Зазеркалье

      Пульсация в висках, разрывающая боль в горле, словно десятки острых лезвий воткнули. Все тело затекло, конечности не слушались, но да и в них боль разрасталась. Вики медленно открыла глаза и попыталась хоть на чем-то сконцентрироваться, но получалось чересчур плохо, и она снова прикрыла тяжелые веки.       Спать совершенно не хотелось, наоборот, хотелось выбежать на свежий воздух, на улицу, где играл холодный ветер и дарил настоящее блаженство. Спустя несколько минут Вики все же удалось открыть глаза еще раз и уставиться в белый потолок. Она не в той старой избе — это вселяло надежду, что Зазеркалье всего лишь приснилось. Однако несмотря на радость где-то в глубине души, дьяволица все равно боялась повернуть голову, боялась встретиться с ядовитой змеей, боялась понять, что никуда не сбежала и никто не спас, а удел ее — страдать.       Однако откуда-то издалека донесся добрый смех Люцифера. Или это с той стороны зеркала послышалось? Может, демон решил весело провести время в приятной компании и сейчас в ванне, полной пены пушистой, лежит вместе с очаровательной дьяволицей и строит планы на долгую бессонную ночь? Снова донесся смех, и Вики повернула голову, хоть сердце и пропустило предупреждающий удар.       — Счастье, — единственное, что произнесла сухими губами, когда сбоку увидела рабочий стол Люцифера, на котором до сих пор хранилась семейная фотография, несколько учебников и прочих книг, даже тетради сохранились.       Когда осознание облегчения заполнило разум и плавно потекло по венам, Вики наконец-то полностью осмотрела комнату, и счастливая улыбка сама по себе появилась на лице. Жаль, что Люцифера рядом не оказалось: так захотелось нырнуть в его крепкие теплые объятия, почувствовать сотни поцелуев на макушке, бархатный голос около ушка и дыхание, слегка обжигающее шею. Кричать не было никаких сил, поэтому, полежав еще несколько долгих минут, Вики — не без лишних усилий — поднялась с кровати.       За окном уже виднелись звезды, а ведь когда в комнату его зашли, то за шторами точно было дневное солнце.       — Надеюсь, всего несколько часов проспала, а не дней, — усмехнулась она и открыла окно.       Поток свежего прохладного воздуха приводил в чувство быстрее самых лучших зерен кофе и энергетиков, какими в подростком возрасте баловалась. Блаженно прикрыла веки и побольше ночного воздуха втянула, наслаждаясь прекрасной свободой. Обрывки того, что произошло до отключки, медленно восстанавливались: вот они с Люцифером нежностями утром обменялись, вот она ангелу чуть крылья не спалила, а вот ее демон позвать пытался, а она почти не слышала его.       — Сучка! — выругалась дьяволица, вспомнив притворный взгляд Энгелисы, что обещала действовать мягко и безболезненно, а в итоге эффект такой, будто внутренности вынули и заново засунули, а ее саму хорошенько встряхнули в центрифуге.       На подоконник приземлился черный ворон и принялся внимательно рассматривать Вики. Птица подходила все ближе и ближе, словно желала подружиться. Дьяволица руку протянула и с легкой, но чуть вымученной улыбкой провела ладонью по смоляным перьям. Ворона не испугалась, не улетела, наоборот, подпрыгнула ближе и каркнула, будто так благодарила за ласку.       — Не удивлюсь, если ты окажешься питомцем Люцифера, — посмеялась Вики, вспомнив его коллекцию необычных перьев.       Проведя пальцами в последний раз по гладким перьям, она сделала еще один глубокий вдох, медленно выдохнула, хоть немного утоляя боль после долгого сна. Как бы хотелось, чтобы сейчас Люцифер сзади подошел, нежно обнял и подбородок на макушку положил. Уют и гармония. В такие моменты внутри будто бутоны роз королевских распускались. Не желая тосковать и дальше, Вики неспешно поплелась к выходу, перед этим осушив стакан воды, который, похоже, предусмотрительно оставил ее демон.       Коридор встретил приглушенным освещением. Было тихо, и даже смеха ее любимого не было слышно. Несмотря на отсутствие вычурности в деталях интерьера, комнат оказалось немало, но и заходить в каждую из них Вики посчитала неприличным.       