Фамильяр для лучшей подруги

      Всё началось с довольно невинного вопроса:       - Лен, слушай, а ты не хотела бы увеличить грудь? – спросила Юля, валявшая на кровати.       Был вечер субботы. Подруги, собравшись в комнате Юли, вместе расправлялись с двумя заказанными коробками пиццы и расслаблялись под просмотр обыкновенной пошловатой комедии: без особого смысла сюжета, но с нахрапом и драйвом. «Невинный вопрос» прозвучал на моменте появления в кадре актрисы с действительно выдающимся бюстом. Лена, сидевшая на полу и как раз дожёвывавшая очередной кусок, захихикала:       - Чтобы было удобнее лежать на животе, на таких-то подушках? Нет уж, спасибо!       - А если серьёзно? – Юля поставила фильм на паузу. Лена запрокинула голову, чтобы видеть подругу, и уточнила:       - А что, с моими девочками что-то не так?       - Ну-у, - скептически протянула Юля, - они конечно миленькие, но тебе бы очень пошло, если бы они действительно были побольше.       - Ты же тогда не сможешь хвастаться тем, что у тебя размер больше! – снова попробовала всё свести к шутке Лена, но, видя непривычную серьёзность в глазах подруги, сникла и пояснила: - Нет, мне хорошо и с этой грудью. Даже если отбросить тот факт, что я не вижу в этом физической необходимости, любая пластическая операция стоит кучу денег, а толка мало – всё выглядит ненатурально, да и менять потом эти импланты, а уж про то, что половину гардероба выкидывать придётся, я вообще молчу… Юль, что ты задумала? – не на шутку обеспокоилась Лена, глядя, как на лице подруги расплывается улыбка.       - А что, если я скажу, что у меня есть вариант, который не только без операции, полностью натурален и не несёт никаких побочек, но ещё и даст нам возможность подзаработать?       Лена приуныла: раз речь зашла о деньгах, значит, Юля снова решила “продать” её тело. Скорее всего, даже уже с кем-то о чём-то договорилась. Но каким образом? И при чём тут грудь?

