, всё ещё опасаясь, что они могут быть замеченными. Но мужчина больше не позволял ему переводить своё внимание на внешние факторы: он властно брал парня за волосы и ещё сильнее впивался в его уже опухшие от страстных поцелуев губы.       Когда они прибыли на нужный этаж, Попов потянул парня в свой номер. Впрочем, тот и не возражал закончить день там, где он его начал. Прислонив Антона спиной к двери, мужчина пытался нащупать ручку, что было так же сложно, когда он пытался закрыть дверь.       Крутым переворотом Шастун оказался на кровати, где над ним тут же навис Арсений, который не намеревался от него отрываться. Теперь он перешёл на шею, страстно оставляя на ней мокрые следи и покусывая бешено пульсирующий участок кожи, пока Антон отрывисто дышал периодически пытаясь закрыть руками рот.       Движение дел до него дошло тогда, когда мужчина принялся ловко расстёгивать пуговицы его рубашки. Парень так увлёкся уже доступными для него поцелуями, что совсем забыл о развитии всей ситуации. Он резко приподнялся на локтях и уставился на такого же удивлённого Попова.       — Ты не готов? — Тут же спросил мужчина, словно опомнившись. Они оба забыли подумать о том, что может случиться.       Антон пытался перевести дыхание, но возбуждение было до предела. Он постарался вспомнить количество выпитого им ранее алкоголя и немного расслабился, когда понял, что остаётся трезв. Но насчёт Попова он всё же не был уверен.       — Арс, ты точно не пьян?       Мужчина поддался назад, чтобы присесть. Казалось, будто он понял в чём проблема.       — Я почти не пил, Антош, не переживай насчёт этого.       Сладостное прозвище ещё более успокоило Шастуна, хотя что-то всё ещё мешало продолжать в начатом темпе.       — Это твой первый раз? — Спросил Арсений и поторопился добавить, когда увидел, что парень с возмущением собирается возразить. — С мужчиной.       — Да, — Уже тише ответил Антон, как бы стесняясь того о чём только что спросил Попов.       Арсений вновь наклонился к Антону, но теперь с нежностью провёл по его щеке тыльной стороной ладони и оставил на пухлых губах лёгких поцелуй.       — Обещаю, что буду нежен. Но мы сделаем это только если ты готов.       Антон почувствовал уже ноющие ощущение в паху вперемешку с невыносимым набуханием от напряжения, которое хотелось как можно скорее снять. Но он ясно осознавал, что готов отдаться Попову, ведь сам этого желал.       — Я готов.       В одежде больше не было смысла. Арсений вновь взял инициативу и повалил Антона обратно, но теперь его движения были неторопливыми и осторожными. Он закончил с начатым — рубашка была расстёгнута и теперь вальяжно раскинулась в обе стороны, открывая мужчине вид на оголённый торс Шастуна. Попов кончиком пальца провёл от груди до самых джинс, заставляя Антона покрыться волной мурашек и привстать навстречу к нему. Но тот не позволил ему этого и резким нажимом вернул парня назад.       Антон в мучительном ожидании заёрзал, ведь возбуждение дошло до самого пика, и одежда доставляла некоторый дискомфорт. Покосившись вниз, Шастун заметил, что мужчина тоже на пределе. Явный бугор в паху говорил о том, что Арсений сдерживается из последних сил. Мужчина провёл языком от шеи до груди где остановился и не преминул слегка укусить парня за сосок, от чего тот судорожно закусил губу.       И желание Шастуна было услышано. Добравшись до ремня, Попов вмиг избавился от него и расстегнул легко поддавшуюся ширинку. Забавным образом мужчина снял джинсы с Антона, что парень не сдержался и испустил громкий смешок. Арсений улыбнулся, но долго любоваться развеселённым парнем не стал — ему не терпелось услышать иного рода звуки, которые могли бы вырываться из него.       Поэтому Попов перешёл к оставшейся части одежды, которая лишь сильнее заводила. Он неожиданно надавил на головку, упирающейся в туго натянутые боксеры. От такого внезапного действия Антон лишь пискнул и попытался свести ноги вместе, ведь ощущения были невыносимыми. Но Арсений не позволили ему этого сделать, вновь раздвигая его ноги и поглаживая парня по бедру.       