У депрессии нет лица

Глава 4. Атмосфера Maneskin – Somebody told me (Кто-то сказал мне (что у тебя есть парень, похожий на девочку)) Maneskin – MARK CHAPMAN       На следующий день Мания продолжал меня игнорить. Не то чтобы я рвался с ним общаться или здороваться, но эта показная холодность и неприязнь мне откровенно не нравилась. Не нравилась… Правильные ли слова я подобрал. Настораживала. Угнетала. Обижала, в конце концов. За что со мной так поступили? Будто вывернули наизнанку. Все уроки я просидел, смотря на его волосы и спину. Так незаметно прошла неделя. Или больше.       Я думал, что победил, что дал ему отпор, но по ощущениям сделал еще хуже. Почему тогда мне в голову пришло только это? Может, я решил, что Мания хочет этого, но не ожидает, а ходит на грани, и если ему это дать, он успокоится и отстанет… Дать ему что? Подтверждение того, что я якобы гей? Молодец, ничего не скажешь, умно поступил. Теперь точно весь класс будет презирать меня, если бы только класс. Почему я просто не оставил все как есть? Мне не стоило так торопиться.       Я не замечал, как уроки заканчивались, как оказывался дома, в своей комнате, как наступал вечер. Все происходило как на автомате. Мне не хотелось в школу, мне не хотелось выходить из дома. Что, ну что мне теперь делать? Где я ошибся? Как мне надо было вести себя? Или как не надо? Но уже поздно. Сколько бы я ни гонял в голове эти домыслы и догадки, лучше не станет, что есть - то есть.       Ко всему прочему, меня не оставляли мысли о Мании. Его поведение сейчас и до… цепляло меня, что ли. В этих его шутках было что-то еще. От этого только больнее…       Может, мне реально поговорить с врачом? Я достал из рюкзака таблетки. Антидепрессанты, стабилизаторы настроения, противотревожное. Столько всего и ничего не помогает. Снова температура 37.2, хотя грипп и рядом не стоял. Смешно, правда? Понервничал немного и сразу в жар в прямом смысле. Учеба летела куда-то непонятно куда. Все время хотелось спать, я был вялым, очень уставал от дороги в школу и обратно, а подъем по лестнице стал для меня настоящей пыткой. Снова начались провалы в памяти. Я мог забыть имя учителя или перепутать этажи. Видимо, эта ситуация с Манией сработала как триггер и я полетел в пустоту. Я понимал, что происходит со мной, за год с лишним я даже научился с этим жить, но сейчас все было по-другому, и у меня не было только ответа на вопрос – почему? Почему все стало таким безвкусным, пресным, серым и скучным. В груди будто появилась незримая дыра. Я переживал настоящий ад.       Я посещаю психиатра каждые две недели. Он следит за всеми отклонениями от нормы и в последнее время стал подозревать у меня биполярную депрессию. Тут уже не средней тяжести. Депрессия. Что это вообще такое? Как правильно сформулировать? Это когда у тебя все хорошо, но тебе плохо. Другими словами, вышеупомянутый ад. Без видимых причин. Но сейчас-то причина у меня была. У нее даже имя есть. Ну и что я скажу врачу? Танцевал с парнем в клубе, он флиртовал со мной, потом я его поцеловал и теперь боюсь, что все будут считать меня геем. Допустим. А врач такой, это тревога, вот пей свои лекарства от тревоги. Что он еще мне может посоветовать? Хотя, смотря какой врач. Может, скажет перевестись от греха подальше и сделать выбор в пользу ментального здоровья.       А, может, я хочу возобновить отношения с Манией? Чтобы все было хотя бы как раньше, до проекта. Незнаю. Или я хочу, чтобы мы стали друзьями? Тоже незнаю. Я запутался.       