Niemand als du

— Связывание? — спрашивает Михаэль, отправляя в кусочек колбаски. Йоичи краснеет, делая глоток темного эля. Он был готов к тому, что Михаэль на пятом за неделю свидании будет говорить не о погоде, но, блин, его прямолинейность и отсутствие всяких рамок очень смущает и ставит в тупик. Кайзер он такой — эгоистичный, настойчивый и без всяких рамок. Они с Исаги сидят в баре на окраине Мюнхена, пьют настоящий эль и обсуждают пикантные темы. Кинки обсуждают. Вернее, Михаэль вгоняет Йоичи в краску своими вопросами. — Что ты имеешь в виду? — Исаги удается справиться с собой, побороть смущение, предать голосу твердость. — Связывание, — терпеливо повторяет Кайзер, — Шибари, например. Может наручники или скотч? Нравится быть беззащитным? Исаги краснеет, уводит взгляд вниз. — Не знаю, я никогда никому настолько не доверял, — Исаги немного хмурится, съедая кусочек мяса с жирных ребер. Кайзер удивляется искренне. Йоичи не кажется человеком, у которого проблемы с доверием. Тем не менее, они у него есть. — А Сае? — спрашивает отчасти из-за любопытства, отчасти из-за ревности. — У него есть свое чудовище, — звучит с нотками горечи, — да и мы с ним на подобные темы обычно не разговарием. Михаэль подливает в чужой бокал эль. Молчит, задумчиво рассматривая брюнета. — А мне ты сейчас доверяешь? — спрашивает, глядя прямо в глаза. Йоичи молчит, но взгляд не уводит. Впервые серьезно задумывается об этом. Смотрит в голубые глаза, вспоминает все, что знает о нем. Все разговоры, игры на поле и отношения на парах. — Я не знаю, — отвечает честно, смущаясь прямого внимательного взгляда. Опускает глаза, нервно хватает бокал и пьет эль, ожидая реакции. Кайзер усмехается грустно, думая о том, что Йоичи на поле и в жизни — два разных человека. На поле — это ураган, безумие и бешеная энергия. В жизни же он застенчивый, неуверенный в себе и зажатый. Кайзер аккуратно обхватывает чужое запястье, вынуждая отпустить бокал. Он поднимается со своего места, не выпуская чужого запястья, пересаживается, присаживаясь рядом, гладит большим пальцем нежную тонкую кожу. — Воск хотел бы попробовать? Или может порку? Это не всегда больно, там часто безумный коктейль из эмоций получается, — Кайзер спрашивает тихо, обжигая дыханием кожу. Йоичи снова краснеет, опуская глаза, облизывает губы и тихо-тихо просит: — Прекрати меня смущать, пожалуйста, Эль. Кайзер фыркает, придвигает близко, разливает остатки эля по бокалам. — Ты очаровательный, Йоичи, — оставляет короткий легкий поцелуй на виске, — я тебя не смущаю, я хочу выяснить, что тебе нравится. На какие эксперименты ты бы согласился. — Тебя не задевает, что не знаю, доверяю ли тебе? — Исаги действительного искренне удивляется этому. — Твоя честность меня подкупает, — Михаэль отправляет ва рот очередной кусочек мяса, — и я бы хотел продолжить наш разговор. Исаги допивает эль, зовет официантку, заказывая еще кувшин и острые крылышки. — А ты когда-нибудь кому-нибудь позволял себя связывать? — спрашивает Исаги, стараясь не краснеть от возникших перед глазами картинок. — Да, давал, хотя большая часть таких кейсов была, когда я учился шибари. Интересные ощущения. Тебе стоит попробовать. Тебе больше нравится контролировать или подчиняться? — Чего ты добиваешься своими вопросами? — в голосе Йоичи не чувствуется злости, скорее любопытство и смущение. — Хочу стать тебе ближе. Есть вещи гораздо более интимные, чем секс. Я хочу знать, что тебе нравится не только в жизни, но и в постели. Исаги улыбается. Михаэль удивительно противоречивый. И красивый. Заботливый еще.