***

      - Человеческие тела уникальны. Это настоящие фабрики преобразования веществ и энергии. Именно благодаря этому мы можем реализовывать свою магическую силу или подпитывать её из тел фамильяров… - Юля дала подруге “созреть” ещё сутки, прежде чем в очередной беседе на кухне продолжить изложение своих планов, и теперь упоённо вещала с видом просвящённого учителя. Лена улыбнулась: ей нравилось, когда Юлька демонстрировала, что у неё не только ветер в голове. И с тех пор, как ей приоткрылся новый мир магии и возбуждения, были все возможности убедиться, что её подружка далеко не простушка. - Мы используем тела наших фамильяров не только для зарядки накопителей: это самый дешёвый и сердитый вариант эксплуатации. Ну, примерно как обедать яичной лапшой из ларька.       - Ну спасибо, - возмутилась Лена. - Я, понимаешь, уже неделю работаю на неё, стараюсь, а выясняется, что моя работа ещё и такая неприглядная.       - Лен, я утрирую, чтобы было понятнее, - Юля вздохнула. - Мне сложно рассказывать, как всё на самом деле. Тем более что я далеко не архимаг, чтобы разбираться всё до последнего винтика, а просто боевая “семёрка”.       - В каком смысле “семёрка”? - Лене захотелось сменить тему, чтобы отвлечь подругу от “слабого места”. - Что это значит?       - Можешь считать это уровнем, или рангом. “Единички” - зелёные школяры, едва открывшие в себе Силу. “Тройки”-”Четвёрки” - адепты, которые уже кое-что могут показать. “Пятёрки” заканчивают основное обучение и проходят спецкурсы, а “шестёрки” уже входят в состав Стражи. Поскольку я уже три раза выполнила нормы и на сравнительно хорошем счету у нашей Верховной, меня подняли до “семёрки”… - Юля вздохнула, видя, как Лена с видом восторженной первоклассницы тянет руку: - Слушай, я понимаю, что у тебя куча вопросов, но я вообще-то хотела поговорить сама о другом. Давай ты спросишь всё это в другой раз, а сейчас ограничишься только одним, который тебя занимает больше всего.       - Лена озадаченно опустила руку, пытаясь определить, какой из вопросов ценнее остальных. И в итоге выдала:       - А у фамильяров есть уровни?       - Есть, - кивнула Юля. - Но они в другой системе. Оставь это на потом, а то фиг мы сегодня дойдём до твоих доек.       - Нельзя ли повежливее? - Лена с оскорблённым видом скрестила руки на груди, плотнее обнимая своих нежных “девочек”.       - Эм, я не то имела в виду… - Юлька растерянно развела руками, но решила не углубляться в оговорку. - В общем, наша магия использует не только энергию тел фамильяров, но и вещества, вырабатываемые ими. В них энергия может приобретать другие формы, которые могут быть более удобны для разных процессов или заклинаний.       - И о каких же веществах идёт речь?       - В принципе, разные виды магии могут использовать почти любые вещества, выделяемые телом. Есть даже те, которые используют какашки.       - Фу! - Лена протестующе выдернула нос. - Это же омерзительно!       - В Самоцветной страже быстрого ко всему привыкаешь, - с мечтательным видом протянула Юля и, насладившись выражением лица подруги, рассмеялась: - Спокойно, я не копрофилка. Свои какахи оставь унитазу.       - Может, вернёмся обратно к разговору об энергии?       - Как раз собиралась. В общем, если перестроить "фабрику" твоего тела на выработку одного хорошо известного вещества, это позволит не только использовать его самим или сдавать за деньги в общий фонд, но и в процессе нарастить твою грудь. Догадайся, о каком веществе речь. - И в качестве подсказки стрельнула глазами в сторону раковины, около которой стоял пустой пакет из-под молока, почему-то так и не отправленный в мусорку.       - Ты… хочешь, чтобы я… доила себя? - Ошарашенно прошептала Лена, не веря своим ушам.       - Да, но с одной разницей, - и Юля пристально и твердо посмотрела в глаза подруге: - Дело не в том, хочу я этого или нет, а в том, что мне как раз нужно молоко фамильяра.       И Лена печально поняла, что это уже далеко не дружеская просьба. Тон подруги не отличался от того, которым она уже выговаривала ей на тему фамильяра и необходимости выполнять её поручения и приказы. В конце концов, подруга не эксплуатировала её как могла бы, сохраняя их отношения достаточно доверительными. Ну и, хоть это и вмешательство в тело Лены, но она не просит слишком многого…       ***       - Как все будет происходить?       - Есть два способа, - Юля втайне ликовала: она ожидала от Лены сопротивления и неприятия, и готовилась к новым назидательным речам и прочим способам воздействия на "неправильного фамильяра", но подруга восприняла новости на удивление спокойно. Девочка явно растёт. - Первый - я могу увеличить грудь магически, прямым воздействием.       - Так просто? - изумилась Лена       - Кому просто, - проворчала Юля, - а кому и над заклинаниями потеть.       - Тогда почему ты себе не увеличишь её?       - Это все спрашивают, - с неожиданно кислым видом призналась Юля. - Во-первых, боевому магу нужен баланс тела, чтобы правильно двигаться. Новая грудь его нарушит и на время выведет меня из строя. Во-вторых, магия вообще не особо хорошо на меня накладывается. В части изменения тела так точно. Могла бы - может, сама бы лактацией занималась и не парила мозги.       - Понятно, извини, - смутилась подруга.       - У этого "лёгкого" способа есть одна неприятная особенность, которая тебе не понравится. За счёт слишком быстрого растяжения груди она легко деформируется и быстро отвисает. Поскольку тебе критичен внешний вид груди…       - Да уж, лучше давай второй способ! - чуть ли не потребовала Лена.       - Он более долгий, займет несколько дней. И более дорогой. Займет все наши деньги, и мне снова придется, - Юля замялась, - "взять кредит", расплачиваясь твоей работой.       - А в чем он заключается?       - Медикаменты, препараты. Не цивильные, - видя непонимание подруги, Юля уточнила: - в смысле, не те, которые в ходу в обществе, а наши, закрытые. Помнишь ту таблетку от похмелья?       - А они такие дорогие?       - Ну, в аптеке не купишь, чай не гондоны, - Юлька хохотнула, видимо, вспомнив какую-то только ей понятную шутку. - Нет, стимуляторы в основном недорогие. Много стоит многофункциональный доильный аппарат с функцией формовки груди, чтобы размер не перебарщивал и ничего нигде не отвисало.       - То есть, меня будет доить… машина? - Юля услышала в голосе Лены очередной психологический барьер, который нужно преодолеть.       - Ты, конечно, можешь доить себя сама. Руками, в кружечку. Но это до жути неэффективно: только представь себя после дойки, пальцы болят, соски болят, грудь в пятнах после жёсткой пальпации. Все, кто владеет молочными фамильярами, используют технику, ничего противоестественного там нет. И это не те доильщики, которые для коров на фермах используются, а специально заточенные под фамильяров-"коровок" с человеческой формой тела. Я уже даже знаю, какой аппарат нужно купить. Тебе понравится, уверяю.       - Ну допустим… - неуверенно протянула Лена. - А молоко-то откуда берется? У меня же его нет.       - Стимуляторы затем и нужны, чтобы стимулировать выработку молока. Плюс, организуем тебе спецдиету, чтобы процесс шел быстрее.       - И как быстро вырастет грудь?       Юля оценивающе посмотрела на подругу, и та поёжилась, почувствовав себя голой.       - У всех по-разному. Примерно по размеру в день-два, если плотно заниматься этим.       Лена не поверила своим ушам (хотя, казалось бы, с этой магией нет ничего невозможного):       - Так быстро?       - Это в среднем. И вообще, я могу и быстрее, - Юля с коварным видом потянула ладони к грудям Лены, шевеля пальцами. Блондинка испуганно пискнула и выскочила из кухни, оставив заливисто смеющуюся подругу в одиночестве.       

