психиатрическая больница "Конджиам"

Психбольница. Дни проходят одинаково.Почти каждый день привозят новых пациентов, заставляют пить таблетки, бьют за любой, даже мелкий проступок. Хан устал от такой жизни. Он уже пытался несколько раз сбежать, но его постоянно ловили и возвращали обратно. И поэтому его перевели в палату для особенно опасных пациентов. Минхо. Его привезли совсем недавно, потому что его отец из-за того что он его не слышит, посчитал, что его надо сдать в психушку, а не отвести к врачу. Минхо с Джисоном иногда пересекаются на прогулках, но разговаривали всего один раз, потому что следящие за ними быстро их разогнали по палатам. После этого их выводили на прогулки в разное время. Проходили дни, они сидели в психбольнице, и никто не хотел их выписывать, но они оба считали, что они абсолютно нормальные. В следующий раз, когда они пересеклись в коридоре они попытались нормально поговорить, но их быстро развели в разные стороны. После этого они пытались пересекаться в разных местах, и им это иногда удавалось. Они пытались понять, когда у них совпадали расписания, но это было очень редко, и поэтому они пробовали встречаться просто так. Они вместе придумывали планы для побега, вместе сбегали на ночные прогулки. Они оба понемногу понимали, что у них уже что-то большее, чем просто дружба. Они проводили все свое свободное время друг с другом. Но они оба думали, что это не взаимно. Было лето. Они часто гуляли до раннего утра, потому, что их могли поймать на том, что их нет в палатах. Одной из таких ночей они как обычно сидели на крыше заброшенного здания. Хан начал первый — Мне надо кое-что тебе сказать. — Мне тоже надо кое-что тебе сказать. — перебил его Минхо. — Тогда давай ты первый — предложил Джисон. — Тогда давай одновременно — предложил в ответ Минхо. — Ты мне нравишься — прозвучало одновременно из их уст. Они оба были в шоке. Каждый из них думал, что это не взаимно, но все оказалось совсем наоборот. — Давай встречаться? — предложил Хан. — Ты шутишь?!Я согласен — радостно воскликнул Хо. Так летели дни и недели, они уже не казались такими скучными и однообразными. Парни стали проводить больше времени друг с другом. Следящие видели что их общение не вредит их состоянию и пускали их на прогулки вместе(да я знаю, что обычно случается наоборот,но это мой фф,пишу, что хочу). В один из таких дней Минхо случайно заметил шрамы на руке Хана и спросил: — Ты, что режешься? — Нет! Для чего бы я стал это по-твоему делать?! — пытался отвертеться Хан. — Но я видел шрамы на твоих руках — ответил Хо — так скажи, из-за чего это? —Это из-за отца. — грустно ответил Джисон. — Можешь мне все рассказать, я выслушаю и попытаюсь как нибудь помочь, если смогу — сказал тому Минхо. — В детстве, когда мне было 6 лет, мой отец изнасиловал и убил мою мать на моих глазах. — грустно произнес младший — и это продолжается с тех пор. Минхо молчал, он не знал, что сказать. — Мне тебя очень жаль — Хо до сих пор не знал, что ответить. Они просидели в полной тишине еще полчаса и пошли обратно в здание. Минхо еще долгое время крутил эту ситуацию у себя в голове. Он не знал как помочь Джисону. Следующий день они не разговаривали. Наступила ночь, и они снова встретились на своем месте(около того заброшенного здания) и пошли на крышу. В этот раз Хан был очень грустный и уже не скрывал шрамы(он пришел в футболке). Минхо впервые увидел руки Хана(до этого он всегда был в одежде с длинным рукавом), он не знал, что сказать потому что руки младшего были полностью в шрамах и свежих порезах. Хо сказал: — тебе не нужно стыдиться своих шрамов, порой они пугают кого-то, но я восхищен тем, что ты держишься несмотря ни на что. Хан молчал. За всю ночь он не сказал ни слова. На следующий день они не пересеклись ни разу, хотя в их расписаниях были совмещенные процедуры. Хан просто сидел весь день в своей палате и даже отказывался принимать таблетки. Он просто брал их и клал под подушку(все таблетки, которые он копил, копились две недели). За две недели они ни разу не пересекались. Каждый день Минхо приходил на их место и ждал Джисона, но никто не приходил. Но через неделю он узнал, что Хан совершил самоубийство, что он съел все таблетки, которые расчитаны на две недели (эти таблетки имели высокий уровень токсинов). Хо был в шоке. Он не знал почему Хан поступил именно так, но догадывался. Еще через две недели Минхо выписали и забрали домой. Прошло несколько лет. Минхо поступил на медика и на парах и лекциях часто затрагивали тему психиатрических больниц и также там звучало слово "곤지암" что значило "Конджиам", психиатрическая больница, в которой лежали Хан и Минхо, и при звучании этого слова на Минхо наплывали воспоминания о Хане, его первой любви.