Биографии всех моих оригинальных персонажей

***

Племя Ноктпу В глубине амазонских джунглей, на границе Бразилии и Венесуэлы, там, где современные карты обозначают лишь белое пятно, веками жило племя, которое называло себя Нот-этэ — «истинные люди». Внешний мир знал их под другим именем, дошедшим сквозь тысячи циклов и пересказов: Силуривранцы. Внешность Силуривранцев Их голова миндалевидной формы, плавно сужающаяся к подбородку. По бокам, ближе к сверху, расположены круглые уши — мягкие, подвижные, как у ягуара. Нос широкий, кошачий, у женщин он розовый, у мужчин черный. От внешних краёв переносицы вверх, по бокам головы, тянутся два гребня — как у хамелеона. Если смотреть на Силура спереди, эти гребни возвышаются над ушами. Под глазами — множество мелких складок. Сами глаза огромные, янтарные или золотистые, посаженные далеко друг от друга. Рот напоминает кошачью морду — крайне длинный, позволяющий разевать пасть на невероятную ширину. Однако Силуры почти никогда не открывают рта при общении. Они не пользуются голосом для разговора. Рот силуров не способен выражать каждое слово, поэтому они пользуются пастью только для еды Вместо этого, чуть выше затылка, растут тонкие подвижные щупальца-антенны со светящимися концами. У самцов они чуть заострённые, у самок — более округлые. С помощью этих антенн Силуры передают мысли напрямую собеседнику, минуя слова. Телепатия — их родной язык. Урчание, рычание и другие гортанные звуки они используют только для выражения эмоций — совсем как ягуары. А агрессию демонстрируют хвостом (длинным, цепким, как у хамелеона) и низким рычанием, обнажая зубы. Показать зубы для Силура — смертельное оскорбление, жест чистой враждебности. Их зубы и кости — чёрные, как обсидиан. От нижней губы до конца подбородка тянется линия выпуклых шипов — как у хамелеона, но только у самцов. У обоих полов на нижней челюсти есть зазубрины, напоминающие бороду хамелеона. Конечности отличаются от человеческих, они в общем шире. На руках — три пальца: большой, отставленный дальше, чем у человека, и два сближенных — указательный и средний. На ногах — два основных пальца спереди и один на пятке сзади, служащий опорой, как у хамелеона. Окрас их кожи — исключительно тёплые цвета: красные, оранжевые, жёлтые, розовые. По телу разбросаны тигровые полосы. У самок полосы тонкие и немного прямые, у самцов — толстые и слегка волнистые. Половой диморфизм слабый — различить мужчину и женщину можно, только если они без одежды (у самцов есть член, у самок грудь, и в этом отношении Силуры очень похожи на людей). В остальном — одинаковый рост, одинаковое телосложение, одинаковые черты лица. Средний рост Силура — 209 сантиметров. Они всегда крепкие, ширококостные, с развитой мускулатурой — независимо от пола. В их мире нет худых или слабых. Выживание в джунглях не оставляет выбора. Как они стали похожи на пришельцев По легенде, когда в мире только начали появляться причуды, тогдашний вождь Силуров, шаман по имени Араку, получил страшную и благословенную силу. Его причуда видоизменила внешне, превратив в существо напоминающее пришельца. Мало того, она позволяла накладывать его собственную внешность на других людей — на тех, кого он хотел сделать частью себя. Араку использовал эту способность на многих женщинах племени, чтобы объединить клан, чтобы стереть границы между родами и сделать всех истинными людьми. Спустя поколения активная причуда исчезла. Но её действие намертво впаялось в гены. С тех пор каждый ребёнок Силуров рождался с одинаковыми чертами лица, одинаковым окрасом и одинаковыми анатомическими особенностями. Половой диморфизм почти полностью стёрся — мужчины и женщины в племени были одного роста, одного телосложения, с одними и теми же гребнями и шипами. Различить их можно было только по тонкости полос (и то не всегда) и по первичным половым признакам. Чужаки, если бы каким-то чудом проникли в земли племени Ноктпу, решили бы, что все обитатели джунглей — близнецы. Вера в Мутства Силуры верили в бога по имени Мутства — «Тот, кто смотрит из кратера». Согласно легендам, когда-то он был охотником, но после смерти его душа застыла над вулканом, и теперь он наблюдал за живыми, принимая их души в свой «красный покой». Отношение к смерти у Силуров зависело от того, кто умирает. Животные считались безгрешными. Убивая зверя на охоте, Силур произносил короткую молитву: «Мутства, прими его. Освободи от страданий». Считалось, что