***

      Вечером Лена, оторвавшись от своего "тренировочного станка" (так Юля в шутку прозвала площадку перед зеркалом с ковриком и фаллоимитатором, прикрепленном к стеклу) во время очередной возбуждающей работы по зарядке накопителей, встала перед ним во весь рост, повернулась к нему боком и, прикрыв груди ладонями, оценивающе посмотрела на свои формы.       … Грудь у Лены долго не росла. Определенные подвижки стали заметны только к десятому классу, и отличница выдохнула: хоть теперь мальчишки перестанут дразнить её "плоскодонкой" и "доска-два соска". Обидно только, что за два года дразнилки накопились, сформировав целые горы комплексов по поводу собственной груди. Они, конечно же, остались с девушкой и после того, как отзвенел последний звонок.       Юля знала, что тема размеров груди - практически табу для подруги, но все равно иногда беззлобно подтрунивала над ней, называя Лену "матерью с двумя малышками". У самой подруги подобных проблем не было: грудь брала уверенный третий размер, мигом менявший дразнилки парней из класса на неуклюжие подростковые заигрывания. Лена один раз, будучи в плохом настроении, даже подумала, что Юля потому с ней и водится, что эффектно выделяется на её фоне своими "грейпфрутами", не говоря уже о прочей подростковой выпендрёжности на фоне подчёркнуто правильной отличницы. Горькая мысль пролетела и забылась, а к старшей школе стали заметны и её собственные формы: не зря же Лена половину девятого класса пыхтела, перепробовав множество рецептов от "ешьте, бабоньки, капусту" до более научных фитоэстрогенов.       Большой груди у неё так и не выросло, волнительный процесс замер на отметке "единичка с плюсом". Но для подпитки невысокой самооценки Лены этого вполне хватало, а Юлино "матерь с двумя малышками" приобрело какие-то уважительные нотки. Вот только триггер на старые издевательства одноклассников так и остался дремать в её подсознании. Поэтому, когда во время последней ссоры Илья назвал её "замухрышкой и плоскодонкой", Лена взбеленилась не на шутку: дело дошло до кидания посуды. Надо ли говорить, что после таких слов их разрыв стал полным и безоговорочным?       Поклявшаяся больше никогда не вспоминать "этого мудака" Лена крутилась перед зеркалом и злорадно думала, что если Илья увидит её новую грудь, то наверняка осознает, как сильно был неправ. Но уже будет слишком поздно, ведь теперь у неё отбоя не будет от мужского внимания! Юлька ведь сказала, что их аппараты позволяют сформировать практически любую анатомически возможную грудь. Так что… берегитесь, эта "плоскодонка" обернётся грозным авианосцем!       С этими торжествующим мыслями Лена легла спать.       

***

      Юля обо всем договорилась, и через два дня им обещали доставить долгожданный доильный чудо-аппарат. Вечером перед днём икс подруга дала Лене первые несколько таблеток и наклеила на груди крест-накрест некие пластыри.       - Выглядишь эффектно, хоть сейчас к шесту выступать, - захихикала Юля, глядя на черные "кресты", скрывшие аккуратные розовые соски Лены. Подруга пропустила колкую штуку мимо ушей, радуясь тому факту, что долгожданный процесс запущен.       Ночью она проснулась от зуда: соски под одеялом ныли и требовали почесать их. Совсем как тогда, перед десятым классом, порадовалась Лена и, чтобы щущения не мешали спать спустила одеяло до пояса, выкрутив посильнее термостат на батарее.       А утром, когда она сорвала пластыри перед зеркалом, её ждало первое разочарование.       - Не выросло, - жалобным тоном сообщила она Юле, собиравшейся на работу.       - Оно и не должно было, - развела руками подруга.       - Но ведь чесалось!       - Всё в порядке, - Юлька закинула на плечо сумочку. - Вчерашние таблетки и пластырь нужны для, так сказать, "открытия формы", они сделали твою грудь мягкой и податливой, подготовили к росту. Прирост будет только на доилке, в зависимости от настроек.       - Во сколько её привезут?       - Не терпится? - усмехнулась Юля, открывая входную дверь. - Жди около трёх часов. До тех пор с тебя ещё одно яйцо. Всё, не скучай, подруга!       

