У депрессии нет лица

Глава 7. Атмосфера Maneskin – Bury a Friend Maneskin – Lasciami stare       Пискнул Лайн. Я нехотя взял телефон и посмотрел сообщение. Внутри все сначала сжалось, а потом оборвалось. Сообщение было от Мании. Точнее, вложение. На фото были его ноги в привычных кедах. На краю крыши. И головокружительная высота… Я почувствовал, что задыхаюсь от страха. К фото был прикреплен адрес. Дрожащими пальцами, не помня себя, я скопировал адрес в навигатор. Минуту спустя уже летел в том направлении, не замечая ни людей, ни машин, ни вообще какого-либо окружения. Я забежал в подъезд и начал нервно тыкать на кнопки лифта. На тротуаре никого не валялось, простите, уж как могу, подбираю слова, скорой и полиции не было, значит, живой пока еще. До крыши было еще два этажа. Я взлетел по ступенькам и толкнул дверь. - Чего примчался, сломя голову? – Мания сидел, скрестив ноги и облокотившись на ограду.       Я не мог отдышаться. - Ты зачем мне это прислал, идиот? - Чтобы ты подумал, что я прыгну. И посмотреть на твою реакцию. А вообще хотел пива попить. Тебе взял безалкогольное. Так что ты там говорил, безразличен? Все-таки я тебя немного реанимировал. Да и видел я вчера твое безразличие. - Ты явно упоротый псих… - Ну, допустим. А чего ты так бежал-то? Испугался за меня? - Я просто не хочу жить с чувством вины из-за одного придурка. - Только по этой причине? - Только по этой. - Врешь, как дышишь. Бежать от меня бесполезно. И бессмысленно. - Так я к тебе бежал, а не от тебя, - как-то очень невпопад вставил я и прикусил язык. - Это-то я и хотел услышать. - Доволен? Снова твои шутки и провокации! Ты напридумывал себе черт знает что с нашего первого дня знакомства и теперь всячески пытаешься найти этому подтверждение, издеваясь надо мной! - Я не издеваюсь над тобой. - Да? А как это называется?       Мания молчал. - Давай выпьем и спокойно поговорим. Я же сказал, я сдаюсь, - наконец сказал он, минуту спустя. - Твое «сдаюсь» значит продолжать провоцировать меня? Я думал, ты наконец отвязался. - А ты этого хочешь? Хочешь, чтобы я исчез из твоей жизни? - Слушай, я перевелся в другой класс и в другую смену, что тебе еще надо? - Ты сделал это не потому, чтобы я отвязался. Ты пытался от меня бежать таким образом. Ты руки резал из-за меня. Ну, давай, скажи, что это не так. - Это не так! - Две попытки суицида, хватит врать. - Я не вру. - Далеко убежал? Ну, отвечай! - Нет… - Значит, врешь. - Да что ты хочешь?! - Правду. - Ах, правду! – разозлился я, - Ну, получай свою правду!       Мне было плевать, что он мне скажет после этого. Мне было плевать, что это снова могла быть очередная его провокация. Я просто захотел выговориться начистоту, даже не успев подумать о последствиях. - Начнем с того, что я не гей и никогда им не был! Но ты… Ты… Своими действиями, ты… - я не мог подобрать нужных слов, Мания смотрел мне прямо в глаза, - я стал сомневаться. И ты не знаешь, какой ад я пережил. И не было этих чертовых попыток самоубийства! Я просто причинял себе физическую боль, чтобы снять душевную. Я не знал, что мне делать. И хуже всего то, что я не знал, что будешь делать ты! - А я просто продолжал весь этот цирк, и слишком поздно понял, что доигрался… - закончил за меня Мания. - Значит, ты все-таки игрался, - горько усмехнулся я. - Да, - коротко ответил он, - пока не понял, что влюбился. - И когда ты это понял? – спросил я, и голос предательски дрогнул. - Сложно сказать, иногда мои действия шли вразрез с мыслями. Но мне всегда до безумия нравилась твоя внешность. Ты такой сексуальный, просто жесть. Поэтому, я, честно, не знаю, когда все началось и когда я начал что-то понимать. А когда я пьяный, я просто терял контроль.       