С чистого листа

Риколита вывели на казнь, скорее рубать голову будут топором, или чем-то похуже. Может захотят попытать, так скажем для веселья. Силюку было плохо, безумно, он выглядел подавленно и заплаканным. Буквально час назад его заставили смотреть на казнь всей деревни, под радостные крики неадекватной публики. А ведь всех его друзей убили, а игрок оказался полностью беспомощным, его заставили на это смотреть. Буквально заставили. Посадили на самый ближний ряд, на какого-то полицейского который держал его, заставляя, находится тут. На стекающею рекой кровь жертв, на их крики и лица полные отчаяния и мучений. Он громко кричал, до такой степени, что его голос полностью пропал. Его никто и не старался затыкать, все наслаждались. Зато полициянты сверкали от счастья, неужели живые существа могут иметь такую жестокость? Он ненавидел их всей душой, в неком плане как же хорошо что все закончиться и Никита уйдет вместе с остальными. Полицейские остановили празднование на время, чтобы убрать от сюда все до единого трупа и избавиться от крови перед выходом как выразился генерал «сладкого десерта». Именно так его решили назвать. Слуга положил его на холодный каменный стол и укреплениями обездвижил мальчишку, отошел от него. По коже парня побежали мурашки от такой резкий смены температуры. Силюк закрыл глаза, начиная ожидать когда все закончится и он перестанет что-либо чувствовать. Ему вкалывают какие-то жидкости, о значениях который даже и не догадывался. Пока что готовили его к предстоящему мучению. Кто-то из полицейских берет, поглаживает его по голове, проведя по волосам, уходит. Судя по всему, скоро все начнётся. К нему опять подошли, взяли за щеки и надавили заставив открыть рот, а потом расширили с помощью пальцев. Вставили какую-то штуку, о применении которой парень пока даже не догадывался, и сразу отошли. Эта штука довольно сильно раскрыла рот, заставив Силюка уже получить огромный дискомфорт. Казалось ещё чуть-чуть и его рот порвется. От любого лишнего касания к нему. Хотя было понятно что и без лишней помощи, он не выдержит и разорвется. Беготня рядом с ним прекратилась, скорее всего уже все начиналось. Генерал стал посередине сцены и принялся произносить свою речь: — Начинается главное шоу сегодняшнего дня. Настал день который мы давно ждали, день наказания этого мальца, нам нужно три, нет четыре добровольца. Думаю именно столько будет достаточно. Поднимите руки кто хочет. — Парень узрел, то что буквально все желали поучаствовать в этом, полицай рандомно выбрал четырех полицейских показав на них пальцем и те поднялись к нему. Ну как рандомно, все эти люди сидели на первых рядах и скорее всего имели большие должности. Они выглядели явно радостными от того что именно им выпала участь его насиловать, наслаждаться этим зрелищем. Видно такая перспектива была для них сильно желанной. Ну а кто бы из полиции отказался от такой возможности? Именно — никто, разве что кто-то предпочел бы смотреть, ибо не охота руки морать.  Парень почувствовал как с него припустили джинсы с трусами, и послышались звуки открывающихся ширинок. Он даже лицезрел это, ведь свое достоинство вытащил тот кто стоял прямо перед ним. Вот для чего полицаю понадобились добровольцы, теперь он все понял. Чужое достоинство быстро распухло до огроменных размеров, парень даже представить не мог что такие гиганты существуют. Риколит смекнул своей головой что это особенность данного моба и его с такими размерами по-просту разорвут по полам, не оставив живого места. Размер этого органа доходил размеру от пальцев до плеча, по крайней мере на первый взгляд. Силюк знал что умереть от обычного члена игроков очень легко, и понимал что его ждет при встрече с этими гигантами. Долго раздумывать не мог, в его рот зашли, начиная продвигаться все глубже и глубже. Боль, прям почувствовал что что-то внутри него сломалось, буквально хрустнуло, из-за размера к которому рот попросту не был подготовлен. Подошла ожидаемая рвота, она потекла со рта, скатываясь по подбородку на пол, а так же она потекла из носа сильно мешая дышать. У него это получалось еле-еле, кислорода ему уже не хватало. Сзади ситуация была еще хуже, таким же резким движением в его вошли два члена постепенно продвигаясь вперед, а живот лишь скрутило в ответ. Риколит понимал что его порвали, там стекала не только кровь, но и фекалии, он не мог контролировать, ибо все это случилось из-за сильной боли. Так же еще и помочился. О стыде даже не думалось в этот момент. Так резко ему снова захотелось жить, но так же удивлялся как еще ему удавалось сохранять сознание. Четвертый член вошел в вагинальную дырку, желая разорвать по полам и ее, не останавливаясь ни на секунду продолжал входить в полный рост. Да, его вполне ожидаемо разорвали по полам, сзади все было больше похоже на какое-то кровавое месиво. Он представить не мог, что будет с его ртом, если полицейский сделает хоть одно неаккуратное движение. Но понятно было что их это в данный момент ни капли не волновало. Парню было больно, безумно, такой боли еще никогда не ощущал. Оказалось что самая страшная пытка это секс, в особенности с этим мобом. Лучше бы его пытали в привычной пыточной, избивали, а не то что происходило сейчас. Риколит мог издавать лишь стоны от боли и хрипи, на большее был не способен. Все что сейчас делал парень, это старался дышать, и подумать не мог что это окажется той ещё задачкой. Больно, а