Небо плачет кровью

Второй день Мукуро и Тсуна наблюдали за сади… тренировками, которые Реборн устраивал Тито и Данте. Хотя сами они не видели в них ничего трудного, что же тут не могли сделать парни? Им всего лишь нужно в рукопашную, не используя оружия и пламени, снять с него шляпу. Киллер стоял на месте и мимикой общался с парнями, которые сидели у стены. Когда парни выдохлись, решено было сделать перерыв, хотя Реборн думал предложить им пробежать пару кругов по залу. — Это… не…ре…ально, — тяжело дыша, возмутился Тито, — почему… они сидят? — указал он рукой в сторону ржущих парней, Данте кивнул в знак согласия. Тсуна молча встал, отряхнул штаны и подошел к бывшему Аркобалено. Посмотрев на парней аля тумбочки и разговаривают, он посадил Леона на полку шкафчика с оружием, около которого расположилась парочка мучеников. — Нет, не смотри так на меня, — у киллера дернулась бровь, — сами пусть выкручиваются, ты-то шляпу отберешь за пару секунд. И не только шляпу, — возмутился Реборн уклоняясь от объятий. Парни с ужасом смотрели с какой легкостью этот дохлик отобрал у их репетитора шляпу, а потом снял с него галстук. Его движения были медленными и плавными, как во время вальса, но одновременно точными и эффективными, как у хищника на охоте. Киллер в долгу не остался и шляпу отобрал обратно, но за это поплатился объятьями. Улыбающийся шатен повис у него на шее, обхватывая ногами его талию, возвращая честно отвоеванный в бою трофей в виде черного галстука. К сожалению киллера, подвох в этом действии он заметил слишком поздно, ведь еще вчера он выяснил, что у Сиело есть невероятная любовь к его пистолету. Он выяснял это пока бегал по дому в попытках вернуть себе оружие, но и Небо расставаться с ним не желал, протаскав с собой его пистолет около половины дня. И сейчас он поплатился за это, снова упустив момент, когда его пистолет был вытащен из кобуры, и укачивал в сторону Неббии вместе с шатеном. На что Реборн грустно усмехнулся, его обвели вокруг пальца, а он ничего не мог с этим сделать. Одна улыбка этого парня, один невинный взгляд ребенка, который увидел понравившуюся ему игрушку, парализовали киллера, заставляя завороженно смотреть на парня, игнорируя все его проделки. — Так, встаем, — скомандовал киллер завязывая галстук, — перекур окончен. Парни застонали в унисон от безысходности. Спустя пару часов Данте сумел сбить шляпу с головы киллера, причем сделал это под аккомпанемент аплодисментов со стороны новых «зрителей». Парни, а точнее парочка адских иллюзий, наблюдавшие за этим цирком, сидели на полу и непонимающе смотрели на фигуры в черных плащах, которые появились из тумана. — Аркобалено, — произнес кто-то из парочки, — мы с новостями, семья Фарфалла строила заговор против Вонголы, — один из «мумий» кинул Реборну какой-то мешочек и сверток бумаги, — передайте это Червелло или Талборту, а договор для Ноно от Умбр. (Umbra лат. Тень) Мужчины исчезли, оставляя после себя лишь воспоминание. Данте и Тито впали в транс, смотря на то место, где недавно стояла парочка Вендиче, назвавших себя Умбрами. Но осмыслить все до конца им не дал киллер, отвешав обоим по подзатыльнику. — Данте, берешь их, — Реборн кивнул в сторону «не менее шокированных иллюзий», — с собой и несешь кольца и договор Тимотео. Тито, а мы — дальше тренироваться. Когда парни ушли, киллер повернулся лицом к своему подопечному. Ему нужно было сказать ему пару ласковых, и он это знал. Черные, практически бездонные глаза киллера с насмешкой смотрели на Тито, который строил из себя белую овечку, но заметив этот взгляд, стал отступать. — Я бы советовал тебе ничего не искать на них, — усмехнулся мужчина, — не найдешь, ведь они есть, но их не существует. А если и найдешь… то за тобой придут Палачи мафии, — киллер усмехнулся, какая ирония, ведь он теперь часть этой группы. — Я не верю в эту легенду, — фыркнул парень, — она слишком идеальна, чтобы быть правдой! Не может существовать людей, которые в одиночку могут убить всю мафию. — А зря, — киллер развернулся к нему спиной и пошел в сторону шкафа, где спал Леон. Реборн умолчал, что этот придурок уже встречал их.

* * *

Когда Данте вышел в коридор, то он пожалел, что не послушал свою интуицию. Как только дверь в тренировочный зал закрылась, то «Сиело и Неббиа» превратились в туман, а на его «хрупкие» плечи опустились чьи-то руки. Повернув голову, он увидел Мукуро, который с довольным выражением лица обнимал его за шею. Покраснев от понятия того, что его обнимает парень, в добавок его лицо было в каких-то десяти сантиметров от его, но Рокудо этот факт не смущал, а Сиело вообще уже ушел далеко вперед вместе с договором и кольцами… ушел? А его с этим маньяком оставили? Испуганно посмотрев на Туман, Данте попытался вырваться, но попытки были тщетны, парень оказался слишком сильным. — Ку-фу-фу, Данте, я тебя не обижу, — горячее дыхание опалило шею Десятого, — всего лишь поцелую, ведь босс сказал, что ты у нас еще «зеленый», — загадочно прошептал иллюзионист, укусив парня за мочку уха. Пока парень «завис» от полученной информации, иллюзионист поднял полы его рубашки и провел пальцами по кубикам мышц на его животе. Прижимая парня к себе другой рукой, он приблизился к его лицу, касаясь языком его губ. Когда лицо Тумана оказалось непозволительно близко к его, а губ коснулось что-то влажное и теплое, издав нечленораздельный звук, Дечимо обмяк, повисая на руках Мукуро, словно кукла. Психика парня не выдержала такое. — Ку-фу-фу, какой стеснительный, — усмехнулся Неббиа, поднимая парня на руки, игнорируя чей-то взгляд, который сверлил его в спину. Донеся «жертву маньяка» до гостиной, Рокудо низверг свою ношу на диван, усевшись рядом. Этот парень умудрился упасть в обморок второй раз, когда Мукуро улыбнулся и сказал, что они идут в спальню, а Данте пора стать мужчиной. — Хибари Кея, — пропел брюнет, — я знаю, что ты следишь за мной, выходи, — усмехнулся иллюзионист, отражая атаку Облака. Красивый японец с черными, словно уголь, волосами и глазами цвета жидкого серебра напал на Мукуро. Он следил за ним два дня, точнее Неббиа позволял ему это делать, чувствуя его желание сразиться с ним. Кея заинтересовал его, ведь слухи о гордом Облаке Вонголы дошли и до Вендетты, хотя он знал всю историю жизни каждого хранителя. Скрежет металла о металл привел Данте в чувство, остатки стола, что красовались в углу комнаты, перевернутая мебель, имеющая дополнительные дырки от трезубца Мукуро и игольчатых сфер Ролла, предстали перед ним весьма живописной картиной а-ля "Последний день Помпеи". Сами виновники погрома были на полу, точнее был Кея, а Мукуро сидел сверху. Тонфа мирно лежали в разных углах комнаты, как и трезубец, что был воткнут в стену. Внимательно посмотрев на парней, Дечимо в третий раз отправился в спасительную темноту, а Неббиа продолжил целовать поверженное им Облако Вонголы, игнорируя весь мир.