Как всегда, сев на подоконник, я закурил и попытался разобраться в своих чувствах и ощущениях. Что для меня есть Мания? Ведь он мне, по сути, никто. Просто одноклассник, не друг, и никогда им не был. Но он страшный человек, если поступил так со мной. Значит, я чего-то боюсь. И мне стыдно за свое поведение. Но почему я повел себя именно так? Может, я и правда латентный гей? Может, мне нравится Мания?.. Почему я постоянно думаю о наших танцах, его глазах, губах? В буквальном смысле я не находил себе места. Дыра в груди становилась все больше. Тогда я начал пить. Просто купил как-то раз по дороге домой бутылку виски и глушил вечерами прямо чистоганом, без колы. После этого я хоть немного выдыхал и боль отпускала меня. Ровно до утра. А потом все начиналось заново. Алкоголь с лекарствами – такое себе сочетание, но выбора у меня не было. По утрам я же просто не хотел жить. Нет, это не похмелье, это все она. Существо без лица…       Я где-то читал, что душевную боль можно перекрыть физической. Такой своеобразный перезапуск эмоций. Один минус – это как наркотик, будешь уходить от проблем только таким способом всегда. Вызывает привыкание. Я задумался, стоит ли мне....       Я взял резак. Это довольно острое лезвие, его используют для резки бумаги, художники манги вырезают им скрин тоны. Я же решил исполосовать им руку. Зачем? Хороший вопрос. Меня так душила какая-то непонятная ментальная боль, что я решил, если пущу кровь, мне станет легче. Надо же было проверить теорию. Включил одну из любимых песен. Никогда в жизни я не причинял себе увечий, даже боялся этого, но сейчас мне это было просто необходимо. Не могу терпеть, это уже слишком. Как люди вообще живут эту жизнь? Я так мечтал, что однажды я проснусь, и мне тоже захочется просто жить…       Я легонько царапнул запястье. Появилась красная полоска, но кровь не пошла. Не скажу, что мне было не страшно. Я царапнул еще и еще раз, постепенно увеличивая нажим. Маленькие ранки защипало и засочилась ярко-алая кровь. Еще раз и еще, еще. Теперь их было пятнадцать. Я лег и глубоко вдохнул.       И мне стало легче. Я смотрел, как течет моя кровь и как она поблескивает, и буквально чувствовал разрывы кожи, как та разошлась в разные стороны. И это было хорошо. Словно в один момент дыра стала меньше в разы, хоть и не ушла совсем. Рука болела, а тело размякло. Несмотря на всю депрессивную безжизненность, я был как натянутая струна. То была попытка номер раз… Я вырезал свою боль, но не устранил причину. В этом-то и состояла главная ошибка этого «чудодейственного» способа.       Минут через 15 я смыл кровь, намазал руку какой-то ранозаживляющей мазью и забинтовал.       На полученном эффекте я кое-как продержался еще неделю. Врачу я все же рассказал о своем состоянии, но опустил подробности о Мании, а бинты спрятал под рукавом. Как и следовало ожидать, дозу лекарств мне снова увеличили.       Как-то раз, собирая учебники после урока в рюкзак, я не заметил, что ко мне подошел Мания. В классе мы были одни. Обычно я всегда выходил последним. Мания оперся на мою парту. - Может, перестанешь уже сверлить меня взглядом? – холодно спросил он. - Тебе показалось, - прохрипел я и меня тут же бросило в жар. - Я все прекрасно вижу. У тебя нет шансов, - усмехнулся он, закинув свой рюкзак на плечо, и вышел. Какая глупая ситуация и какой глупый диалог. Но в тот момент все снова перевернулось. Страх и стыд навалились с новой силой, сердце бешено забилось, в глазах потемнело, а все звуки слились в один протяжный звон… По всему телу пошла дрожь. Я упал, если бы не сидел. Воздуха не хватало. Буквально минута, две… Мне казалось, что я умру. Это была моя первая паническая атака.       Не помню, как пришел в себя. С горем пополам собрав рюкзак, шатаясь, я направился домой, твердо решив, что перевожусь в другой класс. Только сначала мне нужна новая доза моего личного сорта героина.       Эта мимолетная встреча с Манией далась мне слишком тяжело. Наружу выползли все демоны, прямо оттуда, из дыры в груди. Я снова задумался, кто я и чего хочу, а так же что ничего совсем не хочу. Не хочу жить и не хочу больше это все чувствовать. Я был измотан. Рука сама потянулась к резаку. Привычным действием я начал вновь резать свою кожу. Мне хотелось много крови. Я провел по запястью раз 20, не меньше, в разных направлениях и с разным нажимом, страх постепенно отступал и я входил в какой-то безумный азарт.       