Рассматривая картины и семейные портреты, она потихоньку направлялась к лестнице на первый этаж. Наверняка Люцифер вместе с отцом сидел в гостиной да чай — или даже что покрепче — пил и обсуждал что-то из разряда насущного. Вики почти подошла к лестнице, на первом этаже ярко горел свет, но привлекла внимание приоткрытая дверь. Дьяволица кинула быстрый взгляд вниз, но никого не заметила, осмотрелась по сторонам — тоже. Стоило бы просто спуститься, возможно, это Люцифер забыл закрыть дверь, но ее словно тянуло туда.       Убедившись, что никто не следил и не придется краснеть от стыда, что в чужую комнату без спроса вошла, Вики распахнула массивную деревянную дверь и застыла с приоткрытым от шока ртом       Комната, полная зеркал самых разных — даже на потолке фрески украшены отражающими кусочками — и величественных картин. Мрачно. Лишь лунный свет из круглого окна заполнял это помещение. Слово завороженная, дьяволица, затаив дыхание, прошла внутрь, внимательно и с неподдельным любопытством рассматривая все вокруг.       Повернула голову вбок и тут же столкнулась со своим слегка растерянным отражением. Девушка по ту сторону зеркала смотрела прямо в уставшие глаза, и если бы подобная сцена ранее вызвала неприятные мурашки и поселила страх в душе, то сейчас Вики смело сделала шаг навстречу этой девушке, словно кто-то подтолкнул и высосал всю тревогу из нутра.       Овальное зеркало притягивало к себе как магнит — Вики вытянула руку и осторожно коснулась прохладной поверхности, но сразу затем отскочила, испугавшись. Стоило кончиком пальца дотронуться до отражения, как осознание происходящего вмиг накрыло, и в эту секунду фобия зеркал будто ударила битой по голове, отрезвляя. Нельзя находиться среди зеркал: они откроют портал и отправят в мир, что энергию забирает и не дает ни единого шанса выжить. Дьяволица судорожно осмотрелась, но в панике будто не заметила все еще открытой двери. Она обернулась вокруг своей оси и снова столкнулась взглядом, почти полным слез, с девушкой напротив.       — Это я? И если это я, то где я? — говорила шепотом, боясь спугнуть того, кого не было. — Я у себя дома или это сон?       После мрачного сна с Зазеркальем, после вторжения в подсознание ангелами Вики снова согрешила на то, что это продолжение сна, только что-то она никак проснуться не могла. Ущипнула себя за руку — вскрикнула от несильной боли. Это не сон — она в действительности следила за собой в зеркале.       Дьяволица медленно попятилась назад, но отчего-то не смогла отвести взгляда от отражения. Дверь по-прежнему открыта, легкий свет из коридора сочился в холодную комнату, но она словно не замечала этого, погруженная в собственный страх. Вики пятилась и пятилась, пока крыльями не соприкоснулась со стеной. Плавно и с опаской обернулась. И там снова девушка с зелеными глазами, наполненными ужасом, смотрела прямо в глубину души.       — Помоги мне… — казалось, закричала, на деле же лишь губами произнесла.       Стены словно сжиматься стали, воздуха не хватало совершенно, словно она в маленьком сосуде, выбраться из которого невозможно. Вики ударила кулаками по зеркалу, затем еще раз и еще, однако ничего не происходило. И она не сразу заметила, что незнакомка из Зазеркалья тоже била по зеркалу, а не насмехалась, как Вики все это время виделось.       — Может, хватит? — послышался знакомый мужской голос, и Вики резко переключилась на соседнее зеркало, в котором светились алые глаза. — Стучишь и стучишь, аж тошно уже.       Люцифер, что еще вчера утром был самым ласковым демоном, сейчас смотрел с лютым презрением. Пренебрежительным взглядом пробежался по фигуре Вики и скривил рот. В эту секунду словно лезвие вонзили в сердце да провернули, чтобы побольнее было и крови в разы больше. Энергия Люцифера больше не была приятной, наоборот, хотелось сбежать в укрытие, лишь бы его темная магия не добралась и не забрала в свои сети.       — Люцифер, — Вики протянула руку и хотела коснуться его лица, но демон больно ударил, а от его тела исходил такой жар, что казалось, будто обжигал. — Что с тобой?       