Сияние в ночи

Ночью не спалось совсем. Вчера с девчонками ходили и помогали по городу. Ну, они помогали, я смотрела. Вчера, как обычно, пошла к ним, но происшествий никаких не было, поэтому скукота. Большую часть времени мы сидели и играли в настольную игру, где моя с Мышонком команда выигрывала. Выходили на 2 задания, а позже вечером я ушла от них. Сейчас уже 3 с лишним часа ночи, но в сон меня совсем не клонит. Лежу на кровати, мучаясь оттого, что то одеяло недостаточно мягкое, то подушка слишком теплая. Уже подумывала встать прогуляться на улицу. Лежала, смотрела в потолок и всё думала идти или не идти. Может, потом пожалею. Лежала я так минут 15, но потом все-таки, посчитав до трех, я взяла себя в руки и, встав с кровати, натянула легкие голубые джинсы и серую толстовку со своей сумкой. Волосы я собрала в низкий хвостик, но из-за того, что только помыла голову, они были сильно кудрявыми и вылезали вверх, как петухи, но это мне нравилось. Тихо прокралась за кроссовками и, как бурный подросток, все же вылезла из окна. Через дверь опасненько, она сильно скрипит. Пусть мне уже есть 18, но все равно меня, мне кажется, если дядя найдёт, никуда не пустит, никакой здравый взрослый не пойдет на улицу гулять, потому что ему не хочется спать. Ладно, отпустили. Я аккуратно вылезла через окно и прикрыла его, обошла дом с противоположной стороны от окна дяди и вышла через калитку. На улицах было ужасно тихо и немного страшно, город Мышкин — не город маньяков, но сейчас немного пугал Морок, который обещал меня убить. Я прошла в парк и надела наушники. Первая песня, которая меня невероятно завораживала и была любимой, оказалась «I don't wanna be me», я включила эту песню достаточно громко и, смотря себе под ноги, медленно шла по парку. Фонари подсвечивали дорогу, в кустах слышались сверчания, а сверху карканья ворон. Было немного страшно, темнота, ни одного человека, и ветер кладовщик, деревья. Сама не поняв, как я опять оказалась у библиотеки. Снова. Я оглядела ее и заметила, что Морок тоже не спит. Светилось одно окно, то, из которого в прошлый раз Морок и кричал мне, показывая мою цепочку. Я снова потрогала свою футболку, как будто надеясь, что подвеска каким-то магическим образом окажется там. В голове промелькали все мои моменты с библиотеки за то время, как я здесь нахожусь. Как будто по канону я снова должна зайти в библиотеку и потом бежать от Морока, опять украв у него что-нибудь. Но сегодня не хочу. Не сейчас. Казалось, что если я зайду сейчас, то обратно точно не выйду. Поэтому, развернувшись с легким тремором, я стянула наушники на шею для безопасности и пошла от библиотеки. Тремор начался оттого, что мне казалось, Морок идет за мной, и поэтому шаг я ускорила. Но это, сука, не помогло. Я успела отойти от библиотеки метров на 20, когда передо мной пролетела птичка и превратилась в уже знакомого брюнета с голубыми глазами. Мои глаза сильнее распахнулись от шока, и я сделала шаг назад. Морок ухмыльнулся и чуть наклонился. Он был как будто оборотень из фильмов. Больше меня, в темноте, и казалось, что сейчас нападет, так что мне стало страшно, я же его обычно не боюсь, что происходит...? — Куда собралась? Даже не зайдешь, как обычно? — проговорил он тихо, но твердо. — Да нет... Я сегодня лучше мимо пройду... — неуверенно сказала я. — Да ты заходи. Я уже привык, что ты вечно не в свое дело лезешь. — Он начал медленно идти ближе ко мне. — Хотя ты сейчас, как обычно уйдешь. Твоя такая привычка, да? Сначала выведешь, а потом белый свет, и тебя нет. Я также медленно отходила от него, и он был прав. Я так всегда делаю, но как по-другому? Это ведь инстинкт самосохранения. Я все дальше отходила, пока не провалилась в какую-то яму и не упала. Упала на листву, больно не было, только вот Морок уже стоял надо мной и смотрел на меня. Выглядел очень устрашающе. За ним светились месяц и тёмные облака, его глаза Белостоком, он стоял против света, но глаза все равно светились так, как будто прямо перед ним солнце. Тёмная фигура размером с шкаф наклоняется надо мной. — Ты дура. И убивать я тебя не хочу из жалости. В кошки мышки мне с тобой играть интереснее. Только хватит красть мои вещи. Уже надоела. Книгу мою украла. Фотку украла. Думаешь, я не заметил? Я всё вижу. Матай отсюда и не возвращайся. Все равно встречаемся часто. Или тебе моего внимания не хватает? Говорит он, наклонившись прямо надо мной, поставив руки на колени. То, что он считает меня жалкой, немного било по мозгам. Не убьет уже, хорошо. И то, что я для