Я сжал резак и проехался по запястью поперек так сильно, насколько хватило духу. Меня прошила острая боль. Резак упал на пол, а я схватился за запястье. Черт, больно, больно! Кровь проступила сквозь пальцы. И тут я испугался, у меня закружилась голова. Кровь закапала на пол. В наушниках играли Maneskin. Добро пожаловать в город лжи… Потягивай сплетни, пей, пока не поперхнешься… - Мама! Мам!       Мне страшно. Мне больно. Мне плохо…       Пока меня перебинтовывал врач скорой, мои мысли вертелись вокруг Мании. За что такие жестокие шутки? Вытащить то, чего нет и обернуть против меня. А я повелся, причем, до конца. - Все нормально, парень, - сказал врач, затем обратился к моей маме, - покажите его психиатру. Мне было неважно, хоть самому дьяволу, я сидел с отсутствующим взглядом. Руку довольно туго перебинтовали, но ничего смертельного. - Я не хочу завтра в школу, - твердил я. - Не хочешь и не пойдешь, завтра к врачу, хорошо? – отозвалась мама, - Пожалуйста, не делай больше таких глупостей. - Я постараюсь. - Ничего не хочешь мне рассказать? - Потом, не сейчас. Мама не стала давить. Пожалуй, опущу наш с ней разговор. Я поднялся в комнату и повалился на кровать. Меня накрыл отходняк от боли. Ныла рука, но в то же время я испытывал какое-то душевное облегчение. Если понадобится, я готов повторить это снова… ***************************************************************************************** - Ответь мне на один вопрос, - начал врач, - что ты хотел изменить этим действием? - Я хотел, чтобы все прекратилось. - Что именно? Я молчал. - Попытка суицида, - начал врач. - Это был не попытка суицида. - Порез слишком глубокий. - Я перестарался. - Хорошо, - согласился врач, - тогда что это было? - Попытка суицида, - выдавил я. - Не первая, я полагаю. - Не первая. - Если ты не будешь говорить, мне будет сложно тебе помочь. - Мне было настолько плохо, что я хотел все прекратить. Я не знаю причин. Я в аду. У меня будто бы дыра вот тут, - я показал на грудь. Врач покивал головой, занося мои слова в компьютер. - Для начала выпишем тебе новые лекарства, нужно подобрать правильную дозировку и лечение. Мне нужно какое-то время понаблюдать тебя, чтобы поставить верный диагноз.       Мама ждала в приемной. - Мы его положим на месяц, - констатировал психиатр, когда мы вышли. - Мне можно будет хотя бы читать? – спросил я. - У нас есть библиотека, ты же не в тюрьме, - отозвался врач, - телефон тоже забирать не будем.       Слава богу, смогу хотя бы общаться с Роем. Идея лежать в психушке меня привлекала мало, но в нынешнем положении это был единственный безболезненный выход. В школе меня не будет какое-то время, страсти улягутся, может, удастся избежать позора. Потом переведусь в другой класс. Только что мне делать со своими странными чувствами к Мании? Ладно, посмотрим, время покажет. У меня будет целый месяц, чтобы подумать над этим.       Но из больницы я вышел действительно как из тюрьмы, хотя мне обещали обратное. Я не буду описывать свои три месяца в дурке. Да, я пролежал там 3 вместо 1. Скажу лишь только – ничего не изменилось. Разве что я хорошо отдохнул и выспался.       Жизнь не наладилась и не пошла своим чередом. Все было почти также как и до больницы. Разве что не настолько плохо, чтоб резать руки. Может, действовали лекарства, может, время лечит.       Я перевелся в другой класс и учился во второю смену, так что с Манией я не пересекался. С глаз долой как говорят. В новом классе оказался неожиданно более дружелюбный контингент, друзьями я не обзавелся, но приятели появились. И я познакомился с очень милой девушкой Рейко. Она была гораздо ниже меня ростом, светловолосая и голубоглазая, с веснушками. Как Мания… Только он высокий. Но я старался не думать о нем, хотя Рейко напоминала его всем своим видом. Что это, проклятие или судьба? В любом случае, она не виновата. Мы вместе ходили в столовую, домой после школы и встречались до школы, у нас были общие темы и мы оба любили видеоигры. Все было ровно и несколько стабильно, иногда даже слишком приятно, пока однажды поздним вечером не раздался звонок в дверь. Я пошел открывать, полагая, что там доставка или Рейко, но…       В дверях стоял пьяный Мания. - Привет, Уцу-кун! Нам надо поговорить. - Ну заходи. Надо отметить, что я не держал на него зла за все то, что со мной произошло. Я просто пытался как-то это принять и отпустить, убрав Манию из повседневной жизни. Ведь он сам так хотел.       