Калейдоскоп ATEEZ

Что может быть хуже, чем холодный промозглый дождливый день с пробирающим до костей ветром? Только очередное глупое мероприятие в этот самый день. Сонхва стоит рядом с Хонджуном и изо всех сил старается держать себя в руках. У стилистов явно было плохое настроение сегодня, раз они решили одеть его в максимально лёгкий плащ. От холода даже зубы стучат. Пак максимально сжимается в попытках сохранить драгоценное тепло, стараясь при этом выглядеть как можно более непринуждённо. Это не ускользает от внимательного капитана: он вежливо сокращает интервью и торопливо тащит еле живого от холода парня за собой в сторону машины. - Какая бестактность! Заставлять айдолов торчать на холоде и отвечать на бесполезные вопросы! - вполголоса и нарочито с акцентом говорит Хонджун, обращаясь к Сонхва так, чтобы их не услышали. Пак не отвечает - у него едва хватает сил на то, чтобы поспевать за почти бегущим впереди возмущённым капитаном. Однако затуманенный разум позволяет ему заметить быстро движущийся автомобиль, которого Джун, окрылённый негодованием, явно не видит. Понимая, что окликать капитана поздно, Хва бросается вперёд, тянет парня на себя и заслоняет его своим телом, прежде чем "цунами" от проехавший машины накроет крошку-капитана с головой. Вместо этого ледяная вода окатывает Сонхва почти по плечи. - Сонхва-щи!.. - взволнованно восклицает Хонджун, но Пак лишь устало улыбается. - Будь внимательнее в следующий раз, дорогой. Парни садятся в машину. Сонхва снимает мокрый плащ и просить водителя выкрутить ручку обогревателя до упора. Сам садится рядом с Хонджуном и обнимает себя дрожащими руками, судорожно пытаясь согреться. Ким снимает с себя курточку, накидывает на плечи Хва и бережно притягивает парня к себе, чтобы согреть. Постепенно дрожь отступает, и, разморенный резким перепадом температур, Пак засыпает на плече капитана. Он не помнит, как выходил из машины, поднимался в общежитие, переодевался в сухую тёплую одежду. Не помнит, о чем спрашивал его Уен и что говорил Минги. Всё как в тумане. Кое-как добравшись до своей комнаты, Сонхва падает на постель, заворачивается в одеяло и моментально засыпает. Просыпается парень с отяжелевшей головой и ватным телом. Пак вновь чувствует озноб - он не помнит, закрывал ли окно перед тем, как лечь спать. Немного поторговавшись с самим собой, парень с усилием поднимается с кровати. Встаёт на ноги и тут же пошатывается в сторону. Нет, нельзя так долго спать. На кухне он застаёт одного Чонхо - манкэ возится с грязными тарелками и чашками, убирая их в посудомойку. - Доброе утро, - шелестит с порога Сонхва и сам пугается собственного охрипшего голоса. Как хорошо, что сегодня нет уроков по вокалу... Чонхо он пугает не меньше. - Доброе, - косится он на Сонхва. - Долго же ты спишь, Сонхва-хен. - Правда? - Когда я вчера зашёл к тебе в 7 вечера, ты уже спал. А сейчас уже почти девять. Хонджун сказал тебя не будить. - С чего бы, интересно, - хмыкает Сонхва, садясь за стол и отпивая крепкий кофе из своей чашки. И вдруг заходится в приступе сухого кашля. Чонхо озабоченно оборачивается на старшего. - Хён, ты хорошо себя чувствуешь? Ты очень неважно выглядишь. - Вздор, - откашлявшись, заявляет Пак. - Я просто поперхнулся. А ещё я не привык так долго спать. Вот выпью кофейку, взбодрюсь, и всё будет отлично. Чонхо не успевает ответить - в кухню влетает Хонджун. - Чонхо-щи, хватит возиться, хореограф-ним уже заждался, - тут его взгляд останавливается на Сонхва с чашкой кофе в руке. - А ты чего тут сидишь? Всё в порядке? - Лучше