Руки липкие

Утро встречает солнечными лучами в лицо, проскальзывающими из открытых штор. Глаза слипаются в попытке открыться и привыкают к болезненному свету, а тело невольно поднимает свой груз в кровати. Дискомфортная сухость во рту немного раздражает, а весенняя зябь на границе зимы и лета покрывает тело противными мурашками, заставляя невольно проснуться. Рука скользит по простыням, в поисках затерянного телефона, ворошит под подушкой, одеялом, заползает в дыру между матрасом и стенкой кровати. Экран отображает циферблат часов: 8:00. Наш герой тут же ободряется и вскакивает с кровати, бродя по комнате, в поисках одежды оставленной где-то на стуле, комоде, в шкафу.. – Черт, я почти проспал! Где эти джинсы.. Быстрое натягивание водолазки на себя, попутно проходя мимо зеркала во весь рост в минималистичной комнате. Невольный взгляд в зеркале падает на худощавое тело. Разум пробивает очередной укол легкой неприязни к самому себе. Эта ребристая грудь отвращала, словно насмехалась над фактом слабости и немощности. Отвлекаясь от акта самобичевания юноша не позавтракав собирает сумку, выходит из квартиры и проверяет все замки, хорошо ли заперта дверь, насколько крепко и точно ли ее можно так легко дернуть и сорвать с петель. Теперь можно идти. Общественный транспорт так же недружелюбно встречает толпой людей, забивающих донельзя. Духота, гул переговоров, недовольные бабушки, женщины, мужчины, кондуктор, все. И эта поступающая тревога при виде чужих лиц вокруг. Каждая поездка протекает одинаково противно и невыносимо, а после выхода из транспорта словно оставляет на себе легкий мерзкий шлейф той гнетущей атмосферы от туда. Ужасное чувство, которое с привычкой стало легче перебороть, что отчасти даже радовало. Вот, он наконец-то на площадке. То самое место, которое когда-то стало спасительно-чужим. Разум в который раз зависает на всеобщую картину, а глаза разбегаются вокруг, неосознанно рассматривая каждую деталь помещения. Чьи-то руки подхватывают под мышку и тянут за собой, слышится знакомый задорный смех. – Чего завис? Погнали в гримерку! Мне столько фоток твоих сделать надо! – А.. Да, д-да точно, пошли.. Гримерка. Визажистка вечно вертится со всех сторон, нанося макияж и поправляя укладку, отдавая вечно смущающие комплименты, костюмер указывает что надеть, а вечно опекающая подруга и по совместительству фотограф воодушевленно рассказывает планы от предстоящей съёмке. Достаточно умиротворенно, хоть и по своему стремительно, разум успокаивается и приходит в относительный порядок. Вспышка. Глаза озаряет яркий свет прожекторов, он ослепляет.. словно прокалывает острыми иглами чувствительные хрусталики глаз. Персонал шустро мечется по площадке, следуя указаниям, расплываясь во всеобщей толпе. Ворчат модели, визажисты торопливо подправляют грим всем вокруг, костюмеры судорожно выправляют складки одежды, закрепляя булавки, продюссер раздает указания, торопя съемки и напоминая о горящих дедлайнах. Повседневный хаос модельной площадке, к которому так сложно привыкнуть. Даже после нескольких раз. В ушах начинает гудеть протяжный звон, до боли знакомый и противный. Глаза мельтешат по всему пространству, неспособные сфокусироваться на одном месте. Они рассматривают сцену, цепляют взглядом каждый ближайший предмет, людей, режиссёра, единственную знакомую ему личность где-то вдали, которую сложно различить среди всего людского шума. Держаться все сложнее, руки трясутся, по лбу стекает пот, в горле образуется давящая сухость. Из под корки сознания вырываются тревожные мысли, становясь все сильнее. Паника начинает тотально охватывать разум, словно пытаясь вырваться из туго затянутого кокона, который вот-вот лопнет, ещё чуть-чуть и.. – Стойте! Давайте сделаем