Мания ввалился, споткнувшись об порог и начал кое-как разуваться. - Иди сюда, пьянь, - я закинул его руку на плечо и обхватил за талию, - наверх. Я потащил еле волочившего ноги Манию к себе в комнату. - Как я скучал по запаху табака… - Ну так покурил бы. - Дурак, я по твоему запаху скучал. Я ничего не ответил. - Я без тебя не существую. Ты гасишь меня, делаешь нормальным. - А ты загоняешь меня еще в большую задницу! - Послушай, мы не с того начали… Давай попробуем еще раз. - Что попробуем? - Подружиться. Я сам виноват, доигрался. Я внес Манию в комнату и хотел положить на кровать, но он потянул меня за собой. - Что ты делаешь? Отпусти. - Нееет, больше я тебя не отпущу, а то опять загремишь в больницу. Из-за меня ведь, да? - В какой-то степени. - В другой класс тоже из-за меня перевелся? - Только из-за тебя. Наши лица были очень близко, Мания обнимал меня за шею одной рукой, не желая ложиться. - Поцелуй меня, - тихо попросил он, - только нормально. - Ты же хотел подружиться, - возразил я. Он усмехнулся. - Ну, давай, я не кусаюсь. - Уверен? Я думал, такие вещи должны происходить сами собой и уж никак не на пьяную голову. - То есть, не поцелуешь? - Нет. Ложись спать и отпусти меня уже. - Ложись со мной. - Боюсь, в таком случае тебе захочется не только целоваться. - Вот это самооценка! – хохотнул он, - А знаешь, я ведь приходил к тебе, твоя мама сказала, что ты в больнице. - Когда? - Примерно недели три спустя, после того как ты не пришел в школу. - Совесть замучила? - Типа того. - Приятно понимать, что ты не такой уж бесчувственный мудак. - Но то, что мудак, это точно.       Мания наконец-то меня отпустил и лег. Я со вздохом взял пачку сигарет, сунул одну в зубы и уселся на подоконник, открыв окно. - Обожаю, когда ты куришь, - тихо проговорил Мания, - обожаю тебя. - Спи, обожатель. Посмотрим, что ты мне скажешь утром.       Мания уснул довольно быстро. А я сидел на подоконнике полчаса, наверное. Выкурил 3 сигареты. Переслушал любимый плейлист. Чего он приперся, пьяный, на ночь глядя, да еще и с такими предложениями? Снова шуточки? Только я не поведусь на этот раз. Хотя мне терять нечего. Я уже все потерял.       Утром меня разбудила возня на кровати. Естественно, спать было негде, поэтому я лег к нему, можно сказать, под бок. - Какого черта я у тебя делаю? - Спишь. - Почему у тебя? – начал злиться Мания. - У себя спроси, не я тебя сюда принес, - ответил я, не поворачиваясь. - Хочешь сказать, я сам пришел?! - А что? А, ну да. Ты же не общаешься с геями. - Что я вчера говорил? - Может, поспим еще? Сегодня суббота, я хочу отдохнуть. - Что я вчера говорил? – повторил свой вопрос Мания, с какой-то дрожью в голосе. - Вообще не уверен, что ты хочешь это знать. - Отвечай на вопрос, - отрезал Мания тем же слегка беспокойным тоном. - Предлагал начать все с начала и поцеловать тебя, только нормально, - устало отмахнулся я.       Мания молчал. Мне даже стало интересно и я повернулся. - И что ты ответил? Что было дальше? - Ничего не ответил, ничего не было, и ты уснул. - Мне пора домой, - засобирался он. - Ага, скатертью дорога. Что, даже чаю не попьешь? - Да иди ты, - бросил он и хлопнул дверью.       Ну и как прикажете это понимать? Да и черт с ним. Хотя, надо было его на видео записать. Вот был бы компромат. Точно свои шутки запихнул бы куда подальше и надолго. Я злился. Почему? Потому что его пьяные слова разошлись с трезвым делом? Я наивно полагал, что вся эта ситуация оставила меня, но все только начиналось.