Хозяин положения

Му Цин больше не мог валяться на большой и мягкой кровати, раздразненный вкусным запахом свежего кофе, который наполнил собой всю квартиру. он сел на кровати и начал разминать шею, чувствуя легкое саднение. Это напомнило ему о том, что парочка ярких отметин с ночи никуда не делись. «Фэн Синь мне сонную артерию хотел прокусить?» — Му Цин усмехнулся своим мыслям, нагло своровав чужую рубашку со стула рядом. Он накинул ее на себя, и ткань тут же сползла с одного плеча. Создалось впечатление, что Му Цин надел эту вещь просто как аксессуар. Забив на лежащие рядом штаны, парень медленным шагом двинулся сразу на кухню, игнорируя ванную комнату и на ходу поправляя растрепанные волосы. За этот путь в десяток секунд он перебрал дюжину вариантов того, как будет выглядеть Фэн Синь на кухне, когда Му Цин придет туда. Наконец-то он увидит эту картину не в своих снах. — Хватит там шоркаться. Я слышал, как ты вышел из комнаты. — внезапно произнес Фэн Синь, стоя к парню спиной и нарезая что-то на столешнице. — А я не пытался быть тише, — Му Цин подходит к нему и ровно две секунды колеблется между двумя вариантами: сказать или не сказать, — как и ты сегодня ночью. Он едва сдержал рвущийся наружу приступ смеха, когда Фэн Синь с краснеющей шеей прохрипел ему что-то вроде «помолчал бы лучше, пока у меня в руке нож», не поворачиваясь. — Да ладно, знаю же, что ничего мне не сделаешь, — Му Цину было мало слегка заигрывающего тона, поэтому он почти невесомо провел пальцем по пояснице Фэн Синя прям над резинкой шорт, получая в ответ мгновенную реакцию в виде прогиба и легкого вздрагивания. — А тебе-то откуда знать? — Фэн Синь сначала оборернулся через плечо, а потом и полностью, завидев, что Му Цин стоит в его рубашке, — свои вещи не нашел? — По твоим глазам можно спокойно сказать, что ты в восторге. Не притворяйся. — махнул на него рукой тот, опустив взгляд вниз. — А кто будет не в восторге, увидев своего парня в своей же одежде утром? — Могу то же самое сказать про твои слишком уж обтягивающие шорты, не жмет? — Не беспокойся, моему члену там не тесно. — Я про твою задницу. — Му Цин опасно сверкает своими обсидиановыми глазами и по–хозяйски сжимает одну из ягодиц Фэн Синя, выбивая из него стон, который не получилось подавить. Все звуки вокруг них прекращаются в ту минуту, когда они непрерывно смотрят друг другу в глаза, слыша лишь собственное тихое дыхание. Последняя секунда бездействия — и они сливаются в рваном поцелуе, прижимаясь грудью к груди так, что вот-вот захрустят ребра. Му Цин кусает губы Фэн Синя, отыгрываясь за свою разноцветную шею, и водит руками по талии-заднице-бедрам, моментами поддевая края синих шорт, оттягивая и просовывая под них свои пальцы. Он прекрасно знает, что его парень это просто обожает. Фэн Синь мычит что-то неразборчивое прямо в поцелуй, чувствуя, как его нижняя губа, вся искусанная Му Цином, начинает неметь. Он не преследует цели доминировать в поцелуе, по крайней мере, прямо сейчас. Ему больше нравится сжимать талию Му Цина под белой рубашкой, слегка царапать бледную кожу ногтями и оставлять там почти незаметные красные полосы. Рука Фэн Синя скользит ниже, оглаживая твердый пресс, а затем прямо к резинке чужих боксеров. В этот момент Му Цин открывает глаза, одним взглядом сообщая ему: «Если продолжишь — пути назад у тебя точно не будет» И это именно то, чего хочет Фэн Синь, накрывая ладонью чужой член через ткань нижнего белья. Он дразнит его точь-в-точь, как это делал Му Цин ночью с ним, просто поглаживая уже вставший орган и не делая ничего более. Он знает, что Му Цин будет недоволен, но Фэн Синю так хочется узнать, что тот сделает в таком случае. Собственное возбуждение пульсирует под шортами, требуя необходимого внимания, но Фэн Синь стойко терпит, продолжая дразнить Му Цина. Продолжает доводить до точки невозврата. — Ты это нарочно… — шепчет прямо ему в губы Му Цин, тяжело вздыхая с чуть опущенной вниз головой. — Конечно. — кивает Фэн Синь и улыбается так довольно, словно только что одержал огромную победу. Эта улыбка была последним действием, после чего Му Цин одной рукой повернул Фэн Синя вновь спиной к себе, впечатывая того в край столешницы. — Тогда и последствия будут соответствующие. — он надавил ладонью на его спину, буквально заставляя Фэн Синя лечь грудью на стол. Тот очень ловко отодвинул маленькую доску с овощами, чтобы не упасть в нее лицом, и после этого прислонился к мраморной поверхности щекой. — Мне казалось, что это я такой ненасытный, а ты, оказывается, еще хуже. — Фэн Синь закусывает пульсирующую губу, из-за плеча наблюдая за тем, как Му Цин стягивает его шорты вместе с бельем вниз. — Почти все твои первые суждения обо мне ошибочны, не замечал? — Не все. Однажды я подумал, что ты чертовски сексуальный — так оно и есть. Фэн Синь пытался отвлечь себя болтовней, чтобы как можно дольше не начинать плавиться от пальцев Му Цина, которые тот уже успел вставить в него. — В следующий раз… — Фэн Синь шумно выдохнул через рот, чувствуя, как Му Цин убрал пальцы и тут же толкнулся в его вход головкой члена, — ты будешь лежать на этой столешнице и срывать голос от стонов. Услышав это, Му Цин наклонился к Фэн Синю и горячо прошептал прямо в его ухо, прежде чем резко войти: — Посмотрим на твое поведение. Но сейчас ты будешь срывать голос от стонов, пока я буду трахать тебя на этой столешнице.