не бывает, - решает соврать Пак, краем глаза следя за реакцией Чонхо. Но макнэ слишком занят, чтобы слушать их разговор. - Через пять минут буду готов, - обещает Сонхва. - Ну смотри, - недоверчиво щурится капитан и уходит. На тренировке хореограф то и дело делает замечания Сонхва. Но тот почти не реагирует - ватное тело горит и совершенно отказывается слушаться. В гудящей голове всё как в тумане - парень не слышит ни ритма, ни музыки, ни замечаний учителя. В одной из фигур парни ненадолго ложатся на пол. Сонхва чувствует, как переутомленное тело якорем тянет его вниз, и не сразу осознаёт, что остальные уже давно встали с пола, а он всё ещё лежит. - Так, ну это совсем никуда не годится, - начинает сердиться учитель. - Пак Сонхва, где твоя концентрация сегодня? - Простите, учитель-ним... - еле слышно шепчет Сонхва. - Я сейчас... Но встать он не может. Нет сил даже открыть глаза. - Ну-ка разойдитесь, - гремит взволнованный голос капитана, и его рука касается лба парня. - Учитель-ним, у него сильный жар! - Что?! - Не может быть... - Сонхва-хен!.. - Сонхва-щи, ты слышишь меня? - Хонджун приподнимает парня над полом. Тот в бреду мямлит что-то нечленораздельное в ответ, после чего под испуганные крики и возню проваливается в забытье. *** - Плохо дело...- тихо произносит капитан, когда столбик термометра на глазах его и мемберов поднимается до отметки 39.9 - Он же не умрёт? - осторожно шепчет Уен. - Не говори ерунды, - огрызается на него Юно. - От температуры ещё никто не умирал, - но и в его голосе слышится плохо скрываемая тревога. - Тише, не шумите, - успокаивает их Хонджун. - Не толпитесь, дайте ему отдохнуть, - он озабоченно смотрит на бледное лицо лежащего на постели Сонхва. Мемберы один за другим на цыпочках выходят из комнаты, по пути роняя одни и те же фразы: - Присмотри за ним, хен. - Обращайся, если что-то понадобится. - Сообщи, если ему станет лучше/хуже. Парни остаются наедине. Хонджун высыпает из пакетика в чашку порошок от температуры и разводит его в тёплой воде. - Сонхва-щи, - ласково шепчет он, помогая парню чуть приподняться над подушкой. - Надо выпить лекарство. Он подносит чашку к полуприкрытым губам Хва. Часть воды стекает по губам, из-за чего Пак слабо кашляет. - Ну, ну, чаги, - терпеливо произносит капитан. - Выпей, тебе станет лучше. Я же не заставляю тебя глотать таблетки. Кое-как заставив Сонхва выпить лекарство, Хон бережно помогает ему лечь обратно на подушку. Пак тяжело и прерывисто дышит, изредка слабо кашляя - жар не отступает. Хонджун берёт смоченный в воде платок и аккуратно прикладывает его к пылающему лбу парня. - Хон...джун-аа... - не раскрывая рта, в бреду стонет Сонхва. - Что, милый? - тихо спрашивает капитан, взяв парня за руку. Ничего дельного в ответ он не получает. Хва продолжает что-то лепетать, кашляя и дрожа от озноба. Хонджун улыбается уголком губ. Наклоняется и мягко целует парня в переносицу. - Потерпи, милый, скоро тебе станет полегче, - обещает он. Сам тянется к телефону и печатает сообщение для Юно. Через несколько минут раздаётся стук в дверь, и Юно тихо входит в комнату с чашкой в руках. - Как он? - спрашивает Чон, кивнув на Сонхва. - Пока не лучше. Но температура подниматься перестала. Ты принёс, что я просил? Юно кивает. Садится рядом на пол и ставит чашку с васильковым чаем. - Он поправится? - тихо произносит он, не сводя глаз с Сонхва. - Куда он денется, - выдыхает капитан. - Помоги-ка мне. С помощью Юно, Хонджун осторожно укладывает Хва себе на плечо, поддерживая его одной рукой за спину, а другой начинает