Ставка

      Открыв глаза, я долго не могла сфокусироваться на предметах вокруг меня. Голова немного болела, тело было потным от прилипшей одежды, волосы прядями висели и спадали на лицо. Макияж весь размазался. Я ощутила себя до невозможности грязной и поморщилась от отвращения к самой себе. Встала с кровати и прямиком отправилась в душ, зеркало во всю стену получилось проигнорировать.       Тёплая вода приятно окутала тело, моментально расслабляя и смывая с меня всю невидимую грязь, которую я ощущала. Дверь в ванну приоткрылась и также медленно закрылась, я метнула взгляд в сторону, на полочке аккуратно в стопке лежала одежда. Я выдохнула. Мысли о брате куда-то испарились, оставив после себя лишь жгучую рану, которая ещё долго будет кровоточить время от времени. Я невольно задумалась о том, что возможно, даже не Чонгук — причина моей разрушенной жизни. Я имею ввиду, что он лишь ускорил то время, когда мне открылось настоящее лицо Джина. Столь гнилая душа рано или поздно всё ровно разоблачила бы себя, сама того не желая.       Я провела в душе более получаса, вышла и принялась перебирать принесённую мне неизвестно кем одежду. Выбор оказался большой, там были и платья, и юбки, кофты и блузки, джинсы и шорты. Подумав, что хочется ощущать себя в тепле и каком-то уюте, я одела чёрные, не прилегающие к телу джинсы и чёрный свитер с большими рукавами и высоким воротником, достающим мне до подбородка. Мокрые волосы я не тронула. Они хаотично разметались в стороны, я немного пригладила их и вышла из ванной.       — Госпожа, господин зовёт вас нас завтрак, — совсем молоденькая девушка с короткой стрижкой поджидала меня на пороге комнаты. Я вздрогнула от неожиданности и с удивлением уставилась на неё.       — Это приказ господина или всё же я могу отказаться?       — Если вы пожелаете, завтрак принесут сюда.       Немного удивлённая внезапным заявлением, я решила, что разумнее будет не злить неожиданно подобревшего господина, и спустилась вместе с горничной в столовую. Чонгук сидел за столом, напряжённо встречая меня взглядом, что у меня дрожь прошлась по спине. Когда я села, он всё ещё сверлил меня глазами, а потом самостоятельно разлил по нашим пустым чашкам кофе, отправив горничную по другим делам.       Я благодарно кивнула и сделала глоток немного горького напитка. Когда, спустя ещё десять секунд молчания между нами и его пристального взгляда, у меня немного начали трястись руки, я, наконец, не выдержала и спросила.       — Почему ты так смотришь? — он немного выгнул бровь, удивлённый моим неожиданным вопросом, который получился немного резче, чем я хотела. А потом, как ни в чём не бывало, произнёс:       — Думал, ты не придёшь.       — С чего бы мне не прийти?       — Причины две: первая — твой упрямый характер, вторая — ситуация с братом. Ты неплохо держишься после всего, что он наговорил там.       — Из-за своих же рыданий я почти не слышала, что он там говорил… — и это было правдой. Он действительно что-то ещё кричал, пока его уводила охрана, но всё прошло мимо меня, потонув в моих же собственных слезах и истошных рыданиях.       — И хорошо, — сделал вывод Чонгук и принялся за кофе уже с более расслабленным видом, кидая на меня теперь уже лишь редкие взгляды.       К концу нашего немного странноватого завтрака я нашла в себе смелость спросить Чонгука насчёт работы служанкой.       — Чонгук, могу я попросить? — его былая расслабленность моментально испарилась, между нами образовалась знакомая натянутость.        — Смотря что, Лиён, — от тона его голоса стало не по себе, но отступать было уже слишком поздно.       — Я бы хотела вернуться к работе служанкой.       — С чего это вдруг?       — Мне так будет легче… — я замялась, понимая, что по собственной глупости заранее даже не приготовила и парочки аргументов, которые могли бы спасти меня в этой ситуации. — Я весь день сижу в четырёх стенах без дела, меня душат собственные мысли, будет лучше, если я стану чем-то заниматься. К тому же у меня уже есть знакомые там…       Чонгук немного помолчал, прежде чем ответить мне. Его глаза сосредоточено смотрели в одну точку на столе, он терзался сомнениями. С одной стороны, я ничего дурного не прошу, с другой — просьба кажется странной, тем более после незапланированного визита к Юнги. Пока Чонгук не нагнал себе ещё более дурных мыслей, я придвинулась на стуле к нему, накрыла своей ладонью его руку. Возможно, мне показалось, а возможно, и нет: взгляд его смягчился.       — Ну, пожалуйста, мне правда станет так легче.       — Хорошо, начнёшь с завтрашнего дня по-старому графику.       — Спасибо! — маленькая победа так сильно обрадовала меня, что я подпрыгнула на стуле от радости и захлопала в ладоши. Чонгук посмотрел странным взглядом, но веселье моё никак не прокомментировал.

***

      После, как мне кажется, удачного завтрака я отправилась прямиком в библиотеку, которую мне с любезностью показал подозрительно добрый Чонгук. Огромные стеллажи высотой в потолок с запылившимися книгами привели меня в действительно искренний восторг. С предвкушением представляя, как просижу здесь целый день, я начала бродить между рядами, проводя руками по книгам, читая названия и удивляясь разнообразности коллекции. Здесь были и различные мифологии: от славянской до южноамериканской; детские сказки в больших томах; любовные романы нашего времени и доисторические; фантастика и фэнтези; справочники и словари самых разных языков. От большого количества книг у меня разбегались глаза, но, выбрав какую-то романтическую книжечку всего на двести страниц, я присела у окна и погрузилась в чтение.       От этого занятия меня отвлёк чей-то чих. Вздрогнув всем телом, я отложила книгу и прислушалась. Вскоре из-за стеллажей показалась одна из служанок лет семидесяти, в руках она несла огромную коробку с книгами, что-то еле слышно шепча себе под нос.       — Чёрт-те что тут творится, на этой свалке, — она поставила коробку на пол почти возле меня и разогнула больную спину. Посмотрев на меня, как будто только что заметила, удивлённо вскинула брови. — Это ты, что ли? Живая, ну слава богу. Не зря выхаживали тебя.       — Здравствуйте, — я встала со своего места и поклонилась, но она только махнула на меня рукой, присела напротив.       — Вот насобирают добра всякого, зачем оно нужно? Чтоб пылилось здесь?       Я ласково улыбнулась, между нами завязался непринуждённый разговор: горничная рассказывала о своих деньках, проведённых здесь. Покой наш был нарушен подъехавшей чёрной иномаркой. Окна библиотеки как раз выходили во двор, служанка посмотрела на приехавший автомобиль, перекрестилась.       — Кого там чёрт опять принёс?! Батюшки… Да ни Чора ли это? Вот дурная девка, на месте не сидится, неужто, думает, её тут с распростёртыми объятиями встретят!       Женщина встала со своего места и поспешила скорее прочь из библиотеки, я отложила книгу, которую держала в руках, и побежала за ней.