Louder than bombs

Сокджин дышит полной грудью, ощущая запах моря, и не может перестать улыбаться. Намджун идёт чуть позади, говоря Сокджину быть осторожнее. — Я так рад, что ты привёз меня сюда, — Сокджин радостно подбегает к Намджуну, но тот не дает взять себя за руку. — Что-то не так? — Сокджин, это наша последняя встреча, — тихо говорит Намджун. Его короткие волосы разлетаются от ветра, между бровей пролегла складка, а в глазах не намёка на шутку. — Что ты такое говоришь? — Сокджин издает нервный смех, вновь пытаясь взять мужа за руку, но тот его грубо отталкивает. — Сегодня ты умрешь, Сокджин, — голос Намджуна полон твердости. — Не пытайся бежать, я всё равно тебя догоню. Ты же знаешь, я всегда тебя догонял. — Это совсем несмеш… — А я и не пытаюсь шутить… Сокджин смотрит на Намджуна с надеждой на то, что тот сейчас вот-вот рассмеется, не замечая, как у самого по лицу начинают литься слезы. — Но почему? — Сокджин искренне не понимает причину. — Деньги? Наш брак не признается Кореей, тебе не достанется ни копейки, если я умру… — Ты действительно думаешь, что меня интересует твои деньги? — Намджун сам подходит ближе к плачущему и дрожащему Сокджину, убирая его длинноватые волосы за уши. — Мне нужны твои страдания и слёзы… — Что ты такое… говоришь? — Скажи, малыш, ты когда-нибудь убивал людей? — Намджун смотрит прямо в глаза, и ни один мускул на его лице не дёргается. — Нет… что за бред? — всхлипывает Сокджин, до сих пор с трудом веря в происходящее. — Хорошо подумай! — спокойное лицо Намджуна становится озлобленным, и он с силой хватает Сокджина за плечи. — Нет! — кричит сквозь слезы тот, чувствуя, что ему даже и не хочется жить дальше в таком мире. — Хорошо, я спрошу еще раз, — Намджун как-то странно улыбается, чуть ослабляя хватку. — По твоей вине умирали люди? Сокджин сначала не верит своим ушам, но потом до него доходит, что Намджун имеет ввиду. — Она… она выбежала сама на дорогу… её там быть не должно, — Сокджин хочет забыть ту ночь, как страшный сон. Тогда он поругался с отцом, отказался от водителя и превысил скорость, когда пьяная девушка выбежала на проезжую часть. Сокджин до последнего не хотел верить в то, что сбил его на смерть. — Если бы ты не превысил скорость, то успел бы затормозить! — Она была пьяна! — Она была моей сестрой! — Намджун сам не замечает, как тоже начинает плакать. — Моей единственной и любимой сестрой! — Мне жаль… мне очень жаль.., — Сокджин опускает голову, чувствуя, как сердце вот-вот разорвётся. — Нет, тебе не жаль, Сокджин, — Намджун кричит во весь голос, тряся парня в своих руках. — Если бы тебе было жаль, то ты бы отсидел за непредумышленное, а не пошел бы на поводу своего отца, который тебя отмазал! Кстати, об отце… Твой бывший Чонгук убил его вместе с твоей мамочкой… — Что? — Сокджин поднимает красные глаза на Намджуна, понимая, что вся его любовь была лишь спектаклем. — Твой отец лишь ответил за свои грехи. Кстати, твой друг Хосок даже никогда не смотрел в мою сторону, зато с Чонгуком мы трахались чуть ли не каждый день у тебя под носом, — Намджун держит Сокджина за плечи, не давая тому упасть на землю, потому что тот еле стоит на ногах. Сокджин ничего не говорит, лишь громко рыдает от всей боли, что его сейчас переполняет. — Ни Чонгук, ни я никогда не любили тебя. Око за око, знаешь ли… Так что сегодня ты умрёшь… — Ты… ты говорил.. что никогда не отставишь меня.., — Сокджин громко всхлипывает и бьет Намджуна кулаком по груди. — Ты обещал! — Ты совсем меня не слышишь?! Всё было лишь игрой, чтобы в конце ты страдал… — Разве вы чем-то лучше меня и моей семьи? — Сокджин пытается успокоиться и перестать плакать, вытирая лицо рукавом. — По вашей вине пострадали тоже невинные люди. — А я и не пытаюсь быть хорошим человеком после того, что случилось с моей сестрой, — Намджуну не стоит больших усилий подтолкнуть Сокджина ближе к обрыву, тот вообще не сопротивляется. — Ты… действительно меня никогда не любил? — спрашивает Сокджин голосом полным мольбы. Ему кажется, что на мгновение он видит в глазах Намджуна сомнение, но уже в ту же секунду его толкают вниз со всей силы. — Передавай привет своему отцу, — последние слова, что слышит Сокджин, смотря на безмятежное лицо Намджуна, пока падает вниз.

