A beautiful murder

      Железные ворота в оранжерею были скрыты жёлтой сигнальной лентой. Людей не было. Жара продолжала стоять и, кажется, становилась сильнее. Хёнвон приложил бутылку холодной воды к своему вспотевшему лбу, и вышел за ленту. Подходя к зданию, раскрывался очаровательный аромат цветков. Девушка тут же стукнула старшего по груди. — Угх… — Парень скорчился. — Всё! — она решительно улыбнулась. — Пора смотреть следы! — Ты знаешь, какой у него орнамент подошвы? — спокойно сказал Хёнвон.       Чхве решил дать волю девушке. Идеалист не заходил через главные ворота и даже не через аварийные выходы. Он зашёл через канализацию, поменяв мокрую обувь на сухую. Кого же хочет подставить детектив? — уборщика. Где же был уборщик в ту ночь? — в сектантской общине, о которой запрещено говорить. Какой смысл подставлять его, если не будет и намёка улик на то, что он и есть убийца? — Он станет подражателем. Осталось ли внушить это. Это убийство Хёнвон планировал месяц. — М-м-м… Вроде бы пчелиный орнамент. Его чётко видно на самом месте преступления, на цветочной земле. Ох… — Девушка присел на корточки, осматривая коричневый раскрошенный гравий. — Так интересно, почему же Идеалист выбрал за жертвы людей, которые никак не связанны друг с другом? То мужчины, то женщины… Разная внешность, раса, доход. Но… Они так красиво выглядят. Так хочется узнать мнение профайлера… — А ты как думаешь, почему он выбрал их? Почему же убивал именно так? — Хёнвон ждал слов той, что хочет раскрыть его.       Девушка задумчиво замолчала. — Идеалист просто хочет повыебываться.       Виски детектива напряглись от гнева. Не того он желал услышать. — Ха… Вот как. Есть ответ получше? Ты не должна выдавать такого ответа своему старшему и уж тем более журналистам.       Девушка выдала подавленную улыбку. — Я сказала это так… Потому что хочу подружиться с тобой. Я сказала так, как бы сказал друг своему другу. — Её брови были домиком. Она грустно вздохнула. — Мы на работе, — в быстро ответе грубо сказал Чхве, — ответьте мне, сейчас же, на вопрос. — Ох… — Она не многозначительно промолчала. — ОТВЕТЬТЕ ВЫ! — Организованный убийца, который хочет показать своё творческое превосходство в убийствах. Он-. — Это я слышала много раз. Все это пишут в новостях- это не ваше мнение. Всё это кусочки мнений разных людей, наших криминалистов, простых людей. Вы не ответили на мой вопрос. Почему убийца выбрал их? Почему же убивал так? — Я не Идеалист, чтобы отвечать на такое. Улики не приводят к ответу на вопрос: «почему они, и что их связывает». Скорее всего, убийца выбрал их из личных целей. Надо лишь узнать, кто же ненавидел ботаника. — Детектив Чхве, в вашей голове хоть что-то есть? «Из личных целей»? Мы ищем одного человека. Все жертвы Идеалиста не знаю друг друга, даже общих знакомых нет. Хм… — Идеалист-художник. Возможно, его притянули жертвы из красоты лица, тела. Его главная цель — показать красоту. —Стоит ли думать о том, что убийца некрасивый? Может, он завидует? Красоту лишь в своих действиях хочет показать.       Детектив хмыкнул и сделал глоток холодной воды. — Ха… Было бы это так, убийца ужасным образом бы расправился с ними. Зачем же из ненависти создавать кровавое искусство? Сделал бы из красивых людей уродливые куски мяса или расцарапал лица всем, чем только можно. — Значит ли это… Идеалист любит красивых людей? — Верно, — он протяжно утянул ухмылку и создал некоторую паузу, — он обожает красивых людей, но не в романтическом плане. — Говорил он лукаво, поджимая губу изнутри. — Красивые люди, как декор. Ими надо любоваться, как в зоопарке. — Этот человек-убийца явно не ценит человеческие жизни. У него точно есть цель, которой он болен, и она захватила его разум. Он не убивает из-за свержения правосудия, с целью кого-то избавить от чего-то. Жертвы не являлись наркоманами, алкоголиками. Они обычные люди. Прошлое чистое. На учёте никто не стоял. У каждого порядочная половая жизнь.       