Мужчина продолжил свои пытки, пока Антон не в силах уже терпеть это извивался под ним. Наконец, Попов оттянул резинку боксеров. Он аккуратными движениями взялся за набухший ствол и неспеша начал движения другой рукой, поддерживая бедро Антона снизу, что не давало покоя парню. Что он задумал?       Но долго думать об этом у Шастуна не получилось. Арсений накрыл пульсирующую головку ртом и сделал кругообразные движения языком, из-за чего руки Антона тут же впились в одеяло, которое уже было скомканным. Сдерживаться было невозможно, потому хриплые стоны срывались с искусанных губ Шастуна, когда мужчина глубже заглатывал член.       Арсений вовсю издевался над измучанным парнем. Он отстранялся от члена, лишь неспеша двигая рукой, а потом совершенно неожиданно брал его снова, обильно смочив слюной.       — Арс, я сейчас... — Прохрипел Антон, впиваясь руками в волосы мужчины.       Попов, не отстраняясь от вот-вот кончившего члена, приподнял бедро Антона, а другой рукой спустился к анусу, где стал неспеша массажировать вокруг благодаря обильно выделившейся смазке. От таких новых и провокационных движений Антон не выдержал. Более не стараясь сдерживаться, громкий стон был свидетельством того, что парень достиг пика. Мужчина отстранился и заканчивающими движениями плавно довёл начатое до конца, пока Антон опустился обратно, шумно дыша. Горячая сперма разлилась на тяжело вздымающийся живот Шастуна.       — Арс... — Бессильно позвал Антон, но Попов поднялся и молча ушёл в ванну. Вернулся мужчина с салфетками и другими предметами, которые Шастун не мог разглядеть в свете фонарей, что создавали слабое освещение в комнате.       Мужчина достал салфетку и бережно принялся вытирать следы удовольствия с Антона попутно и то, что попало на него. Когда с этим было покончено, Арсений взял тюбик и вылил немного содержимого себе на пальцы.       — Обязательно говори, если что-то будет не так, — Нежным, но обеспокоенным голосом сказал Арсений, что не укрылось от парня. Казалось, он тоже переживает.       Антон слабо кивнул и вновь опрокинулся назад, когда Попов окончательно снял с него боксеры и согнул его ногу, прижимая к груди. От такого неожиданного действия Шастун засмущался, ведь теперь он был полностью открыт перед мужчиной.       Когда холодная консистенция коснулась нежной кожи, Антон непроизвольно сжался, но Арсений продолжал начатую ранее стимуляцию, аккуратно придавливая пальцем у самого входа. Спустя несколько минут своеобразной подготовки, Попов ввёл один палец, продолжая плавные движения.       От новых ощущений, которые пока не казались парню самыми приятными за сегодняшний день, Антон сжался ещё сильнее и громко прохрипел, но ничего не сказал. Мужчина сдерживал своё обещание — он прилагал все усилия для того, чтобы адаптация Шастуна прошла как можно безболезненнее.       Когда анус был уже неплохо растянут, а Антон привык к этому, Попов осмелился и ввёл два пальца, что уже заставило Шастуна слабо простонать, ведь ощущения становились приятнее и приятнее. Но полная эйфория настигла парня тогда, когда Арсений нашёл ту самую точку. Антон, не стесняясь, хриплым голосом простонал и впился в собственную руку зубами, ведь такого он не ожидал.       Мужчина довольно ухмыльнулся, но только продолжил всё сильнее надавливать на нужную точку, от которой Шастуну сносило голову. Когда парень, казалось, готов был кончить во второй раз, Арсений остановился и вытащил оба пальца. Антон торопливо приподнялся на локтях и обиженно взглянул на мужчину, из-за чего тот не сдержался и, перебравшись к нему поближе, поцеловал расстроенного парня.       — Перевернись, — Прошептал Арсений, прикусив мочку уха Шастуна.       