Татуировки на шее и руках начали светиться, часть из них просвечивалась через черную рубашку, что Вики ранее любила надевать на обнаженное тело. Бордовые крылья намеревались открыться и вонзить свои острые перья в жертву, подарив мучительно долгую смерть. Вики не узнавала в этом чудовище своего Люцифера, что поцелуи нежные по утрам дарил и в крепкие объятия сгребал, что приносил вкусный завтрак и ночью заботливо одеялом укрывал, когда оно опять сбивалось где-то в ногах.       Вокруг его силуэта черный дым — аура, что поглощала и высасывала силы, питаясь ею, чтобы найти новых жертв. Вики сделала несколько шагов назад, но сын Сатаны как стоял близко к ней, прожигающе смотря, так и остался на месте и усмехался прямо в лицо, ведь она ни на сантиметр не сдвинулась.       — Птенчик, что же ты плачешь, — обращение из уст этого дьявола слышалось мерзко, что возникло желание моментально отправиться в горячий душ и тщательно отмыть эту грязь. — Ты снова плачешь. Как и всегда. Твои слезы — твоя слабость, но о чем это я? Ты же ни на что больше не способна.       Это точно не тот Люцифер, что, рискуя, спас ее. А спасал ли он вообще? И был ли этот Люцифер настоящим? Или тот? От большого количества вопросов разболелась голова, стало сложно концентрироваться на одной фигуре, и Вики согнулась пополам, закричав. На этот раз так громко, что Люцифер, который все это время находился в гостиной и смеялся над оплошностью отца, подскочил с дивана и тут же направился на второй этаж. Сатана вслед за ним.       Минуя по две ступени, демон сразу же вбежал в комнату, куда была открыта дверь, и собирался уже подбежать к Вики, обнять и поцеловать, укрыть в свои крылья, как Сатана грубо остановил: схватил и с силой сжал предплечье.       — Оставь ее, — начал шепотом. — Вики нужно преодолеть страх зеркал, и только так получится это сделать. Да, будет кричать и плакать, будет видеть то, чего нет, но через несколько минут станет легче, и она уже увидит настоящее отражение.       Люцифер с недоверием взглянул на отца, но все же послушался. Прежде тот ни разу не обманул сына, всегда говорил начистоту, но Люциферу больно было смотреть, как Вики плакала навзрыд и шепотом молила о помощи, разговаривая с зеркалами, на которых было лишь ее заплаканное отражение. Не желая спугнуть, он мигом вышел из комнаты и принялся мерить шагами коридор.       — Почему нельзя это сделать как-то иначе… менее болезненно?       — Люцифер, — Сатана опустил руку на плечо сына, заставив остановиться, — ей нужно не просто принять какой-то факт, а побороть фобию. И боится она не просто зеркала, как вещи, а того, что находится в нем. Она девочка сильная у тебя, справится.       — Сильная-сильная, — прошептал под нос Люцифер. — Ладно, у тебя дела были, а я здесь Вики подожду.       — Дела подождут, мало ли что ты натворишь.       Люцифер не понимал, почему отец так спокойно вел себя, улыбался и шутил. Он старался перенять его игривое настроение и расслабиться, но улыбка отца только раздражала: казалось, что через считанные минуты произойдет нечто непоправимое.       — Люцифер, уже голова кружится от твоих кругов по коридору, — голос Сатаны стал более строгим. — Что ты сейчас чувствуешь?       — Что хочется не слышать, как Вики плачет и…       — Тревогу ощущаешь?       — Нет, — не раздумывая выдал демон и приподнял уголок губ.       — Вот и все, значит, с моей невесткой ничего не случится.       Люцифер был настолько обрадован мыслью, что не ощущал тревоги, что можно не растрачивать нервы впустую, что даже не сразу понял, как секундой ранее отец назвал Вики. Когда осознание медленно дошло, демон округлил глаза и не смог сдержать доброго тихого смеха. Поддержка отца — даже с шутками — была как нельзя кстати. На душе стало тепло, и немного паники все же отступило.       Тем временем Вики пыталась вглядеться в образ Люцифера. Губы дрожали, как и все тело. Демон изучал ненавистным взглядом, будто собирался напасть на жертву и растерзать плоть, наслаждаясь свежим мясом и запахом крови. Она ведь помнила, каким милым он был, почему сейчас не получилось увидеть этот славный образ?       — Вики-Вики, ты действительно думала, что из Зазеркалья можно сбежать? Это теперь твой дом. Навсегда. Отсюда никому и никогда не удавалось выбраться.       Демон подошел вплотную — жар его тела ощущался на обнаженных участках кожи, мерзкий голос холодил душу. Вики прикрыла глаза, позволяя слезам бесконтрольно течь по щекам. Пусть он видит ее слабость, питается ею, ведь сил и так почти не осталось, да и в чем смысл бороться, если из мира тьмы не выбраться?       — Наивная дурочка, но я люблю таких: с вами никогда не соскучишься.       — Почему еще вчера ты был другим?       Набралась смелости и распахнула веки, заглянула в карминовые глаза напротив и проглотила ком, что душить уже начинал. В его взгляде найти старалась ответы на все свои вопросы, понять, почему судьба столь жестока именно к ней одной, а Люцифер зло улыбался и гадко облизывался, похабно осматривая ее фигуру.       — Было интересно наблюдать, как ты во сне бежала куда-то, взлететь пыталась и делала еще кое-что очень возбуждающее. И я…       — Ты не Люцифер, — смело бросила прямо в лицо. — Мой Люцифер другой. Он чистый и открытый, а ты просто конченый.       — Похоже, жить ты все-таки передумала.       В руках демона появился огненный шар, который с каждой секундой становился все больше, но Вики совершенно не боялась. Наоборот, она гордо выпрямилась и вздернула подбородок, расправила черные крылья и приготовилась к броску сына Сатаны. Довольно улыбалась, что только злило Люцифера.       — Ну же, кидай!       — Откуда столько смелости, птенчик?       — Не смей меня так называть. Ты ничтожество и не имеешь права обращаться ко мне подобным образом, — Вики сделала шаг вперед, только не почувствовала, как уперлась в зеркало. — Ты — плод моего больного воображения. Люцифер другой. В одном из лепестков роз набита буква «L» — татуировка, сделанная в честь матери. У тебя же ее нет. Только почему?..       Люцифер улыбнулся на прощание и тут же пропал. Больше не окружал зловещий сумрачный лес, не стоял запах, от которого воротило, не было страшных существ, что одним своим взглядом убить могли. Теперь же в помещении было чуть прохладно, немного лунного света освещало с одной стороны, и широкая полоска теплого света — с другой. Вики несколько раз покружилась вокруг своей оси, раскинув руки и не веря, что все это было лишь плодом воображения. И Люцифер, которого она видела, — лишь отражение картины на противоположной стене. И на момент ее написания он еще не набил ту самую татуировку с буквой.       Когда накрыло полное осознание, что не было никакой угрозы, дьяволица рухнула на колени и всхлипнула — всхлипнула от облегчения. И в этот момент в зал тихо вошел Люцифер, что с беспокойством осматривал Вики и даже не сразу решился пройти внутрь.       — Люцифер? — Вики проморгала, желая снять чары злые, но, открыв глаза, по-прежнему видела Люцифера.       Дружелюбно улыбаясь, демон стоял в нескольких шагах и излучал тепло. Его образ больше не устрашал, татуировки не светились и не угрожали выпустить вторую ипостась, что на пути своем все смела бы.       Обернувшись, Вики закрыла лицо ладонями и вновь тихо всхлипнула, что весь злобный мир, кишащий монстрами, — всего лишь плод с ума сводящей фобии, с которой она начала бороться. Люцифер быстро оказался рядом и чуть боязно заключил дьяволицу в свои объятия. Недолго думая, она тут же крепко обняла в ответ и уткнулась носом в грудь, зажмурив глаза.       — Ты же хороший?       — Хороший, — ответил ласково и чмокнул в макушку, как мечтала она с самого пробуждения.       Вики слегка отстранилась и заглянула в глаза, что более не желали испепелить и по ветру эту пыль разнести. Люцифер смотрел со всей любовью, на какую было способно его дьявольское сердце, что сейчас постепенно приходило в нужный ритм. Демон гладил Вики по волосам, шептал, как сильно переживал, но мгновение — и он схватился за щеку.       