душа животного уходит в кратер и становится частью жизни джунглей. Поэтому зверя убивали быстро и без мучений — это был священный ритуал, акт уважения. Чужаки — люди из других племён, враги, воры, предатели — не заслуживали милости Мутства. Их убивали без молитвы, жестоко и без раздумий. Силуры были первобытным племенем, и выживание веками зависело от умения быть безжалостными к тем, кто нёс угрозу. Пытать, казнить, бросить в джунгли без оружия — всё это считалось допустимым по отношению к «недостойным». Им не было места в кратере. Своих Силуры не убивали никогда. Даже за предательство. Самое страшное наказание для члена племени — изгнание. Изгнанник становился «чужим», и если возвращался, его убивали без молитвы. Своих хоронили в земле — без доступа к Мутстве. Исключение делали только для неизлечимо больных или умирающих в муках: шаман мог «отправить» такого соплеменника к богу с молитвой и быстрым ударом. Это считалось милосердием. После извержения вулкана и бегства в цивилизацию эти традиции почти исчезли. Рена и Теке помнят молитву для животных, но в мире героев убивать нельзя. Иногда, в тяжёлые моменты, Теке шепчет имя Мутства сквозь зубы — просто потому, что скучает по дому, по простоте правил, которые когда-то не оставляли места сомнениям. Уклад жизни Силуры отвергали технологии. Они жили в полной гармонии с природой, как их предки тысячи поколений назад. Их одежда создавалась из кожи, шкур, лиан и растений. Они носили украшения из зубов убитых зверей и ярких обточенных камней. Набедренные повязки служили единственной защитой первичных половых органов — и мужчины, и женщины ходили с оголённым торсом, и это не имело для них ровно никакого значения. Женщины иногда накидывали на плечи плащи из шкур или густые ожерелья, но грудь оставалась открытой. Тело не было постыдным. Постыдной была ложь. Их общество стояло на взаимопомощи, честности и искренности. Они не знали воровства, предательства и обмана — эти понятия просто отсутствовали в их языке. Коалиция кланов управлялась советом старейшин, и матриарх (женщина) всегда имела решающий голос в спорах. Силуры были отличными лучниками и воинами. Каждый ребёнок с пяти лет учился охотиться, делать оружие из костей и камня, различать ядовитые растения и выживать в самых негостеприимных условиях джунглей. Их земля называлась Ярума — «Красный кратер» на древнем языке Силуров. Так они называли область у подножия вулкана с красноватыми склонами, который почитали как прародителя и защитника. Вся растительность вокруг была тёплых цветов — красная, жёлтая, оранжевая трава и листва. Даже живность имела странную, пугающую внешность — многоглазые твари с гребнями и хвостами, существа, похожие на тех, что снятся в кошмарах. Но Силуры знали их по именам. Они были соседями, добычей или хищниками — но частью одного мира. Мир Ноктпу был закрыт для чужаков. Силуры не хотели видеть гостей. Благодаря договорённости с мировыми правительствами (в эпоху, когда причуды стали обыденностью, а границы — прозрачнее), им удалось установить на своей территории запрет на въезд. Выезд был открыт, но они редко покидали свою землю. Зачем им чужое? В джунглях было всё. Силуривранцев считали самым высокоинтеллектуальным племенем из всех примитивных современных племен — поговаривали, что любой из них мог разобраться с неизвестной технологией за пару минут, просто потому что его мозг работал иначе. Но единству суждено было рухнуть в огне. Вулкан, который они называли Вра-катэ — «Красный отец» считался спящим. Никто не помнил, когда он извергался в последний раз. Легенды говорили, что это было ещё до прихода причуд, в незапамятные времена. Однако в один год — ничем не примечательный, без знаков и предупреждений — Красный отец проснулся. Земля загудела. Небо почернело от пепла. Ранним утром, когда большинство соплеменников ещё спали, вершина вулкана взорвалась огнём. Потоки лавы потекли вниз, сжигая леса и хижины. Воздух наполнился серой и криками. Началась паника. Люди бежали в разные стороны, кто к реке, кто вглубь джунглей, кто просто прочь, не разбирая дороги. В этом хаосе многие потеряли друг друга. Целые семьи исчезли за одну ночь — либо сгорели, либо разбежались в разные стороны и больше не встретились. Калтара и Тхалира схватили своих детей и побежали. Рядом с ними оказался Киран, пятнадцатилетний мальчишка, их сосед по стойбищу. Его собственных родителей рядом не было — Унто и Нухара ушли на охоту