него уже как воровка, немного забавно, но странно. Он протягивает мне руку, на которую я сначала смотрю, не понимая, что он от меня хочет, а потом, все же поняв, подаю ему свою руку. Его рука горячая и больше чем моя. Он тянет меня, чтобы я встала. Когда я встаю, мы оказываемся слишком близко. Зато я вижу, что разница у нас такая, что я ему по подбородок. Вот он тело себе, конечно, выбрал для перевоплощения... Я отхожу назад на шаг, и он в последний момент хмыкнул, и, перевоплотившись в филина, улетает... Я посмотрела на то, как он растворился в темноте, и, взявшись 2 руками за ремешок сумки, быстро смотря в землю, пошла по парку обратно и села на какую-то скамейку под фонарем. Закинула ногу на ногу. И, втыкая в землю, обдумывала всё. Мысли посещали ужасные. Не ужасные в плане страха. Ужасные в плане того, что я сама, не понимая того, начала думать, что он симпатичный и его манера тона мне нравится. Но тут же начала себя осекать, говоря самой себе, что это дебилизм. Стокгольмский синдром... Я достала из сумки фотографию, про которую говорил Морок. Все та же семья и все те же слова на обороте. Решила прочитать снова. «Дорогой Влад! Это пишет тебе твоя сестра Софья. Ты совсем перестал нам писать. Как твои дела?..» И тут меня осенило. Это же Морок! Влад — это Морок, а Софья — это и правда его сестра. Вся болезнь его мамы и та самая няня — все правда из его жизни. В книге, которую я забрала у самого Морока, это все описывалось. Я ведь сразу поняла, что тёмный князь Владислав — это Морок, читала про его младшую сестру Софью и его родословную с силами, но как же я забыла про эту фотку. На фотографии он. Фотография черно-белая и уже пожелтевшая от старости, но все равно по палитре глаза Морока те же, сверкающие и светлые. Эта дебильная ухмылка. В голове снова начали проноситься мысли, что у него приятная внешность и он в моем вкусе, но я снова чуть поматерила себя в голове и, спрятав эту фотографию обратно в сумку, встала и медленно пошла по направлению к дому. *** Из-за того что ночью я шлялась где только можно, проснулась в 2 часа дня... Сначала, как обычно бывает, казалось обычное утро, но потом вспомнила, что было ночью, и просто вдупляя в потолок, я лежала и обдумывала все заново. Вспоминала, как мы стояли рядом, потом вспоминала, как он меня обзывал, потом вспоминала фотографию и, чуть ли не соскочив с кровати, хотела схватить книгу с тумбочки, но ее там не оказалось... Оказалась лишь записка со словами, что он забирает то, что принадлежит ему. Я расстроилась, и снова было это странное и необычное чувство от того, что он был снова в моей комнате, пока я спала. Мы равняемся. Я беру его вещи, он берет мои. Я хожу к нему, пока он не знает, а он ко мне. Но я хотя бы не врываюсь к нему в комнату, пока он спит. Фетишист... Еще немного посидев, я встала с кровати, сделала всю обычную утреннюю рутину, после чего залезла в телефон и увидела сообщения от Маши. Она сказала, что они отправились за ключом ветром. Это сообщение пришло еще в 10 утра, пока я спала. А вот 20 минут назад поступило новое сообщение о том, что они меня ждут. И уже вернулись. Через полчаса я уже была у них. Они все поникшие сидели кто где и были расстроены. Оказалось, что горный великан, которому они помогли, дал им не совсем то, что нужно было нам. Я спросила, что же в итоге они получили, и увидела колокольчик. Ветряной колокольчик! - Он нам только лишь эту безделушку дал. - сказала Алёна, наполовину сидевшая, наполовину лёжа за столом. Она уже хотела потрясти колокольчик, когда я перехватила его. - Девчонки, вы что. Его же на 2 курсе в волшебном колледже проходят. Это же колокольчик ветряной. В нашем случае, конечно, это правда не то, что нам нужно, но наверняка когда-нибудь понадобится. - сказала я, взяв язычок колокольчика в пальцы, чтобы он не прозвенел, ведь тогда все содержимое комнаты подлетит. Все девчонки немного оживились, и Машка была первой, кто подошел ко мне, своими очками она присмотрелась ближе к артефакту. - И правда. Как я сразу не догадалась? Грусть с их лиц пропала. Что меня обрадовало. Весь вечер мы пили чай с пирогами аленкиной бабушки. Кажется, я нашла себе новую приму в приготовлении еды и была заряжена хорошим настроением от хорошей еды. Но ближе уже к ночи на закате кактус чуть охнул, и, повернувшись к нему, мы заметили на подоконнике бумажного журавлика. Посланника из воздушного королевства. Я первая взяла его и развернула. Волшебный пергамент подлетел передо мной, и я вслух прочитала написанное. - Нужна помощь...