***

      Лена всё гадала, как же чудо-машину доставят к ним домой. Не будет же магическая организация прибегать к услугам обычных грузчиков. Или, может, у них они тоже свои, особые? Лена вообразила статного нордического красавца с широченной плоской грудью и рельефным торсом, вопреки правилам техники безопасности тягающего коробку в одних джинсах без спецодежды: “Технику я доставил, может, мне что-нибудь и вам доставить?”... Зарядная пара вовсю подогрела воображение Лены, и она даже успела “помедитировать” на этот образ - бурно, с криками и очередным сквиртом, который успел за это время превратиться в интересное, но не очень-то и редкое явление.       Реальность оказалась куда скучнее. Раздался двойной звонок в дверь, Лена выглянула в глазок - на лестничной клетке только большая коробка, и никого вокруг. Она осторожно вышла наружу: а вдруг коварный нордический красавец спрятался внутрь посылки, чтобы выскочить, как чёрт из табакерки, и как следует её… (стоп, не шликать, тут всё серьёзно!)       Обычная на вид коробка без опознавательных знаков, с единственной загадочной подписью маркером “ИЗУМРУД Х4”. Смущало не только это, но и размеры: в такой ящик и Лена не факт что спряталась бы, а тут должен быть большой и навороченный доильный аппарат. Перепутали, что ли? И что ж теперь, эту тяжесть ей самой надрываться и тащить? Где же ты, белокурый нордический рыцарь, почему не помог прекрасной даме?!       Последний вопрос был лишним: как оказалось, коробка почти ничего не весила. Девушка с возмутительной лёгкостью подняла её в воздух. Это ещё что за дурацкие шутки?! Судя по словам Юли, эта штука стоила целую кучу денег, не может же она за такие шиши быть сделанной из пенопласта и полиэтилена?!       Затащив коробку в свою комнату, Лена взяла телефон.       - Доставили? - Юля сразу поняла, к чему звонок от подруги.       - По-моему, это не наша коробка. Она слишком маленькая и лёгкая. - Лена разочарованно шмыгнула носом: мечта об идеальной груди вновь стала зыбким туманом.       - А что на ней написано?       - Только “Изумруд”, и ещё “Х4” какое-то. - Лена ещё раз осмотрела коробку в поисках скрытых посланий или ещё каких-то меток. - Ничего не понятно..       - Успокойся, всё понятно, это наша. “Изумруд” - это я.       - В смысле? - удивилась Лена.       - Ну мы же Самоцветная стража, - терпеливо объяснила подруга. - У нас есть свои кодовые имена. Изумруд - это я.       - Тебе идёт, - оценила Лена.       - Спасибо, мне такое назначили. В общем… Стой, “Х4”?! Ленка, не вздумай её открывать!!! - вдруг истошно завопила Юля.       - Это ещё почему?! - опешила девушка, уже приготовившаяся искать недостающие пояснения внутри коробки.       - Это самораспаковывающаяся посылка! Она мало того что тебе пол-комнаты разнесёт, если неверно раскрыть, так ещё и потом доильник хрен подвинешь!       - Ничего себе! - Лена чуть не выронила коробку и боязливо, с опаской установила её обратно на ковёр. - Юлька, предупреждать же надо!       - Прости, - вздохнула подруга, - я так привыкла всё от тебя скрывать за эти годы, что теперь даже не помню, что ты уже знаешь, а что ещё нет.       - Ладно уж, - примирительно проговорила Лена. - Ты скоро?       - К шести. С тебя вкусняшки.

