Шаг...

Дни идут словно рутина… Яркое солнце неспешно прикрыли облака, которые тянулись с северо-востока. А позже и небо словно расстроившись, начало пускать капли грустных слез, которые грозили утихнуть еще не скоро. Пешеходы, которые и так куда-то постоянно спешат, забегали усерднее, словно улей, который был потревожен. Но, почему же мне так все равно? Честно говоря, я уже давно ничего не чувствую, настолько давно, что теперь и не помню, когда это всё началось. И закончится ли теперь вообще когда ни будь?!... Хах, но эта погода явно мне по душе, ведь многие ее здесь ненавидят, впрочем, как и меня. У меня нет зонта, но он мне и не нужен. Неспешно сняв один наушник, и остановившись по середине улицы, я опрокинул свою голову назад, подставляя лицо дождю, который так смиренно капал. По щекам немым ручьем бегут слезы, только я не понимаю, мои ли это или неба, хотя это неважно, никому нет дела до меня, даже мне. Наверное, это та самая стадия «принятия» как говорят другие, но есть ли в этом смысл? Ведь если ничего уже не изменить, так что же остается, кроме того, как принят всё как есть. Вероятно ничего, но люди так привыкли все романтизировать, что даже к человеческим чувствам приписали стадии, словно это болезнь. Хотя, в этом, наверное, они все же правы, чувства отравляют, и тут уже даже не важно какие… Вечерние сумерки наступили так же неожиданно, как и все в этом мире, хотя мне кажется к этому давно можно было привыкнуть. Я тем же тихим шагом продолжил свой путь домой, не оглядываясь по сторонам, ведь в этом городе что до боли в костях был родным, всё давно потеряло для меня смысл. Всё стало таким чужим и холодным, как и я для него. Дом. Могу ли я назвать так место куда сейчас держу путь? Ведь то место давно уже прекратило быть уютным и теплым местом для меня. Оно пустует, огни не горят в этих окнах уже более пяти лет, и это место стало для меня скорее заточением, чем спасением… Ноги несут меня мимо этого места. Однако это не впервые, что же, путь одинокого корабля, который потерял свет своего маяка в ночи, продолжается в кромешной тьме и неизведанности. Но и это не пугает, ведь корабль уже давным-давно истратил свои сигнальные огни, а просьбы о спасении были проигнорированы другими, и теперь его ничего уже не пугает… Подступая ближе к берегу, я срываюсь на бег. Я бегу, не знаю зачем, но я бегу от города, от людей, от проблем. Я бегу вот уже вот много лет, но, к сожалению, не могу лишь сбежать от одного, ведь где бы я ни был, я никогда не смогу убежать от самого себя… В этом я даже немного завидую другим, потому что они смогли. Все до единого сбежали от меня, и теперь я остался один. Одиночество давно перестало душить меня, оно скорее стало одним целым со мной, и так даже спокойнее. Море сегодня необычайно красивое. Ведь теперь, в ночи и скрытое облаками от звезд и луны, лишь при одном свидетеле, оно может показать свой характер. И я его принимаю. Я чувствую, что всё и должно быть так. Потому что именно так всё будет правильно, хотя я уже давно сбился с этого пути, но, почему-то именно сегодня я это чувствую, спустя столько лет. И я знаю оно тоже готово меня принять. Я медленно подхожу к нему ближе, и нет смысла оглядываться назад, ведь никто и ничто уже не держит меня там, ни даже здесь… И вот, я уже по самое горло в море, на моем лице впервые за долгое время появляется улыбка, которую так ненавидели все, а со временем стал ненавидеть её и я. Шаг. За ним ещё один, и ещё. Остался лишь последний… Все-таки даже самый прочный корабль, что был потерян долгое время, падет перед натиском волн и моря. Но никто уже об этом не узнает... Шаг… Дождь что лил не прекращая, обрушился с ещё более усиленной мощью, словно оплакивая кого-то. И были этому свидетелями лишь небо, земля, и безмолвно затихшее море.