сознание никак не терялось, избежать этого никак б не удалось, казалось что на деле, они нашли какой-то способ того чтобы он оставался в нем, ощущая каждое их действие. Скорее всего это отчасти действительно из-за того что ему вкололи. Полицай схватил его за голову и начал двигать туда-сюда, причем довольно быстро, оно было внутри него, буквально разрывая все внутри. Уголки губ от такой грубости с чужой стороны порвались. — Прекрасно, хотя бы не будет так узко в тебе, малыш. — Произнес с явной издёвкой в голосе, тот полицейский который находился в данный момент у него во рту. Неожиданно он остановился, в тот момент когда член полностью находился в глотке. По самые яйца вставил так сказать, и главное лыбиться, маньяк чертов. Пока трое мужчин разрывали его сзади, он проводит пальцами по его щеке поглаживая, нежно-нежно. Джентльмен прямо. Так или иначе было одинаково больно. Дышать было не возможно. Никита понял, что деланье глотков, пусть и совсем немного, но облегчало это дело. Противный привкус недопереваренной еды и метала, оставался у него на языке. Выходили и заходили, как специально, дразня, издеваясь. Было уже понятно что те не брезговали от мочи, фекалий и рвоты, им было на это все равно. Понятно только одно — полицаи испытывали удовольствие при каждом движении. Они были определено больными на голову, им нравилось, то что они делали, им нравилось причинять тому боль. Неожиданно в глазах начало темнеть, боль несколько притупилась, но сильный удар по челюсти привел его в чувство вполне действенно. На его голову вновь опустилась сильная рука, начав активное движение заново. — Мы скоро закончим, не думаю что тебе создание нужно терять, не сейчас. — Сзади движение лишь увеличивалось, парень почувствовал что его левую ягодицу сильно сжали, можно даже сказать облокотились на нее. Вдавили сильно, она даже перестала краснеть, начиная менять окрас на синий. Шансов выжить у него не оставалось учитывая, то что вытворяли с ними полицаи. Со зрительского зала слышались крики «быстрее», хотя Никита представить не мог как это «быстрее». Те разогнались максимально, но чувствовалось что старались потакать публике. Риколит почувствовал то что вся его глотка наполнилась чужой спермой. Стало невозможно дышать, тот буквально начал задыхаться. Белая жидкость полилась изо рта, а так же носа, чужой член очевидно не собирался его покидать все так же входя абсолютно полностью в неизменной позиции. А остальным полицаям было абсолютно все равно на его печальное состояние и они продолжали долбиться в его с огромной скоростью, все так же выбивая воздух который тот и так еле-еле получал. Полицейский закатил глаза от полученного удовольствия, очевидно что ему было ну очень приятно. Остальные пока продолжали движение в нем, привыкнуть к такому — не возможно. Мозг отказывался работать и игрок ни о чем не думал, тело даже перестало пытаться противиться и вырываться. Сил на это уже не было. Усач наконец-то решился выйти из чужого теплого рта, хотя было очевидно по его лицу, что ему не очень-то это и хотелось. Мужчина придержал его голову чтобы она не упала, и аккуратно уже положил на поверхность. Не хотел чтобы тот себе разбил голову, мало к чему могло это привести. Пускай и хуже это точно не сделало б. Тот аккуратно попытался вытащить устройство, что у того с легкостью вышло.  Резко Риколит опять почувствовал свою наполненность, но совсем в другом месте. Живот набух настолько, насколько это было возможным. Сильно, несмотря на то что он лежал на нем, внутри стало тепло, а боль как-то немного преуменьшилась. Его маточник наполнили до краев белой жидкостью, пускай она и со временем становилась красноватой. Мужчина ещё и продолжал напористое движение, но вскоре действительно принял решение наконец-то выйти, начиная одевать на себя брюки обратно. Оставшихся двоих тоже не пришлось особо долго ожидать, прямая кишка тоже наполнилась выделениями врагов. В отличие от остальных те не задерживались внутри. Наконец-то с него повыходили абсолютно все, парень сразу почувствовал пустоту внутри себя, но и облегчение. Сердце Никиты бешено стучалось, начал пытаться отдышаться, конечно же чужая сперма везде где только можно доставляла огромные неудобства. Парень откашлял белую жидкость вперемешку с кровью, во рту все переполняло противным кислым вкусом, немного металлическим. По ногам стекала кровь, немного фекалий. Полицейские получали удовольствие от такого жалкого видка своего судя по всему уже бывшего злейшего врага. Им не было жалко того, так можно было судить по их реакции на то что с ним тут вытворяли. Никита начинал чувствовать какое-то помутнение, попробовал открыть глаза, все плыло, ничего не мог рассмотреть. Резко в глазах полностью потемнело, так как в этот момент его никто не начал бить по щекам или заднице, наконец-то он смог абстрагироваться от боли, потеряв сознание. Организм отключился, повреждения были скорее всего даже с жизнью не совместимы. Да и медицинскую помощь от них он ни получит. Сейчас они с такими же ухмылками на лицах дождутся когда пульс перестанет биться в чужих венах. Получается это конец? Он не мог ни думать, ничего… Но жить ему чертовски хотелось. Именно в этот момент ему хотелось вновь почувствовать себя счастливым, кушать сладости, наслаждаться жизнью. Он многое не успел ещё в своей жизни, слишком многое, чтобы умирать. Но судя по всему судьба думала иначе, оставив его умирать.