      ***

      К приходу Юли Лена как раз вынула из духовки последний противень печенек с шоколадной крошкой.       - Уммм, что за запах! - восхитилась подруга, войдя на кухню, и мигом цапнула пару штучек ещё горячей выпечки.       - Чаю? - услужливо предложила Лена, одетая только в мало что скрывавший передник и ошейник.       - К печенькам пойдёт разве что молоко, - захихикала Юля. - Пошли, распакуем твой подарок.       Посылка действительно оказалась с подвохом: Юля признала, что не продумала о габаритах “доилки”, и ради неё пришлось чуть-чуть передвинуть кровать и стол Лены, целиком освободив один из углов комнаты (“зато теперь она станет чуть менее пустой”, обнадёживающе резюмировала подруга). Коробка была установлена в угол и ориентирована нужным образом по едва заметным меткам.       - Что дальше? - заинтересованно спросила Лена.       - Сейчас будет немного “особой уличной магии”, - пошутила Юля. - Я открою коробку, и у нас будет десять секунд задержки, прежде чем она запустится.       - А можно, я попробую?       - Валяй. Только аккуратно, и не забудь отойти подальше. Лучше вот сюда, к столу. - Юлька уже заняла позицию рядом. Лена с опасением подошла к коробке и, протянув руку, помедлила: вспомнились давешние мысли о таящемся внутри “нордическом красавце”.       - Ну чего? - нетерпеливо поторопила подругу Юля.       - Сейчас. - Решившись, Лена сорвала защитную плёнку и раскрыла коробку       Внутри она увидела хаос из труб, проводов, стекла, пластика и прочих панелей. Было ощущение, что кто-то смял фабричный станок до состояния небольшого куба аккурат по размеру коробки. Однако, едва внутрь посылки попал свет, всё содержимое пришло в движение. Девушка заворожённо уставилась внутрь, и только резкий оклик “ЛЕНА!!!” вывел её из ступора и заставил отойти на безопасную дистанцию.       - Смотри внимательно, - хмыкнула Юля. Комментарий был излишним: взгляд Лены и так был прикован к медленно шевелящимся патрубкам. Внезапно из коробки с жужжанием высунулось три узких прямых щупа. Они растянулись аккурат вдоль пола и стен по трём взаимоперпендикулярным направлениям, вытянувшись заметно больше коробки.       - “Х4” - значит, что по объёму будет в четыре раза больше, - поучительно заметила Юля. Лена хотела что-то спросить насчёт того, как это соотносится с привычной ей геометрией и физикой, но тут из щупов с электрическим треском ударил свет. Посреди комнаты возник желтовато-белый мерцающий куб, стороны которого аккурат соответствовали длине вытянутых щупов. Внутри него что-то шевелилось и лязгало (Лена боязливо придвинулась к Юле), но плотная световая завеса скрывало детали происходящего внутри. Да и яркость света ломила глаза, заставляя смотреть искоса, заслоняя часть света ладонями.       - Оно не загорится? - прошептала с опаской Лена.       - Там нечему гореть, - отмахнулась Юля. - Даже не грузись, технологии наших - тёмный лес, главное что всё работает.       Сияющий куб наконец угас, оставив после себя лёгкий запах озона. Куда-то исчезла и коробка, и щупы. А в углу комнаты Лены, призывно сверкая хромированными стойками, высился доильный аппарат. На металлической станине было установлено несколько металлических столбов и перекладин с регулировочными винтами и прорезиненными накладками, а также небольшая кожаная сидушка; очевидно, всё это предназначалось для задавания и обеспечения позы при доении. Спереди располагались два металлических ящика с прорезями люков на них, один - внизу (очевидно, это была основная часть доилки - сюда же крепились и прозрачные “чашки” очевидного назначения, и прозрачный же бидон для сбора молока), второй - наверху на металлической раме. Ещё один ящик был сзади под сидушкой. Также взгляд приковывал чёрный блестящий дисплей, расположенный с передней стороны доилки. Всё вместе смотрелось несколько аскетично и брутально, но с другой стороны, а как ещё должна выглядеть утилитарная конструкция с очевидными функциями? Юля-то знала, что за внешний вид “пластикового обмылка” или футуристичной хайтековой капсулы сдерут не менее трети суммы, а вот функционал таких машин зачастую был гораздо хуже.       