Не доверяя уже даже себе, дьяволица поспешила проверить: не лгало ли ей сознание или это снова дурацкие игры разума, и Люцифер далеко не настоящий, а просто пыль в глаза пускал, чтобы жертву в ловушку загнать. Замахнувшись, она дала пощечину, что отпечаток ее руки стремительно вырисовался на мужской щеке.       — Вики! — и снова гнев в глазах блеснул, но тут же потух. — Я, значит, переживаю за нее, а она бьет меня.       Как бы сын Сатаны ни пытался совладать с противоречивыми эмоциями, темная и горьковатая энергия все равно проникла внутрь. Вики улыбнулась и, скинув его руку с лица, мягко провела ладонью по красному следу, затем легонько поцеловала, будто иначе могла причинить больше боли.       — Прости, мне необходимо было проверить, что ты настоящий.       — Я тебе это и так сказал, — возмущенно и с толикой обиды произнес Люцифер.       — Тот Люцифер тоже твердил, что настоящее его Люциферов нет, — поцеловала еще раз. — Если бы ты был тем, то меня бы уже точно не было в живых, — хихикнула Вики и уткнулась носом в изгиб шеи, прикрыв веки в наслаждении: она слишком обожала его древесный парфюм с нотками корицы и мускуса.       — С тобой моя жизнь больше никогда не будет скучной, — посмеялся и Люцифер, крепче прижав к себе дьяволицу, словно иначе она вмиг могла исчезнуть и больше никогда не вернуться.       — И тебя не устраивает такой расклад? — обиженно спросила Вики и несильно укусила за плечо, за что получила легкий, но игривый шлепок по бедру. — Люцифер, что это за место?       Немного отодвинувшись, но по-прежнему оставаясь в надежных объятиях, она бегло осмотрела просторный зал. Сейчас он казался даже светлее, чем несколько минут назад, когда только вошла, ведомая нескрываемым любопытством. Люцифер тяжело вздохнул и потупил взгляд в пол.       — Это комната мамы, — тихо и с печалью в голосе начал он. — Она любила картины и любила зеркала. Рассказала, что папа выделил ей комнату только для ее бесчисленных картин, что она либо выкупала на земном аукционе, либо даже пару раз крала, — демон глухо рассмеялся, но рассказывать, как оказалось, было все еще больно. — После ее смерти отец решил не переделывать ничего, и кажется, будто мама дома, будто зайдет сейчас в свою любимую комнату и думать станет, куда повесить новую картину.       — Здесь очень красиво…       Вики внимательно и с интересом осмотрела зал, и многочисленные зеркала больше не вызвали паники и страха. Наоборот, ей даже любопытно стало посмотреть на себя, изучить себя, понять, насколько сильно изменилась, взглянуть на себя и Люцифера вместе, когда за руки держались.       — Папа даже дверь никогда эту на ключ не закрывает, мне кажется, потому что надеется, что мама однажды войдет сюда, снова позовет его, а затем и меня, чтобы предложить перевесить все картины в другом порядке.       Вики переключилась на демона, что медленным взглядом скользил с одной композиции на другую. Она гладила его по крыльям, с трудом проглатывая ком в горле: любой бы заметил, с какой тоской Люцифер отзывался о маме даже спустя столько лет после ее смерти. Дьяволица приподняла один уголок губ, на миг задумавшись, что тоже хотела бы столь дружную и крепкую семью, наполненную искренней любовью и заботой.       — Ладно, не хочу больше воспоминаний… слишком больно… — последние слова произнес еле слышно, но Вики все равно уловила их, а после поцеловала в губы со всей нежностью, чтобы хоть немного его боли прогнать. — Ты у меня такая любимая.       И в уголках глаз собрались слезы: лишь от одного влюбленного взгляда Вики таяла внутри и кричать хотела, как сильно любила его, что уже и дня представить не могла, чтобы был без Люцифера и его светлых чувств.       — Пойдем ужинать? Тебе нужно восстановиться после встречи с ангелами и всего этого ужаса.       Проведя своим кончиком носа по ее, сын Сатаны осторожно прикоснулся к губам, словно в первый раз, и оставил невесомый поцелуй. Не возникло желания страсти или дикости — всего лишь розовой любви, над которой многие смеялись.       