накануне и не вернулись. Возможно, они погибли под лавиной пепла. Возможно, их отрезало огнём и они бежали в другую сторону. Никто не знал. Киран просто оказался рядом в тот момент, когда земля горела, и семья Калтара не могла его бросить. Киран был племянником матриарха клана Ноктпу — женщины по имени Тсуайюм. Матриарх осталась в племени и её судьба неизвестна. Киран потерял своих родителей, которые в момент извержения находились вне племени. Так он оказался единственным выжившим из своей семьи. Семья Калтара и Тхалиры, прихватив вероятно осиротевшего Кирана, двинулась к ближайшему поселению цивилизации. Это был долгий, страшный путь — через выжженные леса, грязевые потоки и реки, отравленные пеплом. Они шли неделями. Дети болели. Взрослые теряли надежду. Переезд и интеграция Их приняли во временном лагере для беженцев, организованном бразильскими властями при поддержке Геройской Ассоциации. Там, среди сотен других потерянных людей, семья получила первую медицинскую помощь, еду и временные документы. Именно там Тхалира вспомнила, что её мать, Охонг, когда-то давно говорила о своих родителях, которые ушли из племени в молодости. Они осели в Японии далеко, на другом конце Земли. С помощью причуд некоторых про-героев, Тхалира смогла найти контакты своих родственников. Она связалась с бабушкой и дедушкой. Те, узнав о катастрофе, немедленно помогли с переездом. Так, спустя несколько месяцев после извержения, семья оказалась в Японии. Бабушка Нумерис и дедушка Тфалгрим стали мостом между джунглями и цивилизацией. Нумерис, когда-то покинувшая племя по собственной воле, уже давно освоилась в современном мире. Она говорила по-японски, знала законы, умела пользоваться технологиями. Тфалгрим, её муж, тоже происходил из племени Ноктпу — они были из разных родов, но внешне почти идентичны, как и все в племени. Именно благодаря Нумерис и Тфалгриму семья смогла получить жильё, документы и помощь СОАБиНП — структуры, существующей в мире для тех, кто вынужден встраиваться в общество из изоляции. Через несколько лет Калтар, Тхалира, двойняшки: Рена, Теке и Киран уже почти не отличались от обычных жителей небольшого японского городка. Они говорили без акцента. Пользовались терминалами. Дети ходили в обычную школу. Кто есть кто Все члены семьи происходят из племени Ноктпу. Людей (хомо сапиенс без примеси) среди них нет — все они потомки изолированной популяции, в которой веками закреплялся генетический штамп общей внешности. По сути своей, они такие же как обычные люди, тоже имеют разные причуды, личности характеры, только база внешности - не человек, а Силур. Нумерис (бабушка) и Тфалгрим (дедушка) — оба родились в Ноктпу, покинули племя за много лет до извержения. Охонг — дочь Нумерис и Тфалгрима, мать Тхалиры. Судьба неизвестна, во время извержения была вне племени Тхалира — Внучка Нумерис и Тфалгрима, родилась в племени, сбежала с мужем (Калтаром) после извержения. Мать Рены и Теке Калтар — муж Тхалиры, урождённый Ноктпу из рода охотников. Отец Рены и Теке Рена и Теке — Дети Тхалиры и Калтара, двойняшки. Выглядят так же, как все члены племени. Являются друзьями Ризе, "главные герои" семьи и своего вида Киран — Племянник матриарха клана Ноктпу, бежал с семьёй Калтара. Он не родственник Рене и Теке по крови, но они называют его старшим братом. Тсуайюм - действующая матриарх, судьба неизвестна Унто (отец) и Нухара (мать) - родители Кирана, судьба неизвестна После интеграции Семья взяла фамилию Хитомнава — японизированный вариант, означающий «одно лицо» и отсылающий к их племени. Киран взял фамилию Тайра . Они живут в Исигаки, в небольшом городке в Японии. Калтар работает таксидермистом — редкая профессия, где не нужно много говорить. Тхалира готовит в ресторане. Нумерис, несмотря на возраст, до сих пор путешествует, но теперь всегда возвращается домой. Тфалгрим растит небольшой сад и учит внуков старым песням Ноктпу — тем, которые они помнят от своих родителей. В кладовке вся семья хранит одежду из джунглей: браслеты из ракушек, перья, раскрашенную глину, набедренные повязки, кожаные наручи. Иногда они достают их и молча перебирают, вспоминая Красный кратер, который теперь спит снова — уже без их народа. Рена, Теке и Киран выросли. Они помнят джунгли, но уже не тоскуют по ним так остро. В шестнадцать лет двойняшки поступили в академию Юэй. Киран пошёл в технический университет. Их лица до сих пор пугают одноклассников. Но они привыкли.