К одной из стоек был примотан полиэтиленовый пакет с бумагами. Без всякой жалости оторвав его от конструкции, Юля бросила содержимое на кровать Лене:       - Инструкции. Сейчас будем штудировать.       Процесс освоения доильного аппарата занял остаток вечера. Лена убедилась, что Юлька потратилась на и вправду "прокачанный" девайс: от количества засунутых в него функций и возможных настроек буквально разбегались глаза. Одного вечера на освоение явно было недостаточно..       Наиболее высокотехнологичной вещью в комплекте выглядел блок управления: два широких информационных дисплея с тачскринами (да, выяснилось, что их на самом деле два: один обращен наружу, для контроля со стороны, другой - внутрь, к "пользователю" (ха, ещё неизвестно, кого и как тут пользуют!) ). Большинство дополнительных модулей, засунутых в аппарат, были спрятаны в металлических “ящиках”.       Роль "главного вчитывальщика" пришлось исполнять Юле: Лена вскоре осознала, что у неё уже голова идёт кругом от всевозможных "свистелок и переделок", помещенных в агрегат; более того, её разум захватили рекламные изображения на некоторых страницах. Блондинки, брюнетки и рыжие модели с фантастическими формами буквально висели на балках в разнообразных позах, их лица выражали оргазменный восторг, пока машина выкачивала из них молоко. Может ли рутинный процесс доения приносить такое удовольствие? К счастью для себя, Лена не бывала на молочной ферме в их селе, иначе бы облик машины вполне мог её отпугнуть, вызвав стойкую мысль "я вам не корова, чтобы так меня доить!". Вместо этого Лена видела в нем машину для принесения удовольствия с большим потенциалом… да, у неё слишком долго не было парня.       - Давай попробуем какой-нибудь тренировочный пресет, - наконец решила Юля. - С лёгкими настройками.       - Давай, - согласилась Лена, все ещё витавшая мыслями в тех небесах, где аппарат дарил ей наслаждение снова и снова.              Было уже часов девять, когда Юля наконец усадила обнаженную Лену на выдвинутую сидушку и присоединила к её груди вакуумные присоски, каждая из которых просторным куполом накрыла одну из её "малышек".       - Надо будет, наверное, сменить на размер поменьше - оценила масштаб бедствия подруга. - Но пока сойдёт. Я задам лёгкий режим без дополнительных модулей. Хорошо?       - Да, - согласилась Лена в предвкушении новых ощущений.       И это было… скучно.       Включенный доильный аппарат плотно присосался чашками к её грудям, загудел и зашипел. Похожие ощущения Лена порой знала от мужских рук, когда те в сексе сильно стискивают и оттягивают грудь. Но здесь они были куда слабее. Аппарат механически щелкал, точно метроном, усиливая и ослабляя присасывание, грудь порозовела от прилива крови и будто бы чуть-чуть оттянулась, но ни молока, ни роста груди в тот вечер они так и не добились. Равно как и удовольствия: Лена только ныла, как и её грудь.       Озадаченно почесав в затылке, Юля выдала:       - Похоже, нужно вводить в арсенал химию и диету, чтобы пошло молоко. Смотри, тут целый ящик всевозможных веществ в довесок. - Ящик действительно был; в потоке возни с аппаратом они успели забыть о нём, отставив его в сторону.       - Хорошо, - кивнула Лена, - я завтра разберусь.       - Уверена? - прищурилась Юля.       - Постараюсь, - честно заверила подругу Лена, на самом деле не знавшая, возьмётся ли вообще за аппарат после сегодняшнего разочарования.       - Ладно, - махнула рукой Юля. - Главное, мне к пятнице нужно твоё молоко. Если соберёшь пол-литра, будет уже неплохо. А на той неделе уже плотный график от наших “спонсоров”, так что смотри не подведи их.       - Ага - рассеянно кивнула Лена, глядя на всё ещё заманчивый, но теперь уже совсем не понятный агрегат,       - Развлекайся, - подмигнула Юля, направляясь в свою комнату. На пороге она развернулась и со смехом добавила, - моя коровка!       Вслед ей об закрытую дверь шлёпнулся запущенный Леной тапок.       

