Мы обязательно увидимся в следующем году!

За окном ливень, а Коля сказал, что сейчас придет в гости. Неужели не видел, что за погода на улице?… —Вот дурак, щас же промокнет до ниточки, а мне потом его принимай? Надеюсь, у него хотя бы зонт. —Шансов на это почти не было, зная этого парня. Он привык, что тот одевается не по погоде. Сигма засмотрелся в окно. Как говорят, вода — одно из явлений, на которое можно смотреть вечно, тут примерно такая же ситуация. Из прихожей послышался звонок в дверь. Парень вздрогнул от неожиданности, и все же пошел открывать дверь. —Сигма! —Коля… — Он оделся по погоде в этот раз, из-за чего Сигма был в шоке. —Ты даже по погоде оделся… —Да! Специально для тебя, главное, чтобы ты опять не пыхтел как чайник от злости. — Гоголь прошел внутрь и снял верхнюю одежду. —Коля, какой чайник? Я правда так странно выгляжу когда злюсь? —Йеп. Ну то есть, да. Не обижайся только. —Коля с широкой улыбкой посмотрел на парня. Он выглядел как большое солнце среди дождя, как лучик, который ведет его к свету и теплу, из этого мрака. Сигма резко вспомнил об объявлении мамы. Им надо уехать в другой город. На год, а может на два. Но он мог сюда приезжать на каникулах, это радовало. Сигме захотелось плакать, ведь преодолеть расставание с одним из самых близких людей ему было очень сложно. Ну просто мега сложно. Гоголь странно посмотрел на парня. Как будто что-то понял. —Коля, мне надо тебе кое-что сказать. —Я внимательно слушаю. —Он знал, что будет что-то плохое, поэтому повел его в зал, на диван. —Что случилось? —Просто, понимаешь… Тут такое дело… —Сигма шмыгнул носом, на глазах навернулись слезы. Коля обнял его, чтобы успокоить. —Короче, — чуть ли не захлебываясь в слезах говорил он. — нам надо уехать, на год, на два в другой город. Возможно, даже больше… Я не знаю зачем, просто мама так сказала. Скорее по работе дела, у нее же сейчас проблемы с ней… —Сигма стер слезы с лица, но они предательски продолжали течь рекой, выглядело жалко, именно поэтому Николай начал «ласкать», конечно, как друга. Наверно. —Ничего, я все пойму. Когда вы уезжаете? — Голос был спокойный, хотя по глазам было видно, что ему жутко грустно от этой новости, и он бы и сам рад расплакаться вместе с другом, но надо поддержать сначала его, а потом жалеть себя. —Завтра. —Это скорее то, чего я больше всего боялся. У нас же были с тобой такие грандиозные планы на остаток лета… —Да, вот почему я не могу тебя взять с собой? —Не знаю. Возьми, в чем проблема? —А доучиваться как будешь? Документы кто со школы заберет, гений? —Иди ты… Помечтать нельзя? —Можно. Ладно. Мы должны сегодня оторваться перед моим уездом, буду вспоминать эти моменты… —Обязательно ли отрываться? Мы можем спокойно посидеть дома, попить чай… Как ТЫ любишь. —Но… Мы же так много дел не сделали, может хотя бы одно из них? —Поздно, к тому же я как раз по этому поводу… Я изначально принес тебе коробку с чаем, как подарок. Типо пакетики. Что будешь? Так и провели они последние часы за разговором. Второй раз за всего год, Сигма предложил ему остаться на ночевку, и Гоголь согласился. Вечером, даже скорее ночью пришла мама Сигмы и напомнила об уезде, как и о том, что надо собирать вещи. Она ушла спать. А парни остались сидеть на кровати в спальне и смотреть рандомные фильмы, которые идут на канале. —Честно, так не охота уезжать.. —Ладно, не волнуйся. —Николай обнял Сигму со спины, и тот даже не сопротивлялся, хотя обычно, он вечно его отталкивал. Парень не стал поднимать эту тему. Все же, момент не подходящий, это как минимум. —Не буду, надеюсь дорога пройдет нормально… Все, ладно. Слушай, — Сигма обернулся, из-за чего они чуть не столкнулись носами. От такой близости парни даже немного покраснели. — В общем, я обещаю тебе, что в следующем году я точно приеду, пусть только на лето, хотя, может и нет… Так, я от темы отошел. Я точно приеду, мы снова увидимся и повеселимся от души, все успеется, вся молодость впереди. —Парень так воодушевленно это сказал, наверно, именно поэтому Гоголь приподнялся в настроении. —Точно? Обещаешь? —Обещаю. —Сигма обнял парня крепко, в ответ получив тоже самое. —Все, я спать. — Тихо сказал Сигма и улегся под одеяло. Гоголь же в свою очередь выключил свет и тоже лег в другую сторону, главное не задеть парня. Скорее за эти два года дружбы, он понял кое-что. Этой ночью ему стоит поразмыслить о том, любит ли он все же парня, или это лишь дружба? Стоит ему признаваться в чувствах перед отъездом Сигме или нет? Он ворочался, понимая, что с ним происходит, и как же он будет по нему убиваться. Он все же не удержался и обнял Сигму, после крепко заснул, чувствуя что рядом находится родная душа, хотя, возможно даже, что его чувства не взаимны. Сигма все же проснулся ночью, но даже почувствовав объятия, он не стал ебашить своего друга подушкой, как обычно, точнее, он его бил подушкой просто при любом прикосновении, а тут даже устроился поудобнее и закинул руки на плечи другого парня в ответ. Утро. Солнце проливается сквозь шторы, не смотря на то, какие они плотные. Гоголь нехотя проснулся, и был сильно раздражен, что он уже проснулся, и понимал, что возлюбленный скоро оставит его один. С другом стороны он увидел, с какой взаимностью ответил парень на его объятия, снова. Все же он решил признаться, но не сейчас, пока только наслаждаться моментом.