медленно с помощью маленькой ложки поить парня целебным чаем. - Ты бы отдохнул, хен, - с сочувствием произносит Юно. - Не переживай за меня, - улыбается капитан. - Лучше пригляди за остальными. Я позову, если понадобится помощь. Его слова ободряют Юно. Он поднимается с пола и потихоньку покидает комнату. Жар начинает спадать лишь к глубокой ночи. Сонхва перестаёт бить озноб, его дыхание выравнивается, а на щеках даже появляется еле заметный румянец. Вновь уложив парня на подушку и заботливо укрыв одеялом, Хонджун кое-как встаёт на ноги и разминает затекшие конечности - сидеть в одной позе несколько часов крайне неудобно. Хочется есть, но спать хочется сильнее. Поэтому он устраивается рядом с мирно спящим Хва и засыпает под его свистящее дыхание. Просыпается Хон от возни рядом с собой. Потерев глаза, он видит, как Сонхва сидит на кровати, скрестив ноги под одеялом и трет лоб. - Ты чего? - спрашивает мгновенно проснувшийся капитан. - В горле пересохло, - отвечает Пак. - Хотел встать, выпить воды. - Ага, разбежался, - Хонджун встаёт с кровати и сам наливает в чашку воды. - Мало тебе приключений? - Я же не думал, что... - Вот именно, что ты НЕ думал, - капитан садится напротив и укоризненно смотрит парню в глаза. - Ты хоть представляешь, как ты нас всех напугал? Сонхва опускает голову. Хочет что-то сказать, но заходится в приступе кашля. Хонджун вздыхает и сует ему чашку. Пак пьёт воду и с улыбкой смотрит на капитана. Улыбка у него слабая, но такая по-детски невинная. Как же Хонджун любит эту улыбку... - Как ты себя чувствуешь? - Немного лучше, - зевает Сонхва. - Только спать хочется. Хонджун тянется к парню и мягко целует его в лоб. - Температуры нет, - уверенно заявляет он. Сонхва хихикает. Пока Хонджун не успевает отстраниться, Пак сгребает его в объятия и вместе с ним падает на подушку. - Ты не боишься заразиться? - лукаво интересуется он. - Раз у тебя есть силы шутить, значит, ты уже поправился, - фыркает капитан. - Спи, дурачок, сон - лучшее лекарство. - Только если это сон с тобой, - урчит Сонхва, прежде чем провалиться в забвение. Просыпается Пак от того, что кто-то вновь кладёт ладонь ему на лоб. - Совсем немного горячий... - Ай, Уен, слезь с моей руки!.. - Да тихо вы, разбудите же!.. Слыша возню мемберов, Сонхва не может сдержать улыбку. Он открывает глаза и видит над собой всех шестерых детей, чинно сидящих вокруг кровати. - Ну вот, все-таки разбудили... - виновато вздыхает Юно. - Сонхва-щи, живой! - радостно пищит Уен, но Сан и Чонхо мгновенно зажимают ему рот. - Как ты себя чувствуешь, хен? - осторожно спрашивает Ëсан. - Не беспокойся, мне лучше, - отвечает Пак. - Всё благодаря вам. Он с нежностью переводит взгляд на Хонджуна - вымотанный бессонной ночью, капитан крепко спит, уткнувшись носом в плечо Хва. - А вы чего так рано проснулись? - Мы спали по очереди, - зевает Минги, потирая глаза. - Вдруг тебе и Хонджун-хену понадобилась бы помощь... Сонхва выдыхает. - Вы - самое драгоценное, что у меня когда-либо было. Идите поспите как следует. - Некоторые уже, - хмыкает Чонхо, указывая на Уена: тот, расслабившись, свернулся в комок в ногах кровати и сладко спал. Недолго думая, Сан ложится рядом с ним, прижимает парня к себе и закрывает глаза. Остальные переглядываются, ненадолго выходят из комнаты и возвращаются со своими подушками и одеялами. Хрупкий Ëсан устраивается в объятиях Минги, а Юно утыкается носом в макушку крепыша Чонхо. Сонхва крепче обнимает Хонджуна и тоже проваливается в сон. Все-таки больше всего на свете он любит их маленькую семью.