Этот закат такой прекрасный.

Невыносимое ожидание смерти своей приводят людей в состояние неконтролируемой паники, но они никогда не задумывались, что будет, если Солнце умрет вместо них. Они, подобно свиньям, неспособных сопереживать друг другу, догоняют судьбу и заставляют говорить немых... Это ли не повод сказать всем правду, но боюсь, они не так поймут. Находясь в этом месте я понял, что не надо помнить их в своих глазах, надо помнить себя в их глазах. Но что это значит? Этого даже автор не может угадать. Видимо, автор настолько тупой, что не способен сосредоточиться на нормальной идее жизни, но кто знает, кто будет автор сегодня. Вчера это был он, а сегодня не он. "Летя по пространству, он незаметно замечал как постепенно сходил с ума" гласит одна из моих теорий. Что же она может означать? Абсурд, или же настоящий исход человеческих потребностей, это не ясно никому. А кому было ясно? Даже глазам пророка солнечный свет только мешал. Но что может быть такого неизвестного в таком явлении как солнечный свет. Оно, подобно грязным фонарям, освещающие до боли знакомые края, безвозвратно поглощая занавес неизведанной тьмы. Да, тьма и в правду загадочное явление, нежели лучи Солнца.... –Давай, просыпайся, тебе ещё в школу идти.–сказал до нечеловеческих стонов знакомый голос отца. Солнечные лучи пробивались сквозь призму старых окон и били прямо мне в глаза, из-за чего я и открыл глаза. –Хорошо, пап..–ответил я своему отцу, быстро встав и одев пару шлёпок. Хорошо, что отец меня не облил водой, как это было на выходных. Да, те выходные были ну очень странные. Но не время вспоминать о выходных, надо в школу собираться. Я быстро одел школьную форму, только зачем? Папа как увидел это сразу подбежал и сказал: –Иди ешь, еда уже на столе. Я незмедлимо проследовал на кухню. Хоть у меня папа и был довольно странным человеком, но готовил он просто восхитительно. На этот завтрак был омлет со свеклой, но какой! Нежный аромат омлета развеялся по всей кухне, его запах чувствовался даже в моей комнате. Помыв руки, я взял вилку и сел за хлипкий стол. Открыв крышку, пара начало выходить ещё больше. –Чего застыл, ешь быстрее, ты же не хочешь опоздать!?–сразу же послышался голос отца. Чесно говоря, он уже надоел. Я незамедлительно начал есть горячий омлет. Омлет был настолько горячим, что я обжог себе язык. –Чего застыл?–опять спросил отец. –Ничего.–пробормотал я Отец ушел из-за стола, видимо у него были какие-то планы. Я продолжил есть горячий омлет, пока не пришел мой брат. –Илюш, давай быстрее, я опаздываю уже. И в правду, на часах было уже восемь часов утра. Не только он опаздывал, но ещё и я! Не доев омлет, я быстро взял портфель, взял в охабку Захара и побежал со всех ног в школу. Дорога была не такая уж и ровная, но мы редко спотыкались. И вот на наших глазах постепенно возникало старое здание, в котором учились такие же как и я, и даже лучше. Мы спустились по ступенькам и подошли к клавному входу в это не очень хорошее место. Открыв тяжёлую железную дверь, мы скорее поспешили на урок. Поднимаясь на белые скользкие ступеньки, я задумался над следующей темой на уроке. "Вроде надо было выучить правило о глаголе, ну ничего, меня все равно никто не спросит". Проводив Захара до кабинета третьих классов, я неспешно пошел до кабинета русского языка. "Надеюсь, она не будет такой мразью и поставит мне хоть одну пятерку сегодня" подумал я, когда поднимался по ступенькам. Поднясь на верх, я медленно приближался к кабинету, в котором наш класс уже выслушивал нашего классного руководителя. Я бы не назвал бы ее такой "классной". Резко открыв дверь, я быстро произнес "извините за опоздание" и сел за последнюю парту. Благо она находилась прямо возле двери. –Ну садись, Илья–с презрением произнесла Елена Петровна. Я достал учебник, тетрадь и пенал и начал записывать число сегодняшнего дня. Одиннадцатое мая. Классная работа. "Хорошо, что сейчас первый русский, а не математика" подумал я, записывая номер задания. И тут же Артем начал "свою песню". –Артем, замолчи!–не сдержался я и прокричал на весь класс. –Сам заткнись, не твое дело!– незамедлительно послышался ответ с другого конца класса. –А ну замолчите, вы оба!–сказала учительница. Но я не хотел сдаваться, и я продолжил –А мне что, кросовки ему облизывать?!–на замыкание ртов ответил я.