***

             Утром после завтрака, оставшись в одиночестве, Лена снова начала штудировать руководство доилки.       Оказалось, что они все сделали неправильно: этап подготовки "молочной смеси" был Юлькой пропущен, чашки она установила неправильно, "патроны" - трубки, концентрирующие засасывающие силы на соске - не ввинтила, и даже давление ввела не в тех единицах, сбив изначальные настройки пресета. Кроме того, выяснилось, что Юля даже не запустила установку голосового помощника, который облегчал управление аппаратом при дойке. "Балда", - самодовольно подумала о подруге Лена, убедившись, что чашки, по крайней мере приставленные к коже на ноге, у неё сосут как надо.       Сегодня она заранее проглотила "подготовительные" таблетки от Юльки; эффект от них никак не ощущался, только грудь стала чесаться сильнее. Убив на инструкцию и первые опыты с машиной полдня, Лена наконец решилась попробовать на себе основной режим. Высыпала компоненты питательной смеси и влила воды в отсеки верхнего ящика. Интересующие её настройки Лена ввела в наружный монитор, создав свой "черновой" пресет в соответствии с руководством и намереваясь улучшать его далее. В самом важном для неё параметре "целевой размер груди" стояла четвёрка. За раз ей такой шаг не сделать, но расчетные таблицы были заодно с мнением Юли: за несколько дней результат возможен, если стараться.       Она всегда была прилежной ученицей. Справится и здесь.              Лена самостоятельно надела чашки, закрепив их по всем правилам и куда туже, чем вышло у Юли. После этого она повисла на балках в "позе доения 2" или "позе пумы", как она ещё называлась в руководстве: тело наклонено вперёд, верхняя часть тела и руки опираются на балки каркаса, вытянутые ноги стоят на станине, грудь с чашками направлена вниз. Попытавшись воспроизвести нарисованную в буклете позу, Лена с замиранием сердца произнесла кодовую фразу активации голосового помощника.       - Хочу дойки.       Аппарат тренькнул и оживился. Дисплей "для пользователя" неожиданно выдвинулся вверх и скорректировался на уровне и расстоянии, удобном для её глаз. На экране появилась надпись, немедленно продублированная роботизированным женским голосом из динамиков:       - Добро пожаловать. Вы идентифицированы как неизвестный пользователь. Назовите имя.       - Лена, - не стала мудрить девушка. Всё-таки удачно, что тут додумались сделать голосовое управление. Удобно, приятно. А вот голос машины назвать приятным было непросто: почти безэмоциональный и холодный, неужели нельзя было сделать его более "юзер-френдли"?       Экран замигал и выдал приветствие, также продублированное голосом:       - Привет, Молочница Лена. Ваш уровень: первый, “Козочка”.       "Молочница Лена" хмыкнула: выглядит как настоящая игра. Интересно, к какому уровню у неё отрастёт обещанный четвертый размер? Тот факт, что её только что назвали рогатым животным, она проигнорировала: в конце концов, козочки милые.       Машина тем временем продолжала:       - Желаете выполнить основную программу, программу с дополнениями или полное погружение?       - Только основную, - решила на первый раз Лена.       - ОШИБКА: вас не пристегнули. Выполнить автоматическую фиксацию?       - Да. - А как бы Лена смогла сама себя застегнуть без помощи Юли? К счастью, изобретатели чуда техники предусмотрели и это: неожиданно для самой Лены её руки и ноги оказались охвачены кожаными браслетами. Перед лицом же щёлкнул карабин, накинувший на ошейник кольцо. Лена только пискнула от неожиданности, а программа одним скоординированным движением аккуратно изменила угол наклона её тела и чуть раздвинула ноги.       - Обнаружен сигнал недовольства. Фиксация прошла неаккуратно? Внести изменения: грубее, нежнее?       - Нет, всё хорошо, - честно ответила Лена, не успевая дивиться интеллекту машины. И прежде, чем программа перешла к новой операции, решила поинтересоваться у неё: - А как тебя зовут?       - Машина издала странные щелчки, прежде чем выдала:       - Мои создатели назвали меня Галатея, но ты можешь назначить мне другое имя.       - Ух ты, какое красивое имя! - восхитились Лена.       - Спасибо. ОШИБКА: несанкционированные команды. Применить кляп?       - Нет! - с возмущением воскликнула девушка.       - Простите, - сказанное бесчувственным голосом машины, это слово звучало как издёвка. - ОШИБКА: задан слишком большой размер груди. Чашки не подходят к имеющимся железам.       - Эй!!! - возмущённо воскликнула Лена.       - Выполнить корректировки автоматически? - уточнила Галатея, не обратив никакого внимания на фразу.       - Да, - обиженно буркнула девушка. Ничего себе, какая хамская программа!       По экрану пробежала полоса загрузки, после чего Галатея доложила:       - Программа пересчитана. Запускаю процесс.       - Наконец-то, - буркнула Лена, и тут же вскрикнула от острой боли, пронзивший левую грудь. Посмотрев вниз, она увидела шприц, вонзившийся ей в сосок; в нём стремительно падал уровень какой-то лиловой жидкости.       - Ай!! Стоп, стоп! - завопила Лена. Никакие инъекции не были заложены в исходной программе; похоже, Галатея добавила их сама.       - Приостановлено. Назовите стоп-слово для сброса программы.       Лена выругалась. Она не стала его прописывать, думая, что все будет мирно, а штатного слова не помнила.       - Стоп-слово названо неверно. Программа возобновлена.       - Аййй!!! - снова завопила Лена: второй шприц проделал аналогичную операцию с правой грудью.       - Высокий уровень шума. Применить кляп?       - Да иди ты…       Лена слишком поздно осознала свою ошибку: программа считала первое слово как согласие. Буквально в следующую секунду из ящика снизу высунулись манипуляторы, раскрывшие ей рот. Ещё секунда - и вот уже на лице Лены маска с широкой трубкой, открывающейся ей в рот и не дававшей сомкнуть зубы.       - М-м-м!... - неразборчиво промычала она, силясь дать приказ об отмене.       - Пользователь Лена успешно заглушен. Отключаю обратную связь. Возобновляю программу.       Лена с ужасом пыталась вспомнить раздел про стоп-слова. Кажется, там был какой-то жест пальцами в одном варианте и головой в другом, но что именно требовалось сделать, она не помнила - от страха все мысли разбежались.       Из верхнего ящика к ротовому кляпу Лены спустилась трубка. Питательная смесь. Её передёрнуло всем телом, когда она почувствовала, как ей в рот потекла кисло-сладкая смесь, по консистенции напоминающая кисель. Вкус был вполне терпим, но ощущение быстро заполняющегося рта Лене не понравилось; она закашлялась, едва не подавившись. Манипуляторы постучали её по спине и надавили на грудину, совершив нечто вроде приёма Геймлиха, а подача "киселя" замедлилась, возобновивщись, как только Лена восстановила дыхание. Девушка, однако, быстро приноровилась глотать поступающую смесь, направляя её жидкость дальше по пищеводу. Каждый глоток сопровождался характерным глубоким звуком Она чувствовала себя глубоко несчастной: кляпы ей никогда особо не нравились, а тут ещё и насильно кормят через него.       Тем временем чашки начали свою работу.       - М-м-м-м!!! - отчаянно замычала Лена, почувствовав, как сильно натянуло кожу на её грудях. Ещё более мучительное давление испытали соски, вытянувшиеся внутри туго приставленных патронов так, что, казалось, вот-вот вывернуться наружу (хотя как это будет выглядеть, было решительно непонятно). Лена почувствовала, как по щекам к её подбородку стекают уже ручьи слез. Галатея молчала, следуя собственной программе.       В последующие полчаса аппарат снова и снова принимался то щёлкать, то гудеть, то трещать, по-разному воздействуя на груди Лены. Кормление прекратилось, но трубка никуда не делась, по-прежнему маяча перед её лицом. Девушка чувствовала себя омерзительно в плену бесстрастной машины. Конечно, она закончит программу, но до этого надо дотерпеть.