Я растерянно молчал. Ситуация начала обретать новый смысл. А все мои попытки причинить себе боль стали этот смысл терять. Мания наконец поднялся и медленно подошел ко мне. - Помнишь, все началось на крыше?       Я усмехнулся вместо ответа. - На крыше и закончится. - Звучит, будто ты задумал двойное самоубийство, - не удержался я. - Не совсем, - хитро улыбнулся он. - Да у тебя духу не хватит. - Хватит, поверь. И вообще, я ничего такого не задумал. Обними меня. - Что? - Обними меня. Хватит вранья, хватит дурацких сплетен, всего этого цирка. Я же сказал, повторяю уже в третий раз, я сдаюсь. Я безоружен перед тобой. Из-за того, что…       Тут он запнулся, а я внезапно понял, как ему тоже все это тяжело дается. Если, конечно, он мне не врал. Я ожидал чего угодно. Мне даже казалось, что стоит мне признаться ему в любви, тут же зажжется свет и из дверей высыпется весь наш класс, чтобы посмеяться надо мной. Хотя, это уже не мой класс, не наш, а только его. Я ожидал подвоха, подлости и предательства в этот, казалось бы, красивый момент.       Так, стоп. Что я только что сказал? Что я…люблю его?.. Эти слова пронеслись в голове так свободно и отчетливо. Но ему я этого не скажу. Слишком много провокаций было с его стороны. - Ты знаешь, - продолжил Мания после паузы, - не могу я трезвый тебе такое говорить. Пошли, напьемся. И я выложу тебе всю правду как на ладони. - Нет, мы так не договаривались. - Когда это мы договаривались? – округлил глаза Мания. - Да так, был один из пьяных твоих разговоров. - Я разрешаю тебе записывать меня на диктофон, - устало отмахнулся он, - задолбали эти сюрпризы. - Откуда ты знаешь мой диагноз? – решился поинтересоваться я. - На столе у директора справку видел. - Без зазрения совести шарил по чужому столу? - Я случайно. Зато все встало на свои места. - Ничего никуда не встало. - Отсюда круто было бы запустить салют, - мечтательно проговорил Мания, - посмотри, как красиво вокруг!       Я, начавший отходить от реанимации, огляделся. Прикинул, сколько времени. Судя по голубовато-персиковому оттенку на горизонте, было уже больше семи. Над головой же небо стало уже совсем чернильным, замигали первые звезды. Ветер был легким и теплым. Словно россыпь светлячков, миллионы огней вокруг. Окна, вывески, фонари. Я глубоко-глубоко вдохнул. - What do you want from me? Why don’t you run from me? What are you wondering? What do you know? – тихонько пропел Мания. - Why aren’t you scared of me? Why do you care for me? When we all fall asleep, where do we go? – почему-то продолжил я. (Чего ты хочешь от меня? Почему бы тебе не убежать от меня? Что тебе интересно? Что ты знаешь? Почему ты меня не боишься? Почему ты заботишься обо мне? Когда мы все засыпаем, куда мы идем? Maneskin - Bury a friend)       Мания подошел ко мне и обнял за шею одной рукой, другой вставил мне в ухо наушник. - Продолжим? Или IL dono della vita? - Неважно. - Просто ты любишь Maneskin.       Я кивнул и осторожно положил руки ему на талию. Мания. От его близости меня бросало в жар. Я чувствовал его тепло всем телом. И в то же время я чувствовал боль. - Я так хотел обнять человека, который мне охуеть как нравится. У тебя глаза цвета кофе, - мечтательно вставил он. - Скорее, это виски с колой. А у тебя – цвета неба.       Я заметил, что Мания, не отрываясь, смотрит на мои губы. - Я хочу, чтобы ты меня поцеловал. - А как же твое не общаюсь с геями и все такое? - Опять начинаешь. Уцу-кун, значит, ты гей? - Я незнаю, - честно ответил я. - Уже лучше, - Мания прижался теснее, - ну, давай, у нас же уже все было. - То было так…       Мы с Манией были примерно одного роста, я чуть приблизился к его губам и застыл. Что-то мешало мне. - Не могу. Чего-то не хватает. - Пошли сядем уже, - Мания взял меня руку и подвел к краю крыши. - Тут все огорожено, где ты сделал фото? - Я перелез. - Сколько беспокойства из-за одной фотки. - Но я же смог вытащить тебя сюда. - Как ты это делаешь, я не представляю, - признался я. - В этом весь я, наверное.       