***

Намджуну удалось спрятаться среди деревянных бочек в пристройке, что была рядом. Из-за темноты его совсем не видно. Сначала он думал вызвать полицию, но тогда взяли бы его — Чонгук молчать не станет, а ему еще нужно отыскать Сокджина. — Хей, я знаю, что ты где-то здесь, — раздается голос Чонгука, заставляя Намджуна вздрогнуть. — Кстати, твой муженек приехал за тобой и ждёт тебя в амбаре. «Он блефует?», — про себя спрашивает Намджун, чувствуя, как сердце стало бешено стучать, волнуясь за Сокджина. — Правда мне пришлось его вырубить, а то он будет слишком громко кричать, когда я буду отрезать ему пальцы, — Чонгук издает смешок, внимательно проходясь взглядом по всем углам и светя фонарем мобильного телефона. — Ну же, Намджун, хватит играть со мной в прятки. Действительно. Хватит. Намджун делает глубокий вдох и решает, что пора это всё закончить…

***

Мгновение назад Сокджину казалось, что он падает в пропасть, а сейчас он лежит на холодной земле. Голова жутко болит, а тело ломит. Он пытается подвигаться, но руки и ноги оказываются связанными. И тогда для Сокджина наконец складывается пазл. Он понимает, что это был не просто сон, он действительно всё вспомнил. Сердце начинает ныть, а глаза щипать от подступивших слёз. Всё, во что он верил, оказалось лишь очередным обманом Намджуна. — Хей, ты! — раздается чей-то голос в темноте, заставляя Сокджина вздрогнуть. — Лежи спокойно. Когда глаза привыкают к темноте, то Сокджин видит перед собой незнакомого худощавого парня, сидящего в углу с пистолетом. — Ты шавка Чонгука? — Сокджин пытается сделать бесстрашный вид, хотя внутри весь содрогается от страха. — Что ты сказал? — грубый молодой голос. Кажется, будто он только недавно окончил школу. — Я сказал, что ты шавка Чонгука, — Сокджин вспоминает, что в заднем кармане джинс у него лежат ключи от дома. Довольно острые ключи. — Помолчи пока я тебе не врезал, — огрызается парень, кладя пистолет на землю, и достает свой телефон, принимаясь играть на нём в игры. — Тебе и так недолго осталось. Сокджин ничего не отвечает, с трудом доставая ключи из кармана и начиная пытаться разрезать ими веревку. К счастью, та не была слишком толстой, но Сокджина больше беспокоило оружие этого парня. Есть ли у него шанс выбраться отсюда живым и невредимым? Руки удаётся освободить довольно быстро, развязать ноги Сокджин не решается, потому что парень постоянно на него поглядывает. У него есть лишь одна попытка, если он развяжет ноги и успеет схватить пистолет быстрее него. Его глаза, привыкшие к яркому свету смартфона, не успеют быстро сориентироваться в темноте. — Ну и когда меня убьют? — Сокджин специально говорит громко, чтобы не было слышно, как он копошится на земле, изгибаясь и пытаясь развязать ноги. Продолжая держать руки за спиной, он подтягивает ноги к себе и начинает действовать. — После твоего муженька, который отказался тебя убивать, — отвечает парень, лишь мельком кидая взгляд в сторону Сокджина. «Намджун передумал меня убивать?», — спрашивает сам себя Сокджин, чувствуя, как ноет сердце. Но сейчас не время и не место. Желание выжить гораздо сильнее. Он ведь один раз уже выжил, упав в бушующее море. Сможет и в этот раз. Ноги развязать гораздо легче, потому что руки свободны, хоть и заведены назад. Сокджин считает про себя до трех, а потом резко вскакивает на ноги, игнорируя сильную боль в голове, и бежит прямо на парня настолько быстро, насколько может. — Ах, ты сукин сын! — кричит парень, отбрасывая телефон сторону и пытаясь схватить пистолет, но не успевает, так как тот оказывается в чужих руках. — Поспи немного, — говорит Сокджин и бьет этим самым пистолем парня по голове, надеясь на то, что не убил его. — Сокджин! — раздается сзади голос Намджуна, который весь запыхался. Намджун видит, как медленно поворачивается к нему Сокджин с пистолетом в руках и с абсолютно не читаемым лицом. У Намджуна болит всё тело, потому что Чонгук парень неслабый и хорошо бил в ответ, но ему всё равно удалось его вырубить. Но где-то ходят остальные парни, так что времени нет. — Не подходи! — кричит Сокджин, выставляя перед собой пистолет и направляя его на Намджуна, когда тот хочет его обнять. Удивленный Намджун резко останавливается и выставляет руки ладонями вперед, показывая то, что он безоружен. — Я никогда не забуду имя Ким Юна, — со слезами на глазах говорит Сокджин, чувствуя, как дрожит его голос. — Вы ведь даже похожи… Как я сразу не догадался? В далеко раздаются голоса, и Сокджин начинает плакать сильней, чувствуя невероятную боль и злость одновременно. — Теперь твоя очередь передавать привет моему отцу, — всхлипывая, говорит Сокджин, давая окончательно понять Намджуну, что он всё вспомнил. А затем раздается выстрел, и Сокджин не знает, почему не решился стрелять в сердце, а попал в ногу. — Они убьют тебя, а я не стану пачкать свои руки, — едва слышно говорит Сокджин, понимая, что с такой ногой Намджун не убежит далеко. — Сокджин, — успевает лишь сказать Намджун, хватаясь от боли за ногу, и видит, как тот поспешно выходит из амбара, а голоса становятся всё ближе…