И парень, послушавшись его, перевернулся на живот и неуклюже распластался на кровати, что заставило Арсения вновь улыбнуться. Но Антон оказался нетерпелив и, не дождавшись следующих действий, посмотрел на Попова через плечо. Тут парень увидел, что мужчина уже полностью разделся. Стоявший колом член, который был направлен прямо на него, дал понять Антону о следующих действиях мужчины, пока тот умело надевал презерватив.       Нотка сомнений и страха пробрала Антона, но Арсений не позволил ему долго думать об этом и тот властным движением сильных рук приподнял парня за таз. Шастун поддался инерции и выпрямил руки, всё ещё переживая. Такая поза тоже была ему в новинку, но он старался полностью довериться Попову.       Большая головка привстала у самого входа, и Антону сперва показалось, что член Арсения попросту не влезет в него. Но мужчина знал своё дело и спустя несколько подборов нужного угла входа, Шастун почувствовал до ужаса неприятное растяжение, от которого он болезненно простонал, сжимая в кулаках постельное белье.       — Блять...       — Скоро станет легче, — Поглаживая и одновременно любуясь на круглую ягодицу, успокаивал его Арсений. Мужчина никогда не думал, что ягодицы парней могут и рядом стоять в сравнении с женскими, хотя Антон не был обладателем больших размеров, но его красивые формы могли возбудить одним своим видом.       Медленными движениями, не входя полностью, Попов не торопился наращивать темп, позволяя парню привыкнуть к новым ощущениям. И только спустя минут пять Антон перестал сжимать член Арсения и понемногу перестал чувствовать острый дискомфорт. Анус растянулся до нужных размеров, и только тогда Попов позволил себе войти во всю длину, намеренно задевая эрогенную зону, которую нашёл ранее.        От волны блаженных ощущений Антон упал на локти и ещё больше приподнял зад, чем не отказался воспользоваться Арсений и, обхватив талию парня, стал насаживать его своими руками.       Комната наполнилась неприличными шлепками, когда оба полностью освоились и могли позволить себе быстрый темп, от которого Шастун уже не стесняясь стонал то в подушку, чтобы это не было слишком громко, то через закусанные губы, откуда его мычание было всё равно слышно. Отрывистое и хриплое рычание Попова ещё сильнее заводило. Сам мужчина был возбуждён сильнее обычного: прекрасный вид сзади и неумолимо стонущий парень под ним заставляли Арсения всё глубже насаживать такого невинного Антона. От одной только мысли, что он только что лишил его девственности, Попов готов был кончить, но в самый первый раз он предпочёл уступить Шастуну и ни в чём его не ограничивать.       Продержался Антон не так долго, как от простой дрочки. Беспрерывная стимуляция эрогенной зоны довела его до оргазма куда быстрее, чем влажный язык Арсениц, хотя он тоже был не плох.       — Кончаю, — На одном вздохе простонал Шастун, и новая порция спермы выплеснулась из его набухшего члена.       Кончил и Попов, на всю длину глубоко войдя в подрагивающего от бурного оргазма парня. Мужчина наклонился и приподнял Антона за грудь, выходя из него и располагая его на коленях. Арсений повернул голову парня и, придерживая его руками, наградил Антона мягким поцелуем, на который тот слабо ответил.       — Нужно в душ сходить, — Тихо сказал Попов, целуя парня в лоб где прилипли его растрёпанные кудряшки.       — Я так устал...       — Но в душ всё же нужно.       В знак протеста Антон завалился на постель, пока Арсений собирал вещи и убирал всё, что успело слететь с кровати за это время.       — Я понял тебя, — Арсений подошёл к парню и бесцеремонно поднял его. — А то уснёшь ещё.       Так, Попов всё же отнёс уставшего Шастуна в ванну, где отмыл его и проследил за тем, что бы тот остался полностью чистым и умытым. В конце концов, Антон уснул первым, крепко укутавшись в одеяло по самый нос. С кружкой крепко заваренного чая за ним блаженно наблюдал Арсений, перебирая его кудрявые волосы пальцами и, едва прикасаясь, поглаживал щеки парня.