Мы сели рядом, прижавшись спинами к ограде, все еще держась за руки. Где-то выли сирены, скорая, полиция, черт их знает. Ночь постепенно окутывала город и нас, таких незаметных, в рядах высоток, на огромной крыше. - Мне надо подумать, - признался я. - О чем? – просто спросил Мания. - О нас. Как все было и как все стало. Дай мне время, - попросил я.       Вместо ответа Мания отпустил мою руку, потянулся куда-то под ноги и я услышал звук открывающейся банки. - На, - протянул он, - пей, кури, думай. - Звучит, как ешь, молись, люби.       Мы расхохотались. Свободно и просто. Мне стало чуточку легче. - Значит, друзья? – хитро спросил Мания. - Да, для начала. - Для какого начала?       Я улыбнулся, ничего не ответив. - Я знаю, чего тебе не хватает. - Да? - Ага. Моей провокации. Поэтому ты и не можешь меня поцеловать. Мы привыкли, что наши отношения, как американские горки. Я пытаюсь манипулировать тобой, но в ответ ты просто непредсказуем. - Нет уж, давай сегодня проведем вечер спокойно! Дай наушники.       Я включил свой плейлист. И нырнул в себя так глубоко, как только можно. Я отлично умею это делать, без подготовки. Даже несмотря на то, что я не один. Не замечаю времени. Только я и моя музыка.       Закурил и закрыл глаза. Через пару песен открыл их и посмотрел на Манию. Тот сидел, чуть закинув голову и пил пиво. Я смотрел на него очень долго. И почувствовал только нехилое притяжение, которое не мог ничем объяснить. Позади остался страх издевательств, изрезанные руки, больница, отрешенность. Вся непроходимая тяжесть. Просто сняло сейчас как рукой, под пиво и музыку. Я затянулся. Дым в темноте приобретал плотность и белый оттенок. Мания заботливо пододвинул мне пустую банку в качестве пепельницы, которой я поспешил воспользоваться. Докурив, выключил музыку и отдал наушники Мании. - Музыкальная пауза окончена? – он повернул голову ко мне.       Я встал. - Иди сюда, - я взял его за руку и потянул на себя. Мания снова обнял меня за шею. А я… Наплевав на все, подался вперед. В этой темноте и тишине были только мы. И мне хотелось быть тут бесконечно. В этом наполненном спокойствием месте. Хоть Мания и просил, чтобы поцеловал его Я, вышло с обеих сторон. И мне казалось, что сейчас я и он другие. Не такие, как раньше. Мы легко соприкоснулись, затем я уже в какой-то степени привычным движением провел языком по его губам. - Кайф, - протянул Мания, слегка приоткрыв рот.       Сегодня я целовался впервые. По-нормальному впервые. Я прижал Манию к себе так крепко, будто никогда не хотел отпускать. Он поддавался. Мы облизывали губы друг друга, как два неопытных школьника. - Что ты сейчас чувствуешь? - Не знаю. Все, - честно ответил я.       Продолжил я уже по-взрослому, пустив вход язык, Мания также ответил мне и мы не смогли остановиться, углубляясь все дальше и больше. Целовать его так было верхом блаженства. Без провокаций. Задыхаясь. Не прерываясь. Я запустил руки ему под рубашку, меня обдало жаром. Буквально мгновение, чтобы вдохнуть и начать заново. Тут Мания слегка отстранился. - Секунду, - он достал наушники, - думаю, так будет еще круче.       Он включил свой плейлист, который был копией моего, и мы продолжили, нетерпеливо бросившись друг к другу. Любимый хриплый голос в ушах, любимый человек в объятиях, крышесносно. Мы целовались и целовались под музыку. Ловя ритм, поцелуи переходили от нежных к страстным. Можно сказать, бесстыдно. Игра губ, борьба языков. Крепко прижимаясь, отстраняясь, тянулись друг к другу. For your love, I’ll do whatever you want I’ll do whatever you want, for your love Я сделаю все, что ты захочешь, ради твоей любви