Поднявшись, Вики крепко схватила его за руку, но не торопилась покинуть зал. Взглядом, полным надежды, она взглянула на Люцифера, а тот в непонимании нахмурился и сильнее сжал хрупкую ладонь. Без лишних слов дьяволица повела его к одному из больших зеркал почти рядом с выходом и не спускала глаз со своего образа. Она уже не понимала, каково это — следить за своим отражением и отвешивать самой себе комплименты. Люцифер напрягся, испугавшись, что снова что-то могло пойти не так и его ненаглядной девочке сделают больно или испугают до первых седых волос. Однако ничего из этого не произошло — Вики только слегка себя крылом прикрыла из-за непривычки.       — Люцифер, даже не верится! Я смотрю в зеркало, а страха почти нет. До этого я то голос слышала, то образ видела, хоть и расплывчатый, а сейчас ничего, кроме нас с тобой.       От переполнявшей радости дьяволица начала прыгать на месте и даже вскрикнула, не подумав, что могла помешать Сатане: чувства лились через край. Люцифер, преисполненный не меньшей радостью, подхватил ее на руки и закружил, наслаждаясь звонким смехом: наконец-то ничего более не вгоняло в леденящий душу страх.       — Я даже не думала, что смогу так быстро побороть страх. Может, не готова часами смотреть в зеркало и увешать всю спальню ими, но сейчас… я не боюсь, что меня что-то утащит туда…       — Я всегда говорил, что ты у меня самая сильная девочка.       Взглянув на свое счастливое отражение, Люцифер положил свободную руку на щеку дьяволицы и прикоснулся губами ко лбу, оставив долгий поцелуй. Его внутренние страхи вмиг улетучились, и более не было нужды внимательно осматривать помещение на наличие даже маленького зеркала, боясь, что его девочке будет страшно. Планы, как менее болезненно побороть фобии Вики, Люцифер тут же вычеркнул: один был сложнее другого, и в любом бы случае она испытала тот страх, что и в первый день заточения. Доводить ее до нервного тика ему точно не хотелось.       — Пойдем в столовую? Нужно отметить.       — Люцифер, — Вики звонко засмеялась и согласно кивнула, перед этим привстав на носочки и чмокнув в щеку.       Сатана уже сидел за небольшим столом и выжидательно смотрел на арку, ведущую в просторную комнату. Несмотря на любовь демонов ко всему мрачному, столовая была выполнена в теплых светлых тонах. Вики восхищенно оглядела все вокруг и приоткрыла рот от удивления. Отец Люцифера не смог сдержать улыбку, но все же проглотил ком в горле: он давно мечтал о дочери, и сейчас Вики отчего-то напоминала ему давние мысли о наследнице, что так и не появилась на свет.       — Все выполнено со вкусом, просто невероятно, — прошептала Вики, словно боялась громким голосом спугнуть эту красоту, что в самое сердце попала.       — Еще уютней было, когда Люцифер все стены изрисовал.       — Ну пап, — будто бы обиженно обратил на себя внимание Люцифер и с трудом подавил в себе заразительный смех. — Не позорь меня перед Вики.       — Позорить? — возмутилась уже Вики. — Кто не рисовал в детстве на стенах, а?       Поддерживающе сжала его ладонь и посмотрела со всем теплом, что только хранила ее душа. Люцифер отодвинул стул и пригласил Вики присесть, после чего сел рядом и принялся ухаживать за дьяволицей.       — Я бы хотела извиниться, — опустив глаза, виновато начала Вики. — Мне не стоило без разрешения входить в комнату вашей жены, тем более чтобы бороться со своими страхами. Я не специально… начала эту борьбу и…       Вики не успела закончить торопливую мысль, как Сатана по-отцовски взял ее руку и ласково улыбнулся.       — Все в порядке, Вики, нет поводов для лишнего волнения.       Так беззастенчиво глядя в глаза Сатаны, Вики немного расслабилась и поймала себя на мысли, что именно такого теплого отношения с отцом ей и не хватало. Ксафан хоть и пытался быть настоящим папой и вместе в дочкой иногда развлекался, спускаясь с ней на Землю, и приносил любимые бананы в шоколаде, все равно она не чувствовала в полной мере той отцовской любви, что он должен был дать.       — Как ты себя чувствуешь? Голова больше не кружится? — на этот раз чуть с беспокойством спросил Люцифер.       — Нет, я выспалась, выплеснула весь негатив и сейчас чувствую себя просто отлично.       