перерыв! П-пожалуйста.. – Донеслось эхом с площадки, тут же обьявилась пауза и недовольные гудения всего персонала. Юноша практически спотыкается, выходя со сцены и присаживаясь на ближайший выступ, тяжело дыша, вбирая в себя весь воздух и выдыхая все свои легкие. Слишком трудно дышать, в горле ком, руки неконтролируемо трясутся, изо всех сил хватаются за голову, в попытках машинально ослабить пульс в голове. Страх, мысли, много мыслей, они путаются, переплетаются воедино, вновь расплетаются и туманят разум, заставляют провалиться в пропасть... Секундная тишина. Снова резкий звон в ушах, бьющий по сознанию... Паника нарастает с новой силой, дыхание учащается. Парень сваливается с места и сжимается в позу эмбриона, трясется, не в состоянии здраво мыслить, не то чтобы говорить. Персонал в недоумении, кто-то в тревоге, кто-то раздражен и жалуется на имитирование для отлынивания работы. В голове мутит, глаза не видят из-за нахлынувших слез. Кто-то подходит и что-то говорит, но мозг не распознает ни одного слова. Парня уводят в зону бэкстейджа, отводя подальше от переполоха площадки. Тот даже не замечает что его куда-то ведут, продолжая витать в тумане сознания. Разум возвращается лишь когда в руке оказывается бутылка воды, а в воздухе витает потно-табачный запах подсобного помещения, а взор проясняется при взгляде на девушку напротив. – Снова паническая атака?.. Ты как?.. Сознание в норме? Выпей воды – звучит беспокойно, волнующе, заставляет полноценно вернуться в себя. – Ох, я.. Я опять.. – парень делает глоток воды и виновато склоняет голову, рассматривая пузырьки кислорода в воде – опять всех подвел.. Мысли и чувства снова сковывают сознание. Уже не тревожные, а давящие, залезающие в самое нутро и ударяющие по самому больному. Страх сменился стыдом, горечью, сожалением и сжирающим чувством вины. Вдали слышен гул гул телевизора, шаги и разговоры проходящих мимо двери подсобки людей, звенящие телефоны, спутывающие разум еще сильнее. – Никого ты не подвел, тут таких новичков как ты полно, да и вообще, отставить такие мысли. Сейчас главное - твое самочувствие Девушка кладёт руки ему на плечи, заставляет глядеть прямо в глаза, отвлекает от мыслей и приводит совсем никчемное состояние в хоть какую-то стабильность. Все еще с липким чувством вины, но уже более терпимым. Он шумно вздыхает. – Спасибо, Инг.. Не знаю что бы без тебя делал – парень слегка отпрянул от той, успокаиваясь. – Слушай, лучше езжай домой, я уже передала что сегодня ты сниматься больше не будешь – Ты что?... – От этих слов состояние снова ушло в упадок. Парень опустошенно смотрел на девушку напротив, чувствуя смесь отчаяния и непонимания. – Господи, ты себя видел? Тебе необходим отдых и это не обсуждается! В ее словах была доля правды, заставившая задуматься. С одной стороны так хотелось преодолеть страх, доказать всем что он может показать себя, что он выдержит, несмотря ни на что, наконец-то преодолев все свои предубеждения. Но с другой того сковывало бессилие, осознание собственной никчемности, очередной страх, в таком состоянии он точно больше не выдержит. Пальцы слегка постукивали по бутылке воды, пока взгляд голубых глаз был направлен в неопределенную точку. – Раз домой, значит домой... – издав отчаянный вздох промолвил тот – И еще раз спасибо, правда.. – Да еще успеешь наблагодарить. Давай, помогу собраться Девушка доводит его до выхода и провожает ободряющей улыбкой, махая вслед пока тот уезжает на заказном такси. Успокаивающее гудение мотора автомобиля, сопровождающееся траской, которая словно убаюкивала, фоновая попса с радио, безбожно портящая настроение поездки, мельтешашие дома и деревья в окне, сохраняющий молчание водитель такси, не тревожащий своего заказчика пока не попросят, иногда озаряющий