сирень

снова возвращаться в эти белые четыре стены… снова лежать и разлагаться на этом чёртовом, старом диване. он весь запыленный такой, прямо как воспоминания из прошлого внутри черепной коробки. лежишь, ночами прокручиваешь одно и тоже событие из прошлого, что всё-же отпечаталось в памяти надолго, слезами не захлебнутся пытаешься. тот самый прекрасный парень… высокий, глаза его напоминают цвет мяты, а волосы – колосья пшеницы. те необычные черты лица, которое хотелось расцеловывать чуть-ли не каждую минуту. его смех, тепло тех прекрасных рук… как же только хочется прожить эту ебаную серую жизнь, лишь бы снова увидеть в ней тот лучик света. а та весна... он, накинув в мою зипку, держит своими тонкими пальцами крышечку от термоса, изредка делает маленькие глотки горького до ужаса кофе. смотрит на рассвет, приятно улыбаясь. сложно было в тот день вытащить Ваню из дома, перед этим построив грандиозные планы на утро, расписать в голове от точки до точки план действий, скурить не одну сигарету, дабы приготовить речь для признания. своего самого первого признания в жизни. и последнего также. нам по шестнадцать. электричка, втихую от родителей, едим на дачу в глухом селе, где связь толком не ловит. зато под окнами уютного домика сирень зацвела. глаз радует. сирень… рассвет и Ваня, уставший от такой ранней и долгой прогулки. не прекращает рассказывать о том, как ему понравилось всё до мелочей.

***

– подожди, секунду, – Коля показывает пальцем подходящий жест, разворачивается и быстрым шагом подходит к кусту сирени. младший слушается его, продолжает снимать всё на камеру телефона. шатен ломает тонкие веточки, собирает с них не маленький букет. Ваня витает в своих мыслях да фотографирует всё вокруг. природа, красиво. Коля сдувает с лица волосы, они ужасно мешают и лезут в глаза. подбегает, широко улыбается. сердце стучится так сильно, будто из груди выпрыгнуть готово. дыхание прерывистое, а руки из-за стресса начинают дрожать. кусает губы и опускает взгляд на кроссовки. – эй, Коль, ты чего?– заметив состояние парня, спрашивает Ваня, аккуратно касается чужого плеча. – я..я сказать хотел…– запинается и с ноги на ногу переступает. должно было быть легче… пара зелёных глаз с интересом рассматривает парня напротив. – ну, говори, интересно очень. – кончиками пальцев ведёт вверх, после убирает чужую чёлку. – никогда ничего не скрывал, а тут боится он. – смелости у старшего от этих слов не добавляется, но немного расслабиться удаётся. протягивает руку вперёд, и с надеждой поднимает очи. – ты знаешь значение сирени? – Ваня суёт руку в карман и бегает глазами туда-сюда, не зная на чём им остановится. – знаю.– низким голосом отвечает парень, нервно улыбаясь. – надеюсь, ты понимаешь к чему всё идёт…– передает букет, смотрит на свою пассию с пылающим в глазах огнём.– я тебя люблю. ты первый и последний, кто поселился в моём сердце навсегда. – не соврал он. в неловкой тишине слышится пение птиц и шум листьев. – Коль… я тоже тебя люблю. – русый блокирует телефон, перемещает его в карман. делает шаг вперед и через считанные секунды парни сливаются в наполненном чувствами поцелуе. дома гербарий из цветочков сделают, долго хранить у себя его будут. Коля точно.

***

вспоминаю то ужасное утро его восемнадцатилетние, убиться хочется, ведь масштабы проблемы в голове не укладывались в то время. ну не отвечает он на сообщения и звонки, значит занят. подождать нужно, потерпеть. второй, третий, четвертый, пятый час… ни звонка, ни письма. в соцсетях не достучатся. на встречу в тот день тоже не явился, квартира его пустая. просто пропал из моей жизни, написав короткое и болезненное “ так лучше, я люблю тебя.” лучше? разве то происходит со мною все эти года лучше, нежели счастливые и насыщенные дни проведённые вместе с идеальным парнем? эти страдания лучше? конечно, мысли о том, чтобы поставить точку на этом всём мою голову посещали… но я буду искать его среди массовки, в надежде, что ещё встречу и обниму его хрупкое тело.