      ***

      "Терпи, девочка", - вдруг прозвучал голос из прошлого. Отец, поровший её ремнём, когда она безо всякого умысла задержалась у подружек в соседней деревне, не предупредив родных. Когда она пришла домой в свой поселок уже ближе к утру, её разыскивала вся улица, а отец, осунувшийся за эту ночь, не выдержал и взялся за ремень.       - Терпи, девочка, - мрачно говорил он, пока Лена в слезах вскрикивала после каждого щелчка ремня, оставляющего алые следы на её бледных ягодицах. - Раз ума никто не дал, восполняй его терпением.       Лене показалось, что в её воспоминаниях года отца в момент заслуженного наказания звучал очень похоже на голос Галатеи: такой же бесстрастный и безэмоциональный. Она продолжала вздрагивать от слез, ощущая свою грудь куском теста: машина её мяла, давила, вытягивала и даже скручивал внутри чашек. Ощущения были разные, но приятными среди них не пахло.       - М-м-м…. М-м-м… - жалобно мычала она. Слезы срывались с подбородка и со звоном разбивались об металлическую станину.       Терпи, девочка. Ты всё компенсируешь своим терпением.       ***       Когда машина внезапно прекратила процесс дойки, больше напоминавший изощрённую экзекуцию, Лена вновь заплакала. На этот раз - от счастья.       - Основная программа завершена. Извлекаю кляп, - предупредила Галатея. Лена послушно раскрыла рот шире, чтобы ненавистный ограничитель наконец покинул её лицо. Как только маска отодвинулась от её лица, она с наслаждением попыталась закрыть рот, но ойкнула от боли в затекших челюстных мышцах.       - Хотите посмотреть развернутый отчёт о результатах?       - Нет!!!       - Желаете повторить программу? - поинтересовалась Галатея       - Нет!!! - завопила Лена. - Развяжи меня!!!       - Разблокировка пользователя…       Наручи и поножи исчезли в потайных отсеках машины. Лена буквально сползла на пол под металлическими балками доилки, свернувшись в подрагивающий и скулящий комочек.       Она терпела. Она же хорошая девочка. Терпение - монета, которой она платит за собственные ошибки. И этого богатства у неё достаточно.       Проведя рукой по груди, Лена вдруг замерла. Затем встала и подошла к зеркалу.       На неё смотрела зарёванная блондинка с растрепанными волосами и раскрасневшимся лицом. Не менее алой была распухшая грудь девушки, и каждое прикосновение к ней отдавалось болью.       Но это определенно была грудь второго размера. И на кончиках её набухших сосков было по капельке белой жидкости.       Терпение - её монета.       И Лена ощутила миг торжества.

      ***

      Остаток для она посвятила домашним делам, привычной "анально-вагинальной" зарядке накопителей и упражнениям с "волшебной палочкой", прикрепленной к зеркалу. Доилка была отключена, Галатея молчала. Но Лена не сомневалась, что теперь они смогут найти общий язык - на её условиях.       Вечером пришедшей домой Юле был продемонстрирован аптечный пузырёк, на дне которого было совсем немного густой белой жидкости.       - Это то, о чем я думаю? - с лёгким недоверием уточнила подруга.       - Оно. Сама надоила, - с измученным видом кивнула Лена. Доверить такую деликатную работу с изученными сосками безжалостной Галатее она не могла. - Я понимаю, что это не пол-литра, которые ты просила, но…       Юлька неожиданно взвизгнула от радости и кинулась на подругу, обвив её руками.       - Ленка, ты такая молодец! - восхищённо зашептала она. - Ты растёшь как фамильяр на глазах! Я… - услышав всхлип, она ослабила объятия и с тревогой посмотрела на Лену: - Что случилось?       - Ничего, - сквозь боль улыбнулась Лена. - У тебя есть какая-нибудь волшебная мазь для измученной груди?       Мазь немедленно нашлась, вместе с парой таблеток, от которых Лене ощутимо стало лучше. Юля заверила, что завтра грудь девушки будет в порядке. Значит, подумала Лена, будем осваивать общение с Галатеей…       - Твой первый надой надо отметить! - Юля кинулась в прихожую. - Пойду куплю… молочный коктейль! - рассмеялась она. Лена скромно улыбнулась, втайне поморщившись от промелькнувшего при этих словах спазма в груди. Её будущей выдающейся груди. Спохватившись, Юля повернулась к подруге: - А тебе чего-нибудь купить?       Лена повернулась и посмотрела из коридора в угол своей комнаты - туда, где, сверкая хромом и сталью рамы, высилась Галатея.       - А знаешь что, - наконец задумчиво сказала она, - купи мне киселя.