Выбросив непрошеные грустные мысли, Вики принялась за еду. Прикрывая веки от чувства блаженства, она отвешивала комплименты повару и уже думала, сколько дополнительных порций попросила бы. В это же время Сатана и Люцифер обменивались рабочими планами и стратегиями, спорили, шутили. Атмосфера была по-настоящему семейной, словно они собирались так каждый вечер, рассказывали о прошедшем дне и о планах на грядущий. Спустя несколько долгих минут Вики все-таки тоже подключилась к бурной беседе, хоть и испытывала неловкость первые минуты: не хотелось показаться глупой или настырной. Однако Сатана был только рад оживлению дьяволицы и с удовольствием посвятил ее в насущные дела Ада.       Несмотря на то, что с повелителем Вики ранее не ужинала, тем более в такой близкой обстановке, она не испытывала дискомфорта или смущения, наоборот, наконец-то ощутила ту дружескую теплую атмосферу, какой всегда хотела наслаждаться. Поднеся бокал, наполненный красным вином, ко рту, она с прищуром посмотрела на Люцифера. Тот, будто без слов что-то узнал у отца, спросил разрешения, на что Сатана одобрительно улыбнулся и кивнул, отложил столовые приборы и принялся следить за сыном.       — Люцифер?..       Вики никто не ответил. Демон поднялся из-за стола и быстрым шагом направился на второй этаж. Дьяволица пыталась обратиться к Сатане, но тот молчал, хоть и было видно по выражению лица, что не терпелось рассказать. Стало чересчур любопытно, из-за чего Вики заерзала на стуле и с ноткой тревожности позвала Люцифера.       И вот наконец-то снова послышались шаги, что становились все ближе и ближе. Дьяволица обернулась, а на глаза попалась темно-синяя бархатная коробочка. Она тут же перевела вопросительный взгляд на Люцифера, потом на Сатану, от нескончаемого потока вопросов приоткрыв рот.       — Мне хотелось тебя как-то порадовать, но чтобы это было что-то небанальное, — с дрожью в голосе признался Люцифер. — Ты стала важной частью моей жизни. Вот так внезапно. Вот так необычно. Но я действительно счастлив, что когда-то рискнул и вытащил тебя из Зазеркалья. Хочу, чтобы этот подарок украшал тебя.       Демон открыл коробочку, внутри которой лежало ожерелье, напоминавшее длинную изящную ветвь с почками, выполненными бриллиантами. Вики затаила дыхание и в неверии перевела взгляд на Люцифера — он же смотрел со всей надеждой, словно дьяволица могла отказаться от подарка.       — Это ожерелье моей мамы, отец подарил его на их первую годовщину, — он тут же переключил на миг внимание на отца, что с гордостью наблюдал за сыном.       — Люцифер, оно просто восхитительно, — осторожно провела кончиками пальцев по дорогим камням, что ярко переливались на свету. — Это дорогой подарок, и я не про стоимость.       Все же не удалось удержать все слезы в себе — одна скатилась по щеке, за ней побежала и вторая. Вики набросилась на Люцифера с крепкими объятиями. Она знала, как он дорожил памятью о матери, как бережно хранил ее вещи и подарки, сколько значила для него даже одна ее маленькая заколка. Получить в подарок ожерелье, да и столь символичное, — одно из высших чувств любви. И дело было не в простом желании усыпать подарками, а в символе этого подарка.       — Поможешь? — спросила шепотом и приподняла волосы, чтобы удобнее было Люциферу надеть украшение.       Вытащив инкрустированную цепь, он аккуратно застегнул на шее и оставил робкий поцелуй на плече. Вики провела пальцами по холодным камням и восхищенно вздохнула, хоть и не видела полной картины.       «Я горжусь тобой, сын», — раздался в мыслях голос отца, и Люцифер тут же взглянул на Сатану — тот смотрел прямо на него и твердо кивнул, еще раз одобрив действия сына.       — Сегодняшний день просто не может быть лучше, — радостно проговорила Вики и все-таки решила подарить Люциферу короткий, но чувственный поцелуй. Эмоции, как и чувства, переполняли, заставляли раскрыть крылья и взлететь далеко в небеса, делясь с каждым своей безграничной энергией и любовью. И разве мог этот демон зло смотреть и желать лишь одного — уничтожить изнутри? Нет, это всего лишь глупая проекция, ведь настоящий Люцифер со всем обожанием смотрел и крепко сжимал руку под столом.