Девушка встала с корточек и потянулась. — Криминалисты проверили камеры наблюдения (они были отключены) и, естественно, следы и намёки на взлом двери. На деле хотелось проверить, знали ли вы о том, что убийца пробрался через канализацию. Шеф тоже об этом знал. Команда утром оперативно работа. — Сказала Хёна и сделала щелбан старшему.       Детектив Чхве нервно вздохнул и натянул спокойную улыбку. На душе стало беспокойно. «Как же легко она меня обманула. А ведь так тревожилась по поводу следов… Неужели Шин заранее согласовался обмануть меня? Почему он так спокойно слушал её разговор о следах? Чёрт… Я должен быть на чеку. Как же легко она заболтала меня… Я не должен вести себя, как ребёнок! Я тут старший следователь. На моих плечах большая ответственность, как никак. Шеф не будет вечно прикрывать меня…». — Ха-ха и ты тянула время? — он потёр лоб. — Хёна, времени нет! — Куда торопиться? Промежуток убийств Идеалиста раз в три-четыре месяца. Он явно не торопиться творить «искусство». — Хёна, мы не до конца знаем Идеалиста! А вдруг убийство произойдёт завтра? — Пусть только попробует! — она грозно показала кулак в небо, отчего старший слабо улыбнулся. — Ладно, тогда наш путь- это место преступления! Тело девушки наш ждёт. Кто знает, может, мы найдём новые улики? Этот гад убил четверых. Красиво и так беспоща-а-адно! Многие ещё стали воспевать его за красоту зрелища. Как у Идеалиста ещё время есть на такое? Потратил бы умение на готовку. — Тебе не страшно осознавать возможность того, что он рядом?       Подходя к месту, аромат цветов казался слышнее, как и жужжание заводных пчёлок. Оранжерея была прекрасной, как в самых детских мечтах — большое великолепное стеклянное здание, из открытых частей которого вылезали ветки больших деревьев. Внутри всюду летали очаровательные бабочки с большими крыльями и разной расцветки. В помещении было влажно и что ещё приятно, не так жарко, как на улице. Оранжерее имела несколько корпусов, в которых температура менялась в зависимости от растений. «Ядовитые цветы такие яркие и манящие. Бабочки так красиво на них смотрятся… Но они так быстро улетают, как только хочется разглядеть их получше. Поэтому они так изумительны в своём неподвижном виде, мёртвом». Проходя по закоулкам кирпичной тропинки, он вспоминал своё детство. Как же он желал поймать бабочку в этом здании и забрать её крылья себе. Беспощадно сжимать беззащитное брыкающееся создание в своих ладонях. Отрывать маленькие лапки и в конце оставить её под стеклом. Но никто не разрешал трогать этих красивых созданий. «Хёнвон, нельзя». — Считаете, что он может убить такую красавицу, как я? — девушка хитро заулыбалась и стала строить глазки старшему. — Ты считаешь себя красавицей? — усмехнулся он. — Среди всех ты назойливая мушка, младшая следователь Хёна. — Вы просто боитесь, что я могу встать на ваше место, получить повышение! — обидчиво сказала она. — «Вы»? — Ну ты! Я-я оговорилась. Не придирайся к словам! Мы уже на месте.       Перед глазами стояла белая табличка с красной надписью: «Не прикасаться к растениям. Держаться на расстоянии одного-трёх метров». Тело жертвы лежало в своём первозданном виде. Глаза детектива радостно заблестели и зрачки разошлись за грани. Мысли шли ласкающей джазовой песней, которая защекотала кончики пальцем и завела сердце в учащённое биения: «Она выглядит так прекрасно, даже в испорченном виде. Высохшая кровь такая элегантная. Цветы из-под её разрезов нежно прикасаются её бледной кожи. Ах… Её улыбка… Такая же прелестная, милая, невинная. Синяки на её ногах приятно багрово-фиолетовых оттенков. Её крики той ночью так возбуждали меня бить её сильнее. Ах… Она так вкусно кричала и надрывала свой голосок, моля меня о помощи». Ли и Чхве надели тонкие одноразовые перчатки, которые находились в карманах штанов. Хёна незамедлительно приступила к повторному осмотру тела. — О! — воскликнула девушка, — Я нашла под ней чей-то волос!