Спустя год

В придорожном кафе всегда полно людей, а еда оставляет желать лучшего. Но есть хочется слишком сильно, поэтому выбирать особо не приходится. А еще нога начала ныть, словно напоминая о событиях годичной давности. Намджун не знает, как ему удалось тогда выжить, но от погони ему всё же удалось уйти. Как только его чуть подлечили, Намджун быстро покинул страну и улетел в Америку, где по началу перебивался подработками за копейки, а потом устроился дальнобойщиком. Чонгук и Сокджин, возможно, до сих пор его ищут, но Намджун решил, что он готов к своей смерти, в чьем лице она бы не пришла. Намджун, сделав заказ, идёт к своему столику, до сих пор хромая, и садится на диван с порванной обивкой. На нём большие брюки карго,местами испачканные мазутом, рубашка из хлопка с дурацким принтом, на голове потертая кепка, на руках дешевые часы, а на ногах тяжелые ботинки. От прежнего его не осталось ни следа. — Привет, — раздается до боли знакомый голос над ухом. Сначала Намджун думает, что у него очередная галлюцинация, но затем напротив него садится тот самый человек, по которому у него до сих пор болит на сердце. — Сок… Сокджин, — Намджун не верит своим глазам, смотря на красивого мужчину перед собой. На нём нет привычного костюма, а лишь свободные серые брюки и шелковая белая блузка. Его волосы отливают рыжеватым светом, когда яркие лучи солнца падают на них через окно. — Я вижу, что ты выжил, — Сокджин не улыбается, но говорит беззлобно. Намджун хочет что-либо ответить, но его отвлекает официантка, что приносит еду. На столе оказываются картофель фри, сладкая газировка и чизбургер. Сокджин благодарит официантку, а потом цепляет пальцами картофель, отправляя его себе в рот. — Да расслабься ты, — говорит он, видя, как напрягся Намджун в его присутствии. — Я не собираюсь тебя убивать. Хотя сначала я именно это и думал сделать. Убить тебя… и Чонгука. А потом решил, что посажу вас гнить за решеткой. Но затем я понял, что значит фраза «око за око». Я ведь сам не сел, забрав жизнь у твоей сестры. — Тогда… зачем ты здесь? — Намджун не прикасается к еде, забыв про свой голод. — На протяжении года меня мучал вопрос, почему ты передумал меня убивать и попытался спасти? — Потому что я понял, что это неправильно, — сглатывая слюну, отвечает Намджун. Потому что я полюбил тебя… и готов был за тебя умереть… — Хмм.., — Сокджин явно не доволен ответом, но ничего не говорит на этот счет. — И как тебе Америка? — Нормально, — пожимая плечами, тихо произносит Намджун. — Какой содержательный и интересный ответ, — Сокджин отправляет очередной картофель фри себе в рот. — Кстати, я тоже живу теперь в Америке. Решил начать всё сначала, продал бизнес отца и открыл здесь маленький ресторанчик корейской кухни. — В каком городе? — В Остине. Поближе к тебе, — Сокджин кидает на Намджуна многозначительный взгляд, тем самым без слов говоря о том, что знает очень много о нём, но тот лишь отводит глаза, чувствуя смущение. — Я пришёл к тебе, чтобы предложить своему законному мужу жить со мной. — Ты хочешь развода? — чувствуя, как сердце уходит в пятки, с дрожью в голосе спрашивает Намджун. — Ты совсем тупой? — Сокджин закатывает глаза. — Законный муж в Штатах у меня лишь ты… и ты им и останешься… Намджун молчит, не веря своим ушам, а потом прикрывает глаза ладонью, пряча выступившие слезы. — Ты же на самом деле любишь меня? — тихо спрашивает Сокджин, на что Намджун начинает громко всхлипывать, прижимая руку к глазам сильнее, а потом много раз кивает головой в знак согласия. — Тогда поехали домой, Намджун… — Хорошо, — убирая руку от лица и наконец решаясь посмотреть Сокджину в глаза, отвечает Намджун. — Поехали домой…