его взглядом на одну секунду, но не более, что не казалось странным. Каждый раз эти поездки были пугающе спокойными. Его хорошо отвлекал сам факт поездки и расслаблял, давая на момент забыть о тревоге. Но на подкорке сознания до сих пор таились тошные чувства вины и стыда, ибо почти каждый раз такая поездка была лишь напоминанием его собственной слабости. Напоминанием что он в очередной раз не справился на съемке и уехал раньше обычного. Вечер, обычно пахнущий накипью чайник отдает привычным запахом пластика при нагревании, кипяток с характерным звуком разливается по ёмкости, ложка бьется о стенки чашки, размешивая крупицы сахара в чае. Парень тяжело вздыхает и смотрит в окно, наблюдая за уходящим закатным солнцем. Спокойно, красиво, тихо.. Невыносимо, страшно, противно, ужасно, горько. "Когда же все это закончится?" Какие бы старания не прилагались, вечный гул в голове никуда не уходил, не давая покоя и напоминая о своем существовании даже в самые умиротворенные моменты. По плану надо было закругляться и идти спать, но общее "спокойствие" и тишину прерывает звонок телефона. Аппарат противно гудел в беззвучном режиме, напоминая о своем существовании, вырывая из транса сознания. Экран телефона показывает номер директора, обычно не предвещающий ничего хорошего. Начало разговора, очередные замечания, указания, упреки, в который раз напоминающие всю никчемность. Страх, стыд, эта противная давящая неловкость, когда хочется ответить, но в горле словно застревает ком и ты молчишь. Ужасное чувство, словно тебя отчитывают как маленького мальчишку, который нашкодничал и не желает признаваться, но при всех фактах в этом случае ты не виноват. К его большому счастью директор был не в самом плохом расположении духа, так что на уставшем вздохе выдал финальный вердикт: – ...В общем, нам конкретно надоели твои вечные срывы, мы не можем так работать, такие как ты обычно не задер.. – Нет! Не увольняйте меня пожалуйста, я правда постараюсь.. – Дай договорить. Завтра приедет модель из другого агентства. Я считаю что он может тебе помочь, так что он станет чем-то типа твоего наставника – Наставника?.. – Верно. До свидания Трубку сбросили, не дав ничего сказать, а значит выбора не было. Значит новый наставник.. В животе скрутился томный ком тревоги, не предвещающий ничего хорошего. С одной стороны, это небольшой луч надежды, о котором он так долго мечтал, надеялся и ждал, а с другой.. Это новый, неизвестный ему человек, от которого неизвестно чего ожидать. Вдруг его осудят? Бросят? Посчитают бесполезным? Это пугало, заставляло волноваться с новой силой. Ночь, за окном давно зажглись звезды, ветер колышил деревья и тихо завывал в окна. Комната залитая темными оттенками ночи словно находилась во сне и отдавала холодом. Сон не шел, а тревожное ожидание завтрашнего дня давило все сильнее. Каким он будет? Что его ожидает? Как будет относиться? Слишком много вопросов в голове, не отступающих и нарастающих только с новой силой каждые пять минут. Невыносимо. Парень свернулся в клубок из положения сидя, укутываясь одеялом и пытаясь сбежать от собственных мыслей и наконец-то заставить себя спать. Со временем сознание погрузилось в сон, принося в шумный мир спокойствие, в котором юноша так нуждался. Кошмаров у него не было, как и самих снов. Лишь темнота, на удивление не пугающая, а наоборот. Она успокаивала, не заставляла волноваться ни о чем, из-за отсутствия чего-либо в ней. Вокруг ничего нет, а значит не о чем беспокоиться и нечего бояться, сплошная благодать. Какова цена такого же спокойствия в жизни? Пока парень погружен в сон, на емейл приходит сообщение от неизвестного пользователя: "Здравствуйте, Алан Сойер? Видела вас на обложке журнала, увидела контакты и тут же написала!! ^^"